Файл: Гражданско-правововая ответственность.pdf

Обратившись к законодательной регламентации вопроса оснований ответственности, в первую очередь следует упомянуть о ст. 401 Гражданского кодекса РФ (далее — ГК РФ), в которой, судя по названию, должны оформляться основания ответственности за нарушение обязательств. Однако в обозначенной статье идет речь только о вине должника как условии возникновения ответственности: лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности (ч. 1 ст. 401 ГК РФ). Вместе с тем по общему правилу, с позиции оснований ответственности, принято говорить не об одном условии, а о целом наборе: противоправности поведения должника, вреде, причинно-следственной связи между поведением и наступившем вредом, вине.

С учетом сказанного нами выделяются три этапа проверки с позиции условий (оснований) гражданско-правовой ответственности. Первый этап связан с определением факта правонарушения, т.е. определяется необходимое обстоятельство; второй этап — с определением, а точнее — использованием условий для применения мер ответственности; третий этап — с применением оснований для возложения ответственности, т. е. соотношением конкретного правонарушения, реализованных мер ответственности и поставленной перед механизмом ответственности цели. Гражданско-правовая ответственность как системное явление поглощает все три этапа проверки, взаимосвязанные и взаимообусловленные друг другом. Этап формируют после себя конкретные результаты, что обосновывает возникновение последующего образования. Таким образом, совокупность этапов проверки условий (оснований) гражданско-правовой ответственности составляет общий состав юридически значимого обстоятельства, с которым связано действие механизма гражданской ответственности. В связи со сказанным под составом гражданско-правового правонарушения нами понимается юридически значимый, нормативно обусловленный набор критериев оценки действия (бездействия) лица, с которым связывается необходимость применения мер воздействия и в целом возложения гражданской ответственности.

Итак, этап определения факта правонарушения связан с наличием следующих конкретных оснований:

1. противоправностью поведения, выражающейся в действенном либо бездейственном нарушении субъективной обязанности, возникшей из конкретного договорного обязательства или установления закона. Речь идет о нарушении прямых запретов или императивных правил, что вызвано ненадлежащем исполнением либо неисполнением обязательств, если должник не управомочен на такое поведение (например, ст. 328 ГК РФ). Как указывал Г.Ф. Шершеневич, гражданское правонарушение есть, прежде всего, недозволенное действие, т. е. действие, запрещенное объективным правом. Поэтому всякое действие, являющееся только осуществлением права, которое не выходит за пределы, очерченные законом, не составляет правонарушения, как бы оно не было вредно другим лицам^[25]. В связи с этим следует придерживаться научного понимания, в соответствии с которым противоправность не должна отождествляться с основанием применения мер ответственности, т. к. она, являясь существенным звеном всего механизма ответственности, лишь квалифицирует деяние на предмет несоответствия его закону, т. е. данный процесс проверки предшествует как применению мер ответственности, так и конечному возложению ответственности;
2. проверка с позиции субъекта правонарушения, т.е. определяется статус лица допустившего противоправное поведение. Не каждое физическое и юридическое лицо способно испытывать возложение гражданско-правовой ответственности и применение мер таковой, только выступающее в статусе субъекта права. Как составная часть юридического состава правонарушения субъект предусмотрен гипотезами правовой нормы. Для того чтобы действия были признаны противоправными, законодательство предъявляет к субъекту, совершившему их, определенные требования. Так, гражданское законодательство РФ предусматривает ответственность в полном объеме с 18 лет, частичную — с 14 лет.
3. вред как образование противоправного характера в форме умаления имущественного либо личного неимущественного блага потерпевшего является элементом противоправного поведения нарушителя, что влечет обязательную необходимость возложения на последнее лицо имущественной ответственности за счет применения конкретных мер.

---

Выделяя вред в качестве обязательного основания, использование которого необходимо для установления факта наличия гражданско-правового нарушения, необходимо строго осознавать необходимость наличия следующей логической схемы: утрата вещи, ее повреждение, расходы, упущенная выгода (вред) — денежный эквивалент (оценка) — убытки. Вред в гражданско-правовой плоскости института ответственности всегда имеет имущественно-обоснованное содержание, т. е. нами не поддерживается идея выделения организационных последствий гражданско-правового нарушения. Неимущественный вред, или умаление личного блага, необходимо в обязательном порядке учитывать и выделять применительно к обстоятельству гражданского правонарушения, содержательно утверждая о физических и психических страданиях при широком толковании этих понятий.

При формировании представления о втором этапе проверки наличия условий гражданской ответственности речь будет идти об основаниях выбора конкретных мер гражданско-правовой ответственности. В этой связи данный этап связан с наличием ряда конкретных оснований:

1. причинно-следственной связи, традиционно понимаемой через соотношение поведения обязанного лица и наступивших вследствие этого вредных результатов. Представленное соотношение явлений должно соответствовать следующей логической схеме: противоправное поведение — противоправная причина — противоправное следствие. Таким образом, говорится о значении выделения признаков причинности как субъективного акта, направленного на исследование, анализ объективного мира с целью формирования конкретного понимания о необходимых способах реализации целей гражданско-правовой ответственности;
2. вины, раскрывающей свое сущностное содержание через отношение правонарушителя к произошедшему деянию, в целом — к противоправному поведению в конкретном правоотношении и не наступившему положительному результату.

Применительно к выделенной категории «вина» отмечается законодательное обоснование ее статуса, что позволяет выделить для данного явления функционально разнообразное содержание, которое состоит в следующем: а) в учете индивидуальных особенностей правонарушителя и тем самым в исключении «автоматизма» при применении мер ответственности; б) в определении социально значимых аспектов поведения правонарушителя; в) в возможности использовать эту категорию для распределения бремени ответственности между различными лицами; г) в способности не только передать личное отношение правонарушителя к происшедшему, но и выявить уровень его реальной исполнимости. Осознавая обозначенное понимание вины, мы признаем ее значение в первую очередь при оценочной квалификации возможности применения, степени и характере подобного применения в разрезе мер ответственности. В связи с этим следует согласиться с рассуждениями О.С. Иоффе о том, что «... вина является основанием, а не мерой, определяющей объем гражданской ответственности за причиненные убытки»^[26].

---

Наконец, третий этап, связывающийся с соотношением конкретного правонарушения, реализованных (примененных) мер ответственности и поставленной перед механизмом ответственности цели, будет актуализироваться в первую очередь с размером ответственности. Наличие применительно к институту гражданско-правовой ответственность принципа полноты возмещения причиненного вреда не может истолковываться как основание для стирания фактически существующих границ размера гражданско-правовой ответственности, т. к. он должен быть адекватен и напрямую сопоставим с размером причиненного вреда. Поэтому обозначенное содержание третьего этапа проверки приобретает особую остроту применительно к сфере договорной ответственности, т.к. правонарушения нередко влекут за собой взыскание с нарушителя не только убытков, но и заранее предусмотренной законом или договором неустойки.

Все элементы, образующие любой предлагаемый перечень оснований ответственности, находятся во взаимосвязи и совместной координации системного содержания. Каждое основание не проявляется, а если быть точнее, не устанавливается одномоментно. Во-первых, подобная попытка (разового применения перечня оснований) не может расцениваться как положительный атрибут всего процесса возложения ответственности как таковой ввиду образования большой вероятности что-то упустить, не отметить тот или иной юридически значимый факт в рамках квалификации деяния; во-вторых, не разложив сложный и юридически значимый процесс, связанный с формированием перечня необходимых сведений о деянии, лицах, результатах и т. п., конкретного правоотношения, становится весьма вероятным то, что не будет реализован адекватный набор функций, не будут достигнуты те свойственные цели как в целом гражданской ответственности, так и мер ответственности. В связи с этим считаем важным подчеркнуть, что логика выделения нескольких этапов проверки оснований ответственности связана с тем базовым значением, который имеет тот качественный результат выбора мер ответственности (как этап применения) для достижения целей всего института гражданской ответственности (как этап возложения).

Таким образом, применяя именно этапную (в нашем авторском видении трехзвенную) схему проверки деяния с позиции условий (оснований) гражданской ответственности, формируем определенный алгоритм действий. Так, например, для возложения гражданско-правовой ответственности за неисполнение договора поставки необходимо соотнести ряд фактических оснований с юридически значимым перечнем условий. Для начала лицо, осуществляющее юридическую квалификацию деяния, должно оценить его (деяние) с позиции противоправности, т. е. нарушения конкретной субъективной обязанности, например, допустил ли поставщик недопоставку сахарного песка. В дальнейшем лицо должно сформировать юридическую оценку на предмет вредоносности последствий, т. е. выявить и подтвердить факт умаления имущественного либо личного неимущественного блага потерпевшего. Как проявление и необходимое следствие первого основания (противоправности), вред может сформироваться, например, когда сахарный завод являющийся покупателем 2 т сахарного песка вследствие недопоставки определенного количества сахара понес материальные убытки. Таким образом, изначально речь идет об установлении факта юридически значимого деяния, которое проверяется с объективной позиции на предмет соответствия признакам гражданско-правового нарушения. В связи со сказанным первое звено процесса установления частного правонарушения можно именовать как этап выявления.

---

Пройдя первый этап проверки, оцениваемое деяние заслуживает проведения в отношении себя квалификации на предмет выбора (применения) эффективной меры (набора мер) реагирования, т. е. происходит критическое определение способа ответственного воздействия. Так, в случае неисполнения гражданско-правового обязательства, возникшего из договора поставки 2 т сахарного песка, будет правильным применять конкретные меры ответственности в виде уплаты неустойки и взыскание убытков с неисправного виновного контрагента. Поэтому, второй этап оценки условий гражданско-правовой ответственности связан с необходимостью установления причинно-следственной связи, например, между ненадлежащем исполнением трудовых обязанностей работника — поставщика сахарного песка, недополученным по обязательству товаром и возникшими убытками завода-покупателя. Имея сходное элементное соотношение (подобно противоправность — вред), вина обусловливает оценку, которая сформировалась в результате определения причинно-следственной связи. Например, поставщик, ответственный за недобросовестность своего работника, предпринимает действия по уменьшению имущественных потерь у своего контрагента, в частности организует новую поставку товара, заключает договор купли-продажи на недопоставленное количество сахара, т.е. стремится охарактеризовать себя через свои добросовестные действия.

Таким образом, правовая оценка действенному поведению лица специфицируется в дальнейшем не просто как констатации явления, а как формирование атрибутов правового воздействия, которые должны обеспечить возможность возвращения контрагентов в максимально возможные условия договорной действительности (имеются в виду условия, которые отмечались до факта гражданско-правового нарушения). В связи с этим второй этап, который следует именовать этап применения, служит логической причиной для образования завершающего этапа всей системы оценочного механизма института гражданско-правовой ответственности — этапа возложения.

Этап возложения гражданско-правовой ответственности обусловлен необходимостью реализации сущностного значения всего правового института, но не только. Так, второй этап и выделяемое в рамках него содержание в первую очередь обусловлены сущностным набором (функций и целей) процедур применения мер ответственности, т. е. связаны с реализацией ответственности. Поэтому осознавая, что «по сути своей обязательственное право — это совокупность норм, направленных на защиту кредитора и устанавливающих правовые средства получения причитающегося ему по договору или внедоговорного обязательства»14, сущность последнего этапа рассматривается более широко, т. е. с позиции не только института ответственности, но и нарушенного правоотношения.

---

Обратившись к рассмотренному в качестве примера договорному обязательству, вытекающему из поставки сахарного песка для завода, чьи субъективные права были нарушены, ключевым как с позиции эффективности гражданско-правовой формы (договор поставки), так и с позиции действия механизмов ответственности, будет являться получение интересующего правового блага. В последнем случае речь идет о перечисленной стоимости за недополученный товар, об остановке производственных мощностей, об ущербе деловой репутации завода и т.п. Поэтому именно получение, восстановление и устранение пагубных, и с имущественной стороны невыгодных потерь будет тем благом, которое должен обеспечить (при неблагоприятном развитии) в т. ч. и институт ответственности, что конкретно должно оформиться на этапе возложения.

В рамках нарушенного правоотношения реализуются процедуры и процессы охранительного содержания, в частности процедуры по применению мер гражданско-правовой ответственности. Субъектный состав данных правовых образований может быть разнообразен, но всегда в обязательном порядке ключевое значение имеют законные интересы кредитора и должника. Именно комбинация прав и обязанностей, характер фактически осуществленных действий и положение в обязательстве кредитора и должника проявляется как в процессе оценки оснований гражданско-правовой ответственности, так и в ее фактическом результате15.

Таким образом, возникает необходимость как при выборе конкретных мер ответственности, так и при формировании всего института ответственности, исходить из единой цели, что должно быть само собой разумеющимся, т. е. следует исходить из значения не отдельных элементов системы, а из общего системного значения. Важна позиция не только с точки зрения экономического, организационного, статусного или иного результата для одного из субъектов правоотношения, а позиция, связанная со значимостью фактической реализации закрепленной ранее законом, судебным решением или договором возможности лица. Имеется в виду фактическая и формальная реализация содержания прав и обязанностей, сформированных в рамках гражданского отношения и при необходимости измененного в рамках охранительных процедур того же правоотношения.

2.2. Размер гражданско-правовой ответственности

---