Файл: Международный валютный фонд: цели, функции, особенности. История создания МВФ. Основные цели МВФ.pdf
Добавлен: 25.05.2023
Просмотров: 338
Скачиваний: 3
Оперативной деятельностью Фонда руководит Исполнительный совет (Executive Board) (Директорат, Совет директоров). Исполнительный совет назначает директора-распорядителя (Managing Director), который не может быть ни управляющим, ни исполнительным директором. Директор-распорядитель выступает в качестве председателя Исполнительного совета и возглавляет административный аппарат Фонда. В его обязанности входит ведение текущих дел и назначение высших должностных лиц МВФ.
В составе МВФ 5 департаментов: (1) по вопросам налогов; (2) юридический; (3) казначейства; (4) расчетно-вычислительных услуг; (5) валютных и обменных операций, а также Секретариат технической помощи.
Финансовые ресурсы МВФ образуются из членских взносов стран-членов, которые представляют собой квоты по подписке (quota), выраженные в единицах СПЗ. Общая сумма квот (капитала МВФ) составляла на 30 апреля 1997 г. 145 млрд. СПЗ (198 млрд. долл.). Для сравнения: в 1947 г. общая сумма квот 49 стран-членов МВФ составляла 7,7 млрд СПЗ (свыше 10 млрд. долл. по действовавшему в тот момент курсу). Квота является наиболее важным, ключевым звеном в механизме финансовых и организационных взаимоотношений стран-членов с МВФ. Она определяет сумму подписки страны на капитал МВФ, возможности использования ею ресурсов Фонда, а также количество голосов, которыми она в нем располагает. Квота может быть изменена по предложению либо самого государства-члена, либо руководящих органов Фонда при обязательном условии согласия самого государства. Размеры квот определяются на основе экономического значения и удельного веса стран в мировой экономике и международной торговле. До 1978 г. 25% квоты оплачивались золотом, теперь - резервными активами (СПЗ и конвертируемой валютой по согласованию с МВФ); 75% подписки на акции оплачиваются национальной валютой.
В дополнение к собственному капиталу, являющемуся главным источником финансирования деятельности, МВФ, согласно Уставу, может использовать заемные средства для пополнения своих запасов валюты любой страны-члена, которые необходимы в связи с его операциями. Фонд может заимствовать средства, в которых он нуждается, в любой валюте и из любого источника, т.е. занимать их как у официальных органов, так и на рынке ссудных капиталов.
Для оказания помощи государствам-членам в периоды серьезных экономических трудностей МВФ с 1962 г. использует кредитную линию, так называемые Генеральные соглашения о займах - ГСЗ (General Agreements to Borrow - GAB), возобновляемые каждые пять лет, для заимствования средств у правительств и банков «группы 10» - членов ГСЗ. (В нее входят Бельгия, Великобритания, Германия, Италия, Канада, Нидерланды, Франция, Швеция, США, Япония, Швейцария). Согласно решению стран-членов МВФ может получать займы, в целом не превышающие 60% общей суммы квот.
Страны-члены обязаны предоставлять МВФ информацию об официальных золотых запасах и валютных резервах, состоянии экономики, платежного баланса, денежного обращения, заграничных инвестициях.[6]
На современном этапе значительно вырос в мирохозяйственной сфере удельный вес стран Западной Европы и Японии. В изменившихся условиях США лишились возможности монопольно определять политику МВФ. Теперь они должны согласовывать политику МВФ совместно со своими главными партнерами - странами Западной Европы и Японии. Практика показывает, что все решения, касающиеся вопросов, которые принимаются в рамках МВФ, фактически разрабатываются и согласовываются в небольшом кругу промышленно развитых стран, принадлежащих к «Группе десяти» (Бельгия, Великобритания, Германия, Италия, Канада, Нидерланды, США, Франция, Швеция, Япония) или «Группы семи» (те же страны, исключая Бельгию, Нидерланды и Швецию) во главе с США. Воздействие США на решения, принимаемые МВФ, продолжает оставаться достаточно сильным и без согласия США практически ни одна сколько-либо значительная мера не осуществляется.
Глава 3. Взаимоотношения России с МВФ
МВФ является институциональной основой мировой валютной системы. Он регулирует международные валютно-кредитные отношения государств-членов, при возникновении непомерного дефицита платежного баланса предоставляет им кратко- и среднесрочные кредиты в иностранной валюте. Фонд имеет статус специализированного учреждения ООН.
В январе 1992 г. Правительство России официально обратилось в МВФ за финансовой помощью в размере $6 млрд. для создания фонда стабилизации. Первое соглашение о помощи было подписано М.Камдессю и Е.Гайдаром в начале июля 1992 г. 5 августа был предоставлен первый транш $1 млрд., который использовался для пополнения валютных резервов, осуществления платежей по внешнему долгу и интервенции на валютном рынке.
Однако последующие транши резервного кредита Россия в 1992 г. не получила. Не были выделены и средства ($6 млрд.), предназначенные для фонда стабилизации рубля. МВФ объяснил отказ тем, что российское правительство уклонилось от выполнения согласованной с ним стабилизационной программы, объем ВВП уменьшился на 14,5%, дефицит федерального бюджета, вместо запланированного уровня в 5% ВВП, достиг (по методологии МВФ) 22,4%, а инфляция составила в среднем 20,5% в месяц.
В июне 1993 г. МВФ предложил России второй кредит в $3 млрд. в рамках только что созданного направления – «Помощи системным преобразованиям» (System Transformation Facility - STF). В отличие от других кредит STF, сопровождался менее жесткими условиями и требовал, чтобы страна-заемщица не вводила торговых ограничений.
Однако 19 сентября 1993 г. МВФ приостановил передачу денег РФ из-за того, что Правительство не смогло сдержать инфляцию и провести сокращение бюджетных затрат. В 1994 г. были проведены переговоры с делегацией МВФ, в результате Россия получила второй транш кредита $1,5 млрд. в поддержку системных преобразований. После валютных потрясений осени 1994 г., кульминацией которых стал «черный вторник» (11 октября 1994 г.), Правительство взяло курс на подавление инфляции в качестве главной макроэкономической цели, что вызвало поддержку со стороны МВФ. Результатом этого стало предоставление в апреле 1995 г. резервного стабилизационного кредита в $6,8 млрд.
Пакет соглашений с МВФ состоял не только из требования снизить инфляцию до 2% в месяц, но и дефицит государственного бюджета до 8% от ВВП. Мониторинг должен был осуществляться каждый месяц (до этого проводился ежеквартально) специальной рабочей группой, состоявшей из представителей Министерства финансов, ЦБ и экспертов МВФ.
С точки зрения внешних экономических показателей России 1997 г. был самым удачным. В 1998 г. экономическая ситуация в России резко ухудшилась в связи с падением на мировых рынках цен на энергоносители. В результате этого платежный баланс по счету текущих операций превратился в первом полугодии 1998 г. из активного в пассивный с дефицитом в размере $5,1 млрд.
Для того чтобы добиться сбалансированности государственного бюджета и предотвратить девальвацию рубля, Правительство разработало антикризисную программу и обратилось к МВФ за финансовой помощью. Договоренность с МВФ предусматривала представление кредита четырьмя траншами, однако первый предоставленный кредит уже не смог спасти положение и 17 августа 1998 г. в стране был объявлен дефолт.
После дефолта Россия не получала финансовой помощи от МВФ. В 2005 г. Правительство досрочно погасило долг перед МВФ, заплатив $3,3 млрд.
В заключение хотелось бы сказать, что те проблемы, с которыми сталкивается Россия в своих взаимоотношениях с Международным валютным фондом, типичны не только для нее и уже неотделимы от проблем мировой экономики. Все чаще слышатся голоса о несостоятельности Ямайской валютной системы, у истоков которой стоял МВФ. На экономическом форуме в Давосе в 1999 г. главы многих развивающихся государств и стран с переходной экономикой, в том числе и России, выражали обоснованные опасения по поводу эффективности действующей системы. Президент Египта Мубарак, например, заявил, что нынешняя система соответствует только интересам развитых стран.
Очевидно, что в рамках Ямайской валютной системы МВФ проводит активную политику на либерализацию финансовых рынков и рынков ссудных капиталов, и зачастую снятие ограничений на движение капитала является условием получения тех или иных кредитов Фонда. С одной стороны, снятие ограничений на приток капитала способно создать новые рабочие места в стране, но в то же время исследования группы экономистов Гарвардской школы бизнеса говорят о том, что для развивающихся стран не существует положительной корреляции между либерализацией операций, связанных с движением иностранного капитала, и наличием экономического роста, ростом инвестиций и снижением инфляции. Помимо этого заслуживает самого глубокого анализа следующий факт: при полной либерализации первыми в экономику страны в больших количествах приходят высокомобильные "горячие деньги", что дестабилизирует и без того непростую ситуацию в данных странах. Кризисы в Корее, Таиланде, да и долговой кризис в России со всей очевидностью это доказывают.
Не случайно, когда осенью 1998 г. впервые зашла речь о снижении уровня ликвидности МВФ из-за последних кризисов и необходимости ее поддержания на достаточном уровне, основные финансовые доноры МВФ – Соединенные Штаты Америки были весьма осторожны в своих оценках. Американские конгрессмены не склонны понапрасну и безрассудно тратить средства своих налогоплательщиков, а с их точки зрения Фонд неэффективно и несвоевременно расходовал в период кризиса имеющиеся у него средства. Встает вопрос об универсальности рецептов, предлагаемых МВФ. Эксперты Фонда, являясь высококлассными специалистами, все же зачастую склонны предлагать однообразные методы решения различных экономических проблем, которые зачастую не учитывают географической и экономической специфики той или иной страны. И здесь, как следствие, появляется проблема выработки Фондом новых идей, которые могут даже выходить за рамки общепринятой концепции, но быть направлены на решение стоящих перед странами-членами проблем.
Но не следует забывать, что причины кризиса кроются не только, да и не столько в политике, проводимой Фондом, сколько в непроработанности законодательства самих развивающихся стран. Например, в США за атаку спекулятивного характера против акций какой-нибудь американской корпорации "атакующей" стороне могут быть предъявлены обвинения в попытке манипулирования рынком, что чревато для ответственных сотрудников компании самыми серьезными последствиями, включая тюремное заключение. Однако аналогичные действия американского инвестиционного фонда в Юго-Восточной Азии не только не рассматриваются как преступные, но зачастую служат поводом для обвинения пострадавшей стороны в некомпетентности.
Конечно, было бы неправильно списывать на спекулянтов все просчеты в национальной экономической политике. Кризис не возникает в странах с динамично развивающейся экономикой и стабильной национальной валютой. Кризис появляется в странах, где существует неэффективное, зачастую пронизанное коррупцией управление экономикой. Примером тому является и практика государственного принуждения банков для льготного кредитования "чеболей" в Южной Корее, и использование государственных финансов в целях семейных кланов Индонезии. И сейчас все чаще и чаще речь идет о необходимости создания механизмов регулирования международных финансовых рынков и рынков капитала. Правительства многих стран заявляют о необходимости создания для пресечения недобросовестной игры и отмывания денег на международных рынках мощной международной организации, уполномоченной вести расследования по всему миру, в том числе и на территории развитых стран, что пока маловероятно.
И здесь возникают вопросы относительно того, какие пути предлагают аналитики Фонда для решения долговых проблем развивающихся стран, в том числе и России. Эксперты МВФ совершенно справедливо полагают, что надо занимать деньги там, где это дешевле, и тратить их с наибольшей эффективностью. Следовательно, нужен своего рода мировой контрольный институт, мировой арбитраж, который будет рассматривать претензии стран по поводу спекуляций на финансовом рынке и рынке капиталов по отношению друг к другу и инвестиционным институтам. Необходимо также разработать новые критерии и процедуры реструктуризации долга. Здесь было бы полезно обратиться к американскому законодательству, регулирующему процедуру банкротства. То есть возможен вариант, когда кредиторы предоставляют кредиты для реабилитации должника с тем, чтобы он был в дальнейшем кредитоспособен. Такой подход важен еще и потому, что заставит инвесторов более тщательно оценивать риски своих вложений, тогда как стандартная практика МВФ означала кредитование либо деньгами государства, либо средствами Фонда сколь угодно рискованной политики финансовых спекулянтов на развивающихся рынках. Предлагаемый метод означает уменьшение долгового бремени переживающих финансовый кризис стран, так как часть издержек ложится на плечи самих инвесторов и они становятся кровно заинтересованными в скорейшем выздоровлении стран-должников.
Во всем этом очень важна позиция МВФ, роль которого не следует принижать, поскольку именно на плечи данной организации в конечном итоге ляжет основное бремя глобальной санации пострадавших экономик, и от того, справится ли Международный валютный фонд с этой задачей, во многом зависит будущее мировой экономики в целом, а значит, в определенной степени и будущее России.