Файл: Понятие и виды сделок (Сущность сделки в гражданском праве).pdf

Введение

Актуальность темы настоящей курсовой работы обусловлена тем, что одним из ключевых для гражданского права институтов являются сделки. Это понятие имеет крайне важное практическое значение, так как отнесение того или иного феномена социальной реальности к данной категории влечет за собой применение целого набора включенных в ГК РФ общих правил о сделках (прежде всего о недействительности сделок, о форме сделок, об условных сделках и т.п.).

В реальной социальной жизни существует множество различных юридически значимых поведенческих актов (действий или бездействия) граждан и иных участников оборота. Каждый из таких актов обладает определенной спецификой, имеет свои цели и последствия. На протяжении многих столетий позитивное право эти поведенческие акты регулирует, вырабатывая наиболее справедливые и целесообразные правила. Формирование массива таких правил в отношении каждого из этих актов рано или поздно начинает подталкивать ученых к выводу о том, что многие из кажущихся адекватными в отношении каждого из таких актов правил оказываются одинаковыми. Одновременно все чаще обращается внимание на то, что многие юридически значимые поведенческие акты близки и схожи по своей сущности и функциям. Присущее людям представление о справедливости и равенстве восстает против разного разрешения по сути идентичных ситуаций. И в итоге во избежание неоправданной пестроты регулирования идентичных явлений, в целях упрощения процесса правоприменения и правопонимания, а также в связи со стремлением к системной согласованности и стройности позитивного права юридическое сообщество в первую очередь в лице ученых начинает формировать индуктивные обобщения и строить более абстрактные правовые понятия (деликт, договор, преступление, злоупотребление правом и т.п.).

На первых порах эти абстрактные правовые понятия, обнимающие собой ряд близких по своей природе юридически значимых актов, существуют и развиваются в науке, но постепенно они проникают и в само позитивное право. Вокруг этих признаваемых позитивным правом абстрактных понятий выстраивается массив общих правил, применимых в отношении любых из юридически значимых актов, которые попадают в их рамки. Это не исключает возможности выделения в позитивном праве и специальных норм, применимых к тем или иным поведенческим актам, обнимаемым соответствующим абстрактным правовым понятием.

Именно таким образом на определенном этапе развития этого нескончаемого процесса обобщения и систематизации позитивно-правового материала, догматического препарирования и расщепления всей пестроты социально-правовой реальности на отдельные категории в ряде стран и выделяется общее понятие «сделка». Этим понятием стала обозначаться определенная группа юридически значимых поведенческих актов, играющая центральную роль в динамике правовых отношений в области гражданского права.

Цель работы заключается в исследование понятия и видов сделок в гражданском праве России.

Согласно поставленным целям вырисовываются конкретные задачи:

• раскрыть понятие сделки;
• представить общую характеристику крупной сделки;
• изучить сделки, совершаемые в электронном виде;
• рассмотреть различные классификации сделок;
• проанализировать односторонние, двух- и многосторонние сделки.

Объектом исследования в настоящей работе являются правоотношения, другими словами отношения урегулированные нормами права.

Предметом исследования является комплекс вопросов, связанных с изучением понятия и видов сделок по законодательству Российской Федерации.

Нормативно-правовую базу исследования составили российское законодательство, опубликованные материалы юридической практики.

Структура работы: работа состоит из двух глав, введения, заключения и списка использованных источников, других официальных материалов, литературы и юридической практики.

1. Сущность сделки в гражданском праве

1.1. Понятие сделки

Ведущая роль в формировании понятия «сделка» принадлежит немецким пандектистам XIX в. Российская наука гражданского права восприняла это понятие из немецкого права во второй половине XIX в. Заимствовав понятие, российское право пошло дальше и сконструировало по примеру немецкого законодательства общее законодательное регулирование сделок (правила о форме сделки, недействительности сделки и т.п.), применимое как к договорам, так и к односторонним сделкам. В некоторых других странах, в которых общее понятие сделки также нередко известно, в национальных гражданских кодификациях «общая часть» регулирования сделок отсутствует, закон достаточно подробно регулирует вопросы формы и действительности договоров, а суды применяют данные правила с необходимыми адаптациями и к односторонним сделкам (например, Франция). Данный вопрос определения оптимальной модели регулирования сделок является вопросом правовой традиции. Нельзя с уверенностью сказать, что немецкий (а заодно и российский) подход в данном вопросе правильный, а французский – нет^[1].

Чтобы понять, что современное российское право относит к категории сделки, необходимо для начала подняться по лестнице правовых обобщений на несколько ступенек выше и обратиться к классификации юридических фактов^[2].

Традиционно все факты социальной и физической реальности принято разделять на те, которые имеют какое-либо правовое значение (т.е. влекут возникновение тех или иных правовых последствий), и те, которые с правовой точки зрения никакого значения не имеют^[3]. Например, такие обстоятельства, как помощь родителей своему ребенку с уроками, ссора между друзьями или пасмурное утро, для права, как правило, безразличны, а причинение вреда жизни человека, ошибочное перечисление денег на счет незнакомого лица или оформление завещания порождают целый ряд серьезных правовых последствий. Соответственно, из всего многообразия социальных феноменов выделяются так называемые юридические факты, т.е. факты, имеющие правовые последствия.

Юридические факты, в свою очередь, могут быть разнообразны. Некоторые из них представляют собой юридически значимые события, т.е. обстоятельства, внешние по отношению к воле и поведению конкретных индивидов, в отношении которых данное обстоятельство будет влечь те или иные правовые последствия. Например, природный катаклизм может порождать для сторон договора страхования наступление страхового случая и возникновение обязательства страховой компании по осуществлению страховой выплаты. На юридически значимые события как на основание установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей прямо указывает подп. 9 п. 1 ст. 8 ГК РФ^[4].

Другие же юридические факты представляют собой юридически значимое поведение конкретных индивидов, которое порождает те или иные правовые эффекты для этих, а иногда и иных лиц^[5]. При этом надо учитывать, что некоторые события являются следствием или слагаются из поведения множества различных индивидов. Так, например, участие в массовых беспорядках, безусловно, является поведенческим актом со стороны конкретного лица и может влечь для него определенные правовые последствия (например уголовную ответственность), но сам факт возникновения массовых беспорядков по отношению к третьим лицам может квалифицироваться как событие. Например, для сторон некоего договора массовые беспорядки могут являться юридически значимым событием, обстоятельством непреодолимой силы и влечь освобождение одной из сторон от договорной ответственности.

Никто не будет спорить с тем, что сделка – это не событие, а поведенческий акт, затрагивающий права или обязанности лица, такой акт совершающего, и (или) иного лица (лиц), в отношении которого такой акт направлен. Но этого отнюдь не достаточно, чтобы определить понятие сделки^[6].

Если сконцентрироваться на юридически значимых поведенческих актах, то их классификация может осуществляться по ряду разнородных классификационных критериев. Для наших целей в первую очередь важно выделить те поведенческие акты, которые влекут правовые последствия в области гражданского права. Согласно комментируемой норме сделка – это тот юридический факт, который влечет возникновение, изменение или прекращение именно гражданских прав и обязанностей.

Множество поведенческих актов влечет как гражданско-правовые последствия, так и последствия в области иных отраслей права^[7]. Так, например, кража может квалифицироваться с точки зрения уголовного права как преступление, но одновременно влечь и гражданско-правовые последствия (например, в виде деликтной ответственности), а продажа магазином спиртного в ночные часы вопреки установленным ограничениям являться одновременно как сделкой, так и административным правонарушением со стороны магазина. Если поведенческий акт не влечет гражданско-правовых последствий, к сделкам он точно не относится. Соответственно, в науке не вызывает никаких сомнений тот факт, что сделка – это поведенческий акт, имеющий исключительно или в том числе гражданско-правовые последствия^[8].

Но также очевидно, что далеко не всякий поведенческий акт, влекущий те или иные гражданско-правовые последствия, будет сделкой^[9].

Часто сделки относят к категории юридических действий. Более того, в подавляющем числе случаев сделка предстает именно в форме активного действия (прямого волеизъявления или некоего конклюдентного действия). Но российский закон прямо говорит о том, что сделкой может быть и бездействие, если на то имеется указание в законе или ранее заключенном договоре (п. 3 ст. 158 ГК РФ, п. 2 ст. 438 ГК РФ)^[10]. Так, например, в силу ст. 415 ГК РФ молчание должника, получившего уведомление о прощении долга, расценивается как его согласие с таким правовым эффектом, а в договорах аренды и некоторых иных договорах часто встречаются условия об автоматической пролонгации договора при отсутствии возражений против этого любой из сторон, выраженных до окончания изначально согласованного срока. Более того, п. 2 ст. 438 ГК РФ допускает признание бездействия (молчания) в качестве акцепта также и в случаях, когда это следует из обычаев или сложившейся практики взаимоотношений сторон.

Соответственно, было бы не совсем корректно вслед за многими учеными относить сделки к подкатегории юридически значимых действий. Иначе говоря, путем толкования определения сделки в комментируемой норме в системном единстве с уточнениями, содержащимися в п. 3 ст. 158 ГК РФ и п. 2 ст. 438 ГК РФ, разумно прийти к выводу, что сделка как юридически значимый поведенческий акт может быть как влекущим гражданско-правовые последствия действием, так и в случаях, указанных в позитивном праве или в ранее заключенном соглашении сторон (а в ряде случаев и следующих из обычаев и сложившейся практики), бездействием^[11].

Таким образом, определение сделки через указание на действие пусть и достаточно традиционно, но не является в полной мере точным.

Но и это не исчерпывает определение сделки.

Достаточно традиционным является также указание на то, что сделка относится к категории правомерных действий. На этом основании сделки часто отличают от деликтов и иных неправомерных действий.

Действительно, в подавляющем числе случаев сделка предстает как действие абсолютно правомерное. Может даже показаться, что неправомерная сделка – это какой-то оксюморон. Например, взятка никаких желаемых правовых последствий породить не может, так как подобная сделка ничтожна (т.е. не является действительной)^[12].

Но однозначный вывод по данному вопросу был бы несколько поспешным. Дело в том, что в ряде случаев право признает действительность сделок, совершение которых будет неправомерным. Так, например, далеко не всегда сделка, противоречащая закону, будет ничтожна^[13]. Во-первых, некоторые незаконные сделки в силу п. 1 ст. 168 ГК РФ оспоримы, т.е. действительны до тех пор, пока они не будут оспорены. Это касается сделок, которые нарушают императивные нормы закона, направленные на защиту интересов одной из сторон сделки, а не публичных интересов или интересов третьих лиц. Если возможность эффективного оспаривания блокируется исковой давностью или подтверждением по правилам п. 2 ст. 166 ГК РФ, отпадает даже угроза аннулирования незаконной сделки, и она будет иметь полноценный правовой эффект и будет воспринята судом в качестве действительной. Кроме того, в ряде случаев специальные нормы закона относят те или иные виды незаконных сделок к категории оспоримых (например, ст. 173.1 ГК РФ устанавливает режим оспоримости сделок, совершенных без требуемого по закону согласия третьего лица)^[14].