ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.10.2020
Просмотров: 246
Скачиваний: 1
108
3 (25) 2013
ПРОБЛЕМЫ ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ
СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ, НАПРАВЛЕННЫХ НА ПОЛУЧЕНИЕ
СВЕДЕНИЙ, ПЕРЕДАВАЕМЫХ ПО СРЕДСТВАМ ЭЛЕКТРОСВЯЗИ
В.Ю. Стельмах
(преподаватель кафедры уголовного процесса Уральского юридического
института МВД России, г. Екатеринбург; vlstelmah@mail.ru)
vlstelmah@mail.ru)
@mail.ru)
mail.ru)
.ru)
ru))
Автор анализирует пробелы в нормативной регламентации контроля и записи телефон-
ных и иных переговоров, а также получения информации о соединениях между абонентами и
(или) абонентскими устройствами, и формулирует предложения по совершенствованию соот-
ветствующих норм закона.
Ключевые слова:
следственные действия, контроль и запись телефонных и иных перего-
воров, соединения между абонентами, соединения между абонентскими устройствами.
Рубеж двадцатого и двадцать первого
столетий характеризуется ускорением раз
-
вития средств электросвязи. За короткое
время сотовые телефоны и компьютеры
стали активно использоваться во всех сфе
-
рах человеческой жизни, в том числе и в
преступной деятельности. Это обусловило
необходимость осуществления контроля
за передаваемыми с их помощью сооб
-
щениями для использования полученных
сведений в пресечении и раскрытии пре
-
ступлений. В УПК РФ предусмотрены та
-
кие следственные действия, как контроль
и запись телефонных и иных переговоров
(ст. 186 УПК РФ) и получение информации
о соединениях между абонентами и (или)
абонентскими устройствами (ст. 186.1
УПК РФ). Познавательная ценность ука
-
занных следственных действий велика.
При этом возможности использования их
результатов в процессе доказывания воз
-
растают пропорционально увеличению
технических возможностей средств связи
по объему, содержанию и характеру пе
-
редаваемой информации, а также способ
-
ностей коммутирующей и транслирующей
аппаратуры операторов связи фиксировать
все новые и новые параметры передавае
-
мых сообщений.
Однако при производстве данных
следственных действий возникают доста
-
точно серьезные проблемы, обусловлен
-
ные в первую очередь несовершенством
их законодательной конструкции, которая
приводит к формированию в практичес
-
кой деятельности диаметрально противо
-
положных подходов решения одинаковых
ситуаций.
Проблемы начинаются уже с того,
что терминология, используемая в УПК
РФ, не соответствует применяемой в за
-
конодательстве о связи. Думается, что для
решения данного вопроса следует допол
-
нить статью 5 УПК РФ пунктом 44.1, в ко
-
тором определить понятие средства элек
-
тросвязи, раскрыв его не через указание
данных средств, а с помощью абстрактной
обобщенной формулировки, находящейся
в системном единстве с законодательством
о связи. К средствам электросвязи необхо
-
димо отнести технические и программные
средства, используемые для формирова
-
ния, приема, обработки, хранения, пере
-
дачи, доставки сообщений электросвязи,
а также заменяемые части устройств, с
помощью которых обеспечивается иден
-
тификация устройства и его доступ к сети
подвижной связи. Такая формулировка
позволит получать сведения о соединени
-
ях как существующих средств электросвя
-
зи, так и появляющихся по мере развития
научно-технического прогресса, без вне
-
сения изменений в уголовно-процессуаль
-
ный закон после создания каждого нового
средства связи.
Недостатки нормативной регламента
-
ции контроля и записи переговоров заклю
-
чаются прежде всего в том, что предмет
данного следственного действия сформу
-
лирован через перечисление подлежащих
Раздел 6. Процессуальное право, юрисдикция, процедуры
109
Юридическая наука и правоохранительная практика
3 (25) 2013
фиксации видов переговоров. Справед
-
ливости ради необходимо отметить, что
действующая редакция статьи 186 УПК
РФ благодаря формулировке «иные пере
-
говоры» вполне позволяет получать све
-
дения о переговорах, ведущихся с любых
средств электросвязи. Однако очевидно,
что в данный момент название следствен
-
ного действия устарело. Оно является сугу
-
бо условным и далеко не в полной степени
отражает реальную обстановку, в которой
следственное действие применяется.
В настоящее время телефон – хотя
и самое распространенное, но далеко не
единственное реально и широко приме
-
няемое средство электросвязи. Очевидно,
что отдельно выделять телефон как объ
-
ект передачи информации в данный мо
-
мент нет никаких оснований. Расширение
технических возможностей современных
средств электросвязи привело к тому, что
существовавшая между ними разница в ха
-
рактере сообщений, которые могли быть
отправлены с их помощью, практически
исчезла. Следовательно, в данный момент
разделять «телефонные» и «иные» перего
-
воры нецелесообразно.
Кроме того, буквальное понимание
термина «переговоры» может привести
к ограничению предмета следственного
действия только устными разговорами, и
исключению из него текстовых, мульти
-
медийных и прочих неголосовых сообще
-
ний. Вместе с тем это совершенно неверно.
Обмен голосовыми и неголосовыми сооб
-
щениями, как с коммуникативной точки
зрения, так и по субъективному воспри
-
ятию самих участников этого обмена, со
-
вершенно равнозначны. Различия в форме
передачи сообщений являются сугубо фор
-
мальными. Кроме того, если имеется тех
-
ническая возможность фиксации сведений,
имеющих значение для уголовного дела,
то должна быть обеспечена возможность
их получения следственными органами,
независимо от формы передачи, поскольку
сведения необходимы для использования в
процессе доказывания, установления исти
-
ны по делу и в конечном счете для реализа
-
ции социально-политических целей право
-
охранительной деятельности. Какие-либо
искусственные формальные ограничения
возможностей получения сведений, необ
-
ходимых для принятия решения по делу,
не имеют никаких оснований.
Соответственно, результатом произ
-
водства следственного действия должна
стать не только фонограмма, но и распе
-
чатка неголосовых сообщений.
При этом попытка вместить в назва
-
ние следственного действия все его су
-
щественные признаки сделает это назва
-
ние слишком громоздким. Представляется
правильным дать подробное определение
следственного действия в п. 14.1 ст. 5 УПК
РФ, а его наименование сделать сокращен
-
ным и в известной степени условным.
Помимо этого возникает еще один
вопрос. В нынешней редакции п. 14.1 ст. 5
УПК РФ не указано ни то, что контроль и
запись телефонных и иных переговоров
являются следственным действием, ни то,
что они должны производиться по судеб
-
ному решению. Очевидно, что законода
-
тель исходил из того, что правовая природа
контроля и записи переговоров как следс
-
твенного действия подразумевается самим
фактом его регламентации в УПК РФ, а
судебный порядок разрешения его произ
-
водства предусмотрен непосредственно в
ст. 186 УПК РФ. Вместе с тем необходимо
учитывать, что контроль и запись перего
-
воров имеет технический этап, произво
-
димый негласно и не следователем, а со
-
трудниками оперативного подразделения.
Кроме того, с технической точки зрения
контроль и запись переговоров совпадает
с оперативно-розыскными мероприятиями
– прослушиванием телефонных перегово
-
ров и снятием информации с технических
каналов связи. Эти обстоятельства дали
некоторым ученым повод утверждать, что
контроль и запись переговоров – не следс
-
твенное действие, а оперативно-розыскное
мероприятие, включенное в уголовно-про
-
цессуальную деятельность.
Именно в силу указанных обстоя
-
тельств представляется целесообразным в
определении контроля и записи перегово
-
ров указать на его правовую природу как
следственного действия. Это позволило
бы проводить его отграничение от сход
-
110
3 (25) 2013
ных оперативно-розыскных мероприятий
на основании не только общетеоретичес
-
ких положений, но и нормативной базы.
Вместе с тем с учетом того, что контроль
и запись переговоров по заявлению лица,
в отношении которого высказаны угрозы,
может производиться без судебного ре
-
шения, указание в определении данного
следственного действия на то, что оно мо
-
жет проводиться только по решению суда,
не требуется.
Как представляется, дефиницию дан
-
ного следственного действия в п. 14.1 ст. 5
УПК РФ целесообразно изложить следую
-
щим образом:
«Статья 5. Основные понятия, ис
-
пользуемые в настоящем Кодексе.
…14.1) контроль соединений средств
электросвязи – следственное действие,
заключающееся в контроле и фиксации
содержания сведений, передаваемых по
средствам электросвязи; осмотр и прослу
-
шивание фонограмм зафиксированных ре
-
чевых сообщений; осмотр распечаток за
-
фиксированных неречевых сообщений».
Формулировки закона, регламенти
-
рующие получение информации о соеди
-
нениях между абонентами, также представ
-
ляются не совсем корректными. Очевид
-
но, что соединения происходят не между
абонентами, а между используемыми ими
техническими средствами связи. Понятие
«абонентское устройство» также неточно,
поскольку оно, строго говоря, не подходит
для компьютера, имеющего иное основ
-
ное функциональное предназначение – он
является прежде всего электронно-вычис
-
лительной машиной и хранилищем инфор
-
мации. Однако в силу используемой в уго
-
ловно-процессуальном законе формули
-
ровки компьютер следует относить к або
-
нентским устройствам по аналогии, чтобы
обеспечить получение передаваемой с его
помощью информации посредством рас
-
сматриваемого следственного действия.
Исходя из приведенных аргументов,
наименованием следственного действия
необходимо охватить все технические ус
-
тройства, сведения о соединениях которых
фиксируются аппаратурой операторов свя
-
зи. Оптимальным представляется назва
-
ние «получение сведений о соединениях
средств электросвязи», которое и следует
указать в п. 24.1 ст. 5 и ст. 186.1 УПК РФ.
При проведении следственного дейс
-
твия, предусмотренного ст. 186.1 УПК РФ,
к содержанию самой информации с точки
зрения ее связи с обстоятельствами уго
-
ловного дела каких-либо ограничений в
законе не установлено – может быть по
-
лучена любая информация, относящаяся к
расследованию. Такой подход представля
-
ется обоснованным, поскольку невозмож
-
но заранее предугадать все ситуации, мо
-
гущие возникнуть в процессе расследова
-
ния. Вместе с тем действующий уголовно-
процессуальный закон содержит перечень
видов информации, которые могут быть
получены в ходе производства анализи
-
руемого следственного действия, относя к
ним только сведения: а) о дате, б) времени,
в) продолжительности соединений между
абонентами и (или) абонентскими устройс
-
твами (пользовательским оборудованием),
г) номерах абонентов, д) другие данные,
позволяющие идентифицировать абонен
-
тов, е) о номерах и месте расположения
приемопередающих базовых станций.
Представляется, что оснований для
такого ограничения не имеется, посколь
-
ку объем информации, фиксируемой ап
-
паратурой операторов связи, постоянно
возрастает. Нормативное закрепление ви
-
дов получаемой информации объективно
обусловит отставание уголовно-процессу
-
ального закона от практических возмож
-
ностей операторов связи по предоставле
-
нию информации. В связи с этим в законе
необходимо предоставить возможность
получения в ходе следственного действия,
предусмотренного ст. 186.1 УПК РФ, лю
-
бых сведений, фиксируемых аппаратурой
операторов связи, исключив из диспози
-
ции нормы какой-либо, даже примерный,
их перечень.
Таким образом, полагаем, что целе
-
сообразно изложить п. 24.1 ст. 5 УПК РФ
в следующей редакции:
«Статья 5. Основные понятия, ис
-
пользуемые в настоящем Кодексе.
…24.1) получение сведений о со
-
единениях средств электросвязи – следс
-
Раздел 6. Процессуальное право, юрисдикция, процедуры
Юридическая наука и правоохранительная практика
3 (25) 2013
твенное действие, состоящее в получении
следователем по судебному решению име
-
ющихся в базах данных операторов связи
сведений о соединениях средств электро
-
связи за период, как предшествующий на
-
значению следственного действия, так и
следующий за его назначением, за исклю
-
чением данных о содержании указанных
соединений».
Под соединениями средств электро
-
связи следует понимать: а) сеансы связи,
в ходе которых передается и принимает
-
ся голосовая и неголосовая информация;
б) сигналы вызова, зафиксированные базо
-
вой станцией, даже если взаимодействие с
вызываемым абонентским устройством не
состоялось.
В ст. 186.1 УПК РФ не содержится
прямого указания (ни разрешения, ни за
-
прета) о возможности получения информа
-
ции о соединениях не между конкретными
абонентами (абонентскими устройствами),
а между всеми, находившимися в опреде
-
ленное время в определенном месте (в зоне
действия базовой станции). В практической
деятельности такие ходатайства возбуж
-
даются довольно часто по делам о похи
-
щении человека, террористических актах,
криминальных взрывах и многим другим
преступлениям. Сведения о соединениях
абонентов дают возможность резко сузить
круг лиц, могущих быть причастными к
преступлению, выдвинуть обоснованные
версии о совершении преступного деяния
и в конечном счете установить виновных
лиц. Именно таким образом было раскры
-
то преступление, связанное с нападением с
использованием серной кислоты в отноше
-
нии художественного руководителя балета
Большого театра С. Филина [1].
В соответствии со сложившейся
практикой судьи, как правило, дают раз
-
решение на производство анализируемо
-
го следственного действия для получения
сведений о соединениях между всеми або
-
нентами, обслуживавшимися конкретной
базовой станцией. Так, судьей районного
суда г. Каменск-Уральский Свердловской
области дано разрешение на получение
сведений о всех соединениях абонентских
устройств, обслуживавшихся базовой стан
-
цией, для установления лиц, которые могли
быть причастны к совершению хищения из
железнодорожного состава, следовавшего
транзитом через город [2]. Вместе с тем в
отдельных случаях судьи придерживают
-
ся противоположной позиции. Например,
судьей Богдановичского городского суда
Свердловской области в аналогичной си
-
туации в удовлетворении ходатайства сле
-
дователя было отказано [3].
Очевидно, что столь отличающиеся
подходы объясняются неопределенностью
конструкции ст. 186.1 УПК РФ. Поэтому
было бы целесообразно прямо в ее тексте
предусмотреть возможность получения
сведений о соединениях всех средств элек
-
тросвязи, обслуживавшихся конкретной
базовой станцией в определенный период.
Рассматриваемое следственное дейс
-
твие должно производиться, когда: а) в
совершении преступления участвовало
несколько лиц; б) виновными велись пе
-
реговоры с другими лицами, связанными
с преступным деянием (например, потер
-
певшим); в) имеет значение факт переме
-
щения абонентского устройства (от лица к
лицу или в пространстве). Если преступное
деяние совершено одним лицом и характер
преступления не подразумевает ни участия
в его совершении других лиц, ни общения
виновного с помощью средств связи с ины
-
ми лицами, получение информации о пере
-
говорах подозреваемого или обвиняемого
не требуется, поскольку она не отражает
никаких значимых обстоятельств преступ
-
ления. Такое, например, имеет место в слу
-
чаях совершения преступлений без соучас
-
тников на бытовой почве.
Содержание сведений, служащих ос
-
нованиями производства указанного следс
-
твенного действия, может быть различным.
Во-первых, это могут быть прямые указа
-
ния на факт использования средств связи
при совершении преступления. Во-вторых,
к ним могут относиться данные только о
наличии у того или иного лица средства
электросвязи (даже если оно и не изъято),
а вывод об его использовании в преступ
-
ной деятельности вправе сделать сам сле
-
дователь на основании анализа материалов
уголовного дела и общих положений мето
-
112
3 (25) 2013
дики расследования преступлений данного
вида. В-третьих, это могут быть и случаи,
когда сам факт использования лицом, со
-
вершившим преступление, средств элек
-
тросвязи, является предположительным
(например, для формирования круга лиц,
причастных к преступлению). Принимать
решение о получении информации о со
-
единениях между абонентами допустимо
в случаях, когда характер преступления
предполагает возможность общения лиц,
так или иначе прикосновенных к нему
(обвиняемых, потерпевших, свидетелей) с
помощью средств электросвязи. Следует
исходить из того, что средства электросвя
-
зи в настоящее время широко распростра
-
нены в обществе, их наличие практически
у каждого лица является правилом, и в
силу этого возможность ведения перего
-
воров с их помощью является очевидной
и не требует формальных подтверждений.
В связи с этим следует отметить, что сам
по себе факт наличия у лица, причастно
-
го к совершению преступления, средства
электросвязи, еще не является основанием
для производства следственного действия,
предусмотренного ст. 186.1 УПК РФ [4,
с. 48], однако для его назначения не требу
-
ется предварительного доказывания факта
использования данного средства в пре
-
ступной деятельности.
Статья 186.1 УПК РФ предусматри
-
вает два варианта и, соответственно, два
порядка получения информации о соеди
-
нениях между абонентами и (или) абонент
-
скими устройствами – ретроспективный и
перспективный.
Ретроспективный вариант предусмат
-
ривает получение сведений о соединениях,
имевших место в прошлом, до решения
о производстве следственного действия.
Перспективный вариант означает получе
-
ние информации о соединениях, которые
состоятся в будущем, после принятия со
-
ответствующего решения следователем.
Грамматический и логический способы
толкования позволяют сделать однознач
-
ный вывод, что об установлении 6-месяч
-
ного срока производства следственного
действия закон говорит лишь тогда, когда
планируется получать указанную инфор
-
мацию «на будущее», а период, за который
необходимо получить информацию, опре
-
деляется, если таковая нужна за прошед
-
ший промежуток времени.
Однако отсутствие четкого разделе
-
ния этих вариантов в тексте уголовно-про
-
цессуального закона порождает опреде
-
ленные коллизии в практической деятель
-
ности, выражающиеся прежде всего в том,
что получение информации о соединениях
между абонентами за предшествующий
период также ограничивается 6-месячным
сроком. Так, на этом основании судьей
Верх-Исетского районного суда г. Екате
-
ринбурга было отказано в удовлетворе
-
нии ходатайства следователя о получении
информации о соединениях абонентско
-
го номера за период, предшествующий
назначению следственного действия [5].
Думается, что подобный подход следует
изменить. Ограничение возможности по
-
лучения информации о соединениях между
абонентами за прошлый период 6-месяч
-
ным периодом не вытекает из требований
закона и, кроме того, противоречит общим
правилам, определяющим назначение и
цели уголовного процесса. Следует согла
-
ситься с В.С. Балакшиным, отмечающим,
что «перечень обстоятельств, подлежащих
обязательному доказыванию по каждо
-
му уголовному делу... дает основания для
вывода: целью уголовно-процессуального
доказывания остается… установление ис
-
тины» [6, с. 261]. Именно необходимость
установления истины составляет смысл
доказывания и всей уголовно-процессу
-
альной деятельности, что, в свою очередь,
является важной гарантией постановления
законного и обоснованного приговора или
иного судебного решения. Поэтому лише
-
ние следственных органов права получать
в процессе доказывания всю информацию,
которой располагает оператор связи, не
имеет ни моральных, ни законных, ни тех
-
нических оснований.
Для устранения отмеченных недо
-
статков текст ст. 186.1 УПК РФ следует
изложить в новой редакции, а именно:
– необходимо разделить процеду
-
ру получения сведений о соединениях
средств электросвязи в ретроспективном и
Раздел 6. Процессуальное право, юрисдикция, процедуры