рода "^чувствование'", понимание собеседника не ""умом, а серд­цем". Оно обеспечивается теми же средствами, что и нерефлек­сивное слушание, но при этом требует проявления сопережива­ния, искреннего сочувствия к клиенту.

Нередко к юристам обращаются люди, находящиеся в состоя­нии стресса. Они требуют к себе более внимательного отноше­ния. Будучи в состоянии эмоциональной взволнованности, они часто испытывают острое желание выговориться. Но, несмотря на определенную избыточность их высказываний, нельзя демон­стрировать вызванное этим раздражение, отвлекаться, перебивать их. Удачно справился с такой ситуацией адвокат Любомиров, ко­торый перебил рассказ своего клиента о достоинствах внука, но одновременно поддержал собеседника и скорректировал ход бе­седы :

"К.: Да, внук у меня хороший. Не то что большинство нынешней моло­дежи. Ведь на все времени у него хватает: и учится в институте, и спортом занимается, и подрабатывает. Не хочет на мою пенсию жить. И со мной поговорить время находит...

А.: Вот и славно. Хорошо, Сергей Николаевич. Значит, мы с Вами выяс­нили..."

Возможен и другой прием. Остановить непрекращающийся монолог клиента можно путем превращения "внимательного мол­чания" в невербальную демонстрацию отсутствия интереса к тому, что говорит клиент. Например, юрист прерывает зритель­ный контакт, отводит глаза в сторону, изменяет позу. Раньше он сидел немного наклонившись в сторону клиента, теперь же отки­дывается на спинку стула, перестает поощрять рассказ клиента одобрительными междометиями и репликами.

Если и этот прием не действует и клиент продолжает свой мо­нолог, из которого юрист не получает никакой информации пра­вового характера, следует вежливо попросить клиента ответить на вопросы, которые возникли у юриста как бы по поводу сооб­щенного клиентом.

На этапе свободного изложения клиентом своей проблемы для юриста очень важно не присоединяться к оценкам, которые дает событиям и действующим лицам клиент, пытаясь тем самым уси­лить доверительность отношений. Негативные последствия таких действий могут оказаться больше того положительного эффекта, на который рассчитывал юрист (например, клиент ут­вердится в каком-либо своем неправильном суждении). В нашем примере адвокат Любомиров никоим образом не поддерживал Се-

някина в его негативных оценках личности и поведения дочери. Напротив, он явно демонстрировал перед клиентом свой интерес исключительно к правовым аспектам их отношений.

Значительная часть информации от клиента может быть полу­чена с помощью нерефлексивного и эмпатического слушания. Но на следующем этапе интервью - выяснении характера правовых проблем клиента-ограничиться только этими приемами слушания нельзя. Необходимо применение приема "понимающего слуша­ния", который состоит в постановке уточняющих и детализиру­ющих вопросов, т.е. в выяснении того, что вызвало недопонима­ние, требует уточнения, детализации, например: "Извините, я не совсем понял... "; "Уточните, пожалуйста... "; "Что Вы имелив виду, когда говорили о... " и т.п.

---

Другим приемом понимающего слушания является перефра­зирование. Вот некоторые примеры: "Иначе говоря, Вы утверж­даете, что... "; "Еслия Вас правильно понял, то Вы... " и т.д.

Имеет свои особенности с точки зрения психологии и пятый этап интервью-резюмирование. Как уже отмечалось, суть этого этапа состоит в том, что юрист подводит итог собеседованию, подробно, в хронологической последовательности пересказывая события, составляющие юридические проблемы клиента. При этом юрист должен очень внимательно следить за поведением клиента, обращая внимание на невербальные элементы общения, о которых уже упоминалось и которые могут свидетельствовать о несогласии клиента с выводами юриста о сути происшедших с ним событий либо о желании клиента сделать какие-либо замеча­ния и уточнения. Речь идет о том, что на этапе резюмирования юрист одновременно должен и говорить и следить за тем, как воспринимает его пересказ клиент. Если клиент на этой стадии начинает вновь повторять по существу уже сказанное юристом, но иными словами, это означает, что юрист и клиент не до конца поняли друг друга и есть основания вернуться к вопросам, бес­покоящим клиента. Поэтому следует удержаться от раздражения, вызываемого неспособностью клиента связно, грамотно, после­довательно выразить свою мысль, и уж тем более от невысокой оценки его интеллектуальных возможностей. Совершенно недо­пустимы при этом такие речевые обороты: "Как Вы не понимае­те, что... '•'; "Ведь это каждому ясно, что... "

Подтекст таких фраз легко угадывается и человеком с рани­мым самолюбием воспринимается как проявление пренебрежи­тельного отношения к нему, тем более что такие речевые оборо-

---

(i>i не содержаг никакой аргументации, но в результате их упот­ребления акцепты в диалоге сметаются с конструктивного об­суждения вопросов на опенку личных качеств клиента, что мо­жет повлечь за собой неприязнь и своеобразный психологический антагонизм.

Не следует недооценивать и психологические аспекты после­днего этапа собеседования с клиентом - завершение интервьюи­рования. Общение юриста и клиента на этом этане закрепляет в сознании клиента мнение о том, кто его принимал. Кроме того, ситуация выхода из общения в значительной степени влияет на последующие коммуникативные процессы, если общение с дан­ным клиентом будет продолжено.

Эта ситуация, как и рассмотренные выше, предполагает соблю­дение определенных форм речевого поведения: от стилистически нейтральных, наиболее простых формул прощания до несколько усложненных форм с высказыванием различного рода пожеланий. Нередко акту прощания может предшествовать определенная под­готовка, своеобразная переходная фаза, во время которой следует подвести клиента к необходимости завершить разговор, прибегая к употреблению, например, таких фраз: "Очень хорошо, кажет­ся, мы сегодня выяснили почти все вопросы... "

Наконец, в тех случаях, когда прогнозируются последующие встречи с клиентом, этап прощания служит своеобразной подго­товительной частью будущего общения: "Думаю, что этот раз­говор у пас с Вами не последний... "; "На следующей неделе я по­звоню Вам, и мы договоримся о новой встрече... "; "В понедельник в 10 часов утра буду обязательно Вас ждать ".

К психологическим аспектам интервьюирования следует от­нести и проблему так называемых трудных клиентов.

О "трудных" клиентах речь может идти в тех случаях, когда возникают особые сложности в установлении психологического контакта между юристом и клиентом. Эти сложности порожда­ются разными причинами.

Одной из них может быть существенная разница в интеллек­туальном уровне развития собеседников. Определять поведение юриста в этой ситуации должен этический принцип: '"Каждый клиент достоин уважения". Следуя этому принципу, подбирая доступные для понимания такого клиента речевые обороты и сло­ва, ие скупясь на время, необходимое для достижения взаимопо­нимания с ним. и всем своим поведением демонстрируя свое рас-

положение к нему, юрист способен превратить такою "трудного" клиента в клиента с противоположным знаком.

Другой причиной, осложняющей взаимопонимание между юристом и его клиентом, может быть излишняя замкнутость или недоверчивость последнего. Чуть больше такта, внимания, заин­тересованности, сочувствия - и большинство таких людей спо­собно преодолеть барьер замкнутости. Особую роль в общении с такими клиентами' может сыграть прием эмпатического слуша­ния.

Практике известны такие ситуации, когда психологический контакт не налаживается из-за того, что юрист сомневается в ис­кренности клиента, подозревает его в том, что он говорит неправ­ду. В таких случаях можно прибегнуть к невербальным способам передачи информации о том, что юрист не доверяет клиенту. На­пример, мимикой и жестами выражается недоумение по поводу сообщенного клиентом. Можно прибегнуть и к репликам, встав­ляемым в рассказ клиента: "Неужели?", "Разве такое может быть? " Если эти приемы не дают нужного результата и, ПО мне­нию юриста, клиент продолжает лгать, необходимо прибегнуть к открытому изложению своего недоверия и объяснить негативные последствия намеренного введения юриста в заблуждение. Если и этот прием не срабатывает» возможно, что помощь юриста тако­му клиенту может быть ограничена только разъяснением опреде­ленного закона.

---

Рассмотренные особенности проведения интервьюирования не охватывают всех возможных ситуаций, возникающих в ходе этой деятельности юриста. Но соблюдение хотя бы некоторых изло­женных приемов Позволит существенно облегчить достижение целей интервьюирования и сделает работу юриста более эффек­тивной.

На Востоке есть очень хорошая поговорка: «Сколько ни гово­ри слово "халва", во рту сладко не станет». Поэтому сколько бы мы ни объясняли, что такое интервью и как ею надо проводить, навык интервьюирования вырабатывается только в процессе тре­нировки. В качестве возможных способов такого тренинг а попро­буйте выполнить следующие задания (упражнения).

---

УПРАЖНЕНИЕ 1

Внимательно прочтите отрывок из романа Л.Н. Толстого "Анна Каренина" (часть четвертая, гл. V)¹. Дайте оценку описанной Тол­стым встречи Каренина с адвокатом с помощью вопросника, ко­торый приводится после отрывка.

Приемная комната знаменитого петербургского адвоката была полна, когда Алексей Александрович вошел в нее. Три дамы: старушка, молодая и купчиха, три господина: один — банкир-немец с перстнем на пальце, дру­гой — купец с бородой, и третий — сердитый чиновник в вицмундире, с крестом на шее, очевидно, давно уже ждали. Два помощника писали на столах, скрипя перьями. Письменные принадлежности, до которых Алек­сей Александрович был охотник, были необыкновенно хороши, Алексей Александрович не мог не заметить этого. Один из помощников, не вста­вая, прищурившись, сердито обратился к Алексею Александровичу.

• Что вам угодно?

• Я имею дело до адвоката.

• Адвокат занят,— строго отвечал помощник, указывая пером на до­
  жидавшихся, и продолжал писать.

• Не может ли он найти время? —сказал Алексей Александрович.

• У него нет свободного времени, он всегда занят. Извольте подож­
  дать.

• Так не потрудитесь ли подать мою карточку,— достойно сказал Алек­
  сей Александрович, видя необходимость открыть свое инкогнито.

Помощник взял карточку и, очевидно не одобряя ее содержания, про­шел в дверь.

Алексей Александрович сочувствовал гласному суду в принципе, но некоторым подробностям его применения у нас он не вполне сочувство­вал, по известным ему высшим служебным отношениям, и осуждал их, на­сколько он мог осуждать что-либо высочайше утвержденное. Вся жизнь его протекла в административной деятельности, и потому, когда он не сочув­ствовал чему-либо, то несочувствие его было смягчено признанием необ­ходимости ошибок и возможности исправления в каждом деле. В новых судебных учреждениях он не одобрял тех условий, в которые была постав­лена адвокатура. Но он до сих пор не имел дела до адвокатуры и потому не одобрял ее только теоретически; теперь же неодобрение его еще усили­лось тем неприятным впечатлением, которое он получил в приемной адво­ката.

— Сейчас выйдут,—сказал помощник; и действительно, чрез две мину­
ты в дверях показалась длинная фигура старого правоведа, совещавшего­
ся с адвокатом, и самого адвоката.

Адвокат был маленький, коренастый, плешивый человек с черно-ры­жеватою бородой, светлыми длинными бровями и нависшим лбом. Он был наряден, как жених, от галстука и цепочки двойной до лаковых ботинок. Лицо было умное, мужицкое, а наряд франтовской и дурного вкуса.

• Пожалуйте,— сказал адвокат, обращаясь к Алексею Александрови­
  чу. И, мрачно пропустив мимо себя Каренина, он затворил дверь.

• Не угодно ли? — Он указал на кресло у письменного, уложенного бу­
  магами стола и сам сел на председательское место, потирая маленькие
  ручки с короткими, обросшими белыми волосами пальцами и склонив на-

---

Смотрите также файлы

• Ugolovno-protsessualnoe_pravo_RF_Lupinskaya_P_A (1).pdf

• Ugolovno-protsessualnoe_pravo_RF_Lupinskaya_P_A.pdf

• Ugolovny_protsess_P_A_Lupinskaya.doc

• Ugolovny_protsess_Smirnov_A_V_Kalinovskiy_K_B.pdf

• РП Уголовное преследование в досудебном производстве.pdf