Файл: Использование результатов ОРД в качестве информации в процессе ..pdf

Непосредственно началом формирования доказательств на основе результатов ОРД следует считать их представление органу дознания, следователю или в суд в виде рапорта об обнаружении признаков преступления либо сообщения (см. п. 6 Инструкции о порядке представления результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд). Следователю, в свою очередь, надлежит дать оценку результатам ОРД, разрешить вопрос о вовлечении их в процесс доказывания, облечении их в процессуальную форму доказательств.

Таким образом, существующая парадигма доказывания ориентирована на следователя и судью, уполномоченных устанавливать объективную истину по делу (общая цель)^[15]. Последние на уровне идеологии, целеполагания объединены единой методологией, направленной на всестороннее, полное и объективное расследование обстоятельств дела^[16].

В ученом мире существует множество гипотез о порядке и способах использования в уголовном судопроизводстве результатов ОРД, в том числе в качестве доказательств по уголовному делу. Данная проблематика, являясь предметом живого научного интереса, условно разделяет мнения ученых по трем направлениям.

По мнению одних авторов, ссылающихся на норму ст. 89 УПК РФ, результаты, полученные оперативно-розыскным путем, невозможно напрямую непосредственно использовать в доказывании, поскольку они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам^[17]. Оперативные данные не могут стать доказательствами в уголовном процессе, поскольку они были получены за рамками уголовно-процессуальной деятельности^[18] субъектами, которым УПК РФ не предоставлено право собирать доказательства^[19].

Другие авторы, рассматривая ОРД в качестве одного из способов доказывания, предлагают придать ее результатам статус доказательств^[20]. В применении данной модели определенный опыт имеется у законодателей некоторых стран ближнего зарубежья: Беларуси, Грузии, Казахстана, Украины, стран Прибалтики и др.^[21]. Так, например, по УПК Республики Беларусь протоколы оперативно-розыскных мероприятий выступают в качестве источников доказательств^[22], УПК Украины регламентирует проведение негласных следственных (розыскных) действий (некий «гибрид» следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий), результаты которых используются в доказывании по уголовному делу наравне с доказательствами^[23].

ОРД носит разведывательно-поисковый характер и представляет собой разведку криминальной среды. Результаты ОРД по своей процессуальной природе отличаются от результатов следственных действий главным образом степенью достоверности информации, которая в них содержится.

Следует обратить внимание на то, что доказательства и результаты ОРД имеют общую первооснову (первоисточник). В.В. Терехин обращал внимание на особенность доказательств, состоящую в единстве двух составляющих: факта и источника данных. По его мнению, такое двойное значение понятия доказательства происходит из самого существа доказательств как способов, средств установления фактических обстоятельств дела, обнаружения по делу объективной материальной истины^[24]. Если источником доказывания выступает результат ОРД, то оперативная информация следует его судьбе (приобщается к материалам уголовного дела), становясь частью самого доказательства, и служит его цели – доказывает определенные факты.

Наличие общего источника свидетельствует об объективной возможности использования результатов ОРД в доказывании по уголовным делам. Поэтому результаты ОРД, имеющие предметно-документальную форму, могут быть доказательствами при соблюдении ряда уголовно-процессуальных требований^[25]. При этом ст. 89 УПК РФ накладывает запрет на использование в процессе доказывания результатов ОРД, не отвечающих требованиям, установленным УПК РФ для доказательств.

В связи с этим наиболее верным компромиссным решением, на наш взгляд, является мнение третьей группы ученых, которые подчеркивают возможность и необходимость использования оперативно-розыскной информации (результатов ОРД) в доказывании при соблюдении основных постулатов доказательственного права и теории доказательств^[26]. Это означает, что последние должны были собраны (получены), проверены и оценены в соответствии с требованиями УПК РФ^[27].

Следует констатировать приверженность данной идее современного российского законодателя в сфере уголовного судопроизводства. Так, согласно ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон об ОРД), результаты ОРД могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, представляться в орган дознания, следователю или в суд, в производстве которого находится уголовное дело или материалы проверки сообщения о преступлении, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств, и в иных случаях, установленных данным законом.

Кроме того, данная позиция подтверждается Конституционным Судом РФ, который в определениях от 4 февраля 1999 г. № 18-О и от 25 ноября 2010 г. № 1487-О-О отмечал, что результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Закона об ОРД, могут стать доказательствами только после их закрепления надлежащим процессуальным путем, а именно – на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона, т. е. так, как это предписывается ч. 1 ст. 49 и ч. 2 ст. 50 Конституции РФ. Как отмечает А.Е. Чечетин, хотя эта правовая позиция в большей степени регулирует не ОРД, а процессуальный порядок использования в доказывании ее результатов, устраняя недостатки ст. 89 УПК РФ, тем не менее она обязывает оперативных сотрудников соблюдать порядок представления оперативно-розыскных материалов следователю и создавать необходимые условия для их проверки процессуальным путем^[28].

ОРД находится под пристальным вниманием общества, поскольку затрагивает публичные (борьба с преступностью является обязанностью государства, действующего в лице его правоохранительных органов) и частные интересы (защита прав потерпевших, пострадавших от преступлений, а также ограничение прав фигурантов уголовных или оперативных дел). Поэтому первоочередное значение в законности и допустимости результатов ОРД играют положения Конституции РФ. Выступая базисом рассматриваемых правоотношений, конституционные нормы обязывают субъектов уголовно-процессуальной деятельности действовать согласно букве закона, соблюдая права граждан, которые, в свою очередь, провозглашаются наивысшей ценностью в государстве (ст. 2 Конституции РФ).

Согласно ст. 19 Конституции РФ, все равны перед законом и судом. В ст. 49 Конституции предусмотрено ведение уголовного процесса на основе принципа презумпции невиновности, предполагающего необходимость соблюдения критерия надлежащей доказанности вины в уголовном процессе для привлечения лица к соответствующему виду ответственности.

Урегулирование же вопросов допустимости сводится законодателем к установлению определенных запретов. Так, в силу ч. 2 ст. 50 Конституции РФ субъектам доказывания запрещено использовать при осуществлении правосудия доказательства, полученные с нарушениями федерального закона. Данное положение полностью корреспондируется с целым рядом взаимосвязанных норм УПК РФ (ч. 3 ст. 75, ч. 2-4 ст. 88, ч. 2 ст. 229, ч. 5 ст. 234, ст. 235, ч. 4 ст. 236, ст. 271, ч. 4 ст. 292, ч. 5-6 ст. 335, ч. 3 ст. 336), определяющих форму досудебного уголовного производства и формирующих методику определения допустимости данных. Важное значение также имеет норма ч. 3 ст. 7 УПК РФ, предписывающая признавать недопустимыми доказательства, при получении которых суд, прокурор, следователь, орган дознания или дознаватель допустили нарушения норм уголовно-процессуального закона. Таким образом, нормы ч. 2 ст. 50 Конституции РФ и ч. 3 ст. 7 УПК РФ стали опорными точками исследователей в современный период науки^[29].

Указанные положения были конкретизированы Верховным Судом РФ в Постановлении от 31 октября 1995 г. № 8, согласно п. 16 которого доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией РФ права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлены ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Учитывая вышесказанное, любая деятельность, направленная на получение доказательств либо их источников, должна осуществляться с соблюдением требований о равенстве субъектов уголовно-процессуального права при аналогичных условиях (в частности, обвиняемых по уголовным делам с аналогичными «входными» данными), а также о необходимости надлежащего доказывания, т. е. только теми доказательствами, которые отвечают всем необходимым установленным законом критериям: относимости, достоверности, допустимости, а в совокупности – достаточности.

2.2. Принцип формальной оценки доказательств и допустимость использования результатов ОРД

Правоприменительная деятельность процессуалиста непременно сталкивается с наличием противоречия, связанного, с одной стороны, с наличием присущего УПК «духа формализма», а с другой – с декларированием принципа свободы оценки доказательств. Так, ст. 17 УПК РФ на уровне принципа утверждает свободу оценки доказательств на основе внутреннего убеждения субъектами доказывания и отсутствие у каких-либо доказательств заранее установленной силы. В то же время в пп. 1, 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, по сути, декларируется принцип формальной оценки доказательств. Подобное противопоставление в законе идей свободы оценки доказательств и формализма свидетельствует о пробелах в понимании законодателем сущности и содержания свойства допустимости, его значения для правосудия^[30].

Когнитивный диссонанс от установления пп. 1, 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ принципа формальной оценки доказательств только усиливается п. 3 этой же части статьи, который недопустимыми доказательствами называет абсолютно все доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ. Логично предположить, что недопустимыми в ключе данной нормы являются и те, которые получены вне процедуры. А что делать, если процедуры получения и проверки результатов ОРД в УПК нет вовсе?

Для получения предметов, документов и информации, представляющих оперативный интерес (результата ОРД), закон предусматривает иную процедуру, которая априори гарантирует легальность их последующего использования в доказывании. Это получение данных материалов в рамках проведения одного из перечня оперативно-розыскных мероприятий, четко прописанных в ст. 6 Закона об ОРД. Кроме того, в ст. 11 установлено правило, согласно которому результаты ОРД могут служить поводом или основанием для возбуждения уголовного дела, могут быть представлены в орган дознания, следователю либо в суд, в производстве которого находятся уголовное дело или материалы проверки сообщения о преступлении, а также могут быть использованы в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регулирующими собирание, проверку и оценку доказательств. Сам же порядок представления результатов ОРД органам расследования или в суд регламентирован инструкцией, утвержденной соответствующим межведомственным приказом МВД России, Минобороны России, ФСБ России, ФСО России, ФТС России, СВР России, ФСИН России, ФСКН России, СК России.

Представляется, в данной норме (ст. 75 УПК) содержится определенное противоречие, поскольку оперативная (непроцессуальная) информация добывается не в рамках уголовного производства, а в рамках ОРД. В то же время она подлежит легализации и получает процессуальный статус посредством следственных и иных процессуальных действий. УПК РФ, в свою очередь, устанавливает перечень источников доказательств и субъектов – участников доказывания. Однако отсутствие в УПК критериев для использования информации (материалов) ОРД в доказывании, как и отсутствие регламентации самого порядка проверки и оценки результатов ОРД, является серьезным пробелом. Следует также обратить внимание на существующее ныне догматическое понятие допустимости доказательств, которое установлено на уровне научных доктрин и судебной практики. В определенной степени наличие этих факторов препятствует эффективному использованию результатов ОРД в доказывании.

Тем не менее, поскольку в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу могут быть любые сведения, целесообразно отталкиваться именно от этого. Общие причины, по которым доказательства должны быть признаны недопустимыми, указаны в п. 16 упомянутого нами выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8. В целом следует отметить, что современная юридическая литература в той или иной формулировке называет следующие компоненты допустимости доказательств: известность источника и возможность проверки их происхождения (надлежащий источник); компетентность и осведомленность лиц, от которых они исходят и которые их собирают; соблюдение общих правил доказывания; соблюдение правил собирания данных определенного вида, гарантирующих их полноту и достоверность, отказ от включения в них догадок, предположений (соблюдение правил фиксации).