ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 10.02.2021
Просмотров: 741
Скачиваний: 1
Полицейский подозревает, что его сын прячется у художника, и это заставляет Клааса вновь менять укрытие. На другой день во время налета английской авиации Зигги обнаруживает тяжело раненного Клааса в торфяном карьере и вынужден сопровождать его домой, где отец немедленно извещает о случившемся в гамбургскую тюрьму. «Его вылечат, чтобы произнести приговор», — говорит художник, глядя на безучастных родителей. Но настает и его час… Зигги оказывается свидетелем ареста художника, того, как тот пытался сохранить хотя бы последнюю полную страха работу «Наводчик туч». Нансен не знает, как надежнее спрятать холст, и тут, в темноте мастерской, ему на помощь приходит мальчик. Он поднимает свой пуловер, художник обертывает картину вокруг него, опускает пуловер, закрыв блеск огня, пожирающего картины, и он укрывает их в новом тайнике. Туда же он прячет «Танцующую на волнах», которую отец требует уничтожить, потому что там изображена полуобнаженная Хильке. Художник понимает состояние Зигги, но вынужден запретить ему бывать в мастерской. Отец, от которого мальчик защищает картины, грозит упрятать сына в тюрьму и пускает по его следу полицейских. Зигги удается обмануть преследователей, но ненадолго, и его, сонного, беспомощного, арестовывают в квартире Клааса.
Теперь, встречая 25 сентября 1954 г. свой двадцать первый день рождения, свое совершеннолетие в колонии для трудновоспитуемых, Зигги Йепсен приходит к выводу, что он, как и многие подростки, расплачивается за содеянное отцами. «Ни у кого из вас, — обращается он к психологам, — рука не поднимется прописать ругбюльскому полицейскому необходимый курс лечения, ему дозволено быть маньяком и маниакально выполнять свой треклятый долг».
Так завершается урок немецкого, отложены тетради, но Зигги не спешит покинуть колонию, хотя директор объявляет ему об освобождении. Что ждет его, навсегда связанного с ругбюльскими равнинами, осаждаемого воспоминаниями и знакомыми лицами? Потерпит он крушение или одержит победу — кто знает…
Ульрих Пленцдорф
Новые страдания юного В.
Пересказал Я. В. Никитин
Начинается повесть с нескольких извещений-некрологов о смерти от разряда тока семнадцатилетнего Эдгара Вибо. Затем следует диалог матери и отца погибшего юноши. Эти двое расстались, когда их сыну было всего пять лет. С тех пор отец ни разу его не видел, за исключением одного случая, когда сын приходил инкогнито. Из диалога выясняется, что до поры до времени Эдгар очень хорошо успевал в училище профессионально-технического образования, а потом вдруг, не поладив с мастером-воспитателем, все бросил и убежал из дома. Уехал из маленького провинциального городка Миттенберга в Берлин и там, поболтавшись некоторое время без дела, наконец устроился в ремонтно-строительную бригаду маляром. Поселился он в полуразрушенном домишке, предназначенном на снос. Матери он вестей о себе не давал, а лишь посылал записанные на магнитофонной ленте монологи своему дружку Вилли.
Отец Эдгара, желающий побольше о нем узнать, поскольку объяснения матери не удовлетворяют его, расспрашивает тех, кто когда либо дружил с его сыном, или вместе работал, или просто случайно когда-нибудь встречался. Так он находит магнитофонную ленту. И узнает о жизни и проблемах сына уже после его смерти. Например, о том, что Эдгар гордится, и не раз подчеркивает это, что ведет свое происхождение от французских гугенотов, что он левша, которого долго, но безуспешно пытались сделать правшой, что он любит современную музыку, особенно джаз, что из всех брюк предпочитает джинсы, а в области литературы выше всего ставит романы «Робинзон Крузо», «Страдания юного Вертера» и «Над пропастью во ржи».
Эдгар Вибо, так же как и Холден Колфилд из романа Сэлинджера «Над пропастью во ржи», очень раним, ему трудно найти общий язык с окружающими его людьми, он ненавидит фальшь. Случай сближает его с детьми из детского сада, который расположен поблизости от его разваливающегося дома. Подружившись с этими детьми, Эдгар обнаруживает в себе способности воспитателя. Вручая каждому ребенку по кисти, он учит их живописи, и все вместе они создают на стенах детсада своеобразное художественное полотно. Эдгар считает себя художником, но, к сожалению, этого никто не понимает, людям все его картины кажутся мазней. Ну а что касается «страданий» молодого Эдгара Вибо, то они начинаются, когда он знакомится с воспитательницей этих детей. Независимо от того, как зовут её на самом деле, он окрестил её Шарлоттой (сокращенно Шерли), по имени героини романа Гёте, который дорог ему до такой степени, что он буквально не расстается с ним ни на минуту. Причем на магнитофонной ленте, которую он посылает Другу Вилли, Эдгар нередко цитирует Гёте, описывая свои чувства к Шерли, не называя источника, и мысленно представляет себе, как у приятеля от такого высокопарного слога и от удивления лезут на лоб глаза. Цитирует он строки из романа и в разговоре с Шерли.
В повести повторяется ситуация, описанная в романе Гёте. Шерли, которая на четыре года старше Эдгара, ждет вот-вот возвращающегося из армии жениха, которого зовут Дитер. Наконец тот демобилизуется, поступает в университет, дабы изучать там германистику, и женится на Шерли. Однако, судя по некоторым мельком оброненным Эдгаром замечаниям, того интересует не столько филология, сколько возможность сделать себе карьеру благодаря общественной работе. Он скучноват, он уже слишком взрослый, и, похоже, любовь Шерли к нему начинает ослабевать. Эдгар дважды побывал у них в гостях. Один раз он вытащил молодую супружескую пару на природу пострелять из духового ружья. Дитеру, однако, эта прогулка доставила не очень много удовольствия. Он, судя по всему, начал ревновать Шерли к Эдгару. Однако, повинуясь порыву гнева, в следующий раз он отпустил их одних кататься на моторной лодке. Погода была пасмурная, потом полил дождь, Шерли и Эдгар вымокли, замерзли, и в какой-то момент, прижавшись друг к другу, чтобы согреться, не устояли перед соблазном. Эта их встреча оказалась последней.
Именно к этому периоду жизни главного героя относится начало его работы в ремонтно-строительной бригаде. Поскольку юноша он не ординарный и порой бывает колючим, притирка к трудовому коллективу у него идет со скрипом. Особенно сложно ему ладить с жестковатым бригадиром. Возникает конфликт. Положение спасает пожилой мастер Заремба, более чуткий, более мудрый, чем порывистый бригадир. Заремба понимает, что Эдгар не какой-то там вертопрах, который желает получить денежки, ничего не делая, а серьезный юноша, с характером. И пожилой рабочий убеждает о этом своих коллег. Однако как раз в это время у Эдгара возникла еще одна проблема. Заброшенный дом, в котором он жил, наконец решили снести. Значит, нужно было куда-нибудь уезжать. Но куда? Не в Миттенберг же. Этого он боялся больше всего. Провинциальные городки особенно тяжело действуют на психику юношей вроде Эдгара. А время между тем поджимало. Приятель Вилли выдал адрес Эдгара его матери, и та должна была вот-вот явиться к нему с визитом. Разрешение проблемы произошло неожиданно. Работая в бригаде, Эдгар обратил внимание на несовершенство существующих пульверизаторов для разбрызгивания краски и захотел осчастливить своих коллег изобретением более совершенного аппарата. Но только аппаратом соединил что-то не так. Испытывая прибор, он замкнул ток на себе...
Альбер Камю
Чума
Автор пересказа Е. В. Семина
Роман представляет собой свидетельство очевидца, пережившего эпидемию чумы, разразившейся в 194… году в городе Оране, типичной французской префектуре на алжирском берегу. Повествование ведется от лица доктора Бернара Риэ, руководившего противочумными мероприятиями в зараженном городе.
Чума приходит в этот город, лишенный растительности и не знающий пения птиц, неожиданно. Все начинается с того, что на улицах и в домах появляются дохлые крысы. Вскоре уже ежедневно их собирают по всему городу тысячами, В первый же день нашествия этих мрачных предвестников беды, ещё не догадываясь о грозящей городу катастрофе, доктор Риэ отправляет свою давно страдающую каким-то недугом жену в горный санаторий. Помогать по хозяйству к нему переезжает его мать.
Первым умер от чумы привратник в доме доктора. Никто в городе пока не подозревает, что обрушившаяся на город болезнь — это чума. Количество заболевших с каждым днем увеличивается. Доктор Риэ заказывает в Париже сыворотку, которая помогает больным, но незначительно, а вскоре и она заканчивается. Префектуре города становится очевидна необходимость объявления карантина. Оран становится закрытым городом.
Однажды вечером доктора вызывает к себе его давний пациент, служащий мэрии по фамилии Гран, которого доктор по причине его бедности лечит бесплатно. Его сосед, Коттар, пытался покончить жизнь самоубийством. Причина, толкнувшая его на этот шаг, Грану не ясна, однако позже он обращает внимание доктора на странное поведение соседа. После этого инцидента Коттар начинает проявлять в общении с людьми необыкновенную любезность, хотя прежде был нелюдимым. У доктора возникает подозрение, что у Коттара нечиста совесть, и теперь он пытается заслужить расположение и любовь окружающих.
Сам Гран — человек пожилой, худощавого телосложения, робкий, с трудом подбирающий слова для выражения своих мыслей. Однако, как потом становится известно доктору, он в течение уже многих лет в свободные от работы часы пишет книгу и мечтает сочинить поистине шедевр. Все эти годы он отшлифовывает одну-единственную, первую фразу.
В начале эпидемии доктор Риэ знакомится с приехавшим из Франции журналистом Раймоном Рамбером и ещё довольно молодым, атлетического сложения человеком со спокойным, пристальным взглядом серых глаз по имени Жан Тарру. Тарру с самого своего приезда в город за несколько недель до разворачивающихся событий ведет записную книжку, куда подробнейшим образом вносит свои наблюдения за жителями Орана, а затем и за развитием эпидемии. Впоследствии он становится близким другом и соратником доктора и организует из добровольцев санитарные бригады для борьбы с эпидемией.
С момента объявления карантина жители города начинают ощущать себя, словно в тюрьме. Им запрещено отправлять письма, купаться в море, выходить за пределы города, охраняемого вооруженными стражами. В городе постепенно заканчивается продовольствие, чем пользуются контрабандисты, люди вроде Коттара; возрастает разрыв между бедными, вынужденными влачить нищенское существование, и состоятельными жителями Орана, позволяющими себе покупать на черном рынке втридорога продукты питания, роскошествовать в кафе и ресторанах, посещать увеселительные заведения. Никто не знает, как долго продлится весь этот ужас. Люди живут одним днем.
Рамбер, чувствуя себя в Оране чужим, рвется в Париж к своей жене. Сначала официальными путями, а затем при помощи Коттара и контрабандистов он пытается вырваться из города. Доктор Риэ между тем трудится по двадцать часов в сутки, ухаживая за больными в лазаретах. Видя самоотверженность доктора и Жана Тарру, Рамбер, когда у него появляется реальная возможность покинуть город, отказывается от этого намерения и примыкает к санитарным дружинам Тарру.
В самый разгар эпидемии, уносящей огромное количество жизней, единственным человеком в городе, довольным положением вещей, остается Коттар, поскольку, пользуясь эпидемией, сколачивает себе состояние и может не волноваться, что о нем вспомнит полиция и возобновится начатый над ним судебный процесс.
Многие люди, вернувшиеся из специальных карантинных учреждений, потерявшие близких, теряют рассудок и жгут свои собственные жилища, надеясь таким образом остановить распространение эпидемии. В огонь на глазах равнодушных владельцев бросаются мародеры и расхищают все, что только могут унести на себе.
Поначалу погребальные обряды совершаются при соблюдении всех правил. Однако эпидемия приобретает такой размах, что вскоре тела умерших приходится бросать в ров, кладбище уже не может принять всех усопших. Тогда их тела начинают вывозить за город, где и сжигают. Чума свирепствует с весны. В октябре доктор Кастель создает сыворотку в самом Оране из того вируса, который овладел городом, ибо этот вирус несколько отличается от классического его варианта. К бубонной чуме добавляется со временем ещё и чума легочная.
Сыворотку решают испробовать на безнадежном больном, сыне следователя Огона. Доктор Риэ и его друзья несколько часов подряд наблюдают атонию ребенка. Его не удается спасти. Они тяжело переживают эту смерть, гибель безгрешного существа. Однако с наступлением зимы, в начале января, все чаще и чаще начинают повторяться случаи выздоровления больных, так происходит, например, и с Граном. Со временем становится очевидным, что чума начинает разжимать когти и, обессилев, выпускать жертвы из своих объятий. Эпидемия идет на убыль.
Жители города сначала воспринимают это событие самым противоречивым образом. От радостного возбуждения их бросает в уныние. Они ещё не вполне верят в свое спасение. Коттар в этот период тесно общается с доктором Риэ и с Тарру, с которым ведет откровенные беседы о том, что, когда закончится эпидемия, люди отвернутся от него, Коттара. В дневнике Тарру последние строки, уже неразборчивым почерком, посвящены именно ему. Неожиданно Тарру заболевает, причем обоими видами чумы одновременно. Доктору не удается спасти своего друга.
Однажды февральским утром город, наконец объявленный открытым, ликует и празднует окончание страшного периода. Многие, однако, чувствуют, что никогда не станут прежними. Чума внесла в их характер новую черту — некоторую отрешенность.
Однажды доктор Риэ, направляясь к Грану, видит, как Коттар в состоянии помешательства стреляет по прохожим из своего окна. Полиции с трудом удается его обезвредить. Гран же возобновляет написание книги, рукопись которой приказал сжечь во время своей болезни.
Доктор Риэ, вернувшись домой, получает телеграмму, в которой говорится о кончине его жены. Ему очень больно, но он осознает, что в его страдании отсутствует нечаянность. Та же непрекращающаяся боль мучила его в течение нескольких последних месяцев. Вслушиваясь в радостные крики, доносящиеся с улицы, он думает о том, что любая радость находится под угрозой. Микроб чумы никогда не умирает, он десятилетиями способен дремать, а затем может наступить такой день, когда чума вновь пробудит крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого города.
Робер Мерль
За стеклом
Пересказала Е. Д. Мурашкинцева
В 60-е гг. Сорбонне стали тесны ее старые стены — она задыхалась от наплыва студентов. Тогда пришлось принять нелегкое решение скрепя сердце университет признал, что часть детей столицы не сможет получить высшее образование в самом Париже, филологический факультет вырвал кусок из собственного тела и бросил его на пустыри Нантера. В 1964 г., в разгар строительства, новый факультет открыл студентам свои заляпанные краской двери. Действие романа охватывает один день — 22 марта 1968 г. Наряду с вымышленными персонажами представлены реальные лица — декан Граппен, асессор Боже, студенческий лидер Даниэль Кон-Бендит.