Файл: Mezhdunarodnoe_pravo.docx

а) закрытые – уставы международных организаций, двусторонние договоры. Участие в таких договорах для третьих государств предполагает согласие их участников;
б) открытые – может участвовать любое государство, и такое участие не зависит от согласия сторон договора;

4. Закон РФ от 15 июля 1995 г. 101-ФЗ «О международных договорах РФ» предусматривает следующую классификацию договоров:

а) международные договоры, заключаемые от имени Российской Федерации;
б) межправительственные договоры, заключаемые от имени Правительства РФ;
в) межведомственные договоры, заключаемые ведомствами России в пределах своих полномочий.

Международный обычай

Характеристика этого источника международного права дана в упомянутой выше ст. 38 Статута Международного Суда ООН: международный обычай — "доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы".

Обычай приобретает юридическое значение в результате однородных или идентичных действий государств и определен­ным образом выраженного ими намерения придать таким дей­ствиям нормативное значение. Длительная повторяемость, т. е. устойчивая практика, — это традиционное основание призна­ния обычая как источника права (таково, например, становле­ние в качестве источника обычая в отношении исторических заливов государств). Однако возможно рождение обычая в ка­честве источника права в короткий промежуток времени (так случилось с почти мгновенным признанием государствами сво­боды использования космического пространства, позднее полу­чившей договорное закрепление).

Специфика международно-правового обычая заключается в том, что он не представляет собой, в отличие от договора, официального документа с явно выраженными формулировка­ми правил, однако это ни в коей мере не свидетельствует о "призрачности" обычая. Он фиксируется во внешнеполитиче­ских документах государств, в правительственных заявлениях, в дипломатической переписке, обретая зримые очертания, хотя и не столь формализованные, как в договоре, ввиду чего уясне­ние его содержания является более сложным и противоречи­вым.

Международное право не дает оснований для предположе­ния о различной юридической силе обычая и договора в пользу договора. Договор и обычай в равной мере обязательны для тех государств (субъектов вообще), на которые они распространя­ются.

Поскольку при переходе от обычая к договору новый ис­точник заменяет прежний только для участвующих в договоре государств типичны ситуации, когда по одному и тому же во­просу применяются одновременно оба источника — и между­народный договор, и международный обычай, но каждый при­менительно к "своей" группе государств. Например, правила, регламентирующие дипломатические иммунитеты, проистека­ют из Венской конвенции о дипломатических сношениях для участвующих в ней государств и из многовекового обычая для государств, не участвующих по каким-либо причинам в Конвенции.

При этом во многих договорах формулируется положение о сохранении и дальнейшем применении обычаев по вопросам, не решенным в договорах. Так, в преамбуле Венской конвенции о дипломатических сношениях подтверждается, что нормы международного обычного права будут продолжать регулиро­вать вопросы, прямо не предусмотренные положениями настоя­щей Конвенции".

При сопоставлении договора и обычая как источников ме­ждународного права следует иметь в виду, что договор концен­трирует определенную совокупность тематически однородных норм, а обычай — это почти всегда одна норма, вследствие чего понятия обычая как нормы и обычая как источника права пере­плетаются.

Акты международных конференций и совещаний

Поскольку, как уже говорилось, в международном праве не содер­жится исчерпывающего перечня источников, субъекты международ­ного права самостоятельно решают вопрос не только о содержании согласуемых ими правил поведения (международно-правовых норм), но и о том, в какую форму согласованные ими нормы будет воплоще­ны, в каком источнике зафиксированы.

Помимо традиционных договора и обычая, в настоящее время в международных отношениях активно используется такой источник международного права, как заключительные акты международных конференций и совещаний.

Нужно сказать, что далеко не все заключительные акты конфе­ренций содержат международно-правовые нормы и соответственно являются источниками международного права. Иногда в междуна­родный документ включается окончательный вариант текста догово­ра, разработанного на этой конференции. В этом случае источником будет считаться не сам акт конференции, а включенный в него дого­вор, после того как государствами будет дано согласие на его юриди­ческую обязательность. Включение же текста договора в заключи­тельный акт совещания в данном случае представляет собой один из способов установления аутентичности договора.

В качестве источников международного права следует рассмат­ривать лишь те акты конференций и совещаний, в которых зафикси­рованы международно-правовые нормы. В их числе, например, доку­менты Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ): Заключительный акт 1975 г., Стокгольмский Итоговый доку­мент 1986 г., Венский Итоговый документ 1989 г., Документ Копенгагенского совещания 1990 г., Парижская хартия для новой Европы 1990 г.. Документ Московского совещания 1993 г. и др.

Какова юридическая природа такого рода актов?

Во-первых, все эти документы содержат правила поведения субъ­ектов международного права, имеющие общий характер. Так, Заклю­чительный акт СБСЕ развил положения основных принципов меж­дународного права, определил меры по укреплению доверия в Евро­пе; Стокгольмский документ СБСЕ расширил перечень мер доверия; Парижской хартией организационно оформлена система СБСЕ; Ре­шением Будапештского совещания 1994 г. Совещание по безопаснос­ти и сотрудничеству в Европе было преобразовано в международную организацию (ОБСЕ).

Во-вторых, указанные акты, не являясь международными догово­рами, носят юридически обязательный характер. Согласно положе­ниям этих документов государства обязались «соблюдать», «обеспе­чивать исполнение» актов СБСЕ, «приводить свое законодательство в соответствие с положениями документов СБСЕ», «отменять зако­нодательные акты и административные правила» и т.д.

В-третьих, в документах вместе с правилами поведения одновре­менно предусматриваются меры проверки и контроля за их соблюде­нием.

Таким образом, поскольку некоторые акты конференций и сове­щаний содержат международно-правовые нормы, а не только поли­тические и/или моральные обязательства государств, их следует счи­тать источниками международного права.

Обязательные резолюции международных организаций

В последнее время отмечается существенное расширение форм участия международных организаций в международном нормотворчестве. Получил активное распространение новый метод создания международно-правовых норм — путем принятия резолюций между­народных органов и организаций.

Нужно сказать, что юридическая сила резолюций международ­ных организаций определяется их уставами. Согласно уставам боль­шинства организаций резолюции их органов имеет рекомендатель­ный характер. Однако можно выделить две группы нормативных резолюций:

1) устанавливающие обязательные для органов данной организа­ции правила (регламенты органов, резолюции о формировании бюд­жета организации, нормы, регулирующие порядок функционирова­ния этой организации, и др.). Эти международные нормы составляют часть внутреннего права данной организации;

2) приобретающие юридическую обязательность в силу отсылоч­ных норм международных договоров (стандарты ИКАО, рекоменда­ции МАГАТЭ и др.) и/или внутригосударственного законодательства.

Так, распоряжение Президента РФ «О мерах, связанных с выпол­нением резолюции Совета Безопасности ООН № 943 от 23 сентября 1994 г.» от 22 ноября 1994 г. установило ограничительные меры в отношении Союзной Республики Югославии; постановление Прави­тельства РФ «О мерах в связи с отменой санкций в отношении ЮАР. введенных резолюциями Генеральной Ассамблеи ООН» от 19 нояб­ря 1993 г. отменяло ряд ограничений на связи с ЮАР и т.д.

Таким образом, и в процессе создания нормативных резолюций международных организаций можно выделить два этапа создания международно-правовых норм: установление правила поведения и придание согласованному правилу юридической силы международ­но-правовой нормы.

Понятие международной правосубъектности

В общей теории права признано, что субъектом права является лицо, на которое распространяется действие его норм. Однако меж­дународное право, как уже отмечалось, — самостоятельная правовая система. Поэтому понятия и категории, используемые в националь­ном праве различных государств, не всегда идентичны по содержа­нию понятиям и категориям международного права. Особенности международного права как особой системы права предопределяют специфику международной правосубъектности и в конечном итоге качественные характеристики субъектов международного права.

Необходимо заметить, что содержание термина «международная правосубъектность» в нормах международного права не раскрывает­ся; существуют лишь теоретические конструкции, характеризующие юридическую природу, основания и пределы международной право­субъектности. В самом общем плане международную правосубъект­ность можно определить как юридическую способность лица быть субъектом международного права. Содержание международной пра­восубъектности образуют основные права и обязанности такого субъ­екта, вытекающие из международно-правовых норм.

Международная правосубъектность по своему происхождению подразделяется на фактическую и юридическую. Соответственно су­ществуют две категории субъектов международного права: первич­ные (суверенные) и производные (несуверенные).

Первичные субъекты международного права (государства и бо­рющиеся нации) в силу присущего им государственного или нацио­нального суверенитета ipso facto признаются носителями междуна­родно-правовых прав и обязанностей. Суверенитет (государствен­ный или национальный) делает их независимыми от других субъектов международного права и предопределяет возможность самостоя­тельного участия в международных отношениях.

Не существует норм, наделяющих правосубъектностью первич­ные субъекты международного права; имеются лишь нормы, под­тверждающие наличие у них правосубъектности с момента образования. Иными словами, в этом случае правосубъектность не зависит от чьей-либо воли и имеет по своей природе объективный характер.

Юридическим источником правосубъектности для несуверенных субъектов международного права служат их учредительные докумен­ты. Такими документами для международных организаций являются их уставы, принимаемые и утверждаемые субъектами международно­го права (прежде всего первичными) в форме международного дого­вора. Производные субъекты международного права обладают огра­ниченной правосубъектностью, которая обусловлена признанием этих участников международных отношений со стороны первона­чальных субъектов. Таким образом, объем и содержание правосу­бъектности производных субъектов зависят от воли первичных субъ­ектов международного права.

Однако субъекты международного права не только имеют права и несут обязанности, вытекающие из международно-правовых норм, но и, по моему мнению, обладают двумя другими характеристиками, отличающими их от субъектов внутригосударственного права.

Субъекты международного права также:

1) являются коллективным образованием. Каждый такой субъект имеет элементы организации: государство — власть и аппарат управ­ления; борющаяся нация — политический орган, представляющий ее внутри страны и в международных отношениях; международная ор­ганизация — постоянно действующие органы и т.д. При осуществле­нии властных полномочий субъекты международного права относи­тельно независимы и не подчинены друг другу. Каждый из них имеет самостоятельный международно-правовой статус, выступая в между­народных правоотношениях от своего собственного имени;

2) обладают способностью участвовать в разработке и принятии международных норм. Договорная право- дееспособность составляет важнейший элемент международной правосубъектности. Субъекты международного права (в отличие от большинства субъектов права внутригосударственного) — не просто адресаты международно-пра­вовых норм, но и лица, участвующие в их создании. Все субъекты международного права — одновременно и субъекты одной из отрас­лей международного права — права международных договоров.

Только наличие всех трех вышеуказанных элементов (обладание правами и обязанностями, вытекающими из международно-право­вых норм; существование в виде коллективного образования; непо­средственное участие в создании международно-правовых норм) дает, по моему мнению, основание считать то или иное образование полноценным субъектом международного права. Отсутствие у субъ­екта хотя бы одного из перечисленных качеств не позволяет говорить об обладании международной правосубъектностью в точном значе­нии этого слова.

Основные права и обязанности характеризуют общий междуна­родно-правовой статус всех субъектов международного права. Права и обязанности, присущие субъектам определенного вида (государст­вам, международным организациям и т.д.), образуют специальные международно-правовые статусы данной категории субъектов. Сово­купность прав и обязанностей конкретного субъекта образует инди­видуальный международно-правовой статус этого субъекта.

Таким образом, правовое положение различных субъектов меж­дународного права неодинаково, поскольку различен объем распро­страняющихся на них международных норм и соответственно круг международно-правовых отношений, в которых они участвуют.

Международная правосубъектность государств

Государства являются основными субъектами международного права; международная правосубъектность присуща государствам в силу самого факта их существования. Государства имеют аппарат власти и управления, обладают территорией, населением и, самое главное, суверенитетом.

Суверенитет — это юридическое выражение самостоятельности государства, верховенства и неограниченности его власти внутри страны, а также независимости и равноправия во взаимоотношениях с другими государствами. Суверенитет государства имеет междуна­родно-правовой и внутренний аспекты.

Международно-правовой аспект суверенитета означает, что меж­дународное право рассматривает в качестве своего субъекта и участ­ника международных отношений не государственные органы или отдельные должностные лица, а государство в целом. Все международно-правовые значимые действия, совершенные уполномоченны­ми на то должностными лицами государства, считаются совершенны­ми от имени этого государства.

Внутренний аспект суверенитета предполагает территориальное верховенство и политическую независимость государственной власти внутри страны и за рубежом.

Основу международно-правового статуса государства составля­ют права (право на суверенное равенство, право на самооборону, право на участие в создании международно-правовых норм, право на участие в международных организациях) и международно-правовые обязанности государств (уважение суверенитета других государств, соблюдение принципов международного права). В Декларации о принципах международного права 1970 г. говорится, что каждое государство обязано уважать правосубъектность других государств и соблюдать принципы международного права (невмешательство во внутренние дела, добросовестное выполнение принятых на себя обя­зательств, разрешение международных споров мирными средствами и др.).

Из суверенитета вытекает также, что ни одна обязанность не может быть возложена на государство без его на то согласия.

Международная правосубъектность наций и народов, борющихся за независимость

Правосубъектность борющихся наций, как и правосубъектность государств, носит объективный характер, т.е. существует независимо от чьей-либо воли. Современное международное право подтвержда­ет и гарантирует право народов на самоопределение, включая право на свободный выбор и развитие своего социально-политического статуса.

Принцип самоопределения народов является одним из основных принципов международного права, его становление приходится на конец XIX — начало XX вв. Особенно динамичное развитие он при­обрел после Октябрьской революции 1917 г. в России.

С принятием Устава ООН право нации на самоопределение окон­чательно завершило свое юридическое оформление в качестве основ­ного принципа международного права. Декларация о предоставле­нии независимости колониальным странам и народам 1960 г. конкре­тизировала и развила содержание этого принципа. Наиболее полно его содержание было сформулировано в Декларации о принципах международного права 1970 г., где говорится: «Все народы имеют право свободно определять без вмешательства извне свой политичес­кий статус и осуществлять свое экономическое, социальное и куль­турное развитие, и каждое государство обязано уважать это право в соответствии с положениями Устава ООН».

В современном международном праве имеются нормы, под­тверждающие правосубъектность борющихся наций. Нации, борю­щиеся за создание независимого государства, находятся под защитой международного права; они объективно могут применять меры при­нуждения в отношении тех сил, которые препятствуют обретению нацией полной международной правосубъектности, оформлению в государство. Но применение принуждения — не единственное и, в принципе, не главное проявление международной правосубъектнос­ти наций. Субъектом международного права может быть признана только та нация, которая имеет свою политическую организацию, самостоятельно осуществляющую квазигосударственные функции.

Иначе говоря, нация должна иметь догосударственную форму орга­низации: народный фронт, зачатки органов власти и управления, население на контролируемой территории и т.д.

Необходимо учитывать, что международной правосубъектнос-тью в собственном значении этого слова могут обладать (и обладают) не все, а лишь ограниченное число наций — нации, не оформленные в государства, но стремящиеся к их созданию в соответствии с меж­дународным правом.

Таким образом, практически любая нация потенциально может стать субъектом правоотношений самоопределения. Однако право народов на самоопределение фиксировалось в целях борьбы с коло­ниализмом и его последствиями, и как норма антиколониальной на­правленности она свою задачу выполнила.

В настоящее время особое значение приобретает другой аспект права наций на самоопределение. Сегодня речь идет о развитии нации, уже свободно определившей свой политический статус. В ны­нешних условиях принцип права наций на самоопределение должен гармонизироваться, согласовываться с другими принципами между­народного права и, в частности, с принципом уважения государствен­ного суверенитета и невмешательства во внутренние дела других госу­дарств. Иными словами, нужно говорить уже не о праве всех (!) наций на международную правосубъектность, а о праве нации, получившей свою государственность, развиваться без вмешательства извне.

Борющаяся нация вступает в правоотношения с государством, контролирующем эту территорию, другими государствами и нация­ми, международными организациями. Участвуя в конкретных между­народных правоотношениях, она приобретает дополнительные права и защиту.

Различают права, которыми уже обладает нация (они вытекают из национального суверенитета), и права, за обладание которыми она борется (вытекают из государственного суверенитета).

Правосубъектность борющейся нации включает в себя комплекс следующих основных прав: право на самостоятельное волеизъявле­ние; право на международно-правовую защиту и помощь со стороны других субъектов международного права; право на участие в между­народных организациях и конференциях; право участвовать в созда­нии норм международного права и самостоятельно выполнять при­нятые на себя международные обязательства.

Таким образом, суверенитет борющейся нации характеризуется тем, что он не зависит от признания ее субъектом международного права со стороны других государств; права борющейся нации охра­няются международным правом; нация от своего имени вправе при­менять принудительные меры против нарушителей ее суверенитета.

Международная правосубъектность международных организаций

Отдельную группу субъектов международного права образуют международные организации. Речь идет о международных межпра­вительственных организациях, т.е. организациях, созданных первич­ными субъектами международного права.

Неправительственные международные организации, такие, как Всемирная федерация профсоюзов, Amnesty International и др., уч­реждаются, как правило, юридическими и физическими лицами (группами лиц) и являются общественными объединениями «с ино­странным элементом». Уставы этих организаций в отличие от уставов межгосударственных организаций не являются международными до­говорами. Правда, неправительственные организации могут иметь консультативный международно-правовой статус в межправительст­венных организациях, например, в ООН и ее специализированных учреждениях. Так, Межпарламентский союз имеет статус первой категории в Экономическом и Социальном Совете ООН. Однако неправительственные организации не вправе создавать нормы меж­дународного права и, следовательно, не могут, в отличие от межпра­вительственных организаций, обладать всеми элементами междуна­родной правосубъектности.

Международные межправительственные организации не облада­ют суверенитетом, не имеют собственного населения, своей террито­рии, иных атрибутов государства. Они создаются суверенными субъ­ектами на договорной основе в соответствии с международным пра­вом и наделяются определенной компетенцией, зафиксированной в учредительных документах (прежде всего в уставе). В отношении учредительных документов международных организаций действует Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г.

В уставе организации определяются цели ее образования, пред­усматривается создание определенной организационной структуры (действующих органов), устанавливается их компетенция. Наличие постоянных органов организации обеспечивает автономность ее воли; международные организации участвуют в международном об­щении от своего собственного имени, а не от имени государств-чле­нов. Иными словами, организация обладает своей собственной (прав­да, несуверенной) волей, отличной от воли государств-участников. При этом правосубъектность организации носит функциональный характер, т.е. она ограничена уставными целями и задачами. Кроме того, все международные организации обязаны выполнять основные принципы международного права, а деятельность региональных международных организаций должна быть совместима с целями и принципами ООН.

Основные права международных организаций следующие:

право участвовать в создании международно-правовых норм;

право органов организации пользоваться определенными власт­ными полномочиями, в том числе право на принятие решений, обя­зательных для исполнения;

право пользоваться привилегиями и иммунитетами, предостав­ленными как организации, так и ее сотрудникам;

право рассматривать споры между участниками, а в некоторых случаях и с не участвующими в данной организации государствами.