Файл: Понятие гражданского правоотношения (понятие и особенности).pdf

Далеко не все события и не все действия порождают гражданско-правовые последствия, а лишь те из них, с которыми нормы гражданского права связывают эти последствия. Поскольку гражданское право регулирует общественные отношения людей, из действий которых и складываются эти отношения, то вполне естественно, что основную массу юридических фактов в гражданском праве образуют действия людей.

Действия, в свою очередь, делятся на правомерные и неправомерные. Неправомерные действия противоречат требованиям закона или других нормативных актов. Поэтому совершение неправомерного действия влечет за собой применение предусмотренных гражданским законодательством санкций к правонарушителю. Так, действие, причиняющее вред другому лицу, влечет за собой установление обязательства по возмещению причиненного вреда (абз. 1 п. 1 ст. 1064 ГК). Правомерные действия соответствуют требованиям гражданского законодательства. Поскольку гражданское право опосредует нормальное развитие экономического оборота, связанного с общедозволенной деятельностью людей, подавляющее большинство юридических фактов в гражданском праве составляют правомерные действия. Однако юридическое значение правомерных действий в гражданском праве далеко не одинаково.

По своему юридическому значению все правомерные действия делятся на юридические поступки и юридические акты. Юридические поступки – это такие правомерные действия, которые порождают гражданско-правовые последствия независимо, а иногда и вопреки намерению человека, совершившего юридический поступок [4, С. 23]. Так, авторское правоотношение возникает в момент создания писателем произведения в доступной для воспроизведения форме независимо от того, стремился ли он при написании произведения к приобретению авторских прав или нет. Находка потерянной вещи порождает обязательство по ее возврату потерявшему даже в том случае, если у нашедшего вещь нет никакого желания возвратить эту вещь ее владельцу (ст. 227 ГК). В отличие от юридических поступков юридические акты – это такие правомерные действия, которые порождают соответствующие юридические последствия лишь тогда, когда они совершены со специальным намерением вызвать эти последствия. К числу юридических актов относятся административные акты и сделки.

Административные акты всегда совершаются с намерением вызвать соответствующие административно-правовые последствия. Поэтому большинство административных актов являются основанием административных правоотношений и не принадлежат к числу гражданско-правовых юридических фактов. Вместе с тем некоторые административные акты совершаются с намерением вызвать не только административные, но и гражданско-правовые последствия. Так, выдача гражданину ордера на жилое помещение местной администрацией порождает не только административное правоотношение между местной администрацией и жилищной организацией, но и гражданско-правовое отношение между гражданином и жилищной организацией по заключению договора жилищного найма.

В отличие от административных актов сделки совершаются с целью вызвать только гражданско-правовые последствия. В соответствии со ст. 153 ГК сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Так, к числу сделок относятся различные договоры (купля-продажа, дарение, подряд, имущественный наем, аренда, заем и т. д.), объявление конкурса, завещание и другие правомерные действия, которые совершаются субъектами гражданского права с целью вызвать определенные гражданско-правовые последствия.

Таким образом, юридические факты в гражданском праве могут быть подвергнуты следующей классификации: а) события и действия; б) неправомерные и правомерные действия; в) юридические поступки и юридические акты; г) административные акты и сделки.

2. Виды гражданских правоотношений и проблемные вопросы их классификации

2.1. Общие критерии разделения гражданских правоотношений на виды

Гражданские правовые отношения могут быть разделены на виды по различным основаниям. Вот наиболее классические из них.

Имущественные и личные неимущественные правоотношения.

В зависимости от того, какое общественное отношение урегулировано нормой гражданского права, различают имущественные и личные неимущественные правоотношения. Имущественные правоотношения устанавливаются в результате урегулирования нормами гражданского законодательства имущественно-стоимостных отношений, а личные неимущественные: в результате урегулирования гражданским законодательством личных неимущественных отношений [16, С. 63]. Специфика имущественных и личных неимущественных правоотношений предопределяет и особые способы защиты субъективных прав, существующих в рамках этих правоотношений. По общему правилу, имущественные права защищаются посредством возмещения причиненных убытков. Защита же личных неимущественных прав осуществляется другими способами. Так, в случае опубликования в газете сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, выплата ему денежной компенсации сама по себе не восстановит его пошатнувшуюся репутацию. Однако репутация гражданина будет восстановлена, а его личное неимущественное право защищено, если по решению суда газета опубликует опровержение.

Относительные и абсолютные гражданские правоотношения.

В зависимости от структуры межсубъектной связи все гражданские правоотношения делятся на относительные и абсолютные. В относительных правоотношениях управомоченному лицу противостоят как обязанные строго определенные лица [16, С. 64]. Это может быть как одно, так и несколько точно определенных лиц. Так, между участниками долевой собственности существует относительное правоотношение, поскольку субъектный состав данного правоотношения строго определен. В абсолютных же правоотношениях управомоченному лицу противостоит неопределенное число обязанных лиц [16, С. 64]. Например, в качестве обязанных в авторском правоотношении выступают все окружающие автора произведения лица. Практическое значение такого разграничения гражданских правоотношений состоит в том, что право управомоченного лица в абсолютном правоотношении может быть нарушено любым лицом. Право же управомоченного лица в относительном правоотношении может быть нарушено со стороны строго определенных лиц, участвующих в данном правоотношении. Так, любое лицо, незаконно использующее произведение автора, нарушает принадлежащее ему право на данное произведение. Преимущественное же право покупки участника долевой собственности может быть нарушено только другим участником долевой собственности. В соответствии с этим право управомоченного лица в абсолютном правоотношении защищается от нарушений со стороны любого лица, а право управомоченного лица в относительном правоотношении защищается от нарушений со стороны строго определенных лиц.

Следует иметь в виду, что деление гражданских правоотношений на абсолютные и относительные носит в значительной степени условный характер, поскольку во многих гражданских правоотношениях сочетаются как абсолютные, так и относительные элементы. Так, арендное правоотношение носит относительный характер. Между тем право арендатора может быть нарушено и защищается от нарушений со стороны не только арендодателя, но и других окружающих арендатора лиц.

Вещные и обязательственные правоотношения.

В зависимости от способа удовлетворения интересов управомоченного лица различают вещные и обязательственные правоотношения. В вещном правоотношении интерес управомоченного лица удовлетворяется за счет полезных свойств вещей путем его непосредственного взаимодействия с вещью. В обязательственном же правоотношении интерес уполномоченного лица может быть удовлетворен только за счет определенных действий обязанного лица по предоставлению управомоченному лицу соответствующих материальных благ [16, С. 65]. Практическое значение такой классификации состоит в различной правовой регламентации поведения лиц в вещных и обязательственных правоотношениях. Вещные правоотношения реализуются действиями самого управомоченного лица. Поэтому его юридический интерес будет вполне удовлетворен, если никто из окружающих лиц не будет препятствовать поведению управомоченного лица. Так, юридический интерес собственника будет удовлетворен, если никто не будет ему препятствовать по своему усмотрению владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащими ему вещами. В силу этого в вещных правоотношениях обязанные лица выполняют пассивную роль, воздерживаясь от определенных действий. Обязательственное же правоотношение реализуется путем совершения определенных действий обязанным лицом. Поэтому юридический интерес управомоченного в обязательственном правоотношении лица может быть удовлетворен лишь посредством совершения обязанным лицом действий в его пользу. Так, интересы продавца будут удовлетворены лишь тогда, когда покупатель передаст ему определенную договором денежную сумму за проданную вещь. В силу этого в обязательственных правоотношениях обязанные лица совершают определенные активные действия по предоставлению материальных благ управомоченному лицу.

Существует целый ряд иных критериев классификации гражданских правоотношений, требующих особого внимания. В частности, речь идет о регулятивных и охранительных правоотношениях.

2.2 Проблема классификации гражданских правоотношений на регулятивные и охранительные

Данная проблема не получила однозначного решения ни в общей теории права, ни в цивилистике. Спектр взглядов на указанное деление весьма широк: от полного отрицания существования охранительных правоотношений до признания большой значимости классификации правоотношений на регулятивные и охранительные. При этом даже среди сторонников выделения охранительных правоотношений отсутствует единство по вопросу о понятии данных правоотношений, их субъектах, содержании, основаниях возникновения и прочих характеристиках.

С известной долей условности, мнения, высказанные в отечественной литературе по поводу разграничения регулятивных и охранительных гражданских правоотношений, могут быть сведены к трем позициям: полного отрицания идеи существования охранительных правоотношений, признания охранительных правоотношений стадией динамики регулятивных правоотношений и квалификации охранительных правоотношений как самостоятельного вида правоотношений.

Последовательными сторонниками первой позиции следует признать, прежде всего, А.Х. Гольмстена, Н.Б. Зейдера, М.А. Гурвича, М.М. Агаркова, С.Н. Братуся и А.К. Сергун. С определенными оговорками идею отрицания охранительных правоотношений разделяли также В.П. Грибанов, Н.С. Малеин и В.А. Тархов. Взгляды этих ученых по рассматриваемому вопросу, так или иначе, основываются на следующих положениях: 1) каждая юридическая норма включает в себя три элемента - гипотезу, диспозицию и санкцию; 2) правонарушение или иные помехи в осуществлении субъективного права обусловливают изменение самого субъективного права; 3) всякое субъективное право является правом именно потому, что способно к принудительному осуществлению (осуществление права обеспечивается государственным принуждением); 4) способность субъективного права к принудительному осуществлению обусловливает выделение в его составе наряду с правомочием на собственные действия и правомочием требования правомочия на защиту [8, С. 169].

Подобные рассуждения можно обнаружить в работах М.А. Гурвича, который утверждал, что «способность быть осуществленным в порядке принуждения является существенным, а потому неотъемлемым свойством гражданского субъективного права. Особенность этого свойства состоит. в том, что оно проявляется при известных условиях, до наступления которых право имеет ненапряженный, неактивизированный ... характер. Лишь с наступлением указанных условий проявляется способность права к принудительному в отношении обязанного лица осуществлению, мощь вызвать исполнение обязанности; право во всем своем содержании приобретает напряженный характер веления, исполненного принудительной силы, оно созревает, становится годным к немедленному осуществлению» [8, С. 170]. Из этих рассуждений отчетливо видно, что притязание (право на иск) понималось им не как новое (охранительное) право, возникающее наряду и на основании регулятивного права, а как особое состояние субъективного гражданского права, в котором оно способно быть осуществленным в принудительном порядке.

Иным путем к отрицанию идеи о существовании охранительных правоотношений приходил С.Н. Братусь. С одной стороны, он считал ошибочным разделение норм права на регулятивные и охранительные, так как такое разделение «по существу ведет к отрицанию нормативности и связанной с ней принудительности так называемых регулятивных правовых норм и институтов», а с другой - полагал, что «право на защиту нарушенного кем-либо субъективного права является правомочием, входящим в содержание этого права» [8, С. 170]. Правонарушение, по его мнению, не влечет возникновения нового правоотношений, а является лишь основанием для применения санкции трехэлементной правовой нормы и осуществления одного из правомочий субъективного права.

Несмотря на внешнюю стройность рассуждений ученых, не разделяющих концепции существования регулятивных и охранительных правоотношений, отстаиваемые ими взгляды нельзя признать верными. Логические и содержательные просчеты основанных на отрицании самостоятельности охранительных правоотношений подходов неоднократно становились предметом критики со стороны В.В. Бутнева, Е.Я. Мотовиловкера, Е.А. Крашенинникова и др. Не повторяя выдвинутых названными авторами многочисленных контраргументов, рассмотрим лишь один пример, достаточно полно, на наш взгляд, иллюстрирующий несостоятельность изложенных выше взглядов.

Если бы рассмотренные выше подходы верно отражали действительность, то виндикационное притязание следовало бы трактовать либо как особое, «боевое» состояние субъективного права собственности, либо как один из элементов (правомочие на защиту) названного права. Вместе с тем, ни первая, ни вторая интерпретация не имеют даже видимости правдоподобия, поскольку, во-первых, правоотношение собственности и виндикационное правоотношение различаются по субъектному составу (право собственности направлено против каждого, противостоящего управомоченному лица, а виндикационное притязание - исключительно против владельца вещи); во-вторых, право собственности и виндикационное притязание могут принадлежать разным субъектам (уступка виндикационного притязания создает ситуацию, когда притязанием обладает цессионарий, а право собственности остается у цедента); в-третьих, отлично содержание правоотношения собственности и виндикационного правоотношения (право собственности предоставляет господство над вещью и обязывает каждого воздерживаться от нарушения собственнических правомочий, а виндикационное притязание, напротив, обязывает владельца к возврату вещи, т.е. к положительному действию); в-четвертых, право собственности и виндикационное притязание характеризуются различными юридическими свойствами (если виндикационному притязанию присуща способность подлежать принудительному осуществлению юрисдикционным органом, то право собственности такой способности лишено); в- пятых, правоотношение собственности и виндикационное правоотношение относятся к различным категориям гражданских правоотношений (правоотношение собственности является вещным, а виндикационное правоотношение - обязательственным) [8, С. 171].