Добавлен: 17.06.2023
Просмотров: 1370
Скачиваний: 6
СОДЕРЖАНИЕ
Глава 1. Понятие и сущность социологического понимания права
Глава 2. Социологическое правопонимание в советской юридической науке
2.2. Развитие социологического понимания права в 50 – 60 гг. ХХ в.
2.3. Анализ социологического правопонимания в конце ХХ в.
Одним из наиболее ярких представителей социологического подхода к правопониманию в российской теории права был председатель первой Государственной думы С. А. Муромцев[4], выступавший против превращения теории права в формально-догматическую науку и сведения ее исключительно к догме права, которой он отводил производное, «практико-прикладное», «технико-вспомогательное» значение. Объясняя свое понимание права как защищенного порядка общественных отношений, он отмечал, что каждое фактическое отношение между людьми может быть одновременно «предметом нескольких санкций: юридической, моральной, обычаев и приличий», то есть «многие отношения, в которых состоим мы, могут находить свое оправдание и в праве, и в морали, и в приличиях, и в обычаях».
Так же заметный вклад в развитие социологического подхода к пониманию права внесли работы М. М. Ковалевского, который трактовал право как «отражение степени достигнутой обществом солидарности»[5]. Как полагал
М. М Ковалевский, право выросло в условиях борьбы за выживание из потребности людей, руководствующихся инстинктом самосохранения, в объединении с себе подобными, оно возникло раньше государства и независимо от него.
К числу ведущих представителей социологического направления в российской теории права относится и Н. М. Коркунов, обосновывавший собственный подход к решению ключевой для социологического правопонимания проблемы соотношения права и морали. Возражая против распространенных представлений о том, что мораль направлена на регулирование внутренней жизни человека, а право — на регулирование его внешне выраженного поведения[6], он полагал, что «право никогда не ограничивает своих определений одной только внешней стороной человеческих действий, а всегда более или менее принимает в соображение и внутренние их стимулы. С другой стороны, нравственность требует от нас не одних добрых намерений, но и дел, и притом большей частью в отношении к другим»[7].
К первой четверти ХХ в. можно было уже говорить о наличии в России социологической школы в юриспруденции, осуществлявшей свои исследования как на теоретическом, так и на эмпирическом уровнях анализа. Сложившийся в теории права социологический подход к правопониманию оказал заметное влияние на развитие эмпирических исследований в области уголовного права и формирование новой науки — криминологии. Работы И. Я. Фойницкого, Е. Н. Тарновского, С. К. Гогеля, М. Н. Гернета и других ученых в значительной мере способствовали преодолению ограниченности традиционного юридикодогматического анализа правовых явлений и формированию преступления как «социального явления, имеющего глубокие корни в исторической жизни народа и в массе других окружающих его явлений»[8], разрушив «иллюзии о преступлении как о продукте злой воли». «Теперь уже никто не вправе, — писал И. Я. Фойницкий, — убаюкивать себя мечтой, что наказание есть единственное действенное средство против преступления». Развивая эту мысль, Е. Н. Тарновский подчеркивал, что «борьба с экономической нуждой главной массы населения является в то же время одной из необходимых мер борьбы с преступностью»[9].
Представители социологического правопонимания, обосновывавшие необходимость гуманизации правовой политики государства, внесли заметный вклад в либерализацию общественно-политической мысли в России. Однако важно иметь в виду, что либеральный потенциал этого типа правопонимания, не выходящего за рамки системоцентристской парадигмы, весьма ограничен. Поиски нормативных оснований права в системе социальных отношений, ориентированные на то, чтобы отграничить право от произвольного принудительного установления государства, чреваты опасностью отождествления права с не менее произвольными (то есть не отвечающими сущностному признаку права) установлениями общества.
2.1. Особенности социологического правопонимания в советской юридической науке периода становления советской власти
В 1917 - 1918 гг. советские суды при вынесении приговоров руководствовались своей революционной совестью и революционным правосознанием, которое заменяло общие принципы права. Ставился вопрос о необходимости издания соответствующего законодательного акта. Таким законодательным актом явились Руководящие начала по уголовному праву[10], принятые 12 декабря 1919 г. как постановление Народного Комиссариата юстиции РСФСР. Они были своего рода кодексом без Особенной части, первой попыткой создания Общей части уголовного законодательства с марксистских позиций, с позиций интересов пришедшего к власти пролетариата.
Впервые в истории советского законодательства давалось определение социалистического права вообще, и в том числе уголовного. «Право — это система (порядок) общественных отношений, соответствующая интересам господствующего класса и охраняемая организованной его силой». В этом определении нашли отражение взгляды П. И. Стучки на природу и сущность социалистического права.
Уголовное право имеет своим содержанием правовые нормы и другие правовые меры, которыми система общественных отношений данного классового общества охраняется от нарушения посредством наказания — ст. 2. Советское «уголовное право имеет задачей — посредством репрессий охранять систему общественных отношений, соответствующую интересам трудящихся масс, организовавшихся в господствующий класс в переходный от капитализма к коммунизму период диктатуры пролетариата» (ст. 3). Нетрудно заметить, что между формулировками ст. ст. 1 и 2 имело место известное противоречие. Получилось, что право само, являясь системой общественных отношений, призвано охранять систему общественных отношений. Недостатком было и то, что право растворилось, по сути дела, в производственных отношениях.
Определение права, данное в Руководящих началах, вызвало ряд критических замечаний. Так, Н. В. Крыленко обращал внимание на то, что право не может быть системой общественных отношений, а есть только писаное выражение данной системы общественных отношений. По его мнению, уголовное право — это совокупность норм, имеющих задачей охрану системы общественных отношений, соответствующую интересам трудящихся масс, организовавшихся в господствующий класс в переходный от капитализма к коммунизму период диктатуры пролетариата.
Однако именно в Руководящих началах законодатель обращал внимание, прежде всего на основную идею права — идею порядка как антипода произвола.
Советский юрист М. М. Исаев утверждал, что в Руководящих началах отразилась теория опасного состояния, характерная для обостренных периодов гражданской войны. Теория опасного состояния — это реакционная сторона социологического направления в уголовном праве, которой никто из составителей Руководящих начал никогда не придерживался.
В 1948 г. М. М. Исаев, отказавшись от ранее высказанного взгляда, писал: «Составители Руководящих начал в известном отношении находились под влиянием социологической школы уголовного права и не учли высказываний классиков марксизма, отнюдь не отрицавших понятия вины, которое они лишали всякого метафизического содержания. Классики марксизма не отрицали и понятия наказания как реакции на преступление, содержащей определенную отрицательную оценку преступления. С другой стороны, классикам марксизма были совершенно чужды понятия «опасного состояния» и «мер социальной защиты», которые социологической школой ставились на место понятий «преступления и наказания»».
Об известном влиянии на составителей, Руководящих начал социологической школы права говорит и Т. Л. Сергеева. Однако неправильно рассматривать Руководящие начала как первый кодифицированный памятник советского материального права, являющий собой пример компромисса идей старой классической школы и нового позитивно-социологического направления. Тем самым игнорируется, что в этом акте впервые в истории человечества выражен классовый подход к уголовному законодательству. Последнее всегда вуалировалось представителями классической и социологической школ. Но именно в нем и состояло коренное отличие советского уголовного права от буржуазного.
2.2. Развитие социологического понимания права в 50 – 60 гг. ХХ в.
В 1950-е годы стали появляться концепции, нацеленные на расширение указанной нормативной школы права, так называемый «широкий подход» к праву. Сторонником «широкого» подхода к праву был профессор С.Ф. Кечекьян, рассматривавший право, как сложное явление. Право, с точки зрения ученого - это действующие нормы, которые воплощены в правоотношения, а правоотношения – это особые идеологические отношения, возникающие вследствие воздействия норм права на поведение людей. Подобно М.А. Рейснеру и П.А. Сорокину, Кечекьян так же относил правоотношения к идеологическим отношениям, раскрывал их психологическую составляющую как возможность использования в своих целях поведения других лиц: нормы права проникают в сознание и мотивируют социально желательное поведение.
Источником права ученый видел государство, которое издает нормы права и обеспечивает их принудительной силой. Правосознание, уровень его развития, в особенности правосознание лиц, практически применяющих нормы права, оказывает существенное влияние на нормотворческую деятельность государства. Право, с точки зрения Я.Ф. Миколенко, это закрепляемый и охраняемый государственной̆ властью порядок общественных отношений в качестве волевых. Правоотношение есть волевое, идеологическое отношение, санкционированное государством. То есть, право отождествляется ученым с фактическими отношениями, охраняемыми государством. Подобного определения права придерживался С.А. Муромцев.
Возникновение широкого подхода к праву в 50-х годах ХХ века связано социологизацией правопонимания в рамках позитивизма, основой которой̆ явились труды советских ученых начала ХХ века. Социологизация права произошла за счет его расширения путем включения в содержание права правоотношений и правосознания.
В 60-х годах в СССР был официально осужден культ личности Сталина и основанные на его учениях роботы советских философов, юристов, экономистов. В правоведение принимаются активные меры по расширению эмпирической базы правовых исследований, происходит изучение действующих норм законодательства в неразрывной взаимосвязи с конкретно исторической средой их реализации. Были полностью реабилитированы конкретные социально-правовые методы. Рассматривая их как средство прохождение односторонности юридико-догматических исследований, в целях подкрепления научной обоснованности практических рекомендаций по дальнейшему совершенствованию законодательства, укреплению законности и правопорядка советские ученые-юристы начали активно разрабатывать теорию и методологию конкретных социологических исследований в праве и достаточно широко такие исследования проводить[11].
2.3. Анализ социологического правопонимания в конце ХХ в.
Середина и конец ХХ в это было время разработки социологической концепции такими научными школами как социолого-институциональная, эмпирическая, реалистическая и прагматическая.
Социолого-институциональная школа это одно из исследований направлений научной социологии права, которая рассматривает общество как механизм объединения разного рода институций. Каждая институция в процессе своей деятельности чаще всего создает свое право равное с государственным, а иногда и вопреки ему. Для институционалистов государство утрачивает свой приоритет в нормативно-правовом регулировании общественных отношений. Ему отводится роль механического фиксатора общественных отношений, которые сложились и действуют в обществе без прямого участия государства и даже без его санкций. К числу представителей данного подхода социологии права можно отнести таких ученых как Жорж Гувич и Питирим Сорокин.
Ж. Гувич считал за основу социологии права учения о социальном праве, под которым понималось право созданное различными общественными образованиями, а это определенная социальная группа, класс, коллективное образование и даже международными сообществами[12]. Идеалом права он считал международное и трудовое право, которое есть ни что иное как образец правового регулирования и основывается оно на сотрудничестве, доверии и лишенного таких негативных черт права, как его иерархичность и частая нарушаемость субъектами правоотношений. Ж. Грувич считал, что реальность права как особого явления социальной действительности выражается в непосредственном юридическом опыте и нормативных актах.
По его мнению, право определяется как средство реализации в определенном общественном союзе идеи справедливости, что означает упорядочение, согласование подхода к противоречивым нормативно-социальным ценностям, признаваемым этим образованием путем многостороннего императивно-атрибутного регулирования, основанного на прочной связи между правом требования и обязанностью.
Еще один представитель этой школы- это юрист и социолог П. Сорокин. П. Сорокин высказывал собственные суждения основных методологических и теоретических положений данного учения. В отличии от Ж. Грувича, он по-другому рассматривал вопрос о соотношении институции права. Если в рамках этой концепции право рассматривалось как результат самой деятельности, то П.