Файл: Смелова С.В. Уголовная ответственность за превышение должностных полномочий.doc
ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.10.2020
Просмотров: 2514
Скачиваний: 6
ния должностных полномочий рекомендовано признавать: крупную аварию и длительную остановку транспорта или производственного процесса, иные нарушения деятельности организации, причинение значительного материального ущерба, причинение смерти по неосторожности, самоубийство или покушение на самоубийство потерпевшего и т.п. В данном толковании также использованы оценочные понятия.
Проблемы правоприменения в основном связаны с вопросом об отнесении причинения здоровью потерпевшего тяжкого вреда к тяжким последствиям превышения должностных полномочий. Несмотря на то что 86% респондентов ответили на него утвердительно, материалы следственно-судебной практики свидетельствуют, с одной стороны, о неоднозначной квалификации причинения тяжкого вреда здоровью по совокупности со ст. 111 УК РФ или без таковой, с другой стороны, об отсутствии единого подхода к квалификации такого вреда в рамках ч. 3 ст. 286 УК РФ. Так, недостаточна аргументация кассационной судебной инстанции по факту нанесения представителями власти тяжкого вреда здоровью гражданина по признаку опасности в момент причинения в части исключения из обвинения п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ. Судебная коллегия определила, что «ни в ходе предварительного следствия, ни судебного расследования данный признак не нашел своего подтверждения, поскольку потерпевшему не причинено крупного материального ущерба, их действия не вызвали каких-либо беспорядков»1.
В другом случае суд, признав правильной квалификацию действий Ш. по п. «а», «в» ч. 3 ст. 286, исключил из обвинения ч. 1 ст. 111 УК РФ и отметил, что данная норма «излишне вменена, поскольку в случаях умышленного причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью вследствие превышения должностных полномочий содеянное полностью охватывается составом ст. 286 УК РФ и дополнительной квалификации по другим статьям УК РФ не требует»2.
Вопрос о квалификации превышения должностных полномочий, совершенного с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего или смерти, остается дискуссионным в науке уголовного
1
АВГС.
1999. Д. 1-1047.
2 Там же. Д. 1-2401.
108
права1. В значительной мере это связано с различием в трактовке форм вины должностного лица по отношению к тяжким последствиям. В частности, одни ученые полагают, что тяжкие последствия в данном случае означают причинение по неосторожности смерти или тяжкого вреда здоровью2. Психическое отношение к иным тяжким последствиям при этом возможно как в форме умысла, так и неосторожности3. Другие считают, что неосторожное причинение смерти или вреда здоровью не может рассматриваться как тяжкое последствие служебного преступления4.
А.Я. Аснис обращает внимание на то, что в норме, предусмотренной п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, отсутствует указание лишь на умышленный характер причинения тяжких последствий, поэтому он относит к ним умышленное и неосторожное причинение смерти или тяжкого вреда здоровью, самоубийство при наличии всех признаков доведения до него; убийство или умышленное причинение тяжкого вреда здоровью предлагает квалифицировать по п. «в» ч. 3 ст. 286 и ст. 105 или 111 УК РФ5. По мнению М.Д. Лысова, психическое отношение к тяжким последствиям в ст. 286 УК РФ «может быть только умышленным, ибо неосторожная вина предполагает специальное указание об этом. В данном случае сам тяжкий умышленный вред здоровью охватывается... ч. 3 ст. 286, однако совершенный при квалифицирующих обстоятельствах, указанных в ст. 111 УК, должна применяться совокупность этих преступлений, ибо должностные лица при исполнении служебных обязанностей не могут нести мень-
1
Применительно
к ч. 2 ст. 171 УК РСФСР 1960 г. некоторые
ученые
предлагали
квалифицировать умышленное причинение
тяжких телесных по
вреждений
только по совокупности с преступлениями
против личности (см.:
Ефимов
М.А. Вопросы квалификации должностных
преступлений по Уголов
ному кодексу
БССР. С. 20, 21). Другие считали достаточной
квалификацию по
ч. 2 ст. 171 уголовного
кодекса (см.: Здравомыслов Б.В. Должностные
престу
пления.
Понятие и квалификация. С. 112).
2 См.,
напр.: Динека В.И. Ответственность за
должностные преступления
по
уголовному праву России. С. 48.
3 См.:
Уголовное право Российской Федерации.
Особенная часть / Под ред.
Л.В.
Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева.
С. 567, 568.
4 См.:
Волженкин Б.В. Служебные преступления:
Коммент. законодатель
ства и
судебной практики. С. 113, 147, 148.
5 См.:
Аснис А.Я. Уголовная ответственность
за служебные преступления
в
России. С. 282,283.
109
шую ответственность, чем за аналогичные преступления несут частные лица»1.
Правоведы и Верховный Суд Российской Федерации сходятся в том, что убийство не охватывается ч. 3 ст. 286 УК РФ и требует квалификации по совокупности со ст. 105 УК РФ (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. № 1 (в ред. от 03.12.2009 г.) «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»2). Высшая судебная инстанция, как отмечалось, допускает неосторожную вину по отношению к последствиям рассматриваемого деяния. Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, например, указала, что преступное деяние, предусмотренное ч. 3 ст. 286, квалифицируется по совокупности с ч. 4 ст. 111 УК РФ лишь при доказанности умысла причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, находящегося в прямой причинной связи с наступлением его смерти. «Действия осужденного составляют объективную сторону преступления, предусмотренного пп. «а» и «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, - превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия и с причинением тяжких последствий в виде лишения жизни потерпевшего по неосторожности»3. Однако правоприменитель демонстрирует и иной подход. В частности, суд указал, что причинение смерти не охватывается п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, «требует дополнительной квалификации или по ст. 105, или по ст. 109 УК РФ»4.
Итак, признак тяжких последствий имеет место, если потерпевшему причинен тяжкий вред, повлекший по неосторожности его смерть. В случаях когда превышение должностных полномочий сопряжено с убийством или умышленным причинением тяжкого вреда здоровью, предусмотренного ч. 3 (4) ст. 111 УК РФ, содеянное квалифицируется по совокупности этих преступлений. Единообразию в правовой оценке причинения умышленного тяжкого вреда здоровью вследствие превышения должностных полномочий может спо-
1
Лысов
М. Д. Логико-структурный анализ понятий
и признаков преступле
ний в
действующем Уголовном кодексе Российской
Федерации // Государство и
право.
1997. № 12. С. 76.
2 См.: Бюллетень ВС РФ. 1999. № 3. С. 6.
3 Там
же. 2008. № 2. С. 39.
4АЧГСВО.2002.
Д. 1-748.
ПО
собствовать указание в ч. 3 ст. 286 УК РФ на насилие, опасное для жизни или здоровья.
Изучение следственно-судебной практики по делам о превышении должностных полномочий и злоупотреблении ими свидетельствует о неоднозначности подходов к определению размера имущественного ущерба, признаваемого тяжким последствием этих деяний1. Согласно п. 21 постановления № 19 Пленума Верховного Суда Российской Федерации размер такого ущерба должен быть значительным, однако его пределы применительно к данным составам не обозначены.
В российской научной литературе неоднократно высказывались мнения о выработке объективных критериев конкретизации употребляемых законодателем оценочных признаков2. В примечании к ст. 285 УК РФ может быть определен значительный размер имущественного ущерба, причиняемого гражданам, организациям, государственным органам или органам местного самоуправления вследствие злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностных полномочий, который признается тяжким последствием данных деяний. Так, в уголовном законодательстве некоторых государств - участников СНГ закреплен размер имущественного ущерба, признаваемого тяжким последствием превышения полномочий. К примеру, согласно примеч. 4 к ст. 364 УК Украины тяжкими последствиями превышения власти или должностных полномочий, «если они заключаются в причинении материального ущерба, считаются такие, которые в двести пятьдесят и более раз превышают не облагаемый налогом минимум доходов граждан»3.
К тяжким последствиям превышения должностных полномочий относится значительный объем нарушения деятельности органов власти. Например, Судебная коллегия по уголовным делам Верхов-
1
См.,
напр.: Бюллетень ВС РФ. 2003. №10. С. 15-18;
АНГС. 2004. Д. 1-129;
АПРСГК.
2006. Д. 1-5.
2 См.:
Наумов А. О конкретизации тяжких
последствий преступного дея
ния
// Советская юстиция. 1972. № 11. С. 11-13;
Векленко В., Бавсун М. Про
блемы
толкования оценочных категорий уголовного
закона // Уголовное право.
2003.
№ 3. С. 15-17; Черепанова Е.В. Оценочные
понятия в УК РФ и их влияние
на
эффективность применения уголовного
законодательства // Журнал россий
ского
права. 2009. № 2. С. 133, 134.
3 Уголовный кодекс Украины / Науч. ред. В.Я. Таций, В.В. Сташис. С. 319.
111
ного Суда Российской Федерации подтвердила правильность квалификации действий З. по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ. Тяжкие последствия выразились «в нарушении норм, регламентирующих основные цели и задачи уголовно-исполнительного законодательства РФ, порядок исполнения наказания и режим содержания, в уклонении осужденных от отбывания наказания, назначенного по приговору суда, а также в совершении несколькими осужденными новых преступлений в период нахождения их в незаконных отпусках, в предоставлении некоторым осужденным таких условий, когда они выполняли работы в интересах З. и фактически не отбывали наказание»1.
Тяжким последствием превышения должностных полномочий правоприменитель признает осуждение невиновных лиц к лишению свободы. Так, представитель власти П. с применением насилия принудил А. оговорить И. в том, что тот продал А. героин. В результате на основании показаний, данных А., И. был осужден за сбыт наркотических веществ к девяти годам лишения свободы2.
Следственно-судебные органы не всегда обосновывают тяжесть вреда, допуская ошибки при квалификации действий должностного лица3. В частности, в упомянутом ранее деле главы сельского поселения С. органы предварительного следствия не вменили ему в вину признак причинения тяжких последствий, несмотря на то что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого указано, что С. существенно нарушил права организации в виде ущерба в особо крупном размере на сумму 10 789 222 руб. Это значит, что С. следовало предъявлять обвинение по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ4. Без учета данного обстоятельства квалифицированы и действия депутата областной думы, вследствие которых организации нанесен ущерб в особо крупном размере5.
Целесообразно предусмотреть в ч. 3 ст. 286 УК РФ и признак совершения деяния группой лиц и группой лиц по предварительному сговору, учитывая повышенную общественную опасность такого посягательства. Подобные рекомендации содержатся, к примеру, в Модельном уголовном кодексе для государств - участников СНГ:
квалифицирующим признаком превышения должностных (служебных) полномочий является его совершение «группой публичных служащих» (п. «в» ч. 2 ст. 303). Обобщение материалов практики применения ст. 286 УК РФ выявило, что в 34% случаев преступление совершалось двумя и более должностными лицами, как правило представителями власти. Вынося решения, суды подчеркивали совместный и согласованный характер действий субъектов превышения полномочий1. Но факт совершения преступления в составе группы лиц лишь в 8% таких дел учитывался при назначении наказания согласно ч. 3 ст. 60, п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ. В большинстве случаев, отмечая совместный характер действий, суды констатировали, что «обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, указанных в ст. 63 УК РФ, не установлено»2.
Вышеизложенное свидетельствует о необходимости дальнейшего совершенствования уголовного законодательства Российской Федерации в части регламентации квалифицирующих признаков превышения должностных полномочий, в том числе: уточнения соответствующих уголовно-правовых понятий лиц, занимающих государственные должности Российской Федерации и государственные должности субъектов Российской Федерации; дифференциации ответственности лиц, занимающих должность федеральной государственной службы категории «руководители» высшей группы должностей; дифференциации ответственности по степени опасности применяемого насилия или угрозы его применения для жизни и здоровья потерпевшего; конкретизации тяжких последствий данного деяния.
1 Бюллетень ВС РФ. 2003. № 8. С. 11.
2 См.: АЧГС ВО. 2005. Д. 1-376.
3 См., напр.: АВГС. 2007. Д. 1-245.
4 См.: Архив Вологодского районного суда. 2007. Д. 1-54.
5 См.: Бюллетень ВС РФ. 2008. № 6. С. 25.
112
1 См.:
АВГС. 1999. Д. 1-821; АНГС. 2005. Д. 1-42; АКЧРС КО.
2004.
Д.
1-56; 2005. Д. 1-240.
2 АЧГС
ВО. 1998. Д. 1-867. См. также: Там же. 2002. Д.
1-586; 2003.
Д.
1-779.
113
Глава 3. Соотношение состава превышения
должностных полномочий со смежными составами
преступлений
3.1. Отграничение состава превышения
должностных полномочий от составов иных преступлений
против государственной власти, интересов государственной
службы и службы в органах местного самоуправления
Прежде чем рассмотреть общие и разграничительные признаки состава превышения должностных полномочий и некоторых смежных с ним составов, включенных в гл. 30 и 31 УК РФ, кратко остановимся на классификации преступлений, субъектом которых является должностное лицо.
В теории уголовного права данные преступления принято группировать следующим образом: 1) общие должностные; 2) специальные должностные; 3) альтернативно-должностные1. Первые помещены в гл. 30 УК РФ исходя из общности видового объекта, специального субъекта2, а также с учетом способа посягательства - использования служебных полномочий3. Субъект специальных должностных преступлений - должностное лицо, наделенное специфическими полномочиями в строго определенной сфере деятельности государственных органов. Соответственно, специфичен их объект. Альтернативно-должностное преступление может быть совершено и недолжностным лицом. Вред деятельности органов
власти при этом причиняется дополнительно к основному объекту противоправного посягательства.
Классификация должностных преступлений позволяет решить вопрос об их соотношении по правилам конкуренции норм. Ответственность за эти преступления регламентирована так называемыми общими и специальными нормами. Общая норма предусматривает «определенный вид неконкретизированных деяний», а специальная - «разновидность, часть этого вида деяний (одно из них, конкретно), характеризуемую большей, равной или меньшей степенью общественной опасности по сравнению с другими деяниями данного вида»1. Исключение последней из уголовного закона полностью не декриминализирует деяние, так как оно может быть квалифицировано по общей норме2. В случае конкуренции общей и специальной норм совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме (ч. 3 ст. 17 УК РФ).
Превышение должностных полномочий наряду со злоупотреблением должностными полномочиями и халатностью является общим должностным преступлением, которое может быть совершено в любой сфере деятельности публичного аппарата управления3. Как специальные следует рассматривать нормы ст. 285.1, 285.2, 285.3, 286.1, 287, 289, 292.1 гл. 30 УК РФ. Применительно к ст. 286 специальными считаются некоторые нормы, помещенные в гл. 19, 31 УК РФ.
В правоприменении имеются определенные трудности, связанные с отграничением превышения должностных полномочий от злоупотребления должностными полномочиями. Некоторые исследователи считают общей применительно к превышению должностных полномочий норму, предусмотренную ст. 285 УК РФ4. Другие приходят к выводу о том, что в ст. 286 УК РФ конкретизируется вид злоупотребления полномочиями, заключающийся в их превышении5.