Файл: Понятие социального обеспечения (Развитие теории права социального обеспечения).pdf
Добавлен: 18.05.2023
Просмотров: 351
Скачиваний: 3
Введение
Социальное обеспечение - это система общественных отношений, сторонами которого являются с одной стороны - граждане, а с другой -органы, организации и учреждения, возникающие по поводу обеспечения пенсиями и пособиями, за счет специализированных источников, на условиях и нормам, установленных законом, при наступление социальных рисков.
Основные права и свободы человека гражданина закреплены во Всеобщей декларации прав человека 1948 г. В статье 22 Декларации закреплено право каждого как члена общества на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях.
Гарантированность провозглашенных прав обеспечивается государством путем проведения им соответствующей социальной политики. Согласно статье 7 Конституции, Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.
Цель курсовой работы – проанализировать понятие социального обеспечения. Для достижения данной цели необходимо решить следующие задачи:
- изучить понятие социального обеспечения;
- рассмотреть развитие теории права социального обеспечения;
- исследовать соотношение социальной и экономической функции в праве социального обеспечения;
- охарактеризовать право социального обеспечения и другие отрасли права.
Глава 1. Теоретические аспекты социального обеспечения
1.1. Понятие социального обеспечения
Становление российской системы социального обеспечения с начала 90-х гг. XX столетия осуществлялось в условиях сложнейших экономических преобразований в стране. На протяжении этого периода система социального обеспечения подвергалась постоянному реформированию. Очередной этап реформирования начался с 2015 г., когда вступили в силу Федеральные законы от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее — Закон № 400-ФЗ); от 28.12.2013 № 424-ФЗ «О накопительной пенсии»; от 28.12.2013 № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» (далее — Закон № 442-ФЗ).
Целевая направленность реформаторских предложений предусматривает решение двух основных задач — повышения уровня социального обеспечения граждан и достижения финансовой устойчивости системы социального обеспечения. В современных экономических условиях поиск решений этих двух во многом взаимоисключающих задач приводит к поляризации мнений сторонников реформ. В непримиримых спорах за пределами внимания остаются весьма важные вопросы. Они связаны с теми издержками сугубо правового характера, которые являются следствием недооценки значимости единого подхода к формированию системы основных отраслевых понятий.
Проблемы понятийного аппарата права социального обеспечения в основном известны: отсутствует единообразие терминов и понятий, что приводит к противоречивости правовых норм; складывается узкоцелевой характер
вводимых понятий и их определений в рамках отдельных законов и даже отдельных статей; «размываются» основные понятия — появляются их новые аналоги, признаки которых не вписываются в устоявшееся понимание; нередко отсутствуют необходимые определения, что приводит к пробелам в правовом регулировании; формируется тенденция неоправданного расширения отраслевого понятийного аппарата посредством введения чуждых отрасли терминов и понятий; существует проблема «удвоения» понятий и т.д.
Представители отраслевой науки нередко обращаются к указанным проблемам. Так, Т. С. Гусева отмечает, что произвольное введение новых терминов «не согласуется с внутренней структурой» права социального обеспечения. Комплексное исследование дефектов терминологии в праве социального обеспечения проведено Е. А. Силкиной на примере конкретных нормативных правовых актов.
Понятийный аппарат связан не только с проблемой несовершенства законодательства о социальном обеспечении. Юридическая терминология является «средством законодательной техники, с помощью которой конкретные понятия приобретают словесное выражение в тексте нормативного акта, являясь первичным материалом для создания правовых норм». По мнению Д. А. Керимова, «особое значение в законодательной технике приобретает проблема понятий, используемых в законах». Это связано с тем, что «правильное определение используемых в законе терминов делает понятным сам текст закона, помогает установлению сферы его действия, уяснению природы правовых институтов и тем самым обеспечивает его эффективность».
Фундаментальные основы отраслевой науки предопределяют объективно обусловленную сущность и содержание отрасли права, ее регулятивные особенности. Понятийный аппарат — это рабочий инструмент, с помощью которого формируется реальное нормативное содержание самостоятельной отрасли права. Ключевые отраслевые термины и понятия выступают в качестве индикаторов предметной области правового регулирования.
На современном этапе представления об отраслевом предмете развиваются, сохраняя в целом традиционное понимание предмета правового регулирования как комплекса однородных общественных отношений. Исходя из общих положений, Е. В. Свинин, в частности, рассматривает предмет правового регулирования «в определенном единстве фактических отношений и норм права». Для такого единства, по мнению автора, необходима «юридиза-ция» предмета регулирования за счет уточнения соотношения с методом и технико-юридическим инструментарием. Автор уточняет, что в отличие от метода, который «характеризует способы воздействия права на общественные отношения... предмет раскрывает внутреннюю логику организации отрасли права, ее уникальное технико-юридическое строение». С учетом изложенного Е. В. Свинин констатирует, что «предмет регулирования сочетает в себе фактическую и юридическую однородность, т.е. единство фактических отношений и технико-юридического воздействия на них». Данный
вывод базируется в том числе на положении, согласно которому «однородность правового воздействия основана на единстве: понятийного аппарата, технико-юридических конструкций и правовых принципов».
Как отмечает С. Ю. Головина, «по своему назначению понятийный аппарат есть информационная система, поскольку предназначен для передачи правовой информации, разъяснения смысла правовых норм». Понятийный аппарат «представляет собой не механическую совокупность понятий, а структурно упорядоченное единство». Взаимозависимость понятий проявляется в том, что «их значение (смысл) раскрывается друг через друга». Для структурной организации многоуровневой системы понятий характерна иерархичность, которая «упорядочивает взаимодействие между уровнями от высшего к низшему».
Обозначенный выше теоретический подход позволяет под другим углом зрения рассмотреть новации в понятийном аппарате права социального обеспечения и их влияние на предмет отрасли.
Один вектор новаций — привнесение в право социального обеспечения терминологии гражданско-правового характера, что может привести к расширению границ права социального обеспечения и к вымыванию социальной составляющей из ее нормативного содержания под воздействием более устойчивой в рыночных условиях отрасли гражданского права.
Отраслевая «конкуренция» особенно заметна в рамках отношений по предоставлению услуг, которые регулируются нормами права социального обеспечения и гражданского права. И это не случайно, так как сфера услуг «лучше адаптируется к рынку». Разграничение двух сфер правового регулирования осуществлялось традиционно не только посредством особенностей метода правового регулирования, но и посредством особой отраслевой терминологии.
В действовавшем до 2015 г. Федеральном законе от 01.12.1995 № 195-ФЗ «Об основах социального обслуживания населения в РФ» (далее — Закон № 195-ФЗ) применялся термин «социальные службы», под которыми понимались «предприятия и учреждения независимо от форм собственности, предоставляющие социальные услуги, а также граждане, занимающиеся предпринимательской деятельностью по социальному обслуживанию населения без образования юридического лица». Такой термин в Законе № 195-ФЗ появился вполне обоснованно, так как ст. 7 Конституции РФ закрепляет положение о том, что в Российской Федерации «развивается система социальных служб». Именно в соответствии с данным конституционным положением в Законе № 195-ФЗ, во-первых, применялся данный термин; во-вторых, было сформулировано определение соответствующего понятия; в-третьих, исходя из этого понятия формировалась сама система социального обслуживания.
В новом Законе № 442-ФЗ термин «социальные службы» не применяется вообще. Он заменен абсолютно не адекватным для закона социальной направленности (даже в условиях рыночной экономики) термином «поставщик социальных услуг», под которым понимается «юридическое лицо независимо от его организационно-правовой формы и (или) индивидуальный предприниматель, осуществляющие социальное обслуживание». Включение в Закон № 442-ФЗ конституционного термина «социальные службы» способствовало бы разграничению социально-обеспечительных и гражданско-правовых отношений. Это ни в коей мере не ущемит интересы субъектов, занимающихся указанной сферой деятельности, в том числе в рамках осуществляемого ныне государственно-частного партнерства как нового элемента в организации социального обслуживания.
В соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 № 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в число объектов, по которым могут быть заключены соглашения о государственно-частном партнерстве, включены объекты социального обслуживания населения. Как показывает практика, «наиболее высоким потенциалом в данной сфере обладают строительство, реконструкция и эксплуатация стационарных учреждений» (герон-тологических центров, пансионатов для престарелых и др.). Эффективность реализуемых проектов в этой сфере обусловлена не только «высоким спросом со стороны населения», но и «возможностью возврата вложенных инвестиций за счет оказания платных услуг».
Специалисты отмечают, что особенности российского рынка социальных услуг определяются неравенством доходов, которое «не позволяет рыночным способом распределить услуги отраслей социальной сферы в соответствии с реальными потребностями населения», вследствие этого «на большую часть социальных услуг не существует платежеспособного спроса».
Весьма сомнительным является вторжение терминологии рыночной экономики в сферу правового регулирования государственной социальной помощи в той ее части, которая осуществляется на началах социального обеспечения в соответствии с Федеральным законом от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» (далее — Закон № 178-ФЗ)24. Представляется ошибочным отнесение к натуральным видам социального обеспечения социальных услуг, которые касаются поиска работы; прохождения профессионального обучения и дополнительного профессионального образования; осуществления индивидуальной предпринимательской деятельности; ведения личного подсобного хозяйства.
Государственная социальная помощь может (а в некоторых случаях и должна) оказываться на основании социального контракта в целях стимулирования активных действий граждан по преодолению трудной жизненной ситуации. Но ряд мер, указанных в Законе № 178-ФЗ, находится за пределами системы социального обеспечения. Основным видом государственной социальной помощи на основе социального контракта является «предоставление единовременных целевых денежных выплат на развитие личного подсобного хозяйства, а также на занятие индивидуальной трудовой деятельностью». Соответствующие отношения не могут быть отнесены к предмету права социального обеспечения, не регулируются нормами данной отрасли. И это несоответствие определяется в том числе терминами и понятиями, которые выходят за рамки отраслевого понятийного аппарата.
Указанные новации в законотворчестве находят свое научное обоснование в представлениях о частноправовых началах в отношениях по социальному обеспечению.
В качестве одного из примеров такого подхода можно привести доводы Т. Ю. Барышниковой, которая говорит о «тенденции усиления частноправовых начал в праве социального обеспечения». Такой вывод делается на основании того, что в законодательстве о социальном обеспечении стали появляться «договорные формы, опосредующие различные организационные формы и виды социального обеспечения». Договорные формы предоставления социальных услуг, по мнению автора, «отражают единство частных и публичных начал в регулировании социально-обеспечительных отношений».