ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 14.10.2020
Просмотров: 4321
Скачиваний: 20
Ответственность за сбыт поддельных денежных знаков или ценных бумаг наступает независимо от того, кто является непосредственным их изготовителем. Однако умыслом виновного при сбыте таких знаков или бумаг должно охватываться осознание того факта, что они поддельные.
Отграничение изготовления, хранения либо сбыта
поддельных денег или ценных бумаг от смежных преступлений
Преступление, ответственность за которое предусмотрена ст. 221 УК, конкурирует со многими нормами УК по предмету преступления. Здесь следует исходить из следующего. Если предметом подделки являются банковские пластиковые карточки, чековые книжки, чеки и иные платежные средства, не являющиеся ценными бумагами, то содеянное должно квалифицироваться по ст. 222 УК. Подделка подписи на простом и (или) переводном векселе или на присоединенном к нему добавочном листе (аллонже), подписание простого и (или) переводного векселя, в том числе при индоссаменте, авале, акцепте, или добавочного листа (аллонжа) от имени вымышленного лица должна квалифицироваться по ч. 2 ст. 2262 УК. Подделка с целью сбыта почтовых марок, иных знаков почтовой оплаты или международных ответных купонов требует квалификации по ст. 261 УК, а подделка в целях сбыта акцизных марок Республики Беларусь соответственно по ст. 2611 УК. Изготовление поддельных лотерейных билетов с целью их сбыта должно квалифицироваться как приготовление к мошенничеству.
Если умысел виновного при изготовлении денежных знаков или ценных бумаг либо их сбыте был направлен на обман потерпевшего (вследствие плохого зрения, ограниченной видимости при сбыте подделки, некомпетентности либо неосведомленности и т.п.), а поддельные деньги или ценные бумаги не могли участвовать в обороте в результате грубого характера подделки, то действия виновного подлежат квалификации по ст. 209 УК как мошенничество.
Если в результате осуществления сделок с поддельными денежными знаками или ценными бумагами незаконно приобретено имущество или имущественные права, всё содеянное охватывается ст. 221 УК и дополнительной квалификации не требует. Однако если сбыт таких предметов образует состав иного преступления, например, дачи взятки, то содеянное квалифицируется по совокупности преступлений: по ст. 221 УК и ч. 5 ст. 16 и 430 УК.
Особенности квалификации
незаконной предпринимательской деятельности
При квалификации незаконной предпринимательской деятельности следует иметь в виду, что ответственность по ст. 233 УК наступает не только в случае отсутствия специального разрешения (лицензии), но и когда действие лицензии просрочено, приостановлено либо когда предприниматель лишен ее; при осуществлении деятельности, не указанной в специальном разрешении (лицензии).
Для правильного решения вопроса о том, требовалось ли для осуществления того или иного вида предпринимательской деятельности наличие соответствующего разрешения (лицензии) в период занятия лицом такой деятельностью, следует руководствоваться нормативными правовыми актами, определяющими условия осуществления конкретных видов предпринимательской деятельности. В случае исключения соответствующего вида предпринимательства из перечня лицензируемых видов деятельности, правовая оценка должна осуществляться с учетом положений ч. 2 ст. 9 УК.
Действия лиц, которые сами не занимаются незаконной предпринимательской деятельностью, однако умышленно оказывают виновному содействие в ее осуществлении, следует квалифицировать как соучастие в незаконной предпринимательской деятельности по соответствующим частям ст. 16 и ст. 233 УК.
В судебной практике исходят из того, что в случае, если незаконная предпринимательская деятельность выражается в совершении преступлений, ответственность за которые предусмотрена соответствующими статьями УК (торговля людьми, незаконное изготовление оружия, незаконный оборот наркотических средств и т.п.), содеянное квалифицируется по указанным статьям УК и дополнительной квалификации содеянного по ст. 233 УК не требуется.79
Действия лица, осуществляющего незаконную предпринимательскую деятельность, не требуют дополнительной квалификации за уклонение от уплаты сумм налогов, сборов (ст. 243 УК).
Если должностное лицо использовало свои властные или служебные полномочия для совершения преступления, предусмотренного ст. 233 УК, содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 233 УК и соответствующей статьей Особенной части УК, устанавливающей ответственность за преступление против интересов службы.
Особенности уголовно-правовой оценки действий в отношении материальных ценностей, приобретенных преступным путем.
Приобретение либо сбыт материальных ценностей, заведомо добытых преступных путем (ст. 236 УК), следует отличать от легализации (“отмывания”) материальных ценностей, приобретённых преступным путём (ст. 235 УК). Состав, предусмотренный ст. 236 УК, будет иметь место в том случае, когда указанные в данной статье действия совершаются при отсутствии цели легализации материальных ценностей, приобретённых преступным путём.
Сделки с материальными ценностями, приобретёнными преступным путём, будут квалифицироваться как их легализация только тогда, когда они совершаются с целью придания этим материальным ценностям статуса законных, для введения их в правомерный хозяйственный или гражданско-правовой оборот. Такая легализация может осуществляться путем утаивания или искажения природы, происхождения, местонахождения, размещения, движения или действительной принадлежности указанных материальных ценностей или соотносимых с ними прав. Как правило, материальные ценности изначально не имеют никаких подтверждающих их происхождение документов. Но в отдельных случаях материальные ценности могут иметь все необходимые документы, формально соответствующие официальным требованиям и подтверждающие законность их первоначального происхождения. Однако если эти документы не соответствуют реальному положению на момент совершения сделки, то ее осуществление с такими материальными ценностями также является их легализацией.
При квалификации не требуется устанавливать точного знания лица о том, в результате какого конкретного преступления добыты материальные ценности. Достаточно определить, что лицо знало о преступном способе добычи материальных ценностей. Если лицо узнало о преступном происхождении материальных ценностей после их легализации и продолжает пользоваться ими, то ответственность по ст. 235 УК исключается.
§ 4. Особенности квалификации ряда преступлений
против экологической безопасности и природной среды
Особенности квалификации незаконной порубки деревьев и кустарников
К предмету преступления, ответственность за которое предусмотрена ст. 277 УК, относятся деревья и кустарники в лесах первой группы либо защитные и озеленительные насаждения, не входящие в лесной фонд.
Не являются предметом данного преступления деревья и кустарники, произрастающие в лесах второй группы. Незаконная порубка в лесах второй группы образует собой административное правонарушение (ч. 2 ст. 15.22 КоАП). В случае незаконной порубки или повреждения деревьев и кустарников, являющихся памятниками природы, содеянное, при отсутствии признаков более тяжкого преступления, должно квалифицироваться по ст. 263 УК.
Фактическую основу для квалификации незаконной порубки деревьев и кустарников образуют следующие альтернативные варианты активного поведения:
- незаконная порубка деревьев и кустарников в лесах первой группы;
- повреждение до степени прекращения роста деревьев и кустарников в лесах первой группы;
- порубка не входящих в лесной фонд защитных и озеленительных насаждений;
- повреждение не входящих в лесной фонд защитных и озеленительных насаждений.
При определении размера ущерба, причиненного незаконной порубкой деревьев и кустарников следует руководствоваться специально утвержденными таксами для возмещения причиненного ущерба. Эти таксы разработаны в экологическом законодательстве на основе гражданско-правового института возмещения вреда, выполняют компенсационную функцию, направленную на возмещение реальных и предполагаемых, количественных и качественных потерь в растительном и животном мире.
Утвержденные действующим законодательством таксы для возмещения вреда, в случае совершения незаконной порубки имеют двоякое значение. Они должны применяться не только при разрешении иска о возмещении вреда в уголовном деле, но и при квалификации действий виновного по признакам причинения ущерба. Специально утвержденные таксы должны использоваться при квалификации незаконной порубки по признаку причинения ущерба в крупном размере (ч. 1 ст. 277) либо в особо крупном размере (ч. 2 ст. 277). Установленные таксы в таком случае следует соотносить с соответствующими положениями примечаний к ст. 275 и 276, имея в виду, что сумма ущерба исчисляется исходя из размера базовой величины, установленного на день совершения преступления.
Порядок определения размера причиненного ущерба при разрешении иска о возмещении вреда в уголовном деле несколько иной. Суд в этом случае должен руководствоваться таксами, установленными в соответствующих нормативных правовых актах, действующих на день постановления приговора. Поскольку размер возмещения вреда определяется в определенной кратности базовых величин, то в таких случаях при определении ущерба в денежном выражении следует исходить из размера базовой величины, установленного на день вынесения приговора.
Незаконная порубка либо повреждение древесно-кустарниковой растительности в лесах первой группы государственного лесного фонда, а также не входящей в государственный лесной фонд древесно-кустарниковой растительности, включая сеянцы и саженцы, не повлекшие ущерба в крупном размере, влечет административную ответственность по ст. 15.22 КоАП. Не образует собой преступления и факты причинения по неосторожности ущерба в крупном размере в результате незаконной порубки. Содеянное в таком случае является основанием для административной ответственности.
При наличии признаков незаконной предпринимательской деятельности незаконная порубка деревьев и кустарников требует дополнительной квалификации по ст. 233 УК.
Действия должностных лиц, использовавших свои служебные полномочия при незаконной порубке деревьев и кустарников, должны дополнительно квалифицироваться по статьям, предусматривающим ответственность за соответствующее преступление против интересов службы. Должностные лица, использовавшие свои служебные полномочия для необоснованной выдачи разрешительных документов на порубку леса и кустарников, должны нести ответственность за соответствующее преступление против интересов службы.
Отличие незаконной порубки от умышленного уничтожения либо повреждения имущества (ст. 218 УК). Совпадение многих признаков преступлений в этом случае в основном связано со сходством способа воздействия на соответствующий предмет, находящийся под охраной уголовного закона, и характером проявления преступных последствий. Кроме того, причиненный экологический ущерб в таких случаях имеет материальную составляющую, что предполагает экономическую оценку поврежденных, утраченных или изъятых предметов.
Основная демаркационная линия по этим преступлениям проведена законодателем в части 1 примечаний к главе 26 УК. В легальном определении преступления против экологической безопасности и природной среды законодатель отметил, что экологическим признается то общественно опасное деяние, которое причиняет или может причинить вред соответствующему природному объекту, отнесенному к таковому законодательством об охране окружающей среды, независимо от форм собственности. Таким образом, при констатации экологического ущерба при квалификации преступления следует руководствоваться приоритетом норм, предусмотренных в главе 26 УК.
Но не следует забывать, что приведенное аутентичное толкование экологического преступления применимо для случаев, когда посягательство совершается на соответствующий природный объект, находящийся в естественном состоянии. Если действия виновного лица выразились в уничтожении или повреждении деревьев, которые срублены и приготовлены к складированию, сбыту или вывозу другими лицами, содеянное должно квалифицироваться по ст. 218 УК, при наличии иных признаков, предусмотренных этой статьей.
Отличие незаконной порубки от нарушения режима охраны и использования особо охраняемых природных территорий (ст. 264 УК). К основным составообразующим признакам преступления, предусмотренного ст. 264 УК, следует отнести деяние, которое должно быть выражено в нарушении режима охраны и использования соответствующей особо охраняемой природной территории; последствие в виде причинения экологического ущерба в крупном размере; вину в форме умысла или неосторожности по отношению к экологическому ущербу. Учитывая то обстоятельство, что в специальной норме конкретизируются и сужаются пределы криминализации относительно общей нормы, можно сделать вывод о том, что часть нормативных положений, касающихся незаконной порубки (ст. 277 УК), выполняют функцию специальной нормы. Нормативные положения, содержащиеся в ст. 277 УК, не находятся в полном соответствии со ст. 264 УК по принципу соотношения понятий «род» и «вид». Содержащиеся в статьях 277 и 264 УК нормативные положения соотносятся на уровне специального и общего лишь применительно к незаконной порубке или повреждению до степени прекращения роста деревьев и кустарников в тех лесах первой группы, которые имеют правовой статус особо охраняемой природной территории или объекта. Согласно ст. 16 Лесного кодекса Республики Беларусь к лесам первой группы относятся, в частности, леса, расположенные на территории заповедника, национального парка, заказника или памятника природы республиканского значения. При этом минимальный размер причиненного экологического вреда при незаконной порубке по сравнению с размером ущерба, предусмотренным в общей норме, существенно снижен (см. примечания к ст. 275 и 276 УК). Однако относительно порубки или повреждения не входящих в лесной фонд защитных и озеленительных насаждений нормативные положения ст. 277 УК не могут выполнять функцию специальных нормативных предписаний. Таким образом, при причинении экологического ущерба в крупном или особо крупном размере вследствие незаконной порубки не входящих в лесной фонд защитных и озеленительных насаждений при условии, что эти насаждения не произрастали на особо охраняемой территории, конкуренция норм отсутствует. Совершение подобного рода деяний является самостоятельным основанием для привлечения к уголовной ответственности по соответствующей части ст. 277 УК.