Файл: Соблюдение информационного права и информационной безопасности в современном обществе.pdf

3.1. Оценка влияния поправок к закону «О персональных данных» от 2016 года на деятельность различных социальных групп

Рассмотрим первую альтернативу действующего режима защиты персональных данных – вступление в силу поправок к закону «О персональных данных» в полной мере, как это предусмотрено законом от 2016 года, и на основе выводов спрогнозируем события, которых стоит ожидать после июля 2018 года.

Как уже упоминалось во второй главе работы, с середины 2018 года операторы информационно-коммуникационных услуг обязуются хранить все данные пользователей, в том числе и передаваемую информацию, на протяжении 6 месяцев с момента окончания её приема, передачи, доставки и/или обработки. Ввиду того, что выделение государственной помощи провайдерам в рамках реализации закона не предполагается, подписание законопроекта вызвало множество протестов, в первую очередь, со стороны операторов мобильной связи. Представители крупнейших провайдеров, такие как «МегаФон», «МТС», «Veon» (бывший «ВымпелКом») и «Теле2», в середине 2016 года предварительно оценили организацию хранения содержимого сообщений и звонков клиентов в 2,2 трлн. рублей (около 39 млрд. долл. США)^[52], что, по их словам, должно значительно повысить себестоимость трафика и повлечь удорожание стоимости услуг в 2-3 раза.^[53]

К концу 2016 года правительством был разработан паспорт проекта «О порядке, сроках и объеме хранения операторами… информации…», предполагавший создание технических средств накопления в объемах 1Пбайт информации на 1 Гбит/с емкости узла связи с 1 июля 2018 года и 2 Пбайт на каждый Гбит/с емкости узла с 1 января 2019 года (информация об измерении количества информации в байтах представлена в приложении А).^[54] В марте 2017 года появилось Заключение об оценке регулирующего воздействия, согласно которому стоимость затрат, необходимых на реализацию предлагаемого проекта, оценивается уже в сумму от 3 до 10 трлн рублей (от 52,5 до 175,5 млрд долл) в то время, как совокупный доход мобильных операторов за 2016 г составил около 1,66 трлн рублей.^[55]

Исходя из вышеприведенных экономических оценок, в случае если поправки к закону «О персональных данных» вступят в силу в полной мере, действительно следует ожидать значительного повышения стоимости мобильной связи (как звонков, так и интернета): затраты на сооружение хранилищ персональных данных будут в большой степени переложены на потребителей.

В ситуации роста цен на мобильную связь стоит опасаться снижения потребления этих услуг на рынке в целом. Так, с 2012 года постепенно начали приобретать популярность приложения, работающие как «voice over internet protocol» (VoIP), например, WhatsApp и Viber, которые стали первыми субститутами сотовой связи: большинство лидирующих приложений позволяют клиентам отправлять не только мгновенные сообщения, но и голосовые вызовы. Согласно исследованиям телекоммуникационной отрасли молодое поколение абонентов отдают предпочтение таким приложениям, нежели традиционной мобильной связи.^[56]

Анализируя рынок оборудования для информационно-коммуникационных технологий, можно прийти к выводу, что реализация поправок к закону «О защите персональных данных» в малой степени поддержит отечественных производителей: несмотря на то, что Россия находится в топ-20 стран по импорту и экспорту ИКТ оборудования, годовой внешнеторговый оборот страны в этой сфере как минимум в 2 раза уступает величине предполагаемых инвестиций. Так, по оценкам около 70-75% затрат на реализацию проекта составляет стоимость необходимого оборудования,^[57] что эквивалентно 36,8 – 131,6 млрд долл. Для сравнения представим объемы импорта и экспорта ИКТ оборудования для ведущих стран этой отрасли на рисунке 3.1.

Рис. 3.1. Объемы экспорта и импорта информационно-коммуникационного оборудования по странам в млн долларов за 2013 год

В 2013 году импорт ИКТ оборудования в Россию был произведен на 21,5 млрд долларов, а экспорт – на 2,2 млрд долларов, что даже трудно различимо на выше приведенной диаграмме. Очевидно, что если правки к закону «О персональных данных» будут применены в полном объеме, то ИКТ оборудование будет заказано из-за границы, ведь, насколько можно судить по статистическим данным, соответствующее оборудование внутреннего производства, вероятно, не может быть поставлено в заданных объемах в столь сжатые сроки.

Авторы ежегодно отчета «Цена свободы и безопасности» в 2016 году также оценили влияние «пакета Яровой» на социально-экономические показатели страны, что представлено в таблице 3.1. Каждый показатель оценивается по шкале от -5 до 5 баллов, где:

• Воздействие на свободу: -5 – катастрофическое ограничение, +5 –значительное увеличение;

• Воздействие на безопасность: -5 – катастрофическое сокращение, +5 –значительное увеличение;

• Экономический эффект: -5 – неоправданные затраты, +5 – значительный экономический эффект.^[58]

Таблица 3.1.

Составляющие индекса «Цена свободы и безопасности» 2016 года для России*

*Составлено по: The cost of freedom and security. 2016 Index of ICT Legislation in Eurasia [еlectronic resource]. – Electronic data. ̶ URL: https://analytica.digital.report/wp-content/uploads/2016/09/cost_of_ freedom_report_English_2016_v4.pdf

Согласно авторам отчета, российское государство как институт было единственным бенефициаром законодательных инициатив, принятых в 2016 году в сфере защиты прав персональных данных.^[59] Экспертные оценки влияния нововведений на другие социальные группы крайне негативны, особенно в контексте снижения прав и свобод.

Таким образом, вступление в силу поправок к закону «О персональных данных» в том виде, как это сейчас прописано в законодательстве, накладывают жесткие ограничения на представителей операторов мобильной связи, вынужденных в короткие сроки организовать внушительные хранилища данных за счет средств предприятий. В этих условиях значительное повышение постоянных (амортизация хранилищ данных) и переменных (обслуживание хранилищ) издержек операторов приведет к росту цены на услуги мобильной связи, что негативно скажется на благосостоянии конечных потребителей. При этом ожидается некоторый спад рынка телекоммуникационных услуг в целом, так как рост стоимости связи приведет к оттоку клиентов и их переключение на альтернативные способы коммуникации (например, при помощи мессенджеров и приложений, поддерживающих голосовые вызовы). При этом ожидается, что рост спроса на ИКТ оборудование со стороны операторов мобильной связи в рамках реализации законодательных инициатив не значительно повлияет на развитие отечественного производства в сфере информационно-коммуникационных технологий.

3.2. Оценка влияния законодательства о хранении метаданных на деятельность различных социальных групп

Рассмотрим вторую возможную альтернативу действующего режима защиты персональных данных – отказ от текущей редакции закона «О персональных данных» и корректировка статей, связанных со сбором и хранением информации о пользователях в соответствии с правилами, разработанными на основе примера законодательства Австралии в сфере защиты персональных данных. Это, в первую очередь, подразумевает отказ от концепции хранения всей передаваемой пользователями информации и переход к идее сбора метаданных.

По опыту Австралийского правительства, для реализации этой инициативы в 2016 году понадобилось 131 млн долларов на развитие инфраструктуры, – эти деньги были выделены из государственной казны.^[60] С поправкой на количество населения России (от чего напрямую зависят объемы продуцируемой пользователями информации), для реализации подобного законопроекта на территории Российской Федерации требуется около 793,5 млн долларов, что эквивалентно 45 млрд рублей.^[61] В случае российских реалий, предположим, что организация хранилищ данных все так же ложится на плечи провайдеров.

Суммарные расходы для развития отраслевой инфраструктуры в размере 45 млрд рублей в рамках новых требований к защите персональных данных существенны для представителей телекоммуникационной отрасли, но посильны. Так, группа компаний МТС на развитие бизнеса, в том числе строительство сети связи, расходовала в России 455,1 млрд. рублей за 6 лет (2010-2015).^[62] Соответственно, выше указанная сумма сопоставима с полугодовым инвестиционным бюджетом лишь одного представителя «большой четверки» мобильных операторов, что подтверждает выполнимость подобной задачи.

Как известно, рынок мобильной связи в России является классическим примером олигополии, которому присуща X-неэффективность: цена услуг всегда значительно превышает средние издержки; при этом одним из классических подходов к ценообразованию на олигополистическом рынке является метод «Издержки+», который предполагает получение компанией прибыли в размере определенного процента от издержек.^[63] В случае подобного метода ценообразования на рынке телекоммуникаций России при значительном росте себестоимости услуг мобильной связи все издержки действительно перекладывались бы на конечного потребителя, что привело бы к заметному удорожанию услуг сотовых операторов. Тем не менее, рынок мобильной связи в России представлен четырьмя основными компаниями, которые активно конкурируют между собой не только при помощи маркетинговых инструментов, но и по цене. В условиях ценовой конкуренции и некооперативного поведения компании мобильной связи в описанных условиях будут стараться как можно дольше не повышать цены на свои услуги, чтобы не спровоцировать постоянных клиентов на переход к другому оператору. Учитывая, что олигопольные цены довольно высоки и разница между ценой и предельными издержками (P > MC) приближается к уровню монопольного рынка,^[64] можно ожидать, что компании мобильной связи в рамках осуществления данной альтернативной инициативы не значительно повысили бы цены на свои услуги для потребителей, а скорее допустили бы некоторое снижение прибыльности в краткосрочной перспективе (1-3 года).

Описанный режим защиты персональных данных не значительно повлиял бы на предпочтения потребителей в сфере коммуникаций. Тем не менее, одной из новых тенденций в результате применения закона может стать учащение использования мессенджеров (таких как Telegram и WhatsApp), особенно среди молодежи. Это связано, в первую очередь, с тем, что поправки к закону «О персональных данных», в частности, предполагают обязательную сертификацию средств кодирования сообщений в информационно-коммуникационных сетях, что предполагает возможность раскрытия «ключей» к зашифрованному трафику по требованию ФСБ^[65]. Тем не менее, сертификация средств шифрования для мессенджеров в законе «О персональных данных» не предусмотрена, что может повлиять на предпочтения потребителей, озабоченных сохранением тайны своей переписки. Впрочем, подобные изменения также актуальны для первой альтернативы действующему режиму защиты персональных данных, описанной ранее.

Таким образом, реализация второй возможной альтернативы действующего режима защиты персональных данных, в рамках которой происходил бы сбор и хранение метаданных о фактах коммуникации между пользователями, обошлась бы игрокам рынка мобильной связи в разы дешевле, чем предполагают текущие поправки к закону «О персональных данных». Анализ необходимых объемов инвестиций показал, что в условиях олигополистической конкуренции на российском рынке телекоммуникаций реализация альтернативной законодательной инициативы не повлекла бы за собой рост цен на услуги мобильных операторов в краткосрочной перспективе: затраты на инфраструктуру покрывались бы за счет некоторого снижения прибыли провайдеров, что снизило бы X-неэффективность рынка и, соответственно, благоприятно повлияло бы на общественное благосостояние.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В условиях стремительного развития информационных технологий вопрос экономической эффективности действующего режима защиты персональных данных, а также его возможных альтернатив все чаще подымается в обществе. Целью данной работы было определение уровня эффективности текущего режима защиты персональных данных в России и оценка его возможных альтернатив.

В первой главе работы изучен генезис понятия «персональные данные», изучается процесс смены субъектов прав собственности на персональные данные во времени, определяются экономические предпосылки необходимости защиты персональных данных. Так, в работе было определено, что возникновение отдельной правовой категории «персональные данные» относят к 80-90-м годам XX века, но с появлением интернета и переходом к «цифровой экономике» это понятие все чаще подлежит уточнению и дополнению.