Файл: Становление и развитие науки уголовно-исполнительного права: генезис ее предмета.pdf

Часть 2 ст. 2 УК РФ отмечает, что УК РФ устанавливает «виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение пре­ступлений». Если следовать логике изложения этой нормы закона, то мы должны признавать оказание как меру уголовно-правового характера и иные, помимо наказания, меры уголовно-правового характера, назначаемые за совершение преступлений. Таким образом, мера уголовно-правового характера — это общее понятие по отношению к наказанию и иным мерам уголовно-правового характера.

Следует также заметить, что согласно на­ганной норме УК РФ иные меры уголов­но-правового характера устанавливаются за совершение преступления, а не в порядке ос­вобождения от наказания за примерное по­ведение (условно-досрочное освобождение, замена наказания более мягким и т.д.). Иначе говоря, они имеют место только в связи с по­становлением приговора суда за совершенное преступление.

В связи с изложенным к иным мерам уголов­но-правового характера мы относим: условное осуждение; отсрочку отбывания наказания бе­ременным женщинам и женщинам, имеющим ребенка в возрасте до 14 лет; отсрочку отбыва­ния наказания больным наркоманией; прину­дительные меры воспитательного воздействия; принудительные меры медицинского характе­ра; конфискацию имущества; судебный штраф.

На наш взгляд, не совсем правильно в лите­ратуре высказывается предложение об отделе­нии иных мер уголовно-правового характера, выступающих формой реализации уголовной ответственности, от иных мер, не являющихся таковыми. Так, Ю. А. Головастова утверждает, что не являются формой реализации уголов­ной ответственности иные меры уголовно- правового характера, определенные в разд. VI УК РФ, — принудительные меры медицинского характера, конфискация имущества, судебный штраф^[7]. Поэтому они не должны быть закрепле­ны в уголовно-исполнительном законодатель­стве. По ее мнению, уголовно-исполнительное законодательство должно регулировать только те меры уголовно-правового характера, кото­рые являются формой реализации уголовной ответственности.

При разрешении этого вопроса мы уткнемся в спорную проблему понятия уголовной ответ­ственности: некоторые авторы рассматривают его широко (как уголовно-правовое принуж­дение), другие — узко (как уголовно-правовую кару — разновидность принуждения). Если рас­сматривать уголовную ответственность в ши­роком аспекте, то все принудительные меры, применяемые судом за совершенное престу­пление, будут составлять уголовную ответствен­ность. Например, принудительные меры меди­цинского характера применяются судом в связи с совершенным общественно опасным деяни­ем (предусмотренным УК РФ), имеют принуди­тельный характер и являют собой одну из форм реализации уголовной ответственности. То же самое можно сказать и о конфискации имуще­ства и судебном штрафе. Можно их сравнить с наказанием, которое тоже признается мерой государственного принуждения, назначается по приговору суда, виновным лицам и заключает­ся в лишении или ограничении прав и свобод лица. Все эти признаки свойственны иным ме­рам уголовно-правового характера, определен­ным в разд. VI УК РФ.

---

На наш взгляд, все меры уголовно-правово­го характера, регламентированные в уголовном законе, должны регулироваться уголовно-ис­полнительным правом, в том числе и иные меры уголовно-правового характера, которые, по мнению Ю. А. Головастовой, не относятся к формам реализации уголовной ответствен­ности, указанным в разд. VI УК РФ. Это следу­ет определить в УИК РФ, тогда и прекратятся споры о предмете уголовно-исполнительного права. Это удобно и с позиций правоприме­нения. Уголовно-исполнительное право имеет генетическую связь с уголовным правом, а не пенальным правом. Уголовно-исполнитель­ное право — это не пенально-исполнительное право. Термин «уголовно» сам за себя говорит. Главная особенность уголовно-исполнительно­го права — это то, что оно является исполни­тельным правом по отношению к уголовному праву.

Нечто подобное можно проследить в за­конодательстве об исполнении наказаний зарубежных стран: оно регулирует не только наказания, но и иные меры, например меры исправления и безопасности. Так, например, Закон ФРГ «Об исполнении наказания в виде лишения свободы и выражающихся в лишении свободы мерах исправления и безопасности» регулирует не только исполнение лишения свободы, но и меры безопасности в виде: по­мещения в психиатрическую больницу, поме­щения в лечебное учреждение для алкоголи­ков и наркоманов, превентивного заключения, установления надзора, лишения водительских прав, запрета заниматься определенной про­фессиональной деятельностью. Причем в не­которых странах исполнение наказания и иных мер регулируется уголовным или уголовно-про­цессуальным законом, по которым непросто определить предмет уголовно-исполнительно­го права.

Следует заметить, что уголовно-исполни­тельное право регулирует не только испол­нение (отбывание) наказаний, применение средств исправления (ч. 2 ст. 2 УИК РФ), но и предупредительное воздействие, а также ока­зание осужденным различного рода помощи, материально-бытовое обеспечение, медицин­ское обслуживание, осуществление мер безо­пасности и пр., относящиеся к не карательному процессу. Мы когда-то отмечали, что для про­цесса исполнения (отбывания) наказания свой­ственно соединение с исправительным, а не с карательным воздействием. Соответственно, мы предлагали закрепить подобный принцип уголовно-исполнительного права³. Подобное заметили и другие авторы. Причем они отме­чают, что некоторые меры воспитательного и предупредительного характера применяются не «за» совершенное преступление, а «в связи» с ним. Поэтому в предмет правового регули­рования уголовно-исполнительного права на полном основании должен быть включен не карательный процесс, который вполне мог бы найти отражение в ч. 2 ст. 2 УИК РФ.

---

Еще одной спорной проблемой является расширение предмета уголовно-исполнитель­ного права за счет общественных отношений, складывающихся за пределами сферы испол­нения наказаний и иных мер уголовно-право­вого характера. Некоторые ученые предлагают включить в предмет уголовно-исполнительного права общественные отношения, складываю­щиеся при исполнении мер уголовно-процес­суального пресечения.

Действительно, отношения по поводу испол­нения некоторых мер пресечения, например заключения под стражу, домашнего ареста, яв­ляются сходными с исполнением соответствую­щих наказаний и иных мер уголовно-правового характера. К тому же следственные изоляторы входят в структуру уголовно-исполнительной системы, а домашний арест реализуется уголов­но-исполнительной инспекцией. Исполнение этих мер пресечения входит в программу курса уголовно-исполнительного права и изучается в учебных заведениях ФСИН России.

Конечно, с позиции логического рассужде­ния исполнение названных уголовно-процессу­альных мер следовало бы включить в предмет уголовно-исполнительного права, так как не юридически, а фактически они уже находятся в нем. Тогда ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» следует признать источником уголовно-исполнительного права, но он тако­вым не является, так как распространяется не на осужденных, а на лиц, признанных подозре­ваемыми и обвиняемыми.

Одни авторы высказывали мысль, что пра­воотношения, возникающие при избрании предварительного заключения под стражу, яв­ляются уголовно-процессуальными, а при их исполнении — уголовно-исполнительными. Другие авторы определяли отношения по по­воду исполнения заключения под стражу как административно-правовые. Авторы учебника «Уголовно-исполнительное право. Особенная часть», изданного в Академии ФСИН России, эти правоотношения не считают ни теми, ни другими, а выделяют их как самостоятельные правоотношения, имеющие свое содержание ввиду того, что они регулируются отдельным ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Выходит, что они не относятся ни к одной из от­раслей права.

На наш взгляд, каждый закон должен отно­ситься к той или иной отрасли права, и ближе всего к указанному Закону находится уголов­но-исполнительное право. Поэтому выскажем нетипичную мысль, что в предмет уголовно- исполнительного права могут входить обще­ственные отношения, возникающие в связи с исполнением мер уголовно-процессуального пресечения. Отрасль уголовно-исполнительно­го права должна занимать нишу исполнитель­ного права, связанного и с уголовным, и с уго­ловно-процессуальным правом.

---

Следующей спорной проблемой является отнесение к предмету уголовно-исполнитель­ного права общественных отношений, склады­вающихся после освобождения осужденных от отбывания наказания. Речь идет о включении или невключении в предмет уголовно-испол­нительного права исполнения мер постнаказательного воздействия и содействия. И по этому вопросу наблюдается отход от классического определения предмета, связывающего его с исполнением (отбыванием) наказаний. Так, например, по мнению профессора В. А. Уткина, с позиции международного подхода уголовно- исполнительное право можно рассматривать в качестве мегаотрасли исполнительного пра­ва, включающей три крупных блока: допенальный, пенальный и постпенальный. Подобный подход к определению предмета уголовно-ис­полнительного права определили В. Н. Чорный, В. И. Горобцов, Т. Г. Понятовская, Г. Х. Шаутова^[8].

Так, по мнению В. И. Горобцова, меры пост­пенитенциарного воздействия применяются до истечения сроков снятия или погашения судимости, их следует рассматривать в рам­ках уголовно-исполнительных отношений. Еще более оригинальную точку зрения высказал А. П. Фильченко, что, объединяя в одно право­вое состояние (положение) судимости и право­вой статус осужденного как понятия соотноси­мые, можно заключить, что «судимость — это период времени, в течение которого лицо счи­тается преступником и сохраняет статус осуж­денного».

В своих работах мы также старались обо­сновать, что постпенитенциарные отношения могут составлять предмет уголовно-исполни­тельного права, и при этом ссылались на УИК Республики Беларусь, который содержит две главы, регулирующие оказание помощи осво­божденным от отбывания наказания (гл. 26), наблюдение и надзор за освобожденными от отбывания наказания (гл. 27). Причем в послед­ней главе регулируется порядок установления (ст. 198), приостановления (ст. 199), возобнов­ления (ст. 199-1), осуществления (ст. 200) и пре­кращения (ст. 202) превентивного контроля за освобожденными.

1.2 Направления развития предмета уголовно-исполнительного права

Действующий УИК РФ не включает в пред­мет уголовно-исполнительных отношений постпенитенциарную адаптацию освобожден­ных, контроль за ними, а указывает только на порядок регулирования оказания помощи ос­вобождаемым лицам, то есть осужденным на стадии подготовки их к освобождению. Однако в ч. 2 ст. 1 УИК РФ среди иных задач законода­тель определяет задачу оказания осужденным помощи в социальной адаптации. Но социаль­ная адаптация неосуществима в местах лише­ния свободы, она возможна только в условиях свободы. Однако ни одна цель, поставленная перед уголовно-исполнительным законода­тельством, не достигает постпенитенциарной сферы, в том числе исправления осужденных. Нужна иная цель — ресоциализация, которая включает в себя и исправление, и подготовку к освобождению, и социальную адаптацию по­сле отбытия наказания. Поменяем цель — и по­меняется предмет уголовно-исполнительного права, он существенно расширится за счет пост­пенитенциарной сферы. Хотя Ю. А. Головастова не соглашается с расширением предмета уго­ловно-исполнительного права за счет постпени­тенциарных отношений, она правильно делает вывод, что проблема кроется «в анализе про­цесса ресоциализации лиц, отбывших наказа­ние, иную меру уголовно-правового характера, а также его соотносимости с категорией "суди­мость"».

---

Наше предложение подтверждают и другие авторы. Так, В. Н. Чорный, развивая идею ре­социализации, состоящей из пенитенциарно­го и постпенитенциарного этапов, пишет, что «уголовно-исполнительное право в дальней­шем будет развиваться не только как отрасль, регулирующая исполнение уголовных наказа­ний и применение средств исправительного воздействия, но и как ресоциализационная отрасль права, включающая регулирование тех отношений, которые возникают у осужденного как субъекта, отбывшего наказание, но сохра­няющего в течение судимости ограниченный правовой статус». Процесс ресоциализации непременно включает в себя завершающий этап — социальную адаптацию освобожден­ных в условиях свободы после отбытия нака­зания.

Подобное расширение предмета уголовно- исполнительного права можно проследить по УИК Украины, который «регламентирует по­рядок и условия исполнения и отбывания уго­ловных наказаний с целью защиты интересов личности, общества и государства путем соз­дания условий для исправления и ресоциали­зации...». Причем впервые на постсоветском пространстве дается определение «ресоциали­зации»: «сознательное восстановление осуж­денного в социальном статусе полноправного члена общества, возвращение его к самостоя­тельной общепринятой социально-норматив­ной жизни в обществе. Необходимым условием ресоциализации является исправление осуж­денного». На Украине действует Закон «О со­циальной адаптации лиц, отбывших наказание в виде ограничения или лишения свободы на определенный срок», который можно считать источником уголовно-исполнительного права, исходя из ресоциализационного направления деятельности уголовно-исполнительной систе­мы Украины.

Таким образом, предметом уголовно-испол­нительного права должны стать уголовно-ис­полнительные общественные отношения, скла­дывающиеся при реализации принудительных институтов уголовного и уголовно-процессуаль­ного права, имеющих исполнительную направ­ленность и включающих в себя:

• исполнение мер процессуального пресече­ния в виде домашнего ареста и предвари­тельного заключения под стражу;
• общие положения и принципы исполнения наказаний и иных мер уголовно-правового характера;
• порядок и условия исполнения и отбывания наказаний и иных мер уголовно-правового характера;
• применение средств некарательного воздей­ствия на осужденных (исправления, преду­преждения, безопасности, оказания помощи осужденным, материально-бытового обеспе­чения, медицинского обслуживания и пр.);
• порядок участия органов государственной власти и органов местного самоуправления, иных организаций, общественных объеди­нений, а также граждан в исправлении и ре- социализации осужденных;
• порядок освобождения от наказания;
• порядок оказания помощи освобождаемым лицам;
• порядок оказания помощи в социальной адаптации освобожденным от отбывания наказания и иных мер уголовно-правового характера.

---