Файл: Теория государства и права. Понятие и признаки государства...pdf

Психологическая теория. Психологическая теория происхождения государства разработана Л.И. Петражицким и Зигмундом Фрейдом. В теории говорится, что государство образовалось в результате деления общества по психологическим признакам: одни способны только подчиняться, другие могут управлять. Естественно, что социальные закономерности реализуются через человеческое поведение, деятельность. Поэтому свойства человеческой психики оказывают определенное влияние на реализацию этих закономерностей. Но, с одной стороны, это влияние не является решающим, а с другой сама человеческая психика формируется под влиянием соответствующих экономических, социальных и иных внешних условий. Именно эти условия и должны учитываться в первую очередь.

Психологическая теория государства и права возникла в середине XIX века. Широкое распространение получила в конце XIX — первой половине XX века. Ее наиболее крупный представитель — русский государствовед и правовед Л. Петражитский (1867 1931 гг.).^[29][34]

Ее сторонники определяют общество и государство как сумму психических взаимодействий людей и их различных объединений. Суть данной теории состоит в утверждении психологической потребности человека жить в рамках организованного сообщества, а также в чувстве необходимости коллективного взаимодействия. Говоря о естественных потребностях общества в определенной организации, представители психологической теории считают, что общество и государство есть следствие психологических закономерностей развития человека.

В действительности же объяснить причины возникновения и функционирования государства только с психологической точки зрения вряд ли возможно. Понятно, что все общественные явления разрешаются на основе психических актов людей, и вне их нет ничего общественного. В этом смысле психологическая теория объясняет многие вопросы общественной жизни, которые ускользают от внимания экономической, договорной, органической теорий. Однако попытка свести всю общественную жизнь к психологическому взаимодействию людей, объяснить жизнь общества и государства общими законами психологии такое же преувеличение, как и все другие представления об обществе и государстве.^[30][35]

Государство явление чрезвычайно многогранное. Причины его возникновения объясняются многими объективными факторами: биологическими, психологическими, экономическими, социальными, религиозными, национальными и другими. Их общее научное осмысление вряд ли возможно в рамках какой-то одной универсальной теории, хотя в истории человеческой мысли такие попытки делались, и довольно успешно (Платон, Аристотель, Монтескье, Руссо, Кант, Гегель, Марке, Плеханов, Бердляев). Суть психологической теории заключается в том, что она пытается объяснить возникновение государственноправовых явлений и власти особыми психологическими переживаниями и потребностями людей.

Психологическая теория государства и права рассматривала народ как пассивную инертную массу, ищущую подчинения.

В своих работах по теории государства и права Петражицкий подразделяет право на автономное (или интуитивное) и на позитивное (гетерономное). Автономное право образует переживания, исполняющиеся по зову внутреннего «голоса» совести. Позитивное правовое представление имеет место тогда, когда оно основано на чужом авторитете, на внешнем нормативном акте.

Сравнения государства с организмом по происхождению своему не менее древни, чем политический атомизм. Происхождение их надо искать также в донаучных представлениях,—в «естественном» способе мышления, который совершенно инстинктивно в своих характеристиках государства применяет такие понятия, как «политическое целое», «глава государства», его «члены», «органы» государства, его «управления» или «функции» и т. д.

Гегель указывал, что определения государства и не может быть, что государство есть организм, то есть развитие идеи в своих различиях. "Природа организма такова, что если не все его части переходят в тождество, если одна из них полагает себя самостоятельной, то погибнуть должны все. С помощью предикатов, принципов и т. д. так же нельзя достигнуть суждения о государстве, в котором следует видеть организм, как нельзя с помощью предикатов постичь природу Бога, жизнь которого я должен созерцать в самом себе.

Проводятся следующие аналогии: составляющая структурная единица государства как организма — семья (в биологии — клетка); полиция — иммунная система; деньги, экономика — кровеносная система.

В настоящее время данная теория отвергается подавляющим большинством русскоязычных источников. Н.Н. Алексеев пишет, что никакое общение не может быть организмом, но некоторым сложным отношением между социальными единицами, монадами или душами. То, что есть организм или личность, не есть общество, так же как и общество никогда не может быть организмом или личностью. Идеи эти могут быть применены к обществу разве только фигурально или условно, но и при этом они принесут более вреда, чем пользы, так как привнесут в социологию неограниченное количество чуждых ей понятий. Ф.Ф. Кокошкин писал, что отношения власти и подчинения, которые существуют в государстве и зависимость частей организма от целого — различные явления. Во втором случае — это явление физиологическое, имеющее характер безусловной необходимости, а в первом — психологическое, взаимодействие между индивидуальными сознаниями, такой необходимостью не обладающее.^[31][36]

Глава 2. Признаки государства

2.1 Территориальная организация населения и публичная (государственная) власть

В догосударственном обществе принадлежность индивида к тому или иному роду обусловливалась кровным или предполагаемым родством. Причем род часто не имел строго определенной территории, перемещался с одного места на другое. В государственно-организованном обществе кровнородственный принцип организации населения потерял свое значение. На смену ему пришел принцип его территориальной организации. Государство имеет строго локализованную территорию, на которую распространяется его суверенная власть, а население, на ней проживающее, превращается в подданных или граждан государства. Возникают, таким образом, пространственные пределы государства, в которых появляется новый правовой институт — подданство или гражданство.

С территориальной организацией населения сопряжено не только возникновение государства, но и начало складывания отдельных стран. А потому с этих позиций понятия «государство» и «страна» во многом совпадают. От негосударственных организаций (профсоюзов, политических партий и др.) государство отличается тем, что олицетворяет все население страны, распространяет на него свою власть. Профсоюзы и политические партии объединяют в своих рядах часть населения, создаются добровольно по тем или иным интересам.^[32][37]

Публичной власть называется потому, что, не совпадая с обществом, выступает от его имени, от имени всего народа.

Прежде чем характеризовать власть государственную, необходимо дать определение социальной власти, под которой понимают присущее всякой общности людей отношение господства и подчинения между субъектами, опирающееся на принуждение. Социальная власть неотъемлема от любой организованной, более или менее устойчивой и целенаправленной общности людей (рода, племени, семьи, общественной организации, партии, государства, общества и т.п.); она — важнейшее средство функционирования социальных структур и институтов.

Власть придает обществу целостность, управляемость, служит важнейшим фактором организованности и порядка. Иными словами, это системообразующий элемент, обеспечивающий обществу жизнеспособность. Под воздействием власти общественные отношения становятся целенаправленными, приобретают характер управляемых и контролируемых связей, а совместная жизнь людей делается организованной и упорядоченной.

Необходимость социальной власти в человеческих коллективах проистекает из их совместной осознанной деятельности, что предполагает разделение труда, регулирование поведения, установление определенной иерархии, порядка взаимоотношений людей в коллективе и коллективов между собой. Социальная власть всегда содержит элемент принуждения. Формы принуждения, как и пути «присвоения» чужой воли, многообразны, в связи с чем различаются множество разновидностей власти по самым различным основаниям деления: экономическая, военная, идеологическая, религиозная, корпоративная, публичная и частная, власть организации над добровольно вступившими в нее членами и т.д. Государственная же власть представляет собой особую разновидность социальной власти. В литературе по-разному понимается соотношение категорий «государственная власть» и «политическая власть».^[33][38] Согласно одной точке зрения, государственная власть — более узкая категория, чем политическая власть, ибо последняя осуществляется не только государством, но и другими звеньями политической системы общества: органами местного самоуправления, партиями, политическими движениями, общественными организациями и т.п. Так, согласно ст. 3 и 12 Конституции РФ органы местного самоуправления не входят в государственный аппарат, хотя и осуществляют власть. Вместе с тем если государственная власть выступает от имени всего общества, то политическая — как правило, от какой либо его части или социальной группы, являющейся субъектом политического властвования. В отличие от политической государственная власть имеет свойственные ей три основные ветви — законодательную, исполнительную и судебную с соответствующими прерогативами. В соответствии с другой точкой зрения понятие «политическая власть» тождественно понятию «государственная власть», так как первая исходит от государства и реализуется не иначе как при его (прямом или косвенном) участии.

Таким образом, государственная власть — это публично политическое отношение господства и подчинения между субъектами, опирающееся на государственное принуждение.

Характерные черты государственной власти:

•она распространяется на все общество;

•носит публично политический характер;

•опирается на государственное принуждение;

•осуществляется специальными лицами (чиновниками, политиками и т.п.);

•действует система налогов;

•население делится по территориальному признаку;

•ей присущи легитимность, легальность и т.п.

2.2 Государственный суверенитет

Государственный суверенитет (фр. souveraineté — верховная власть) — это неотчуждаемое юридическое качество независимого государства, символизирующее его политико-правовую самостоятельность, высшую ответственность и ценность как первичного субъекта международного права; необходимое для исключительного верховенства государственной власти и предполагающее неподчинение власти другого государства; возникающее или исчезающее в силу добровольного изменения статуса независимого государства как цельного социального организма; обусловленное правовым равенством независимых государств и лежащее в основе современного международного права. Иными словами, суверенитет означает, что все правила на территории данного государства устанавливаются им самим, и только им самим. Государство без суверенитета является не государством, а колонией либо составной частью другого государства. Носителем суверенитета (сувереном) может быть или народ, осуществляющий свою суверенную власть через выборное представительство и главу государства (президента республики или монарха в конституционных монархиях) или монарх-самодержец в силу «божественного права и завоевания».^[34][39]

Понятие «государственный суверенитет» появилось в конце средних веков, когда потребовалось отделить государственную власть от церковной и придать ей исключительное, монопольное значение. Оно было введено французским юристом XVI в. Жаном Бодэном и первоначально сохраняло связь с феодальным правом, обозначая прежде всего власть верховного сюзерена в противоположность власти вассальных правителей. Согласно его определению, суверенитет - это абсолютная и незыблемая власть монарха в государстве. Однако Вестфальский мир 1648 года признал суверенные права за всеми европейскими государствами (включая вассалов Священной Римской империи), таким образом положив начало современной системе, в которой суверенитет предполагается необходимым атрибутом любого государства.^[35][40] В 1933 году на конференции в Монтевидео (Уругвай) была разработана концепция суверенитета. Согласно ей, государство для признания суверенным должно обладать следующими признаками: наличие определенной территории; проживающее на этой территории более или менее постоянное население; наличие эффективно действующего правительства; суверенитет должен быть подтвержден другими государствами.^[36][41] В последнее время, однако, все громче говорится о «размывании» понятия национального суверенитета, связанном с процессом глобализации и усиления взаимных связей и взаимозависимости между государствами, что ведёт, с одной стороны, к усилению роли наднациональных органов, которым государства частично делегируют свои суверенные. В современной политологии термин (государственный) суверенитет употребляется почти как синоним слова «независимость». Необходимо отметить, что с государственным суверенитетом не следует смешивать понятие народного суверенитета, предполагающее, что народ, выражающий свою волю через выборы, референдумы и т. п., является высшей властью и источником всякой власти в государстве.^[42] Доктрина народного суверенитета возникла в XVIII в. в противоположность средневековой доктрине «божественного права», предполагавшей носителем суверенитета монарха, получившего свою власть непосредственно от Бога; в настоящее время она является практически общепринятой, при этом не только в демократических государствах, но и в государствах с тоталитарной формой правления, также апеллирующих для своей легитимации к «воле народа». В политической науке в определенной мере осознается, что необходимы «комплексное переосмысление и переоценка понятия «суверенитет» как в связи с возникновением мирового политического сообщества, так и в связи с уточнением пределов частных суверенитетов, принципов их сочетания друг с другом и построения их иерархии». Глобализация в целом способствует изменению и сокращению суверенных полномочий государств, и при этом процесс является двусторонним: с одной стороны, усиливаются факторы, объективно уменьшающие суверенитет стран, а с другой — большинство государств добровольно и сознательно идет на его ограничение.^[37][43]