Файл: «Метод расстановок по Б. Хеллингеру в работе с семьями: возможности и ограничения использования».pdf
Добавлен: 13.07.2023
Просмотров: 271
Скачиваний: 3
Необходимо учитывать, что сын женщины оказывается подвержен «вторичной виктимизации», которая заключается в переживании свидетелями насилия тех же психологических последствий, что испытывает жертва (Е. Р. Ярская-Смирнова).
Исследователь Б. Кавеман в своей работе «Дети избиваемых матерей» описала, что видит, чувствует и думает ребенок, который регулярно сталкивается с домашним насилием.
Дети видят: Отец избивает мать, пихает и бьет ее кулаками, таскает за волосы. Он бьет ее, лежащую на полу, ногами. Он избивает ее различными предметами, швыряет предметы по комнате. Он угрожает матери ножом или другим оружием Он насилует мать. Мать падает. Она набрасывается на него, она защищается и борется. У нее течет кровь.
Дети слышат: Отец кричит, ругается. Отец угрожает матери, он грозит убить ее. Он оскорбляет и обзывает ее, ругает ее нецензурными словами. Он унижает ее, обесценивает ее как личность, как женщину и как мать. Мать кричит, плачет, жалобно стонет. Она кричит на него, обзывает его, переходит к обороне.
Дети чувствуют: Ярость отца, силу его разрушительного гнева. Страх матери, ее бессилие и порабощенность. Он нас всех убьет. Она сама виновата. Почему она с ним все время спорит? Она такая слабая. Я ее презираю. Мне ее жалко. Я ее люблю. Я не хочу, чтобы он ушел. Пускай сами разбираются. Это не мое дело. Стать бы невидимкой! До меня никому нет дела, никого не волнует, что я так боюсь. Она никогда не сможет меня защитить. Угрожающую, неустойчивую атмосферу перед актом насилия. Нагнетание атмосферы при ссорах и конфликтах. Собственный страх и бессилие.
Они думают: Он убьет ее. Я должен (должна) ей помочь. Мне надо вмешаться, но я боюсь вмешиваться. Он меня отлупит.
Насилие между родителями вызывает у детей тяжелые конфликты лояльности. Дети боятся гнева и приступов агрессии у отца. Они ненавидят его за это и одновременно тоскуют по его признанию и любви. Часто они чувствуют себя виноваты- ми в его агрессии и ответственными за защиту матери. Эта роль защитников и заступников им совершенно не по силам. Мать они видят, с одной стороны, беспомощной и беззащитной, а с другой – пренебрежительной и/или агрессивной по отношению к детям. Насилие в партнерских отношениях родителей ввергает детей в чрезвычайный стресс и вредно сказывается на их психическом и социальном развитии. Посттравматические дистресс-расстройства, проблемы со здоровьем, плохая обучаемость и успеваемость, сомнительные ролевые представления и продолжение циклов насилия в следующих поколениях – все это вполне предсказуемые последствия, если дети остаются с травмирующими переживаниями один на один.
3. Поведение мужа можно описать на основе фрустрационной теории (Н. Миллер, Д. Доллард, Л. Берковиц), суть которой в том, что любая неприятная стимуляция приведет к эмоциональной агрессии в той степени, в какой она порождает неприятные ощущения. При этом энергия агрессии не обязательно разряжается на своей первопричине. Страх наказания или осуждения за агрессию, направленную непосредственно на источник фрустрации (психическое состояние, вызванное неуспехом в удовлетворении потребности, желания), может обусловить смещение агрессивного побуждения на какую-нибудь другую мишень. В результате человек переносит свои враждебные чувства на более безобидные мишени. Именно о таком переносе идет речь в старом анекдоте о муже, который бранит жену, которая кричит на сына, который пинает собаку, которая кусает почтальона, а все это происходит потому, что на работе муж получил нагоняй от начальника. Таким образом, запускаются «эстафеты агрессивности». Исследуя различные стороны жизни нашего общества, ученые указывают на растущее число факторов, порождающих фрустрацию: резкие социальные перемены, массовую бедность, неконтролируемую миграцию, чрезмерное не- равенство доходов и производные от него существенные различия в качестве жизни различных социальных групп и многое другое . Вносят свой вклад в усиление фрустрации и отечественные СМИ, особенно телевидение, формирующее у наших сограждан, в первую очередь молодежи, заведомо недостижимые жизненные стандарты. В соответствии с этой теорией постоянный опыт фрустрации, возникающей в результате неудач, проигрыша, подавления в социальных отношениях, приводит к накоплению сильных эмоций и напряжения, которые находят свое выражение через различные формы бытового насилия.
Поведение женщины, учитывая схожесть с судьбой матери, можно описать на основе сценария жизненного пути Э. Берна. «Сценарий — это постоянно развертывающийся жизненный план, который формируется, как мы уже говорили, еще в раннем детстве и в основном под влиянием родителей. Этот психологический импульс с большой силой толкает человека вперед, навстречу его судьбе, и очень часто независимо от его сопротивления или свободного выбора».
4. Детерминанты, определяющие динамику психологической проблемы личности клиента:
– травматические симптомы успели «вплестись» в образ жизни женщины, стали ее личностными особенностями.
– чрезмерное терпение и готовность женщины к многократному прощению обидчика, которые связаны с чувством страха экономических осложнений (женщина не работает), нежеланием оставлять сына без отца, жалостью к мужу, опасением потери уважения общества и давлением матери.
– наличие фазы «медовый месяц» у мужа, когда он преображается и становится очень любящим, демонстрирует необыкновенную доброту и раскаяние в содеянном.
5. Прежде всего, психолог должен убедительно показать женщине, что мнение о том, что ситуацию можно перетерпеть – ошибочно. Пассивно переждать, перетерпеть не получится. Однако ситуацию, в которой муж бьет жену, на самом деле можно исправить, но только если скорректировать поведение жены по отношению к мужу, а это, в данном случае, требует активной работы над ситуацией со стороны клиентки. Женщина должна понимать, что есть два выхода – или уходить от мужа, или начать самой активно менять отношения в семье. Но терпеть насилие нельзя.
Таким образом, работа психотерапевта нацелена на преодоление тех психологических изменений, которые уже произошли под воздействием длительного стресса, вызванного насилием: изменение Я-концепции женщины; разрушение системы жизненных ценностей; нарушение функционирования мотивационной сферы (осознание потребностей, формирование активной позиции в принятии решений и достижении выбранных целей), и в конечном итоге отказ от ответственности за свою жизнь. Однако эта длительная работа должна иметь в своей основе преодоление острого кризиса, который снижает эффективность ее собственных защитных реакций..
Ход работы психолога по преодолению острого кризиса
Оценка эмоциональных и личностных особенностей женщины
Цветовой тест Лютера, который позволяет: оценить актуальное психоэмоциональное состояние; замерить уровень нервно-психической устойчивости; выявить лиц, склонных к депрессивным состояниям.
Личностный опросник MMPI, который позволяет: выявить тип и черты характера; определить стиль поведения и общения; • определить способность к адаптации и скрытые психические отклонения; прояснить эмоциональное состояние и степень выраженности стресса.
Структурированное клиническое диагностическое интервью СКДИ, которое позволяет выявить наличие посттравматического стрессового синдрома и степень его выраженности (вплоть до посттравматического стрессового расстройства). При этом необходимо учитывать спец- ифику психодиагностики посттравматического стрессового расстройства: сначала необходимо выявить сам факт переживания травматического события (в случае с женщинами – жертвами домашнего насилия это разовый акт насилия либо повторяющиеся акты насилия).
Методика экспресс-диагностики суицидального риска «Сигнал» (М.В. Зотов, В.М. Петрукович, В.Н. Сысоев). Это новое поколение психодиагностических инструментов. В отличие от выявления склонности к самоубийству с помощью опроса, экспертных оценок и самооценок, «Сигнал» основан на объектив- ном измерении психофизических реакций. Эта методика требует всего 10 минут и не предъявляет высоких требований к уровню образования и интеллектуального развития обследуемого.
Индивидуальный дебрифинг
Процедуру дебрифинга предложил Дж. Митчел. Дебрифинг – метод для преодоления кризиса, переживаемого в связи с трагическими ситуациями (ДТП, стихийные бедствия, взрывы, теракты и другие экстремальные события), имеющими сильные психологические последствия, и профилактики возникновения посттравматических стрессовых расстройств. Обычно дебрифинг проводится в группе людей, однако он применим и в индивидуальной работе с клиентом, переживающим трагическое событие. Дебрифинг должен проводиться примерно через 48 ча- сов (двое суток) с момента события, но не позднее чем через 72 часа (трое суток). Длительность индивидуального дебрифинга – не более 1,5 часа.
Основные принципы проведения дебрифинга:
- Дебрифинг не предназначен для решения проблем.
- Стадии дебрифинга должны проходить строго по порядку.
- Не может стать дебрифером человек, который сам явтьлялся участником трагических событий и на которого эти события повлияли так же, как на других.
Алгоритм индивидуального дебрифинга:
Шаг 1. Вступление.
1.Создание атмосферы безопасности. В помещении не должно быть посторонних. Практически нет уважительных причин для присутствия посторонних лиц.
2. Установление цели дебрифинга. Консультант объясняет цель проведения дебрифинга. Цель – помочь справиться с последствиями травмирующего события. Дебрифинг – это не психотерапия. Он не ставит своей целью вскрыть и проанализировать причины той или иной реакции. Дебрифинг – это «вентиляция» чувств. Если не выразить сильные негативные эмоции, они могут проявиться в неподходящее время неподходящим образом или уйти в область бессознательного, что еще опаснее, так как дальнейшие последствия этих негативных чувств становятся непредсказуемыми. Кроме того, дебрифинг структурирует хаос переживаний, а это, в свою очередь, ослабляет состояние «крушения мира». «Вентиляция» чувств в сочетании со структурированием позволяет купировать деструктивные психические процессы и сохранить психическое здоровье в крайне сложной для психики ситуации.
Шаг 2. Реконструкция фактов.
На этом этапе клиент ничего не говорит о своих мыслях по поводу происшедшего и эмоциях, только о фактах. Детально восстанавливается полная картина происшедшего. Консультант предлагает: «Что вы можете рассказать о происшедшем?» Практика показывает, что человек все равно будет примешивать в фактическое описание собственные комментарии (то есть свои умозаключения и догадки), свои эмоциональные краски и переживания. Не надо останавливать. Но каждый новый факт «извлекается» консультантом из хаотического описания и резюмируется им же на каждом логическом этапе. Например: Клиент: «Там был просто ужас! Какая-то глыбина откололась от дома и летела прямо на меня, а какой-то придурок в это время загораживал мне дорогу, я не мог убежать. Мне казалось, что все, это конец. И все из-за этого придурка. Тогда я толкнул его, так он еще на меня и огрызнулся, в драку полез!» Консультант: «В этот момент вы увидели, как большая часть стены начала падать на то место, где стояли вы. Вы оттолкнули человека, который загораживал вам дорогу. Этот человек... Что сделал этот человек? Он ударил вас?» и т.д. В конце рассказа консультант делает полное фактическое резюме, то есть он пересказывает клиенту происшествие, опуская любые дополнительные комментарии, не имеющие отношения к фактам, а эмоционально окрашенные слова заменяет нейтральными.
Шаг 3. Мысли.
Консультант говорит, что теперь необходимо снова вспомнить все событие, но только на этот раз необходимо отмечать уже не сами факты, а те мысли, которые возникали у него в момент происшествия. Последовательность: 1) консультант задает вопрос; 2) клиент дает на него ответ; 3) каждый ответ перефразируется.
Вопросы: Где вы были, когда событие случилось? Какова была ваша первая мысль, когда вы осознали, что произошло? Затем консультант повторяет следующий факт из описания клиента (на предыдущем этапе) и спрашивает о мыслях клиента в тот момент и о том, что думает клиент об этом сейчас. При хаотическом описании консультант поступает аналогично предыдущему этапу – «извлекает» из путаного описания только мысли и озвучивает их. Повторения рассказа или повторения мыслей (тогда и сей- час) не должны смущать ни клиента, ни консультанта. Клиенту надо объяснить, что важно точно выполнить алгоритм. В конце этапа консультант точно и четко передает последовательность возникавших мыслей клиента в хронологическом порядке.
Шаг 4. Эмоции.
Этап аналогичен предыдущему, но вычленяются уже не мысли, а эмоции и чувства.
Возможные вопросы: Что самое плохое для вас в этом событии? Какие телесные ощущения вы переживали? Какова была ваша реакция? Что из того что вы увидели, услышали, почувствовали, ощутили (может быть запахи, особые крики, слова, ужасные «картины» и т.п.) тревожит вас больше всего? В конце этой фазы спросите: «Что вы почувствовали, когда рассказали мне о своих чувствах?»
Шаг 5. Информирование. Информируйте клиента, каковы типичные реакции на стрессовые ситуации. Информацию можно дать клиенту в напечатанном виде и попросить их определить, какие из этих реакций он переживает. Подчеркните то, что описанные состояния и симптомы – это нормальные реакции на ненормальную ситуацию, что со временем они пройдут. Расскажите, с какими реакциями клиент может встретиться по прошествии времени. Поговорите о том, как клиент может позаботиться о себе.
Шаг 6. Заключение. Суммируйте кратко все, что было сказано. Спросите, не осталось ли чего-то еще важного, о чем хотелось бы сказать сейчас.
Шаг 7. Перспектива. Консультант предлагает поговорить о планах на ближайшее будущее.
Задаются вопросы: Что вы будете делать в ближайшее время? Что вы будете делать сразу после того, как выйдете от меня? Это необходимо для того, чтобы дать возможность человеку присоединиться к текущей жизни и выйти из мира воспоминаний.