Файл: Особенности права собственности (Право собственности как комплексный правовой институт).pdf

Пользование может выступать в форме как действий, так и бездействия. «Закон не обя­зывает собственника пользоваться его имуще­ством, однако, если закон обязывает субъекта действовать (например, по ст. 426 ГК РФ), то косвенно это может относиться и к пользова­нию необходимым для этого имуществом, непользование или ненадлежащее пользование способно послужить основанием прекращения права собственности (ст. 240, 241, 284-286, 293 ГК РФ)».^[7]

Под распоряжением понимается совершение действий, влекущих за собой существенное из­менение самой вещи (вплоть до перехода ее в иное состояние) либо ее правовой принадлеж­ности, а также предполагающих возможность такой перемены. Подобными действиями мо­гут быть: отчуждение вещи, отказ от нее, залог, переработка, уничтожение и т. д.

Правомочие распоряжения присуще в пол­ном объеме только собственнику, но оно мо­жет быть передано им другим лицам. Способы реализации правомочия распоряжения различ­ны, в российском гражданском законодатель­стве особо выделяется возможность собствен­ника передавать имущество в доверительное управление (п. 4 ст. 209 ГК РФ).

«Различие между правомочием пользования и правомочием распоряжения заключается в том, что к правомочию пользования относится извле­чение из вещи ее полезных свойств, в то время как к правомочию распоряжения относятся все виды изменения юридического положения вещей, произведенные, как правило, по воле собствен­ника, а в исключительных случаях по воле дру­гих лиц, которым в силу закона передано осуще­ствление права распоряжения».^[8]

Очевидно, что характеристика права соб­ственности не может исчерпываться перечис­лением составляющих его правомочий, а сам перечень правомочий не имеет универсально­го значения. Тем не менее требуются доста­точно веские аргументы, чтобы доказать хотя бы возможность включения в право собствен­ности такого правомочия, которое не отожде­ствлялось бы с одним из элементов триады. Объем реали­зации собственником своих правомочий, кото­рый определяется установленным в п. 2 ст. 209 ГК РФ правом «совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и интересы других лиц».^[9]

Таким образом, право собственности как субъективное гражданское право - это закреп­ленная за собственником «юридически обеспеченная возможность владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению и в своем интересе путем совершения в отношении этого имущества любых действий, не противоречащих закону и иным правовым актам и не нарушающих права и охраняемые интересы других лиц, возможность устранять вмешательство всех третьих лиц в сферу его хозяйственного господства».^[10]

1.2 Право собственности как комплексный правовой институт

По данным В.П. Мозолина при законодательном оформлении права собственности и его трактовке правоприменительной практикой необходимо учитывать различные подходы политэкономической и юридической (гражданско-правовой) науки к отношени­ям собственности. Каждая из них имеет свой предмет исследования и свой осо­бый инструментарий, предназначенный для этого предмета. Если с позиций политэкономии собственность сводится к отношениям присвоения различных материальных и нематериальных “благ”, имеющих форму товара (в том числе, например, к присвоению объектов так называемой “интеллектуальной собственности”), то в юридическом (гражданско-правовом) смысле речь должна идти о праве собственности как наиболее широком (но далеко не безграничном) вещном праве. При этом экономические отношения собственности юридически могут оформляться не только с помощью права собственности, но и с помощью других правовых конструкций — ограниченных вещных прав на недвижимость, обязатель­ственных прав (в частности, по управлению имуществом, некоторых разновиднос­тей арендного договора и т.д.), исключительных прав на объекты “интеллектуаль­ной собственности”. При этом объектом права собственности, как и других вещных прав, в российском праве могут быть лишь индивидуально определенные вещи, но не другие товары (объекты “интеллектуальной собственности”, “бездокументарные ценные бумаги”, безналичные деньги и т.п. права требования, являющиеся объекта­ми обязательственных, а не вещных прав).^[11]

Необходимо также иметь в виду, что содержание права собственности как наиболее широкого вещного права вовсе не исчерпывается набором его отдель­ных правомочий. В российском праве оно по традиции описывается известной “триадой” прав владения, пользования и распоряжения, впервые закрепленной еще в 1832 г. в ст.420 ч.1 т. X Свода законов Российской империи и с тех пор без каких-либо существенных изменений воспроизводившейся во всех кодифици­рованных актах гражданского законодательства. Однако это - отнюдь не един­ственный способ описания правомочий собственника в законе. В развитых пра- вопорядках используют от 1—2-х таких правомочий (ср.§ 903 Германского гражданского уложения и ст.544 Французского гражданского кодекса) до 10-12 и более (в англо-американском праве). Более того, и сама эта “триада” правомо­чий в ряде случаев может принадлежать не только собственнику, но и иному ти­тульному владельцу, например, арендатору, доверительному управляющему, кон­курсному управляющему при банкротстве и т.п. Не стоит за ней и никаких особых или самостоятельных “экономических отношений владения, пользования и распоряжения”, как полагают некоторые современные экономисты.^[12]

С точки зрения И.А. Зенина проблема нынешнего определения института собственности как комплексного института заключается в следующем:

проблема не в количестве и не в названии правомочий, а в той мере реальной юридической власти над своим имуществом, которую закон предостав­ляет и гарантирует собственнику. С этой точки зрения главное, что характеризу­ет правомочия собственника в российском гражданском праве - возможность осуществлять их по своему усмотрению (п.2 ст.209 ГК), т.е. самому решать, что делать с принадлежащим имуществом, руководствуясь при этом собственными, частными интересами.^[13]

Право собственности в современных условиях давно перестало быть всеобъемлющим правом. Оно сопровождается необходимыми для общественных (пуб­личных) целей ограничениями. С одной стороны, это - ограничения содержания самого права собственности. В российском правопорядке эти ограничения установлены, прежде всего, для использования объектов недвижимости. Так, собствен­ник жилого помещения может использовать его исключительно по целевому на­значению - для проживания (в том числе и сдавать его по договору для проживания иных граждан), но не вправе превращать в объект производственной, предприни­мательской или иной аналогичной деятельности (ст. 288 ГК). Аналогичные по сути ограничения установлены и для собственников земельных участков. К числу обременений прав собственности, т.е. по сути ограничений этого права, относятся и так называемые ограниченные вещные права (в том числе и устанавливаемые собственником добровольно, по договору с их обладателями), прежде всего, традиционные права сервитутного типа (п.1 ст.216 ГК). Их юридическая природа как известных ограничений прав собственника ни у кого из юри­стов не вызывает сомнений.

Установлены и ограничения в реализации, осуществлении уже имеющихся прав собственности, предусмотренные как законом, так и договором. Помимо общих запретов злоупотребления правом (ст. 10 ГК), приобретатель недвижимо­сти по договору пожизненного содержания с иждивением не может распоряжаться приобретенным в собственность имуществом без согласия своего контрагента (получателя ренты) (ст.604 ГК), а залогодатель вещи, оставаясь ее собственни­ком, обычно лишен возможности распоряжаться ею без согласия залогодержате­ля (п.2 ст.346 ГК). В этом случае речь следует вести об установлении пределов осуществления права собственности, а не пределов (границ) самого этого права.

Таким образом, в качестве общего вывода можно констатировать, что у политэкономии и правоведения разные предметы исследования, разный поня­тийный аппарат и научный инструментарий. Их взаимодействие необходимо и неизбежно, но вместе с тем результаты и положения каждой из этих наук не мо­гут непосредственно использоваться в разнородных сферах.

Учет общих положений экономической теории не освобождает юристов от необходимости вырабатывать и использовать собственные подходы к тому учас­тку действительности, который составляет предмет правовых (гражданско-пра­вовых) исследований.

Но, с другой стороны, и общие экономические подходы должны в известной мере учитывать результаты конкретного юридического ана­лиза, специфику правового оформления экономических отношений.

Если для серьезных юридических исследований, посвященных правовому регулированию имущественных отношений, давно стало правилом обращение к выводам и положениям экономической науки, то этого, к сожалению, нельзя сказать о большин­стве работ по экономической теории.

Между тем только их реальное взаимодей­ствие позволит создать удовлетворительную научную концепцию регулирования отношений собственности в современной России.^[14]

2. Виды права собственности

2.1. Право собственности государства

Право государственной собственности может быть определено как власть (полномочия) государства использовать (владеть, пользоваться, распоряжаться, управлять и т.д.) имущество, которое ей принадлежит.

Субъектом права государственной собственности является государство РФ, которая является представителем общих интересов народа.

Е.Н. Абрамова напоминает, что круг объектов права государственной собственности не ограничен. Государство может быть собственником любых вещей, в том числе, изъятых из гражданского оборота и ограниченные в обороте. Итак, в государственной собственности находится имущество, денежные средства, которые принадлежат государству РФ.^[15]

Изъятыми из гражданского оборота считаются объекты, которые не могут быть предметом сделок. Виды объектов гражданских прав, нахождение которых в обороте не допускается, должны быть прямо установлены в законе. Например, Закон "Об охране окружающей природной среды" к объектам, изъятых из оборота, относит государственные природные заповедники, государственные природные заказники, национальные природные парки и т.д.

В литературе обращалось внимание на то, что вещи, изъятые из оборота, не являются объектами гражданских правоотношений, в результате чего осуществление права государства по использованию таких вещей, распоряжение ими и т.п. не является сферой действия частного (гражданского) права. Осуществляя такие действия, государство выступает как субъект властных отношений, ее власть над вещами в этом случае является проявлением свойств публичной власти. В связи с этим эти отношения являются сферой действия публичного права со всеми вытекающими отсюда (метод воздействия на участников, принципы, средства защиты и т.д.)".^[16]

В поддержку данной позиции можно привести также следующие аргументы.

Во-первых, правовое положение вещей, изъятых из оборота, определяется нормами публичного права. Даже если эти нормы включены с нормами гражданского права, это не меняет их правовую природу. Во-вторых, порядок пользования и распоряжения такими вещами также публично - правовой характер. И, наконец, порядок управления вещами, изъятых из гражданского оборота, также публично - правовым.

Следует отметить, что изъятие вещей из гражданского оборота характерно не только странам с правовыми системами социалистического и постсоциалистического типа. Этот институт известен и правовым системам с развитой рыночной экономикой, где некоторые виды движимого и недвижимого имущества по разным причинам выводятся из рыночного оборота. Так, например, романская правовая традиция выделяет некоторые виды недвижимого имущества, которое может находиться исключительно в собственности государства (отчуждается в случае необходимости - necessary dcmanial) - морское побережье, военное имущество и т.д., а также имущество, которое подпадает под действие публично-правового режима регулирования в случае, когда это имущество находится в собственности государства (например, автомагистрали). При этом морское побережье государство не может ни продать, ни запретить свободный доступ населения к нему.

Кроме этого, в зависимости от различных идей и понятий, принятых в сфере публичного права той или иной правовой системы, определенные виды имущества - как движимого, так и недвижимого - могут быть выведены за пределы обычного частноправового режима. В ряде гражданско-правовых систем самого факта принадлежности объекта имущественных отношений государству или органа общественного управления достаточно для вывода его за пределы действия обычного гражданско-правового режиму.^[17]

Таким образом, можно говорить о разграничении вещей публичного и частного права (публичных вещей и личных вещей), которое имеет практическое значение, поскольку порядок осуществления права собственности по публичным вещам, управления ими и т.д. определяется нормами административного права.

Итак, публичные вещи имеют следующие признаки:

1) эти вещи обладают специфическими связями с государством или другими социально-общественными образованиями;

2) они предназначены для публичного пользования. Государство, представляя общество, имеет право собственности на публичные вещи, основным назначением последних является служение обществу, обществу. При этом государство имеет право собственности не только на вещи, изъятые из гражданского оборота, но и на те, которые находятся в гражданском обороте.