убийце ничего странного нет: в нашей истории еще не было столь кровавого преступника, который без­наказанно, в одиночку орудовал почти 12 лет, зверски расправившись с пятьюдесятью тремя женщинами и подростками. Но нас не может не насторожить такой факт.

Не считая заметок о фактах злодеяний Чикатило и ходе суда, над ним, подавляющее большинство пуб­ликаций о нем не более чем обывательское чтиво. Оно рассчитано на самый примитивный, невзыскательный вкус, на то, чтобы попугать читателя, показать нечто страшное да и помочь скоротать время в обществен­ном транспорте. Подспудно, конечно, в этих публика­циях содержится призыв к человеческой осторожности и осмотрительности, справедливый упрек в адрес пра­воохранительных органов, их непрофессиональности и нерасторопности, но именно подспудно, глухо, и да­леко не каждый сможет все это уловить за нагромож­дением ужасов. Более того, безуспешно было бы в пе­чатной «чикатиловской» серии искать сравнительно внятное объяснение того, что в действительности пред­ставляет собой монстр, почему он появился, что скры­вается за его поступками, которые не могут не вызы­вать гнев и отвращение любого человека, в чем смысл этих поступков, ради чего они совершались.

А ведь как раз это самое главное! Как бы ни живописали деяния Чикатило (с приписыванием, к слову сказать, многих деталей), как бы ни стращали читателя, в «посвященных» ему книгах и статьях нельзя найти ответа ни на один из поставленных выше вопросов. Между тем ответы на них представляют собой не только академический интерес и не призваны удовлетворять лишь научную любознательность. Ответы нужны прак­тике, они необходимы для того, чтобы не появлялись новые чикатило, а жертвы не исчислялись бы десятками.

Мы предполагаем проанализировать личность и поступки именно Чикатило, поскольку у него можно обнаружить черты, характерные для всех таких чудо­вищных преступников. Тщательное изучение поможет понять это необыкновенно сложное явление в целом, его истоки, тайные механизмы и пружины, смысл и роль которых непонятны и самим убийцам. Делать это при помощи традиционных для нашей криминоло­гии социологических позиций, используя демографи­ческие, правовые и иные сведения того же порядка,

246

---

здесь заведомо бессмысленно. Мало что может дать и обычное психологическое исследование, ориентиро­ванное на выявление и описание отдельных личност­ных особенностей и их совокупности, поскольку они могут быть присущи не только «серийным» сексуаль­ным убийцам, но и законопослушным гражданам. Наиболее продуктивными представляются психоана­литические подходы и методы, направленные на выяв­ление бессознательных мотивов и глубинных личност­ных смыслов поведения, связей между детством и ны­нешними поступками, осмысление всей жизни убийцы и его отдельных преступных действий на символиче­ском уровне.

Мы не будем вникать в отдельные эпизоды пре­ступлений Чикатило и подробно описывать их. Это уже давно сделано и мы отсылаем читателя к соот­ветствующим книгам и статьям. Попытаемся объяс­нить необъяснимое—людоедские действия преступни­ка, чьи поступки буквально потрясли людей. Но преж­де всего расскажем о нем самом—с его слов и по материалам уголовных дел. Собственно, без такого рассказа не обойтись, без него нельзя понять его и его жизнь.

Отечественный потрошитель—Чикатило Андрей Романович—родился в Сумской области. Родителям к моменту его рождения было более 30 лет. Отец по характеру был активным, деятельным, «боевым», час­то рассказывал сыну о войне, о том, как он был в концлагере, при этом плакал. Мать—мягкая, доб­рая, религиозная.

Детство его проходило в тяжелых условиях, семья голодала. До 12-летнего возраста страдал ночным эну­резом, в школьные годы дважды лечился по поводу ушибов головы. С детства был робким, замкнутым, стеснительным, близких друзей не имел, отличался мечтательностью, впечатлительностью и склонностью к фантазированию. Порой с ужасом вспоминал окро­вавленные куски мяса, лужи крови, части трупов, кото­рые он видел во время войны. В период голода в 1946—1947 гг. опасался, что его тоже могут украсть и съесть, не отходил далеко от дома. Однажды в дет­стве видел, как мать вправляла сестре выпавшую пря­мую кишку и обрабатывала область половых органов, испытал чувство неприязни, в дальнейшем, вспоминая этот эпизод, долго испытывал страх.

247

---

Учеба давалась с большим трудом, приходилось много времени уделять домашним занятиям. Оставал­ся замкнутым, необщительным, сдержанным, молча­ливым, «отчужденным», «в нем было что-то оттал­кивающее», считали окружающие, участия в общих играх не принимал. Являлся объектом насмешек и из­девательств после того, как одноклассники заметили, что во время мочеиспускания у него не открывается головка полового члена, стали дразнить «бабой». Пе­реживал из-за близорукости, опасался, что его будут дразнить очкариком. Много времени уделял обще­ственной работе, был председателем учкома, бессмен­ным редактором стенгазеты, чертил плакаты и табли­цы для оформления классных комнат. В 12—13 лет решил написать бесконечный ряд чисел, считал, что выполняет творческую работу. Вместе с тем, мог легко отказаться от нее на несколько дней, если была ин­тересная книга или неотложные поручения пионерской организации. В 7—8-м классе рисовал атлас городов и областей СССР, куда из газет выписывал названия районов, которые входят в различные области. В учеб­нике географии над каждой страной указывал имя генсека компартии, так как считал, что вскоре победит коммунизм во всем мире и они станут правителями этих стран.

Много читал, больше всего нравились книги о пар­тизанах, боготворил «Молодую гвардию», после про­чтения романа появилась почти зримая мысль о том, как он берет «одинокого языка», и, выполняя приказ командира, связывает и бьет его в лесу. В более стар­шем возрасте читал труды Маркса, Энгельса, Ленина.

С девочками не дружил, всегда сторонился их. Вле­чения к сверстницам не испытывал, считал, что это «позорно». Написал клятву о том, что никогда в жизни не дотронется до чьих-либо половых органов, кроме своей жены. Считал, что науки и труд—единственное средство, чтобы избавиться от «низменных побужде­ний» и преодолеть свою «неполноценность». В 17 лет из любопытства совершил акт мастурбации, который происходил на фоне ослабленной эрекции, продолжал­ся около 5 минут и сопровождался бледными, неяр­кими оргастическими переживаниями. С 17-летнего возраста отмечает спонтанные утренние эрекции. В 10 классе влюбился в девочку-сверстницу, нравилась ее мягкость, женственность, ко в присутствии девушек

248

---

робел, терялся, не знал, о чем с ними говорить, мечтал о такой любви, о которой пишут в книгах. Однажды, когда вечером в селе обнимались парни и девушки, он тоже «из интереса» обнял девушку, которая ему нрави­лась, когда она стала в шутку вырываться, произошло семяизвержение, хотя полового возбуждения до этого не испытывал.

После школы не прошел по конкурсу на юридиче­ский факультет МГУ, поступил в училище связи. По комсомольской путевке уехал работать на Северный Урал, работал на линейно-техническом узле связи. Об­ращал на себя внимание крайней неряшливостью в одежде. Неоднократно пытался совершить половые акты с различными женщинами, но из-за слабости эрекции попытки были неудачными. Впервые появи­лись периоды сниженного настроения, если раньше он обычно был бодрым, жизнерадостным, целеустрем­ленным, то с 18—19-летнего возраста стал часто заду­мываться о своей неполноценности, переживал, что он «не такой, как другие», порой возникали мысли о са­моубийстве. Продолжал много учиться, поступил на заочное отделение электромеханического института. Поступление в вуз оценивал как реванш за свою не­удачную жизнь. Несмотря на периодические спады настроения, оставался активным, считал, что должен посвятить жизнь строительству коммунизма.

Боролся с несправедливостью, писал жалобы, если сталкивался с какими-либо недостатками или сб слу­чаями неправильного к себе отношения. С 1957 по 1960 гг. служил в войсках КГБ, вступил в партию. Переживал из-за насмешек сослуживцев по поводу женской талии и груди, очень этого стеснялся, в армии же имел первые пассивные гомосексуальные контакты, по его словам насильственные. Изредка мастурбиро­вал, при этом эрекции полового члена не было, се­мяизвержение сдерживал, так как считал, что это вред­но. Половое возбуждение изредка возникало во время занятий физкультурой, когда лазил по канату, однако всегда подавлял его, эрекций в эти моменты также не возникало. Когда сослуживцы предлагали позна­комить с какой-нибудь женщиной, отказывался, пред­почитая читать общественно-политическую литерату­ру и слушать радио. Ухаживая в 25-летнем возрасте за девушкой, производил на нее впечатление ласко­вого, доброго, нежного влюбленного, он никогда не

249

---

применял насилия; дважды, при попытке совершения полового акта, потерпел неудачу. Когда девушка шутя стала вырываться от него, при отсутствии эрекции произошло семяизвержение. Переживал из-за своей не­удачи, испытывал тоску, возникали мысли о само­убийстве, так как считал, что девушка расскажет всем, что он импотент. В дальнейшем, «чтобы избежать позора», решил уехать из села.

С 27 лет состоит в браке. С будущей женой позна­комился с помощью своих родственников. В семье обычно жена «командовала всем», а ему нравилось ей подчиняться и во всем ее слушаться. Жена характери­зует его замкнутым, немногословным; он очень любил детей, много играл с ними. Хотел иметь много детей, после аборта расстроился, ругал ее, говорил, что врачи разорвали и убили его ребенка. Несколько раз у него наблюдались обморочные состояния, когда приходил в себя, самочувствие его было нормальным. С первых дней их совместной жизни жена отмечала у него поло­вую слабость, он не мог совершить половой акт без ее помощи. До 1984 г. он совершал с ней половые акты не чаще одного раза в 2—3 месяца, на протяжении последних 6—7 лет в интимные отношения не вступал, если она выражала недовольство, устраивал скандалы.

Сын Чикатило сообщил, что отец его всегда был экономен, скуповат, равнодушен к красивым вещам, в то же время не мог расстаться со старым ненужным хламом. Характеризует его честйым, порядочным, «справедливость для него была превыше всего». Мно­го времени отдавал работе, очень редко использовал положенные ему отпуска, при этом говорил, что «без него работа встанет, с ней не справятся, без него не обойдутся», для своих детей он был самым уважаемым человеком. Вместе с тем сосед сообщил, что когда его сын подрос и учился в 7—8-м классе, относился к отцу презрительно, называл «козлом», иногда даже бросал­ся на него драться, однако Чикатило на это никак не реагировал. Со слов сына известно также, что его отец очень боялся крови, при виде ее бледнел, казалось, что он вот-вот потеряет сознание. Дочь также характери­зует его добрым, спокойным, он имел страсть читать газеты и смотреть телевизор, очень любил детей. Пер­вый зять говорит о нем как о добром, сильном, умном, отзывчивом, честном, эрудированном человеке, особо отмечает его отношение к детям — без всякого напуска

250

---

Смотрите также файлы

• Skachat_Sitkovskaya_O_D___Novye_napravlenia_sudebno-psikhologicheskoy_expertizy.doc

• Skachat_Sitkovskaya_O_D___Psikhologia_svidetelskikh_pokazaniy.doc

• Stelmakh_V_Yu_Problemy_protsessualnoy_reglament.pdf

• Taktika_ugolovnogo_presledovania_i_professionalnoy_zaschity_ot_nego.doc

• Ugolovny_protsess_A_V_Grinenko_Bakalavr.pdf