ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 14.10.2020
Просмотров: 438
Скачиваний: 1
КВАЛИФИКАЦИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО
ПРЕСТУПЛЕНИЯ
ПРИ ЮРИДИЧЕСКОЙ И ФАКТИЧЕСКОЙ ОШИБКЕ
П.С. ЯНИ
Яни Павел Сергеевич, профессор Института
повышения квалификации руководящих кадров
Академии Генеральной прокуратуры РФ, доктор
юридических наук, профессор.
Автор предлагает критерии для разграничения
юридической и фактической ошибок при квалификации
преступлений в сфере экономической деятельности.
Ключевые слова: юридическая ошибка,
фактическая ошибка, квалификация экономического
преступления.
Determination of the nature of an economic crime
when legal or factual error is made
P.S. Yani
The author offers criteria to distinguish between
legal and factual errors made during determination of the
nature of economic crimes.
Key words: legal error, factual error, determination
of the nature of an economic crime.
1. Ослабление роли государства в экономике
выражается в том числе в сужении сферы применения
нормы об ответственности за незаконное
предпринимательство, что происходит за счет
внесения изменений не только непосредственно в
Уголовный кодекс, но и в законодательство, позитивно
регулирующее отношения, охраняемые
УК:
сокращается перечень видов деятельности,
подлежащих лицензированию. Этот процесс породил
вопросы квалификации действий лиц,
осуществлявших предпринимательскую деятельность,
являвшуюся - при наличии к тому и иных оснований -
преступной по причине ее ведения без лицензии,
когда такая лицензия необходима, но затем
потерявшую характер преступной в связи с
названными обстоятельствами: вид деятельности
перестал подлежать лицензированию. Приведу
пример.
Коммерческая организация в результате
осуществления предпринимательской деятельности
без лицензии, когда такая лицензия требовалась,
извлекла особо крупный доход. Этот доход не был
отражен руководителем организации К. в налоговой
декларации и иных документах, представляемых в
налоговые органы, и в результате сумма
неуплаченного налога составила более 30 млн. руб.
(согласно
размер). Затем, однако, соответствующий вид
деятельности был исключен из перечня видов
деятельности, осуществление которых разрешено
только на основании лицензии. При таких
обстоятельствах в соответствии со
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18
ноября 2004 г. N 23 "О судебной практике по делам о
незаконном предпринимательстве и легализации
(отмывании) денежных средств или иного имущества,
приобретенных преступным путем" в действиях К.
(который, если бы законодательство о
лицензировании не изменилось, нес бы
ответственность по
преступления, предусмотренного ст. 171 УК.
--------------------------------
<1> См.:
названного Постановления
Пленума о субъекте рассматриваемого преступления
при осуществлении незаконного предпринимательства
организацией.
Поставленный практикой вопрос состоит в том,
можно ли квалифицировать действия К. по
как уклонение от уплаты налогов с организации в
особо крупном размере. Решение проблемы, как будет
показано далее, достигается путем анализа института
ошибки в уголовном праве. Однако сначала
необходимо рассмотреть аргументы сторон
ведущегося на практике спора о квалификации.
Обе стороны диспута признают, что при
осуществлении незаконной предпринимательской
деятельности ее субъект извлекает преступный доход
- так же, как и при сбыте наркотиков, хищении,
получении взятки и т.п. И даже если считать такой
доход принадлежащим тому лицу, на чей банковский
счет он зачислен (а такая точка зрения отстаивается
многими в цивилистике), то все равно этот доход
должен полностью взыскиваться в доход государства,
а следовательно - не может облагаться налогом.
Но далее одна сторона рассуждает так: раз
предпринимательская деятельность возглавляемого К.
юридического лица теперь считается законной, то,
стало быть, и доходы ретроспективно должны быть
признаны законными, их уже нельзя изъять в доход
государства как преступно полученное имущество.
Поэтому руководитель К., скрывавший от налоговых
органов доход, полученный организацией от
контрагентов за выполненные работы, виновен в
уклонении от уплаты налогов с организации.
Другая же точка зрения состоит в том, что раз
юридическое лицо, осуществлявшее незаконную - на
тот период - предпринимательскую деятельность, не
должно было отражать этот доход в документах,
представляемых в налоговые органы, а
УК
предусматривает ответственность не просто за
неуплату налога, но за такую неуплату, которая
сопряжена с обманом налоговых органов
относительно наличия объекта налогообложения и т.д.
<2>, руководитель организации К. ответственности по
УК не подлежит. Проще говоря, поскольку при
осуществлении незаконной предпринимательской
деятельности ее субъектом-организацией извлечен
доход, который на момент отчета руководителя перед
налоговыми органами не был объектом
налогообложения, неотражение этого дохода в
документах, представляемых в налоговые органы, к
неуплате налога не привело: обязанности не было, а
потому не исполнить ее было невозможно.
--------------------------------
<2> См.:
Постановления Пленума
Верховного Суда РФ от 28 декабря 2006 г. N 64 "О
практике применения судами уголовного
законодательства об ответственности за налоговые
преступления".
2. Итак, лежала ли на организации,
возглавляемой К., обязанность по уплате налогов с
доходов, полученных в период, когда
предпринимательская деятельность организации
считалась в силу названных обстоятельств
преступной?
Согласно
Верховного Суда РФ от 4 июля 1997 г. N 8 "О
некоторых вопросах применения судами Российской
Федерации уголовного законодательства об
ответственности за уклонение от уплаты налогов"
(ныне утратило силу) действия виновного,
занимавшегося предпринимательской деятельностью
в том числе без специального разрешения и
уклоняющегося от уплаты налога с доходов,
полученных в результате такой деятельности,
надлежало квалифицировать по совокупности
преступлений, предусмотренных соответствующими
частями
УК. Однако в
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18
ноября 2004 г. N 23 выражен иной подход: "Действия
лица, признанного виновным в занятии незаконной
предпринимательской деятельностью и не
уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов,
полученных в результате такой деятельности,
полностью охватываются составом преступления,
предусмотренного
УК РФ".
Сложность обсуждаемой проблемы во многом
как раз и связана с последним разъяснением, точнее -
не только с ним, но и с его обоснованием,
противоречащим, как будет показано, выводу, к
которому пришел в
названного документа
высший судебный орган.
Дело в том, что, отказываясь от прежней точки
зрения, Пленум руководствовался доводом некоторых
криминалистов, что нельзя платить налоги с доходов,
полученных преступным путем, поскольку весь
преступный доход должен быть взыскан в доход