Файл: Теории происхождения государства ( Общее понятие и теории происхождения государства ).pdf

«Запрет на инцест, - считает Леви-Стросс, - это главный шаг, благодаря которому, посредством которого и, что особенно важно, в рамках которого осуществляется переход от природы к культуре». Тем самым он придает запрету на инцест кардинальную организационную функцию структурирования общественного порядка, невзирая на его частные особенности либо своеобразие применения. «В самом общем плане запрет на инцест свидетельствует о переходе от природного явления кровосмешения к культурному факту свойства», - рассуждает ученый. Об этом свидетельствует, например, наличие площадки для танцев в центре селения бороро.^[25]

Как и всё в мире животных, рождение ребенка у людей - явление природного, всеобщего порядка. Однако предшествующий этому выбор половых партнеров подчиняется правилам, относящимся к сфере культуры. Леви-Стросс, приверженный диалектике природы и культуры, противопоставляет «кровосмесительные» половые связи в животном мире человеческому миру законов. У животных процесс ограничения полового обмена обусловлен лишь уклонением на инстинктивном уровне от кровосмесительных отношений. У человека это выраженная в действительности совокупность брачных правил (ограничений) в форме обобщенного обмена (тип предпочтительного брака, когда три (или более) группы предоставляют друг другу партнеров по круговой модели), или ограниченного обмена (тип предпочтительного брака, когда две группы обмениваются брачными партнерами).

Однако не стоит идеализировать и абсолютизировать значение этого выдающегося явления в жизни первобытного общества. Согласно Леви-Строссу и Якобсону запрет инцеста, точнее говоря, построение ранних социальных структур, в большой степени определяющихся брачно-родственными отношениями на основе запрета инцеста, является одной из фундаментальных черт человеческих обществ наряду с производством орудий посредством орудий (влияние материалистической теории происхождения государства) и построением слов (или морфем) из фонем; во всех трех случаях имеет место различение, по крайней мере, двух уровней внутри структуры.

Таким образом, теория происхождения государства, предложенная французским ученым, является уникальным синтезом взглядов психологов, материалистов и непосредственно самого Леви-Стросса. Центральным фактором прихода человека к государству, праву является осознание необходимости запретить инцест, при этом остальные факторы не просто учитываются, но и являются определяющими. Франсуаза Эритье расширила концептуальную базу исследований Леви-Стросса, включив в систему запрещенных кровосмесительных отношений мать, дочь, отца, сына (тогда как автор теории рассуждал о запрете отношений сестра- брат). Тем самым она дополнительно обосновала всеобщность запрета: теперь это явление представляется непосредственной причиной образования предгосударственно-правовых явлений, так как в обосновании запрета на инцест участвует все общество.^[26]

Видный российский ученый Леонид Васильев в работе «История Востока» пишет: «Отказ от права на женщину своей группы создал условия для своего рода социального контракта с соседней группой на основе принципа эквивалента и тем самым заложил фундамент системы постоянных коммуникаций: обмен женщинами, имуществом или пищей (дарами), словами-знаками, символами,- и составил структурную основу культуры с ее ритуалами (в первую очередь брачными), нормами, правилами, запретами-табу и прочими социальными регуляторами. В дальнейшем эта группа людей, специализировавшаяся на поддержании запрета инцеста, стала одновременно выполнять и другие общественные функции. Именно таким образом постепенно и происходило образование государственной структуры».

Эти взгляды критиковались, порой осмеивались. Прежде всего, некоторые ученые считают, что в теории не принимается во внимание факт, что в особенностях воспроизводства человека заключен прогресс человечества в целом. Мы знаем, что у многих популяций животных половые отношения носят тоже очень сложный характер, и, тем не менее, это им не позволило вырваться из царства животных. Переход общества от присвоения средств для жизни к их производству или переход общества от собирательства к производящей экономике — вот тот рубеж, который отделяет его от мира животных. Так рассуждают материалисты, забывая, что Леви-Стросс разграничил процессы, происходящие у животных и людей, и положил в основу своей концепции совокупность факторов, не ограничиваясь запретом на инцест.^[27]

Вызывает у многих сомнение и утверждение, что переход общества к запрещению инцеста был сознательным. Вряд ли люди представляли себе всю цепочку негативного действия кровосмешения. Однако создание специальных органов, обеспечивающих отказ от эндогамных отношений свидетельствует об обратном.

Таким образом:

1. Всеобщий запрет на инцест - выдающийся момент в жизни первобытного общества, который ознаменовался переходом к экзогамному браку.

2. Всеобщий запрет на инцест - продукт осмысленной деятельности первобытного общества, которое осознало губительное влияние отсутствия обмена женщинами внутри рода.

3. Всеобщий запрет на инцест - табу, принятое не сразу. Для его реализации и поддержания человечество создает карательные аппараты, органы власти, закрепленные правила.

4. Всеобщий запрет на инцест - мощной толчок, который способствовал развитию культурных связей между родами, вел к интеграции в первобытном мире.

5. Всеобщий запрет на инцест - не единственный фактор, приведший к образованию государства.

3.2. Выявление и раскрытие теории происхождения вторичного государства

Проблема возникновения государства является наиболее обсуждаемой в данное время. Несомненно, она напрямую связана с обществом, которое в

ходе своего развития усложняется. Однако довольно часто историкам приходится сталкиваться с такими обществами, которые прекратили свое развитие и архаизировались. Причинами такого обстоятельства могут быть завоевание и подчинение одного народа другому, экономический кризис, перенос или исчезновение торговых путей.^[28]

Становление государственности представляет собой сложный, комплексный и до конца не изученный процесс. Ученые разных времён выдвигали различные теории происхождения данного института. Так, Ф. Аквинский писал о теологической теории, где государство представляет собой продукт божественной воли; Л. Филмер, Аристотель и Н.К. Михайловский выдвинули патриархальную теорию, где государство представляет собой результат исторического возникновения семьи. Таких теорий большое количество, причем помимо самых известных, существуют и такие, которые, только начинают приобретать популярность, например, комплексная теория происхождения государства Х. Классена и П. Скальника или ограничительная теория Р. Кайнейро.

Историки выделяют ряд факторов, влияющих на становление и развитие государства. К ним относится природно-климатический, который характеризуется скоростью складывания государства и его прочностью. Не менее важным фактором выступает влияние соседних социумов.

Здесь важно учесть, складывается ли государство самостоятельно, без какого-либо влияния из вне или же на возникновение и становление данного института воздействует соседнее образование. В первом случае В.Д. Диопик даёт такому государству название «первичное», а во втором – «вторичное».

Данный историк считал, что первичные государства существовали с конца 4 тыс. до н.э. и до середины 2 тыс. до н.э. В таком политическом институте город является источником сакральной и светской власти, целью которого является мобилизация проживающих там граждан на тяжёлый труд для преобразования ландшафта. Примерами первичных государств, по мнению В.Д. Диопика, выступают Шумерское государство в Месопотамии, предки китайцев в среднем течении Хуанхэ, Древнеегипетское государство и ряд других.

В Средние века образование «первичных» государств уже не происходило. Вновь появившиеся политические институты приобретали статус «вторичных», причем их появление характеризовалось более высокой скоростью, нежели «первичных».

Историки были заинтересованы в процессе появления вторичных государств, на фоне чего возникла вторичная теория происхождения государства, выдвинутая Б. Прайс в 1998 году. Хотя данная теория менее популяризована, нежели ряд вышеперечисленных, стоит уделить ей должное внимание.

Б. Прайс утверждала, что «вторичное» государство возникло из «первичного» путём его расширения. Она также отмечает, что как только произошел процесс образования «вторичного» государства, оно начинает претерпевать те же изменения, которые происходили при становлении «первичного». В своей работе «Secondary State Formation: An Exploratory Model. In Origins of the State: The Anthropology of Political Evolution» Б. Прайс утверждает, что при изучении «вторичного» государственного образования необходимо учитывать не только диалектический подход, но и степень контакта между «первичным» и образованным от него «вторичным» государством.^[29]

Мортон Фрид, используя в своих работах термин «вторичное» государство, тем самым классифицирует государства на «независимые» и «производные». На основе его работы Б. Прайс провела различие между двумя формами вторичных государств: теми, которые возникли в результате исторической преемственности из существовавшего ранее государства и теми, которые образовались в результате взаимодействия с менее и более сложными политическими институтами. В последней форме Б. Прайс также выделила два подтипа: один требовал прямой политической или экономической интеграции или захвата со стороны внешней державы, а другой - косвенной трансформации существующего социально- экономического и политического института. Основываясь на этой классификации, вышеупомянутые типы вторичных государств можно увидеть в китайском регионе Шаньдун.

Замена Шан Чжоу около 1045 г. до н.э. является важным событием второго тысячелетия в истории Китая. Вскоре после победы Чжоу стал сверхдержавой в средней и нижней части Хуанхэ и за ее пределами. Многие смежные государства существовали бок о бок в периферийных районах восточного полуострова Шаньдун. Некоторые государства контролировались бывшими подданными Шан, другие были учреждены судом Чжоу, а третьи находились под властью лидеров коренных «варварских» общин. В ходе непрерывной войны и территориальной экспансии со стороны Чжоу в восточной области были порабощены некоторые маленькие государства, ставшие вскоре союзниками Чжоу, в то время как ряд других небольших государств выступили против. Так, коренные жители Шаньдуна предприняли попытку сформировать свои собственные государства, чтобы противостоять мощному расширяющемуся Чжоу.

Поэтому, основываясь на взглядах Б. Прайс и М. Фрида, можно четко разделить два типа вторичных государств на восточной периферии в период Чжоу. Первый подтип включает в себя государства с происхождением Дун И, такие как Лай и Цзю. Их формирование находилось под влиянием существующей государственной системы Чжоу, которая привела к социальной трансформации системы коренного населения.^[30]

Появление второго типа вторичного государства предполагает прямое политическое и экономическое объединение существующих государств. Такие политические институты стали активными участниками более широкой политической системы Западного Чжоу. Это государства, которые, возможно, когда-то были частью контролируемой Шаном политической сети в Шаньдуне в период позднего Шанга, принявшего власть после завоевания Чжоу. Цзи и Сюэ можно рассматривать как хорошие примеры этого типа.

Кроме того, в Китае существовал третий тип вторичного государства. Он включает в себя множество региональных государств, созданных судом Чжоу. Они также характеризуют Западный Чжоу как уникальное и отличное от других древних государств в мире. В первые годы существования Западного Чжоу центральный суд доверил союзникам стратегические места на востоке, чтобы создать региональные государства в качестве колоний.

Они были сформированы не только в качестве осуществления полномочий Короля Чжоу, но и должны были выступать как первопроходцы на границе, чтобы расширить и продвинуть политический и социальный интерес Чжоу на новой земле. Фактически правитель каждого регионального государства управлялся политической властью, делегированной ему королем Чжоу, а не как истинный «суверенный правитель». Эти региональные государства базировались на местном уровне, но не были политически независимыми. Но в весенне-осенний период, с падением власти короля Чжоу, у этого типа вторичного государства появилась тенденция формировать региональные культуры и становится независимыми государствами на восточной периферии.

Таким образом, выделяется три типа вторичных государств в Шаньдуне: 1) региональные государства, установленные судом Чжоу, такие как Ци, Лу и Тэн; 2) государства Лай и Цзю, созданные коренными общинами под культурным и политическим влиянием Чжоу; 3) государства, которые раньше были бывшими политиками Шан, такие как Цзи и Сюэ. Они считаются вторичными, поскольку формируются либо посредством взаимодействия с более сложным соседним государством, либо развиваются на основе существующей ранее системы. В этом смысле все они являются производными. Следует отметить, что в процессе формирования вторичного государства существенное влияние на историю его развития и организацию оказали два фактора: 1) обстоятельства его образования и структура существовавшей ранее местной общественно-политической системы; 2) масштабы и характер взаимодействия между ним и соседними государствами.^[31]