Файл: Применение и толкование гражданско-правовых норм (Понятие и цели применения гражданско-правовых норм).pdf

• текстовой, предполагающий смысловой и грамматический анализ структуры текста, вместе с исследованием технико-юридических средств, используемых в данной норме;
• систематический, согласно которому каждую правовую норму следует рассматривать в соотношении с другими, принятыми ранее, и согласно которому каждая правовая норма-это часть системы права;
• историко-политический, согласно которому каждую норму следует рассматривать с учетом общественно-политической обстановки, которая сложилась на момент принятия толкуемой нормы, чтобы точнее уяснить ее назначение и смысл, вложенный законодателем.

Текстовое толкование начинается с осмысливания соответствующего текста нормативного акта. Необходимо установить основное значение отдельных слов, их смысловой оттенок в данном контексте, выяснить грамматическую форму (падеж, число, род и т.д.). Смысл исследуемого слова толкуется так, как понимал его законодатель в момент издания нормы. Основная лексическая база, используемая в нормативных актах, постоянна. Однако возможность изменения значения слов существует, и ее нельзя не учитывать при толковании.

Историко-политическое толкование помогает выявить нормы, формально не отмененные, но фактически утратившие свое значение. Иногда под историческим толкованием понимают уяснение смысла нормы путем сопоставления толкуемого закона с первоначальным его проектом, с отмененными актами по тому же вопросу, ознакомления с материалами обсуждения и принятия толкуемого акта. Анализ должен быть подчинен изучению экономических и политических условий, определивших издание нормы, ее цели и социальное значение.

Уяснить суть конкретной нормы можно, лишь проанализировав другие нормы, близкие ей по содержанию, развивающие, детализирующие ее, выяснив, в каком по значимости акте (законе, постановлении и т.д.) она сформулирована, какое место в этом акте занимает. Это и составляет содержание систематического толкования.

На основании результатов текстуального анализа в совокупности с другими приемами толкования интерпретатор делает вывод: понимать ли словесное выражение нормы буквально либо сузить или расширить то содержание, которое вытекает из его буквального толкования. В данном случае речь идет об объеме словесной формулировки нормы, о возможности ее расширения либо сужения. Процесс толкования по объему является логическим продолжением и завершением уяснения смысла норм права, одним из результатов использования всех приемов толкования в их совокупности.

С точки зрения результатов следует различать буквальное, распространительное, ограничительное, исправляющее, изъяснительное толкование правовых норм.

Буквальное толкование имеет место тогда, когда в результате применения различных способов толкования устанавливается, что содержание нормы полностью соответствует ее словесному смыслу. Это наиболее благоприятный результат толкования, поскольку в идеале предполагается, что закон должен считаться так, как он написан, и именно на буквальном толковании следует останавливаться правоприменителю, если истинный смысл нормы представляется ему установленным вполне достоверно.

Вместе с тем следует признать, что буквальное толкование есть и наиболее неустойчивый вид интерпретации правовых норм. Если оно не дает немедленного достоверного вывода, а логическое, систематическое, историческое толкования указывают на иной результат, то именно этим видам должно быть отдано предпочтение. Причина этого, по мнению Смирнова, состоит в том, что словесная оболочка нормы не всегда совершенна, а содержание нормы иногда недостаточно согласовано с содержанием других норм.

Однако в отдельных случаях может возникнуть некоторое несоответствие между действительным содержанием нормы и ее оформлением, заключающееся в том, что словесная формулировка бывает уже или шире, чем та мысль, которую законодатель вложил в нее. В таких случаях мы говорим либо о распространительном (расширительном) толковании, либо об ограничительном.

Первая наиболее простая причина распространительного и ограничительного толкования- наличие других норм близкого содержания, которые могут в той или иной степени сузить или, наоборот, расширить объем действия толкуемого предписания. Особенно это важно для случаев, когда сравнивается норма, изданная ранее, с новой, изданной позже, которая не отменяет полностью старую, но в определенной степени корректирует ее содержание.

Вторая причина сводится к тому, что словесное выражение нормы в силу тех или иных дефектов оформления недостаточно полно и четко выражает ту мысль, которую законодатель вложил в нее.

Распространительное толкование применяется тогда, когда действительный смысл нормы, который пытался вложить в нее законодатель, шире буквального смысла составляющих ее слов и выражений. Это случается, если законодатель употребил недостаточно общие слова и выражения, которые не охватывают его мысли.

Так, например, вопросы ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, регулируются ст. 1070 ГК. Представляется, что нормы гражданского права, установленные названной статьей, должны толковаться распространительно и коррекционно. Установленные в ней условия наступления ответственности органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда расширяются за счет оснований, предусмотренных Уголовно-процессуальным Кодексом РФ (далее УПК РФ). Так, до введения в действие УПК РФ возмещению в порядке ст. 1070 ГК подлежал только вред, причиненный в результате незаконного привлечения лица к уголовной ответственности, применения мер пресечения, заключения под стражу и подписки о невыезде. По УПК РФ к этим случаям добавляется и право на возмещение вреда вследствие незаконного или необоснованного применения принудительных мер медицинского характера, а также незаконного применения любых других мер процессуального принуждения. Ранее вред, причиненный судьей при осуществлении правосудия, возмещался лишь в случае, если вина судьи была установлена приговором суда.

Ограничительное толкование, напротив, уместно тогда, когда действительный смысл нормы уже ее словесной формы, что случается, если законодатель употребил в тексте закона слишком общие выражения.

Так, например, статья 288 ГК РФ говорит, что жилые помещения предназначены для проживания граждан. Гражданин - собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи. Размещение в жилых домах промышленных производств не допускается.

Место жительства гражданина, по которому он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, т.е. определенное жилое помещение (жилой дом, квартира, служебное жилое помещение, комната в общежитии или коммунальной квартире и т.п.), не может использоваться в качестве места, где непосредственно осуществляется предпринимательская деятельность, связанная с промышленным производством. В то же время данные нормы ГК РФ, по мнению М.Ю. Тихомирова, следует толковать ограничительно: они не запрещают предпринимателям осуществлять в жилом помещении деятельность, не нарушающую охраняемые законом права иных проживающих в данном помещении лиц, а также соседей.

Можно спорить относительно того, насколько часто оперирует ограничительным или распространительным толкованием правоприменитель, однако полностью отвергать этот вид толкования со ссылкой на его противоречие закону никак нельзя. Встречающееся несоответствие между текстом и содержанием закона - реальный факт, с которым нельзя не считаться. В подобной ситуации правоприменитель должен стремиться к урегулированию общественного отношения в соответствии с подлинной волей законодателя, а достигнуть этой цели нельзя, не воспользовавшись таким приемом, как толкование нормы права по объему. В гражданском законодательстве, как и во всем советском праве, нет прямых указаний по вопросу о возможности использования рассматриваемого приема, все известные приемы и способы толкования на основе анализа практики судебно-арбитражных органов разработаны юридической наукой. Не отражены в законе также основные принципы и пределы толкования правовых норм по объему.

По мнению С.Г. Пишиной, не подлежат расширительному или ограничительному толкованию: общая норма; специальная норма, регулирующая исключения из действия общей нормы; норма уголовного закона; норма закона, ослабляющего ответственность по сравнению с предыдущим законодательством или ликвидирующего ответственность; санкция; исключение из общего правила; термин, определенный легальной дефиницией; исчерпывающий перечень. Не подлежат расширительному или ограничительному толкованию исчерпывающие перечни (например, отягчающих наказание обстоятельств- ст.63 УК РФ). По мнению Смирнова, данное мнение представляется слишком категорическим. Так, нормы общего и специального характера, легальные дефиниции и другие вполне могут подвергаться расширительному и ограничительному толкованию, если за счет этого мысль законодателя получит более адекватное выражение и т.д.

Изъяснительное, или декларативное, толкование является результатом устранения двусмысленности нормы, неточности и неясности ее словесного выражения. Исправляя эти недостатки, правоприменитель может придавать норме более широкий или более узкий смысл. Однако, в отличие от распространительного или ограничительного толкования, он при этом не выходит за пределы ее словесного содержания. В первом из указанных случаев можно говорить о расширительном толковании, во втором- о суживающем, или рестриктивном толковании, т.е. о толковании в узком смысле слов.

Примером изъяснительного толкования может быть интерпретация ч.2 ст.302 ГК РФ: «Если имущества приобретено безвозмездно от лица, которое не имело право его отчуждать, собственник вправе истребовать это имущество во всех случаях». Однако возможен случай, когда безвозмездный приобретатель имущества у лица, не имевшего права на его отчуждение, в свою очередь отчуждает это имущество через конкретную сделку. По буквальному смыслу приведенной выше нормы первый безвозмездный переход имущества от незаконного отчуждателя влечет за собой его виндикацию в любом случае, невзирая на характер всех последующих сделок. Но положение добросовестного возмездного приобретателя, получившего его от первичного безвозмездного приобретателя, по справедливости нечем не должно отличаться от положения добросовестного возмездного же приобретателя, который мог бы получить имущество непосредственно от неуправомоченного отчуждателя. В этой связи норму, изложенную в ч.2 ст.302 ГК РФ, следует понимать в том смысле, что в приведенной в ней ситуации собственник вправе истребовать имущество только тогда, когда безвозмездный приобретатель от неуправомоченного лица является непосредственно ответчиком по иску.

Исправляющее (коррекционное) толкование применяется при толковании тех норм, когда слова законодателя выражают совершенно другую мысль, чем та, которую он намеревался вложить или должен был вложить в данную норму. Это может являться следствием редакционных ошибок в тексте закона, а иногда и смысловых просчетов законодателя, из-за которых буквальное применение нормы вело бы к абсурду либо к противоречию с другой нормой, имеющей приоритет перед данной. Кроме того, может возникнуть потребность в изменении содержания нормы даже вопреки ранее сформулированной воле законодателя, выраженной в ней достаточно определенно, если эти общественные отношения, послужившие основание нормы, хотя и сохранились, но претерпели существенные изменения, явно получив совершенно иной социальный смысл.

Можно выделить четыре разновидности коррекционного толкования:

• технико-коррекционное толкование;
• рационально-коррекционное толкование;
• легально-коррекционное толкование;
• модернизационное коррекционное толкование.

Чем более совершенны нормативные акты с технической точки зрения, тем меньше в них неточностей, неясностей, упущений и ошибок. Однако вероятность технического несовершенства текста актов все же имеется. В подобных случаях и может возникнуть несоответствие, некоторый разрыв между тем, что действительно хотел выразить законодатель, и самим выражением, расхождение текста и действительного смысла нормы. Распространительное и ограничительное толкование в таких случаях приводит в соответствие содержание, идею правовой нормы и ее форму изложения, позволяет ликвидировать недостатки оформления и объяснить подлинный смысл нормы.

2.5 Толкование гражданско-правовых норм по источнику толкования.

Среди федеральных конституционных законов наиболее высокой юридической силой обладает Конституция РФ. Будучи Основным Законом нашей страны, Конституция РФ содержит нормы различных отраслей права. Среди них есть и нормы гражданского права. В частности, основу гражданско-правового регулирования отношений собственности на территории Российской Федерации составляют ст.35, 36 Конституции РФ. Основу гражданско-правового регулирования личных неимущественных отношений, возникающих по поводу таких духовных ценностей, как честь, достоинство и доброе имя гражданина, его свобод и личная неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, составляют ст.25-25 Конституции РФ.

Особое место в гражданском законодательстве занимают отраслевые кодифицированные нормативные акты в виде Основ гражданского законодательства и Гражданского кодекса. Отраслевые кодифицированные нормативные акты призваны, в принципе, урегулировать все общественные отношения, входящие в предмет гражданского права, и являются базой для развития всего текущего гражданского законодательства на территории Российской Федерации. По своей юридической силе наиболее важное место в настоящее время занимают часть первая и часть вторая Гражданского Кодекса РФ. Часть первая ГК РФ принята Государственной Думой 21 октября 1994г., подписана президентом 30 ноября 1994 г. и введена в действие с 1 января 1995г., за исключением положений, для которых установлены иные сроки введения их в действие. Так, глава 4 «Юридические лица» введена в действие со дня официального опубликования части первой Кодекса, т.е. с 8 декабря 1994г., а глава 17 «Право собственности и другие вещные права на землю» введена в действие лишь со дня опубликования нового Земельного кодекса в Российской газете т.е. 30 октября 2010г.