Файл: Договорные конструкции (Разграничение договоров охраны и хранения).pdf
Добавлен: 22.05.2023
Просмотров: 355
Скачиваний: 4
Из вышеупомянутого цивилистического определения, с точки зрения О.Д. Анциферова следует, что договорная конструкция хранения носит характер реального соглашения. То есть он считается вступившим в силу, или иначе говоря заключенным когда завершается процесс передачи предмета хранения поклажедателем.
Однако практика гражданско-правовых отношений допускает и консенсуальный тип хранения, это возможно в случае, когда в роли субъекта хранения может оказаться организация, чья направленность носит коммерческий характер. Также возможно участие и некоммерческого юридического лица, в роли субъекта хранения, когда оно в уставе имеет пункт, предусматривающий один из вариантов деятельности предоставление услуг хранения (по типологии хранитель профессионального класса). Т.е. если мы имеем дело с профессиональным хранителем, то вступает в силу действие консенсуального типа, когда хранитель обязуется взять предмет материального мира на хранение от поклажедателя в установленный нормой г. 47 ГК РФ сроком ( пункт 2 с. 886 Гражданского кодекса Российской Федерации). В указанном случае соглашение вступает в силу в момент достижения сторонами консенсуса по всему перечню императивных условий договора предусматривающего хранение.
Таким образом, в случае, когда стороной соглашения выступает хранитель с профессиональным статусом, то договорная конструкция может носить двойственный характер – реальный и/или консенсуальный; в случае если мы сталкиваемся с непрофессиональным хранителем то договорная конструкция отличается исключительно, лишь реальным свойством.
По условиям договора хранения мы узнаем, что он носит двойственную природу и может быть как на возмездной, так и на безвозмездной основе.
Существуют некоторые виды хранения относительно, которых законодатель абсолютно категоричен и высказывается вполне определенно относительно безвозмездности или же наоборот возмездности договора:
- исключительно возмездный характер – п. 1 ст. 907 Гражданского кодекса Российской Федерации (хранение в условиях товарного склада) и п. 4 ст. 922 Гражданского кодекса Российской Федерации (хранение ценностей в индивидуальном банковском сейфе). Также случаи возмездности хранения возникают в случае, когда хранитель принимает на время предметы изъятого из оборота имущества, либо имущество которое было по каким-либо причинам арестовано.
Исключением следует считать следующие случаи:
- когда хранитель выступает в роли должника;
- когда хранитель является членом семьи (п.2 ст.53 ФЗ от 21 июля 1997 г. “Об исполнительном производстве).
На общих основаниях возмездным следует быть и следующему типу хранения – секвестр (процесс хранения вещей которые по своему содержанию являются предметом какого-либо гражданско-правового спора). Однако как показывает практика данное условие не является императивным, а носит диспозитивный характер, причиной тому может стать решение суда или соглашение сторон (п. 4 ст. 926 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обратный характер носит хранение в условиях гардероба, которые принадлежат определенным организациям, в том случае, когда явление вознаграждения не является бесспорной схемой условием, которого стала сдача вещи на сохранность (п. 1 ст. 924 Гражданского кодекса Российской Федерации). С большим сожалением следует констатировать факт, что договорной конструкцией не предусматривается случай возможности определения типа договора при отсутствии упоминания по поводу вознаграждения.
С точки зрения некоторых цивилистов в таком случае мы имеем дело с классическим безвозмездным типом хранения. Данная точка зрения подтверждается указанием на историческую практику древнеримских цивилистов и Гражданским кодексом РСФРС, предусматривающие хранение как исключительно безвозмездное явление [5, с. 69].
Предположение возмездности договора имеет своих сторонников в лице следующих авторов цивилистов: М.И. Брагинский, В.В. Витрянский, А.П. Сергеев, С.А. Суворова.
Они ссылаются на п. 3 ст. 423 Гражданского кодекса Российской Федерации, гласящий, что если специальные правила насчет хранения не подвергают регулированию такого рода казусы, то вступает в силу принцип презумпции (предположения) возмездности. То есть судебная практика в подтверждение данных слов указывает на то, что если сторонами не предусмотрено было нечто иное относительно возмездности и/или безвозмездности договора, то действует правило, в соответствие с которым по умолчанию соглашение носит возмездный (платный) характер.
Также не утихают споры и относительно количества сторон в договоре, т.е. проще говоря, является он одно и/или двусторонним соглашением возникающее в связи с потребностью хранения вещей?
Как гласит наука гражданского права, договор является, бесспорно, двусторонним, в подтверждение сказанному приводят следующие доводы:
- в договорной конструкции существуют два действия, разделенные двумя сторонами, где одна сторона берет на себя обязательства хранить вещь, а вторая сторона внести плату за действия первой стороны. Как показывают исследования цивилистов данное соотношение действий хранителя и поклажедателя ни у кого не вызывают сомнений.
Однако, как следует из вышесказанного, спор все же возник, и его причиной является безвозмездный вид договора хранения, в этом случае и возникают разногласия по количеству сторон – одна или две стороны?
Ключевые позиции сторон по данному спору:
- М.И. Брагинский, В.В. Витрянский, Б.Г. Шлифер. Указанные авторы сторонники теории того, что договор является исключительно односторонним. В доказательство своей правоты теоретики цивилисты приводят следующие доводы:
- обязательства, возлагаемые нормами гл. 47 о хранении на поклажедателя (оплатить материальные расходы хранителя и востребовать свою вещь обратно) не носят характер встречных и основных, а как гласит правило, чтобы признать соглашение двусторонним следует определить, что обязанности сторон (поклажедателя и хранителя) являются по своей сути взаимными;
- О.С. Иоффе – сторонник версии того, что в определенных случаях договор хранения может быть двусторонним. Доказательством его позиции является пример того, что на первом этапе договор о хранении приобретает черты двустороннего если поклажедатель будет признан виновным в понесенных хранителем убытках;
- А.П. Сергеев, Н.А. Баринов, О.А. Красавчиков, С.А. Суворов – сторонники теории о двусторонности договора хранения. Они утверждают, что договор хранения создает перечень обязательств как для поклажедателя, так и для хранителя. Обязанности поклажедателя – изъять во владение обратно вещь принадлежащее ему на праве собственности, данное действие должно произойти по окончании срока действия соглашения о хранении вещи. Обязанности хранителя – взять вещь на хранение и сохранить его первоначальные физические свойства. Единственной разницей, так сказать существенным отличием от иных договорных конструкций, по мнению апологетов двусторонности договора, является неравномерность прав сторон договора, т.к. не смотря на объявленный принцип равноправия сторон, у поклажедателя традиционно более выгодное положение [5, с. 73].
Вышеозначенное мнение с точки зрения объективной истины является наиболее справедливой. Как гласит дух и буква гл. 47 соглашение о хранении является ни чем иным как договором относящемуся по типу соглашений направленных на оказание определенных специфических услуг.
Однако, не смотря на столь явную отличительную особенность договорной конструкции, данное соглашение носит самостоятельный характер, из чего делаем вывод, что свод правил применяемых в случае оказания услуг на возмездной основе по своей сути в данном случае не применим (п. 2 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Договор хранения имеет общие сходные черты с договором ссуды и аренды, т.е. и там и там вещь передается во владение субъекту договора носящим название – хранитель.
Однако, как и везде присутствует свое исключение из правил: владение (обладание) принимающей стороны не есть владение (обладание) независимое в юридико-техническом понимании данного термина, из-за того, что получая материальную вещь на хранение, лицо (хранитель) берет на себя обязательство отказа вести себя по отношению к данной вещи как полноправному правообладателю.
Из этого следует простой вывод, что сколько бы времени по продолжительности не длилось нахождение вещи у хранителя на основании договора хранения статус правообладателя он не получает ни в коем случае.
По данным цивилиста К.С. Боуша следует учесть одну особенность, а именно потребность во введение точных отличительных форм отделяющих хранение от взятия предмета с условиями охраны, а не хранения. В данном случае один из субъектов договора, а речь идет о хранителе не в состоянии в силу объективных ограничений осуществлять правомочие собственности в виде владения. В указанный казус укладывается вариант конструкции договора имеющего возмездный характер договорных правоотношений.
Нормы, предусматривающие правоотношения в сфере хранения указывают на ряд ограничений относительно правомочий субъектов договорной конструкции, заключаются они в следующем:
- запрет на пользование хранителем вещью переданной на хранение;
- данное императивное правило имеет исключение, суть которого заключается в допущении пользования вещь, однако с одной единственной целью, а именно сохранность предмета хранения. Данное умозаключение следует из сути договора хранения, который имеет одну единственную функцию, а именно сохранения вещи переданной на хранение, и не в коем случае не предусматривает вариант, когда хранитель может использовать вещь для извлечения каких-либо дивидендов в свою пользу. Перечисленные выше условия и есть тот самый перечень особых правил, которые безошибочно дают возможность отграничить договор хранения от иных сходных по своей сути договорных конструкций, инициированных с целью передачи правомочия собственности, т.е. пользования другим субъектам гражданских правоотношений (договор ссуды и договор аренды) [7, с. 51].
Значение размежевания правоотношений по договору хранения и имущественному найму удобно продемонстрировать на следующем примере, который является кратким изложением судебной практики.
Юридическое лицо коммерческого типа с названием «Архангельсккнига» направила исковое заявление в арбитражный суд по месту регистрации, т.е. в Архангельской области, суть требования заключалась в признании недйствительным (незаконным) предписания службы налоговой инспекции, о взимании так называемого лицензионного сбора в связи с тем, что истец хранил алкогольную продукцию.
Судебной инстанцией был установлен факт, что между ТОО «Корма» и истцом был составлен и подписан, т.е. введен в силу договор так называемого ответственного хранения, на основании данного соглашения ТОО «Корма» взяло на себя обязательства хранить в одном из помещений «Архангельсккнига» продовальственные и промышленные товары, в их числе были и бутылки «Русская» в количестве 612 штук. В подтверждении своих требования «Архангельсккнига» указывает на тот факт, что имело место возникновение классических арендных отношений. Доказательством данного мнения стала ссылка на то, что с учетом составленной документации ТОО «Корма» получила помещение, к которому истец не имел доступа, не было поставлено на учет, как здание чье предназначение является деятельность направленное на хранение.
Взвесив все предоставленные доказательства и документацию судебная инстанция была вынуждена признать позицию истца доказанной, а претензии налоговой службы необоснованными. Таким образом, требования истца были полностью удовлетворены.
К субъекту договора хранения со статусом хранителя по общепринятым правилам не переходит также и право собственности в виде распоряжения, данное условие резко отличает соглашение о хранении от договорной конструкции займовых правоотношения. Т.е. в процессе осуществления отношений по договору займа в натуре создается ситуация когда на врученные займодавцем заемщику вещи у второго появляется право собственности.
Однако в науке гражданского права и судебной практике с учетом реальных условий выполнения обязательств по договору хранения образовался перечень дополнительных правил, а именно:
- в соответствие с ст. 893 и 899 ГК РФ хранитель имеет право поступить с хранимым объектом строго определенным образом. К таким действия относится право продать хранимую вещь;
- в соответствие с ст. 894 ГК РФ - уничтожить вещь, обезвредить предмет хранения.
- в соответствие со ст. 918 ГК РФ – в качестве нормативного изъятия из общих правил гражданское законодательство (позволяет) допускает вероятность распоряжения товарным складом переданными ему на хранение товарами в определенных нормативно-правовыми актами и договором казусах.