Файл: Актуальные проблемы борьбы с коррупцией.pdf

ВУЗ: Не указан

Категория: Эссе

Дисциплина: Не указана

Добавлен: 15.07.2023

Просмотров: 39

Скачиваний: 2

ВНИМАНИЕ! Если данный файл нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам.

В последние годы коррупция приобрела в Российской Федерации достаточно устойчивую тенденцию роста. Это серьезным образом сказывается на социально-психологической атмосфере в обществе, негативно отражаясь на правопорядке в стране, т.к. коррупция влечет за собой разложение общества, моральных и духовных качеств граждан порождает, недоверие и злобу, как к самому государственному аппарату, так и к должностным лицам в нем.

В нашей стране происходит сложный процесс становления института государственной службы и параллельно с ним разрабатывается законодательство, имеющее антикоррупционную направленность. В современной научной литературе по проблемам борьбы с коррупцией существует множество определений коррупции. Ее рассматривают в нескольких аспектах: социальном, политическом, правовом. Ряд ученых считает, что коррупцию нужно рассматривать не как конкретный состав преступления или административного правонарушения, а как совокупность родственных деяний, включающих в себя ряд должностных злоупотреблений.

Обращаясь к этимологическому словарю необходимо отметить, что термин «коррупция» в переводе с латинского (corruptio) означает подкуп, порча, упадок.

С этой точки зрения изучение явления коррупции в системе государственной службы наиболее приемлемо, поскольку наиболее точно выражает основную закономерность его происхождения и выражения: первоначально имеет место подкуп обладающих соответствующими полномочиями государственных служащих, затем умышленное причинение вреда нормативно урегулированным общественным отношениям и в итоге - вызванный деформацией общественных отношений упадок общества.

Трудности исследования феномена коррупции связаны с его многогранностью и проникновением в различные сферы, традиционно являющиеся объектами изучения различных общественных наук. Многообразие подходов к исследованию коррупции обуславливает отсутствие удовлетворяющего всех однозначного определения этого явления, но исторически первые определения коррупции относились к области права.

При этом к признакам коррупции обычно относятся:

· Непосредственное нанесение ущерба авторитету или иным охраняемым законом интересам государственной власти (государственной службы);

· Незаконный характер получаемых государственными служащими благ (материальных и нематериальных);

· Использование государственными служащими своего статуса вопреки интересам государственной службы;


· Наличие у государственного служащего умысла на совершение действий (бездействия), объективно причиняющим ущерб охраняемым законом интересам власти или службы;

· Наличием у государственного служащего корыстной или иной личной заинтересованности.

Одно из емких и кратких определений коррупции, используемых в документах ООН и Совета Европы: коррупция - это злоупотребление государственной властью для получения выгоды в личных целях, в целях третьих лиц или групп.

На протяжении многих веков государство принимает различные меры по борьбе с коррупцией, однако до сих пор не найдены наиболее эффективные и это явление продолжает оставаться острой проблемой и сегодняшнего дня.

В русском языке взяточничество исторически связано с терминами «лихоимство» и «мздоимство». В толковом словаре В.И.Даль дает следующее толкование мздоимства и взяточничества. Мздоимствовать - брать подарки, приношения, взятки, быть продажным человеком. В земле нашей мздоимствуется по обычаю. Мздолюбие - сильное расположение к взяточничеству. Взятка - срыв, поборы, приношения, дары, гостинцы, приносы, пикшеш, бакшиш, хабара, могарычи, плата или подарок должностному лицу, во избежание стеснений, или подкуп его на незаконное дело. Лихоимец - жадный вымогатель, взяточник.

Мздоимство упоминается в русских летописях XIII века. Можно говорить о том, что корыстные злоупотребления по службе возникли с появлением управляющих (вождей, князей) и судей как средство воздействия на их объективность и добросовестность при решении спорных вопросов. Так, первое законодательное ограничение коррупционных действий принадлежит Ивану III. А его внук Иван Грозный впервые ввел смертную казнь в качестве наказания за чрезмерность во взятках.

В русских летописях XIV века в Двинской Уставной Грамоте 1397 г. (ст. 6) читаем: «А самосуда четыре рубли, а самосуд то: кто изыснав татя с поличным, да отпустит, а собе посул возьмет, а наместники доведаются по заповеди, ино то самосуд, а опричь того самосуда нет». Там же в ст.8: «а черес поруку не ковати, а посула в железех не просити; а что в железех посул, то не в посул». В договоре Новгорода с князем Борисом Александровичем тверским 1446 - 1447 гг.: «А приведут тферитина с поличним к новгорочкому посаднику или новоторскому, судите его по хрестному челованью, а посула не взятии с обе половине»

Большая часть исследователей истории российского законодательства полагает, что понятие посула начинает употребляться в смысле взятки, начиная с Псковской Судной Грамоты, которая имела особую статью «о посулах» (ст.48). Грамота состояла из 120 статей, 108 из которых были приняты в 1467 г., а остальные были дописаны позже по решению веча. Некоторые из этих статей были приняты и выполнялись еще задолго до появления Судной Грамоты:


Ст.4: «…а тайных посулов не имати ни князю, ни посаднику»

Ст 48. «А кто почнет на волостелях посула сачить, да и портище соймет, или конь сведеть, а молвить так: в посуле есми снял, или конь свел, ино быти ему в грабежи, хто в посули снял, или коня свел». Понимание этой статьи связано с определенными трудностями. Но, во всяком случае, в ней речь идет о посулах, вымогаемых волостелем, и об ответных действиях со стороны местных жителей. Вымогательство посулов волостелем признавалось явлением естественным распространенным. Такой волостель отвечал характеристике, данной в Мериле Праведном: он и «мзду емлеть», и «неправду судить», и «люди продаетъ». Но если в представлении автора соответствующей статьи Мерила пострадавшие от неправого суда только к «князю плачутъ», тщетно пытаясь найти у него управу на «злаго судию», то в живой исторической действительности обиженные персонажи Псковской Судной Грамоты действовали иначе.

Волостель, повинный в вымогательстве, т.е. в неправом суде, находился под реальной угрозой расправы со стороны людей. Это действие не произвол, а остаток древнего права, своего рода иска взакличь на обидчика и имеет общую классовую природу с выступлениями киян и владимирцев XII века против княжеских тиунов. Широкое распространение исков населения к наместникам и волостелям - характерная и важная черта русского средневековья. Она отмечена много лет спустя в царском приговоре об отмене кормлений: «Многие грады и волости пусты, учинили намђстники и волостели…мђхъ градов и волостеи мужичъя многие коварства содЂяша и убийства их (наместников и волостелей) людемъ, и какъ Ђдуть с кормленеи и мужики многими искы отъыскиваютъ…». Итак, действия тиуна - волостеля в реальной жизни фактически сдерживались активным противодействием народных масс. Таким образом, наместник волостель повсюду - и в вечевой земле, и вне ее - имел дело не с беззащитным, безответным и безропотным населением, а людьми, сознающими свое право и готовыми активно стоять за это право, - наместник - волостель сталкивался с местным миром.

В Новгородской Судной Грамоте (ст. 26): «а докладшиком от доклада посулу не взять, а у доклада не дружить никоею хитростью, по крестному целованию». В Губной московской записи второй половины XV века «посул» - плата судье истцом или ответчиком по договоренности: «…а посулят большему наместнику, а двема третником то же; а тиуну великого князя - что посулят».

В «Сказании о Магмете - салтане» И.С.Пересветов отмечает взимание судьями неправильных «посулов» - взяток: «…да по мале времени обыскал царь судей своих, как они судят, и на них довели пред царем злоемство, что они по посулам судят».. В «Сказании о царе Константине» того же Пересветова И.С. речь идет о «вельможах», которые «неправедными суды своими, емлючи посулы со обоих стран, с правого и с виноватого, и казны свои наполняли златом, и сребром, и многоценными камением, нечистым своим собранием».


Уголовным преступлением взяточничество было признано в период царствования Ивана IV по Судебнику 1550 года. В качестве мер ответственности предусматривалось наказание в виде временного и бессрочного тюремного заключения. (статьи 4,32,53,62,68).

Судебник 1589г. - в ст.3 за неправильно решенное дело, вследствие посула, взятого целовальником, подъячим или судьей, «исцов иск и пошлины на царя государя», «втрое взыскиваются» на одном судье - как лице, которому были подчинены целовальник и подъячий.

Статья 80 запрещала недельщикам брать посулы для себя или для судей бояр, окольничих, дворецких и т.д., - это наказывалось торговой казнью или битьем кнутом.

В России коррупционное поведение лиц, состоящих на государственной службе, именовалось «лихоимством». И ввиду его опасности для государственной службы и соответственно для государства в целом борьбу с ним вели практически все правители и правительства нашей страны.

Поговорка «на посуле, как на стуле» неразрывно связала российского чиновника и «посул» - взятку. Откуда в российской жизни сформировалось это глубокое убеждение в неискоренимости коррупции в России? Как отмечает П.В.Седов, ответ на этот вопрос удалось отыскать в весьма неожиданном месте: монастырских архивах. По понятиям допетровской Руси, именно попосулы и были собственно взятками в современном смысле этого слова, в то же время как «почесть» и отдельная плата за составление бумаг не преследовалась законом. Существо «почести» в системе государственной службы состояло не в материальной ценности подносимого, а в самом факте почтения. Подношение икон, святой воды, яиц к Пасхе наиболее точно выражает этот нематериальный характер «почести». И иконы с дорогими окладами стоили немалых денег, однако в допетровской Руси было весьма стойким убеждение, что икона не может иметь денежного выражения: в случае покупки иконы употреблялось выражение «мена». Принимая икону, приказные получали, таким образом, от монастыря благословение. Кроме икон, большим спросом пользовались издания типографии Иверского монастыря. Другие монастыри сотнями раздавали приказным ложки, стаканы, ковши, щетки, гребни и т.п. Но наиболее массовыми подношениями «в почесть» были калачи и пироги. Их несли как состоятельные, так и бедные просители. Иконы, а также калачи и рыба, если ее было немного, принадлежали к разряду «почести», которую можно было принять, не беря обязательств в деле. Челобитчики не упускали случая поздравить приказных с новосельем, именинами, свадьбами близких или выразить свои сожаления по случаю какого - либо несчастья. Такие же подношения, включая рыбу и вино, делались и в связи с новым служебным назначением. Без «почести» было трудно даже подступиться ко вновь назначенным приказным. «Почесть» носила характер своеобразного соглашения - в обмен на нее приказные люди как бы брали на себя обязательство благожелательно отнестись к челобитчику. «Почесть» как форма добровольного приношения на Руси призвана выразить уважение к тому, кто ее удостаивался. Уважительное значение «почести» присутствует и в русском обычае одаривать уважаемого человека, и в особенности высокое начальство. Этот обычай существует и поныне, он есть не что иное, как видоизмененная практика подношений средневековой Руси. Вместе с тем, в XVIIв. за старым понятием «почести» нетрудно разглядеть иное содержание, «почесть» все более приобретает значение разрешенной взятки. Эта трансформация подношений в XVIIв. как нельзя лучше трансформирует происхождение мздоимства, которое расцвело на почве широкой практики подношений «почести» чиновникам, формально не запрещенной в допетровской Руси.


Законодательные памятники позволяют проследить отрицательное отношение к «посулам» еще со времен, предшествующих появлению приказов. Законодательство решительно осуждало «посулы», понимая под ним подношения, связанные с неправильным решением дела. Этот же взгляд получил развитие в Соборном Уложении 1649г. Однако законодательство никак не регламентировало и даже не упоминало «почесть» и подношения «за работу», которые, таким образом, молчаливо разрешались. В отличие от Соборного Уложения, общественное сознание второй половины XVIIв. осуждало не только «посулы», но и другие подношения приказным.

Надо отметить что уголовное право в XVIIв. развивалось в условиях резкого обострения классовых противоречий. Заметным стимулом его развития, расширения круга деяний, подлежащих уголовному преследованию, послужили события начала XVIIв. и восстания 30 - 40-х гг. Уголовное законодательство принимало все более карательный характер. Это нашло воплощение в Уложении 1649г. Уложение впервые дало определенную классификацию преступлений. Были выделены специальные подгруппы преступлений - государственные (политические) и против порядка управления. Собственно уголовные преступления можно подразделить на две подгруппы - должностные и против прав и жизни частных лиц. О них говорится главным образом в XXI, и отчасти в XXII главах.

Первую группу составляли преступления должностных лиц судебных органов. Основной вид преступлений здесь составлял неправый суд за взятку или в результате пристрастного отношения к подсудимому по мотивам дружбы или вражды. При неправом суде истцов иск обращался против судей любого звания, повинных в этом, причем в тройном размере. Аналогичные кары за те же преступления предусматривались и в отношении судей патриаршего двора, а также и на городовых воевод и дьяков.

Определяя строгие меры для судий за посул и неправое решение дела, Уложение предусматривало возможные обходные пути таких нарушений закона - получение посула не самим судьей, а его родственниками. Если посул взят родственником судьи без его ведома, то судья не нес ответственности (X,7).

Наказывались и нерадивое отношение к судейским обязанностям, волокита, изменение текста судного списка при его переписке набело подъячим по собственному усмотрению или по велению дьяка, вынос судебного дела из приказа «для хитрости» и т.п. В случае пропажи дела при выносе его из приказа с дьяка взыскивались иск и государевы пошлины, сверх того, дьяк и подъячий подвергались наказанию кнутом и устранялись от должности. Наказывалось кнутом и неисправное ведение записи судебных дел и сбора судебных пошлин, а при рецидиве - торговая казнь и лишение должности (X,128,129).