ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.10.2020
Просмотров: 328
Скачиваний: 1
МОРСКОЙ АСПЕКТ МЕЖДУНАРОДНОГО ТЕРРОРИЗМА
Сегодня проблема пиратства предстала перед современным обществом в новом качестве – как составляющая терроризма. В свою очередь терроризм как форма асимметричного ведения боевых действий имеет одной из составляющих морской компонент.
Первая волна международного терроризма, начало которой относится западными аналитиками к 1968 году, прокатилась по многим странам мира многочисленными терактами преимущественно на авиалиниях и воздушных лайнерах. После принятия правительственными и коммерческими авиакомпаниями соответствующих мер безопасности по защите самолетов гражданской авиации атаки террористов перекинулись на наземные цели: аэропорты, дипломатические миссии, отдельных представителей большого бизнеса и политического истеблишмента, что также не осталось без внимания служб безопасности большинства стран. Сужение кольца противодействия терроризму на земле и в воздухе, особенно после серии беспрецедентных атак камикадзе, в сентябре 2001 года на здания МТЦ в Нью-Йорке и Пентагон в Вашингтоне, вынуждают террористов подыскивать новые, менее защищенные объекты для нападения. По мнению многих зарубежных обозревателей, в настоящее время и в ближайшем будущем международный терроризм сосредоточит свою диверсионную деятельность, по всей вероятности, на более доступных, морских, целях - коммерческих водных коммуникациях, океанских транспортных и пассажирских судах.
Уязвимость военно-морского и коммерческого судоходства от терроризма на море достаточно убедительно была продемонстрирована 12 октября 2000 года атакой, организованной членами террористической организации <Аль-Каида>, на американский эскадренный миноносец УРО <Коул>, находившийся в то время на стоянке в йеменском порту Аден – за год до террористической атаки 11 сентября 2001 года. В результате мощнейшего взрыва погибли 17 моряков, 42 человека получили ранения. Корабль фактически был выведен из строя. Этот факт наглядно подтверждает, что военные суда также не застрахованы от террористических атак. Преданный широкой огласке, этот инцидент, повлекший за собой серьезные материальные и моральные потери для США, значительные повреждения боевого корабля, и внушавший многим опасения и тревогу, немедленно вызвал реакцию со стороны других террористических групп в Азии и на Среднем Востоке, подтолкнул их к организации других подобных диверсий на море. Так, 23 октября катера со смертниками из организации <Тигры освобождения Тамил Илама> (LTTE) уничтожили один и повредили другой быстроходный паром в Шри-Ланке, а 7 ноября того же года боевики из палестинской организации ХАМАС предприняли атаку на израильский военный катер, лишь незначительно повредив его ввиду преждевременной детонации подрывного заряда. Как было установлено западными спецслужбами, успех атаки на ЭМ УРО <Коул> стимулировал также интерес многих террористических групп к техническим средствам проведения терактов на море (а некоторые группы инвестировали в них значительные средства).
Реальные возможности морских террористов как на тактическом, так и стратегическом уровне создают многостороннюю, комплексную угрозу безопасности в международном масштабе. Соответствующие службы ряда государств подвергли серьезному анализу тактико-технические приемы морского терроризма, а три упомянутые атаки смертников на море, предпринятые в течение почти месяца (с 12 октября по 7 ноября 2000 года), развенчали сомнения многих в реальности существования такой <асимметричной> угрозы. Тем не менее, основные ассигнования на средства самообороны кораблей по-прежнему сфокусированы на противодействии традиционным угрозам <противника> с воздуха, моря и берега (то есть ПВО, ПЛО, ПКО и ПРО), и лишь в составе ВМС очень немногих морских держав параллельно создавались элитные формирования (такие, как эскадра катеров специального назначения (SBS) в Великобритании, отряды разведчиков-диверсантов (SEAL) в США или силы спецназа морской пехоты в Индии, ориентированные, с недавних пор, и на борьбу с терроризмом), обладающие определенными контртеррористическими возможностями.
Если наземные средства вооруженной борьбы после окончания <холодной войны> были четко разграничены на две категории: общего назначения и нетрадиционные (unconventional), то в области морских боевых средств, как отмечается в соответствующих исследованиях на Западе (в частности, в Центре изучения проблем терроризма и политических волнений при Шотландском университете и Институте международной политики в области контртерроризма Израиля), этого практически не произошло. В то же время террористические группы, как свидетельствует недавний опыт, могут в кратчайшие сроки сместить акценты своих действий с наземных объектов на морские.
Инвестирования ВМС большинства стран в средства защиты своей инфраструктуры и ведения асимметричных боевых действий на море явно неадекватны существующей угрозе (некоторые сдвиги отмечались на ряде направлений борьбы против пиратских действий). И хотя это положение в ближайшей или среднесрочной перспективе может быть выправлено, морской терроризм будет в обозримом будущем представлять, по заключению западных экспертов, ощутимую угрозу военному и торговому судоходству.
В недавнем прошлом каких-либо заметных тенденций или признаков <переключения> террористов на акции против морских объектов не проявлялось, хотя отдельные терракты на море имели место в различных регионах мира. В течение трех последних десятилетий действия морских террористов регистрировались в различных районах Европы, Латинской Америки, Среднего Востока, на юге Африки, в Южной и Юго-Восточной Азии, однако недостаточно анализировались на Западе в материалах исследований по проблемам терроризма. Эффективное противодействие вызовам так называемой <серой зоны> требует от политических лидеров организации скоординированных операций спецслужб под военной и гражданской юрисдикцией как на национальном, так и на международном уровне. Если мировое сообщество будет настроено эффективно противостоять новой растущей угрозе современной эпохи, жизненно важно, по мнению западных аналитиков, обосновать намечающуюся стратегию борьбы с терроризмом доктринально.
По мнению наиболее осведомленных экспертов, в ближайшем будущем международный терроризм может сосредоточить свое внимание на третьей природной стихии - водной и перейти к масштабным операциям против целей, характерных для нее: грузовых, пассажирских и военных кораблей, портов и судостроительных верфей.
Уязвимость военного и коммерческого судоходства для таких атак достаточно убедительно продемонстрирована 12 октября 2000 г., когда два шахида, члена организации "Аль-Каиды", на моторной лодке врезались в борт американского эсминца "Коул", ошвартованного у стенки йеменского порта Аден. Заряд взрывчатки весом около 300 кг пробил в борту корабля брешь площадью в 72 кв. м. Погибли 17 американских моряков и более 40 получили серьезные ранения.
23 октября, через 10 дней, два катера со смертниками из организации "Тигры Тамил Илама" врезались в пассажирские паромы Шри Ланки, один из которых затонул, а второй был сильно поврежден. При этом погибли более 400 человек. Через две недели боевики ХАМАСа атаковали израильский ракетный корабль и не уничтожили его только из-за преждевременной детонации заряда. Список такого рода атак содержит десятки наименований судов всех классов.
ОСОБЕННОСТИ ДЕЙСТВИЙ МОРСКИХ ТЕРРОРИСТОВ
Количество террористических групп, которые специализируются на атаках с использованием акватории морей и океанов, резко выросло за последние десятилетия. Свои удары они наносят не только со стороны моря, но и с суши. Тактика этих акций варьируется от применения наземных групп, оснащенных подрывными зарядами, до действий подводных пловцов. Их снаряжение вполне современно: магнитные прилипающие мины, подводные транспортировщики, скоростные катера, морские скутеры, даже мини-подлодки и торпеды, управляемые смертниками-шахидами.
В настоящее время руководители морских террористов консолидировали свои усилия, что привело к смещению "центра тяжести" их деятельности на Ближний и Средний Восток и в Западную Атлантику.
О мерах безопасности при террористическом нападении заговорили сразу после случая с "Коулом" и попытками терактов в Марокко. Разумеется, на открытой воде террористы не посмеют атаковать, например, хорошо защищенный авианосец. Однако ситуация резко меняется в прибрежных водах, где существует угроза террористического нападения с помощью мин, спортивных самолетов и т.д.
Количество террористических групп, обладающих в настоящее время возможностями совершения диверсионных актов на море, считается незначительным, однако атака на ЭМ УРО <Коул> продемонстрировала, что оно может резко возрасти в самые короткие сроки.
Американской разведке стал известен факт финансирования нефтяными шейхами, в частности - из Катара и Бахрейна, морских боевых отрядов ХАМАСа и "Исламского джихада". Особое внимание ЦРУ привлекло наличие в них подразделений хорошо подготовленных боевых пловцов, обучение которых весьма сложное и не быстрое дело.
Оказалось, что эти "фрогмены" используют снаряжение советского типа и производства: дыхательные аппараты замкнутого цикла СЛВИ-57, боевые акваланги АВМ-1 и подводные транспортировщики "Протей-3". Настораживает, что методика действий палестинских легких водолазов практически неотличима от той, которая применялась разведывательно-диверсионными подразделениями Главного разведуправления Генерального штаба, носившими кодовое наименование "Дельфин". Их штаб находился в советское время в бухте Казачьей, близ Севастополя. Эти отряды были расформированы в начале 90-х годов, и отлично подготовленные подводные спецназовцы оказались не у дел. Между тем среди них было немало уроженцев Северного Кавказа, Башкирии, Татарстана - мусульманских ареалов Российской Федерации. Существуют данные, что некоторые из этих ценнейших специалистов, не будучи востребованными на родине, могли оказаться там, где их знания и опыт были бы оплачены. В том числе - на Ближнем Востоке.
В современных условиях террористические группы и организации (в том числе и морской направленности) активно обмениваются опытом, технологиями, идеями и методами проведения своих акций. В результате смещения <центра тяжести> международного терроризма из района Ближнего Востока в Афганистан (здесь до недавнего времени находился самый крупный центр подготовки иностранных террористов) открывались возможности более тесного взаимодействия между экстремистскими группами Среднего Востока и Азиатско-тихоокеанского региона.
Поэтому ознакомление профессионалов, связанных с обеспечением безопасности военных и коммерческих судов, с современными и будущими тактико-техническими приемами террористических действий на море приобретает, как полагают на Западе, особое значение.
Тактико-технические приемы морского терроризма.
Основные приемы морского терроризма можно с большой долей достоверности назвать уже сегодня, основываясь на прецеденте достаточно большого числа атак, проведенных террористами в последние десятилетия ХХ и в начале ХХI веков. Это захват крупных грузовых судов и пассажирских лайнеров для получения выкупа или выдвижения политических требований. В 1961г. с такой целью был захвачен португальский лайнер "Санта Мария", в 1985г. - итальянский лайнер "Акилле Лауро", в 1997-м - российский пассажирский паром "Аврасия". Этот список можно продолжить, но, если учитывать изуверскую безальтернативность атак "Аль-Каиды", то захват огромных пассажирских круизных лайнеров или супертанкеров скорее всего завершится их взрывом и потоплением, что повлечет гибель 4-5 тыс. пассажиров и членов судовой команды или колоссальную экологическую катастрофу.
Тактические приемы атак на корабли зависят от того, находится ли судно в гавани или на рейде или курсирует в открытом море. Пришвартованное судно обычно атакуется боевыми пловцами в легководолазном снаряжении, которые крепят несколько крупных зарядов в наиболее уязвимых местах его корпуса.
Боевики могут быть доставлены к порту по суше или спущены с надводных и подводных транспортировщиков. Наилучшими средствами транспортировки являются сверхмалые субмарины - мини-подлодки. В течение последнего пятилетия отмечены три случая подпольного строительства таких подлодок: в Боготе (Колумбия), Картахене (Африка) и на юге Индии. Однако отмечено также, что террористы могут приобретать такие субмарины в целом ряде стран Западной Европы, в России и в Иране.
При атаках в море факторы внезапности и скрытости достигаются террористами за счет применения малых низкосидящих катеров. Они атакуют ночью и с разных направлений - "волчья стая". Благодаря ничтожной радиозаметности, такие средства не обнаруживаются операторами бортовых радаров.
Этими катерами могут быть вполне успешно атакованы как грузовые суда, так и громадные круизные лайнеры и даже боевые корабли. Диверсионные катера нередко оборудуются съемным такелажем, который маскирует их под рыболовецкие шхуны или суда береговой охраны. В этих случаях террористы переодеваются рыбаками или таможенниками. Могут они проникать на судно и легально, как пассажиры. Так было и в случае захвата итальянского пассажирского лайнера "Акилле Лауро" в 1985 г.
Морские объекты уязвимы для атак террористов со стороны берега, моря и воздушного пространства. Тактика террористических действий варьируется от применения наземных групп, подготовленных для установки взрывных устройств на корабли, до задействования подводных пловцов, штурмовых самолетов и постановки морских мин, а их техническое оснащение - от современного снаряжения аквалангистов, морских скутеров и быстроходных катеров до самых совершенных навигационных систем определения местонахождения (GPS). Поскольку эти технологии общедоступны, их приобретение достаточно сложно контролировать. Многие современные технические средства могут применяться как в военных, так и в гражданских целях, и оказавшиеся в распоряжении террористов технологии двойного назначения способствуют повышению эффективности их действий.
В море корабли относительно защищены от террористических ударов. Но в портах, на рейде, каналах, где маневренность сильно ограничена, у террористов есть потенциальные возможности для атак. При этом чаще всего террористы прибегают к излюбленной тактике нападения с воды: они используют небольшие скоростные лодки, управляемые командами смертников. Что же касается методов самой атаки, то наличие вооруженных кораблей, судов и катеров-брандеров предоставляет исламским террористам большой выбор тактических приемов, некоторые из них недавно опробованы на практике. В 2000 г. на рейде йеменского порта Аден два шахида на катере, груженном полутонной тротила, врезались в борт американского эсминца "Коул" и подорвались. Несмотря на огромную пробоину, корабль остался на плаву, но погибли 17 и более 30 моряков получили ранения. Через два года снова у берегов Йемена такой же катер-брандер подорвал французский танкер "Лимбург".