Файл: Неимущественные права как предмет гражданского права.pdf

Во-первых, они имеются у субъекта, принадлежат ему с рождения. Во-вторых, они способны создавать и даже создают материальные блага, т.е. информационные объекты, которые приобретают экономическую ценность. Поэтому неимущественные права всегда в той или иной степени связаны с имущественными. Другое дело, что они неотделимы от своего субъекта, не подлежат отчуждению каким бы то ни было способом. Всякое неимущественное право тесно связано с имущественными правами как основа для формирования последних, что и дает возможность для регулирования гражданским законодательством как неимущественных, так и имущественных прав^[21]. В качестве примеров такой не просто тесной, но и органической связи В.С. Толстой приводит право физического лица на использование своего внешнего облика в рекламной или иной деятельности и считает это право имущественным. Анализируя личные неимущественную и имущественную составляющие права на имя, автор указывает на возможность сделок по использованию псевдонима, на согласие лица для использования в качестве элемента товарного знака, знака обслуживания и т.п^[22].

С подобным взглядом на соотношение личных неимущественных и имущественных прав невозможно не согласиться. В качестве дополнительного аргумента в пользу данного суждения можно обратить внимание на то, что личные неимущественные права, казалось бы, совершенно не связанные с имущественными, такие, как право на имя, на честь и достоинство, не говоря уже о неимущественных правах на результаты интеллектуальной деятельности, защищаются с помощью таких имущественных способов, как возмещение убытков и компенсация морального вреда. С учетом всего сказанного представляется вполне обоснованным рассмотрение в органическом единстве имущественных и личных неимущественных прав, обеспечивающих охрану жизни и здоровья человека.

Дискуссионным представляется, вопрос наследования авторских прав. Правовой статус наследника авторских прав, к которым в порядке наследования перешло исключи­тельное право на произведение науки, литературы, искусства, непосредственно связан с содержанием их субъективных прав и обязанностей.

При его определении исходят из положений тре­тьей части Гражданского Кодекса, а также ст. 1241 ГК РФ, устанавливающей переход исключительных прав на основании универсального правопреемства, и ст. 1283 ГК РФ, допускающей переход исключительного права на произведение в порядке наследования. При этом к наследнику от наследодателя переходят исклю­чительные права на использование и распоряжение произведением, а также защиту, принадлежащих ему личных неимущественных прав.

Однако, как отмечают практические исследовате­ли в области авторских прав, действующее законода­тельство, как авторское, так и наследственное, имеет пробел в регламентации авторских прав наследников. Наиболее серьезной проблемой является определение объема прав, переходящих к наследникам автора^[23], что в наибольшей степени связано с объемом перехода при наследова­нии личных неимущественных прав наследодателя. Перечень личных неимущественных прав, принад­лежащих автору произведения, содержится в статьях 1265-1268 Гражданского Кодекса РФ. К таким правам, в частности, относятся: право автора на имя; право ав­торства; право на неприкосновенность произведения и защиту произведения от искажения; право на обна­родование произведения.

По данному вопросу высказывались различные точки зрения.

Так, О.Е. Блинков полагает, что насле­дование осуществляется в полном объеме и к наслед­нику переходит весь комплекс как имущественных, так и неимущественных прав^[24].

Было высказано и противоположное мнение. По мнению М.В. Гордона к наследникам переходят толь­ко имущественные права, в то время как личные не­имущественные права в наследственную массу не входят. В то же время он не отрицал, что наследники обладают определенными традиционно признавае­мыми правомочиями для осуществления охраны не­которых неимущественных прав автора^[25].

Иной точки зрения придерживается В.Л. Чертков, замечая, что к наследнику от автора переходят право­мочия по авторским отношениям в меньшем объеме по сравнению с принадлежащими автору ранее^[26].

Однако российскими учеными в области автор­ского права высказывается отличная от вышепри­веденной точка зрения о том, что личные неимуще­ственные права не входят в состав наследства. Так, А.П. Сергеев считает, что поскольку в законодатель­стве не сформулирован запрет перехода права на обнародование, то наследник может обнародовать произведение после смерти автора, если оно не было обнародовано и обнародование не противоречит его воле. Данные обстоятельства позволяют сделать вы­вод о том, что право на обнародование передается по наследству вместе с комплексом имущественных прав^[27].

В.И. Еременко полагает, что правообладатель, (а значит и наследник) должен быть, по крайней мере, наделен правом как вносить в произведение измене­ния, сокращения или дополнения, так и выдавать дру­гим лицам разрешения на такие изменения, сокраще­ния и дополнения^[28].

Э.П. Гавриловым отстаивается как право на не­прикосновенность, так и на обнародование произве­дения, не обнародованного при жизни автора. Он по­лагает, что с некоторыми ограничениями (частично) эти права переходят по наследству, поскольку в них имеются элементы имущественного права^[29]. Право на опубликование произведения может быть ограничено в случаях, когда оно проти­воречит воле его автора, определенно выраженной в письменной форме (в завещании, письмах, дневниках и тому подобное).

А.М. Эрделевский, отмечает тесную связь между правом на опубликование о возможности опубликова­ния произведения свободой принятия решения о его опубликовании. В то же время проводит между ними различия относительно их материальности или не материальности. Он подчеркивает, что само право на обнародование, переход которого по наследству ока­зывается возможен, не относится к числу нематери­альных благ в смысле ст. 150 ГК РФ. В то же время свобода принятия решения о возможности обнародо­вания произведения является нематериальным благом и по наследству не переходит^[30].

Исходя из вышеизложенного представляется це­лесообразным законодательно закрепить переход по наследству права на неприкосновенность и права на обнародование произведения в зависимости от содер­жания в них имущественной составляющей.

2.2 Личные неимущественные права, не связанные с имущественными 

К предмету гражданско-правового регулирования относится также защита неотчуждаемых прав и свобод человека и других нематериальных благ. Речь идет о таких благах, как жизнь и здоровье человека, достоинство личности, ее честь и доброе имя, деловая репутация (последняя может касаться и юридических лиц, в ряде случаев имея также имущественный аспект), личная и семейная тайна, право на имя, неприкосновенность частной жизни и т.д. По поводу названных объектов могут складываться лишь чисто личные, неимущественные отношения, ибо они не могут стать предметом товарообмена. Данные блага неотделимы (неотчуждаемы) от человеческой личности и не могут ни передаваться другим лицам, ни прекращаться по каким-либо основаниям.

Л.О. Красавчикова вычленяет в системе личных неимущественных прав, не связанных с имущественными, два структурных уровня этих прав. В структурное подразделение первого уровня включается право на жизнь, право на здоровье, право на свободу и личную неприкосновенность, право на благоприятную окружающую среду; второго уровня – право на имя, право на честь, достоинство, право на частную жизнь, право на свободу передвижения. Она не без оснований отмечает, что применительно к личным неимущественным правам, обеспечивающим их целостность, в качестве интегрирующего фактора выступает их объект. Это, однако, не исключает выделение в указанной целостности личных неимущественных прав различного структурного уровня^[31].

Согласно признанной в науке точке зрения, личные неимущественные права являются абсолютными и присущи человеку с рождения или в силу закона, а их нарушение является юридическим фактом, влекущим возникновение относительного правоотношения охранительного характера между управомоченным лицом и нарушителем^[32]. Многие ученые, в частности Н.Д. Егоров, Л.О. Красавчикова, полагают, что способы защиты неимущественных прав должны по общему правилу носить неимущественный характер, что является нетипичным для гражданского права. Такой подход способен обеспечить наиболее эффективную защиту исходя из специфики защищаемого неимущественного права.

Устанавливая общий порядок применения способов защиты личных неимущественных прав, ст. 150 ГК различает следующие ситуации:

1. Если частный случай нарушения предусмотрен ГК (защита чести, достоинства и деловой репутации; охрана изображения гражданина; охрана частной жизни гражданина и т.д.) или другими законами (напр. ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусматривает порядок компенсации морального вреда, причиненного потребителю), то способ и порядок защиты определяются в соответствии с данным законом.
2. Если порядок защиты при конкретном нарушении не предусмотрен напрямую, то защита осуществляется в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. То есть управомоченное лицо должно оценить существо нарушенного права, характер последствий нарушения и выбрать наиболее подходящий способ защиты. Перечень способов в ст. 12 ГК не является исчерпывающим и предполагает возможность использования и «иных способов», но не любых, а предусмотренных в законе.

Такие иные способы, не упомянутые в ст. 12, можно обнаружить в самом ГК РФ.

Можно пойти дальше и увидеть в применении этого способа защиты восстановительную функцию. К примеру, во время предвыборной кампании некое лицо проводит встречи с избирателями под именем одного из кандидатов с целью его дискредитации и создания негативного имиджа. Право на имя является одним из неотчуждаемых нематериальных благ в соответствии с п. 1 ст. 150 ГК и, очевидно, подлежит защите. В данном случае не произошло распространение порочащих честь и достоинство лица сведений, и если кандидат по каким-либо причинам не желает взыскивать моральный вред, причиненный нарушением права на имя, то признание судом факта нарушения и дальнейшее широкое распространение такого решения в СМИ может в значительной степени восстановить репутацию кандидата.

В качестве возражения применению такого способу защиты может быть высказано соображение о его нецелесообразности: любое судебное решение в пользу истца и так подразумевает признание факта правонарушения. Однако в случаях, когда такое признание факта нарушения является единственным доступным управомоченному лицу способом защиты, оно должно иметь право хотя бы на столь несовершенный способ.

Наконец, Н.С. Малеин полагал, что невозможность восстановления нарушенных личных неимущественных прав во многих случаях предопределяет приоритет превентивных способов защиты. В частности, он обосновывал необходимость применения таких способов, как общественное предупреждение, порицание, выговор, денежный штраф (в доход бюджета), <...>лишение права занимать соответствующие должности (на определенный срок^[33]. Однако эти способы защиты имеют во многом карательный характер, который присущ публичным отраслям права. Из фундаментальных признаков метода и принципов частного права следует, что неимущественные способы защиты личных неимущественных прав должны быть направлены в первую очередь на обеспечение реализации или восстановление права, а не наказание нарушителя. Реализацией карательной функции достигается публичный интерес, но защите прав конкретного лица она если и способствует, то весьма опосредованно.

В заключение главы, хочется отметить, что анализ гражданско-правовой литературы по вопросу правового регулирования личных неимущественных отношений показывает, что количество конструируемых личных неимущественных прав постоянно растет, а целью цивилистических исследований становится отыскание все новых и новых прав. Если цивилистическая наука и дальше пойдет по такому пути, то, по всей видимости, она окажется в тупике, поскольку сведется к выявлению все новых и новых субъективных прав, в основе которых лежит тот или иной неимущественный интерес. Количество таких субъективных прав будет ничем не ограничено, никогда не перерастет в качество и эти права вряд ли будут закреплены в ГК РФ.

По нашему мнению, цель и методика исследования личных неимущественных прав должна быть иной. Прежде всего, необходимо раскрыть природу личных неимущественных отношений в том виде, в каком они существуют до правового регулирования, выявить особенности личных неимущественных отношений и личных неимущественных интересов, предопределяющие специфику их правовой формы, и лишь на этой основе сформулировать личные неимущественные права. Сконструированные в результате такого подхода личные неимущественные права могут приобрести потенциальную возможность их закрепления в ГК РФ.