ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 24.10.2020
Просмотров: 9358
Скачиваний: 6
--------------------------------
<*> Кони А.Ф. Указ. соч. С. 52 - 58.
Нравственные основы недопустимости доказательства разъяснены, в частности, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 9 "О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных" <*>. Суд может устранить допустимое с точки зрения соблюдения закона доказательство, если оно не несет для присяжных заседателей новой информации по сравнению с той, которую они получили из других источников, но в то же время может оказать сильное психологическое, эмоциональное воздействие на формирование их внутреннего убеждения (п. 15).
--------------------------------
<*> БВС. 1994. N 5. С. 10.
Например, по делу С. и Ч., рассматривавшемуся Московским областным судом, постановлением судьи были исключены как доказательства фототаблицы с изображением обезображенного трупа. С этими фототаблицами не знакомили присяжных заседателей, исходя из того, что обстоятельства дела были достаточно выяснены в ходе судебного следствия, а фотографии не содержали новой информации, но в то же время могли определенным образом воздействовать на ответы присяжных самим ужасающим видом трупа и следов насилия. С данным решением согласилась Кассационная палата Верховного Суда РФ.
Нормы морали должны оказывать регулятивное воздействие на поведение субъектов уголовного процесса. Так, нравственный долг должен побудить судью, присяжного заседателя заявить самоотвод, если он знает, что имеются обстоятельства, которые могут повлиять на его объективность (ч. 1 ст. 62, ст. 72 УПК).
Мораль в области уголовного судопроизводства играет роль дополнительной гарантии четкого, точного и неуклонного выполнения правовых норм. В этом проявляется ее гарантирующая роль, или, иначе, функция моральной гарантии, дополняющей гарантии правовые <*>. Соединение требований права и морали должно препятствовать проявлению предвзятости, тенденциозного подхода при проведении дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства, волокиты, черствости, безразличия к судьбе людей, формальному отношению к их обращениям, жалобам.
--------------------------------
<*> См.: Кобликов Д.С. Нравственные начала деятельности председательствующего в судебном заседании // Советская юстиция. 1987. N 6; 1988. N 10; Москалькова Т.Н. Этика уголовно-процессуального доказывания. М., 1996.
Самый нравственный закон не может достигнуть своей цели, если он реализуется безнравственными методами. А.Ф. Кони писал: "В каждом судебном действии наряду с вопросом "что" следует произвести, возникает вопрос о том, "как" это произвести". Нужно настойчиво желать, подчеркивал А.Ф. Кони, чтобы "в выполнение форм и обрядов, которыми сопровождается правосудие, вносился вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только судилище, но и школа. Здесь этические требования сливаются с эстетическими..." <*>.
--------------------------------
<*> Кони А.Ф. Указ. соч. С. 50 - 68.
Нравственные требования, предъявляемые к поведению судьи, выражены в Законе РФ "О статусе судей в Российской Федерации", где сказано, что "судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить АВТОРИТЕТ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ (курсив мой. - Авт.), достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности" (п. 2 ст. 3).
В 1993 г. в России были приняты Кодекс чести судьи Российской Федерации (утвержден Постановлением Совета судей Российской Федерации 21 октября 1993 г.) и Кодекс чести рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации (утвержден Приказом МВД России от 19 ноября 1993 г. N 501), которые ориентируют судей и работников органов внутренних дел, в том числе осуществляющих деятельность по расследованию преступлений, на соблюдение определенных правил поведения в профессиональной и внеслужебной деятельности.
Нравственные требования, которым должна соответствовать деятельность присяжных заседателей, выражены в их клятве, где сказано о "честном" и "беспристрастном" исполнении обязанностей, о разрешении дела "по своему внутреннему убеждению и совести... как подобает свободному гражданину и справедливому человеку" (ст. 332 УПК).
Таким образом, нравственные основы уголовного процесса содержатся не только в процессуальных нормах, предписывающих определенный порядок деятельности, но и в профессиональных моральных кодексах, в присяге, клятве и т.п. Примером такого свода морально-нравственных норм является Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка от 17 декабря 1979 г., принятый 34 сессией Генеральной Ассамблеи ООН, в котором объединены нормы, обязывающие работников правоохранительных органов, и в первую очередь осуществляющих расследование по уголовному делу, уважать и защищать человеческое достоинство, поддерживать и защищать права человека (ст. 2), применять силу только в случаях крайней необходимости и в той мере, в какой это требуется для выполнения их обязанностей (ст. 3), сохранять в тайне сведения конфиденциального характера, получаемые в процессе осуществления своей деятельности, если исполнение их обязанностей или требования правосудия не требуют иного (ст. 4), нетерпимо относиться к любому действию, представляющему собой пытку или другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения (ст. 5), обеспечивать охрану здоровья задержанных ими лиц (ст. 6).
ГЛАВА 4
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВО И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА
§ 1. Международные нормы о правах человека как источник
уголовно-процессуального права России
О роли общепризнанных принципов и норм международного права в области прав человека говорится в ряде статей Конституции РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Это дает основание считать, что общепризнанные принципы и нормы международного права являются самостоятельным источником российского права, в том числе и права уголовно-процессуального. Для уголовно-процессуального права указанные принципы и нормы имеют особое значение, поскольку именно эта отрасль права регулирует такую специфическую сферу общественных отношений, которая достаточно чувствительно затрагивает наиболее важные права человека (право на жизнь, свободу, личную неприкосновенность и др.). Принимая это во внимание в международно-правовых актах, посвященных правам человека, наибольшее внимание уделяется гарантии прав лиц, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства.
Поэтому перед разработчиками нового Уголовно-процессуального кодекса стояла задача урегулировать уголовно-процессуальные отношения таким образом, чтобы они соответствовали не только Конституции РФ, но и нормам международного права в области прав человека.
Среди международных актов, где зафиксированы права человека, которые государство, подписавшее такой акт, должно обеспечить, следует прежде всего назвать Всеобщую декларацию прав человека 1948 г. <*>. Положения Декларации, провозгласившей целый комплекс прав человека в качестве естественных и неотъемлемых, составляют ядро тех общепризнанных принципов и норм международного права, о которых идет речь в ст. 17 Конституции РФ. Центральное место в системе международно-правовых актов занимает принятый в 1966 г. Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. <**>, где закреплены многие права и свободы граждан, в том числе вовлеченных в орбиту уголовного судопроизводства. В связи с вступлением России в Совет Европы правовое значение для нас приобрела и Европейская конвенция о защите прав и основных свобод, принятая в 1950 г. <***> и ратифицированная Государственной Думой в феврале 1998 г. О Конвенции необходимо сказать особо, поскольку права, зафиксированные в Конвенции, подлежат защите не только в российских судах, но и в Европейском суде по правам человека, который расположен в г. Страсбурге (Франция). Поэтому после ратификации Россией Конвенции российские граждане получили право подавать жалобы в Европейский суд на нарушение своих прав, предусмотренных Конвенцией, и этим правом они стали достаточно активно пользоваться. Право на подачу жалобы в Европейский суд возникает после того, как гражданин исчерпал внутринациональные средства правовой защиты, т.е. после того, как в результате обращения во все предусмотренные законом судебные инстанции он не смог защитить принадлежащее ему право и добиться справедливости.
--------------------------------
<*> В дальнейшем - Декларация.
<**> В дальнейшем - Пакт.
<***> В дальнейшем - Конвенция.
Поскольку ответчиком по международным обязательствам выступает государство, то в случае признания Европейским судом жалобы обоснованной, государство должно возместить гражданину присужденный Судом ущерб, причиненный нарушением его прав и свобод. Размер присуждаемого ущерба бывает достаточно большим, не говоря уже о наносимом в таких случаях уроне престижу государства. Это еще один аргумент в пользу того, что права и свободы человека и гражданина, которые согласно ст. 18 Конституции РФ являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, необходимо знать, понимать и неукоснительно применять на практике.
Особо следует сказать о правилах отправления правосудия по делам несовершеннолетних. В развитие п. 4 ст. 14 Пакта 1966 г. о гражданских и политических правах, который гласит: "В отношении несовершеннолетних процесс должен быть таков, чтобы учитывались их возраст и желательность содействия их перевоспитанию", Генеральная Ассамблея ООН приняла Минимальные стандартные правила отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, известные как Пекинские правила.
Для уголовного судопроизводства преимущественное значение имеют следующие права и свободы, рассмотренные нами далее (§ 2 - 6 гл. 4) <*>.
--------------------------------
<*> См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" // БВС. 2003. N 12.
§ 2. Право на свободу и личную неприкосновенность
Указанное право закреплено в ст. ст. 3 и 9 Декларации, ст. 9 Пакта и ст. 5 Конвенции. "Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность" (ст. 3 Декларации). "Никто не может быть подвергнут произвольному аресту, задержанию или изгнанию" (ст. 9 Декларации). Аналогичные нормы содержатся в ст. 9 Пакта и ст. 5 Конвенции. Как видно, в указанных статьях установлен запрет на произвольный арест или задержание. Для того чтобы лишение гражданина свободы не было произвольным, необходимо следующее:
1) лишение свободы должно быть основано на законе;
2) закон должен четко определять случаи, допускающие лишение или ограничение свободы;
3) лишение или ограничение свободы должно происходить с соблюдением определенных гарантий.
Принимая это во внимание, ст. 9 Пакта и ст. 5 Конвенции перечисляют случаи, когда лишение свободы возможно. Среди этих случаев в ч. 1 ст. 5 Конвенции указано: а) законное содержание лица под стражей на основании признания его виновным компетентным судом; b) законный арест или задержание лица за невыполнение законного решения суда или с целью обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом; c) законный арест или задержание лица, произведенные с тем, чтобы оно предстало перед компетентным судебным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения <*>. В комментариях к ст. 5 Конвенции, посвященной защите свободы и личной неприкосновенности, говорится, что даже такое основное право, как право на свободу и личную неприкосновенность, не является абсолютным. "При любой правовой системе возникают ситуации, когда свобода лица при необходимости должна уступать неким иным интересам общества" <**>. Для того чтобы необходимость уступать не превратилась в произвол, меры таких уступок должны быть строго регламентированы законом и определять возможность применения правоограничений в области свободы и личной неприкосновенности в каждом конкретном случае должен независимый и компетентный суд, в задачу которого не входит борьба с преступностью. Это было подчеркнуто в ряде решений Европейского суда. "Только представителю власти, обладающему атрибутами независимости, объективности и беспристрастности, ст. 5 Конвенции вверяет судьбу лица, лишенного свободы. Прокурор, который выполняет функцию обвинения, такими свойствами не обладает".
--------------------------------
<*> См.: Конституционное право России. Сборник конституционно-правовых актов: В 2-х т. / Отв. ред. О.Е. Кутафин. Сост. Н.А. Михалева. Т. 1. М., 1998. С. 332.
<**> Комментарий к Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практике ее применения. М., 2002. С. 61, 63 (далее - Комментарий к Конвенции...).
Среди процедурных гарантий, которые необходимо соблюсти при задержании или избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, Пакт и Конвенция указывают:
а) каждому арестованному сообщается при аресте причина его ареста и в срочном порядке сообщается любое предъявленное ему обвинение;
б) каждое арестованное или задержанное по уголовному обвинению лицо должно в срочном порядке доставляться к судье или другому должностному лицу, которому принадлежит по закону право осуществлять судебную власть, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока (без неоправданной задержки) или на освобождение. Содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства, не должно быть общим правилом, но может ставиться в зависимость от предоставленных лицом гарантий его явки в суд;
в) каждый, кто стал жертвой незаконного ареста или содержания под стражей, имеет право на компенсацию причиненного ущерба.
Согласно ч. 4 ст. 5 Конвенции и ст. 9 Пакта каждому, кто лишен свободы вследствие ареста, предоставляется право опротестовать в суде законность такой ограничительной меры.
Международные нормы предусматривают и определенные гарантии, которые необходимо соблюсти при рассмотрении судом вопроса о законности и обоснованности применения к обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу. Несмотря на то, что порядок рассмотрения указанного вопроса не может быть идентичным процедуре разрешения судом вопроса о виновности и наказании, тем не менее, Европейский суд исходит из того, что определенные элементы справедливости должны содержаться и в разбирательстве в соответствии со ст. 5 Конвенции. К таким элементам справедливости Суд, в частности, относит следующие: а) обвиняемый (подозреваемый) должен знать основания и причины его ареста; б) иметь доступ к материалам дела, которые используются при решении вопроса о содержании лица под стражей; в) должен быть выслушан в суде; г) иметь право воспользоваться услугами адвоката <*>.
--------------------------------
<*> См.: Дженис М., Кей Р., Брэдли Э. Европейское право в области прав человека. Практика и комментарии. М., 1997. С. 348.
Если проанализировать нормы УПК РФ, посвященные правовому регулированию вопросов, связанных с лишением или ограничением свободы (задержание, избрание меры пресечения в виде ареста либо домашнего ареста, помещение в лечебно-психиатрическое учреждение для проведения судебной экспертизы), то можно прийти к выводу, что законодатель внес существенные коррективы в процедуру лишения гражданина свободы и привел ее в соответствие с требованиями Конституции РФ и международного права в этом вопросе. Однако приведение законодательства в соответствие с международными, в том числе европейскими стандартами, еще не свидетельствует о том, что таким стандартам будет соответствовать и правоприменительная практика. Прежде всего это касается сроков содержания обвиняемых под стражей, которые далеко не всегда являются разумными с позиции ст. 5 Конвенции, что выступает одним из наиболее часто встречающихся оснований поступающих в Европейский суд жалоб из России. В рамках проблемы, связанной с лишением свободы, существует и проблема условий содержания обвиняемых под стражей, которая для России достаточно актуальна, а также применения насилия и угроз, которые чаще всего происходят в условиях изоляции подозреваемых и обвиняемых, т.е. по отношению к задержанным и содержащимся под стражей. В этом случае речь уже идет о нарушении ст. 5 Декларации, ст. 7 Пакта и ст. 3 Конвенции: "Никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию". К сожалению жалоб на бесчеловечное и унижающее достоинство обращение, связанное с условиями содержания обвиняемых в следственных изоляторах, также достаточно много <*>.