15.Понятие, предмет и содержание профессиональной этики юриста.

Профессиональная этика юриста или юридическая этика является специфической формой проявления морали в целом. В данном случае речь идёт о совокупности конкретизированных общих нравственных принципов, норм применительно к правоохранительной и правоприменительной деятельности юриста. Они и составляют основное содержание этого вида этики. Рассуждая о сущности юридической этики, необходимо коснуться вопроса о ее задачах. Их можно выделить несколько, как это делают Л.Д. Кокорев и Д.П. Котов . Так, по мнению учёных, к задачам профессиональной этики юриста в области уголовного процесса следует отнести:

1. Решение проблем, связанных с необходимостью полного, широкого внедрения общих принципов и норм морали в уголовный процесс; разработка проблем регулирования профессиональной деятельности следователей, судей, прокуроров, адвокатов и управления ею в соответствии с нравственными основами судопроизводства; выявление и определение нравственных принципов и норм деятельности юриста в уголовном процессе; создание учения о его профессиональном долге.

2. Всестороннее раскрытие нравственной сущности уголовно-процессуального закона; содействие дальнейшему совершенствованию процессуальных норм.

3. Исследование роли нравственных начал в обеспечении законности в уголовном процессе; раскрытие высоконравственного смысла принципа законности в деятельности всех участников уголовного процесса.

4. Исследование нравственных отношений участников уголовного процесса, взаимосвязи правовых и нравственных отношений; определение должных взаимоотношений между всеми участниками уголовного процесса с точки зрения моральных принципов; изучение моральных норм как основы нравственных отношений в уголовном судопроизводстве.

5. Разработка требований, которым должно соответствовать нравственное сознание следователя, прокурора, судьи, адвоката; содействие формированию необходимых для данной профессии нравственных черт; предупреждению и искоренению деформационных качеств, появляющихся в результате длительного выполнения профессиональных функций, а также вследствие невысокой общей, правовой и нравственной культуры отдельных лиц.

6. Изучение проблем, связанных с повышением эффективности нравственного воспитания в уголовном процессе.

7. Исследование проблемы взаимоотношений общественных и личных интересов в уголовном процессе. В России начало основательной разработке судебной этики и ее преподаванию было А. Ф. Кони в 1902 г. Его по праву можно назвать отцом судебной этики в России. В советский период юридическая этика длительное время не разрабатывалась. Ее последовательным и влиятельным противником был Вышинский. Идейное «обоснование» ненужности и несостоятельности исследования нравственных особенностей юридической профессии состояло в том, что «этика в советском обществе едина, это социалистическая этика» (такой аргумент использовал, в частности, И. Т. Голяков в предисловии к книге «Адвокат в советском уголовном процессе», изданной в 1954 году). Однако в 70-е годы появились первые монографические работы по судебной этике. Сегодня необходимость основательного исследования проблем профессиональной юридической этики вряд ли может быть оспорена. В понимании содержания юридической этики, пределов ее действия и даже в терминологии есть немало дискуссионного. Наряду с мнением, что юридическая этика представляет собой применение общих понятий о нравственности в сфере юридической деятельности, существует и мнение, что она охватывает специфические нравственные нормы профессиональной деятельности и внеслужебного поведения юристов. Представляется, что в основе решения этой проблемы должны учитываться некоторые принципиальные позиции. Все требования морали, присущей данному обществу, полностью, без каких-либо изъятий распространяются на представителей юридической профессии. Эти требования определяют все поведение юриста как в сфере служебной деятельности, так и в повседневной внеслужебной жизни. Судья, прокурор, следователь и вне выполнения должностных функций остаются судьей, прокурором, следователем. Принятый в 2004 году Кодекс судейской этики Российской Федерации вполне определенно распространяет требования этики судьи и на его непрофессиональную деятельность. Специфика профессиональной деятельности судьи, прокурора, следователя, адвоката сопряжена с особыми нравственными ситуациями, которые обычно не встречаются в деятельности представителей других профессий, но обычны в сфере судопроизводства. Например, судья не вправе ни в какой* форме разглашать тайну совещания судей; адвокат, узнавший от подсудимого, что именно он совершил преступление в условиях, когда подзащитный на суде лживо настаивает на своей невиновности, не вправе выступить свидетелем против подсудимого и т. д. Следовательно, профессиональная этика юриста должна включать и специфические нравственные нормы, определяющие поведение людей этой профессии в свойственных только для нее ситуациях. Специфические нравственные правила, адресованные работникам юридической профессии, не могут противоречить общим для всех принципам и нормам морали. Они лишь дополняют и конкретизируют их применительно к условиям юридической деятельности. К работникам юридической профессии предъявляются повышенные моральные требования, что объясняется особым доверием к ним со стороны общества и ответственным характером выполняемых ими функций. Люди, решающие судьбы других, требующие от них соблюдения закона и морали, должны иметь на это не только формальное, служебное, но и моральное право. В литературе, посвященной проблемам этики работников юридической профессии, нет единства терминологии. Можно встретить следующие термины: этика представителей права, профессиональная этика юриста, юридическая этика, правовая этика, судебная этика. Ряд авторов пишут о следственной этике, экспертной этике, адвокатской этике. Обычно под юридической этикой понимается как сам свод нравственных требований, которые распространяются на работников юридической профессии, так и соответствующая отрасль знания, наука, изучающая эти правила. В принципе, не может быть возражений и против конкретизации этических требований применительно к определенной юридической специальности в рамках единой правовой профессии (этика судьи, прокурора, следователя, адвоката). Таким образом, юридическая этика — это вид профессиональной этики, представляющий собой совокупность правил поведения работников юридической профессии, обеспечивающих нравственный характер их трудовой деятельности и внеслужебного поведения, а также научная дисциплина, изучающая специфику реализации требований морали в этой области. Профессиональную этику юриста можно назвать нравственным кодексом юристов различных специальностей. В пределах единой юридической профессии существуют специальности: судья, прокурор, адвокат, следователь, юрисконсульт, арбитр, нотариус; сотрудники органов внутренних дел, сотрудники органов контрразведки, выполняющие правоприменительные функции; работники органов Министерства юстиции, судебные приставы, научные работники — правоведы, преподаватели правовых дисциплин и др.

---

Профессиональная этика юриста представляет собой совокупность нравственных представлений и установок, находящих своё проявление в поведении представителей определённой социальной группы общества – юристов, обусловленных их принадлежностью к данной профессии. Причём, наряду с общими нормами моральных отношений в любой профессиональной деятельности, юридическая этика формулирует дополнительные требования и нормы, вытекающие из качественного своеобразия профессии юриста. В то же время вполне правомерно говорить отдельно об этике судьи, о прокурорской этике, следственной этике, этике адвоката. Наряду с этим существует и этика арбитра, юрисконсульта, нотариуса и т. д. Правда, для ряда юридических специальностей научная разработка их нравственных принципов находится лишь на начальной стадии, хотя они стихийно складываются и соблюдаются на основании единых для всех нравственных норм. Значение профессиональной этики юриста состоит в том, что она придает нравственный характер деятельности по осуществлению правосудия, выполнению прокурорских функций, следственной работе, а также и другим видам деятельности, осуществляемой юристами-профессионалами. Нравственные нормы наполняют правосудие и юридическую деятельность в целом гуманистическим содержанием. Профессиональная этика юриста, раскрывая и пропагандируя гуманные начала правоотношений, складывающихся в различных областях жизни, оказывает позитивное воздействие как на законодательство, так и на правоприменение. Профессиональная этика юриста способствует правильному формированию сознания, взглядов работников юридической профессии, ориентируя их на неукоснительное соблюдение нравственных норм, обеспечение подлинной справедливости, защиту прав, свобод, чести и достоинства людей, охрану собственной чести и репутации.

16. Соотношение целей и средств в профессиональной деятельности юриста.

Соотношение целей и средств морали - практическая проблема, которую каждый из нас должен решать применительно к сферам жизнедеятельности. В отношении этой проблемы, так же, как и природы морали, дискуссии с годами не утихают. Всем знакома ставшая широко известной негативная формула « Цель оправдывает средства», согласно которой утверждается, что для достижения благой цели могут быть использованы любые пути, способы, средства и формы, которые оказываются оправданными. Безусловно, данное высказывание является ошибочным, что так же подтверждено многими учеными и философами. Ведь цели не менее важны средств их достижения, следовательно, исходя из достигнутого результата, будут определяться необходимые и нравственно допустимые пути, формы.

Участники нравственных отношений, вступая в них и дей­ствуя соответствующим образом, так или иначе мотивируют свои поступки и поведение. Мотив является основанием поступка. Он представляет собой внутреннее побуждение к действию, заинтересованность в его совершении. Мотив реализуется в цели. Цель же — это желаемый результат предпринимаемого субъ­ектом действия или поступка. Участники уголовно-процессуальных отношений, действуя в пределах установленных зако­ном рамок, преследуют разные цели и, стремясь к их достиже­нию, используют разные средства.

---

Проблема соотношения цели и средства — одна из важ­нейших в этике. Она приобретает правовой аспект, едва мы кос­немся права и правоприменения. В узкой сфере уголовного про­цесса можно констатировать эволюцию в подходе к ее решению как в праве, так и в нравственном сознании. Если инквизицион­ный процесс был подчинен цели изобличить преступника во что бы то ни стало, чтобы затем жестоко его покарать "в нази­дание другим", то и средства, предназначенные для ее дости­жения, согласовывались с этой целью. Система доказательств "сосредоточилась на показаниях и прежде и главнее всего на собственном сознании и оговоре. Это сознание надо добыть во что бы то ни стало — не убеждением, так страхом, не страхом, так мукою. Средством для этого является пытка... Судья допы­тывается правды и считает за нее то, что слышит из запекших­ся от крика и страданий уст обвиняемого, которому жмут тис­ками голени и пальцы на руках, выворачивают суставы, жгут бока и подошвы, в которого вливают неимоверное количество воды. Этого нельзя делать всенародно — и суд уходит в подзе­мелье, в застенок" *, — так писал А. Ф. Кони о цели и средствах в средневековом уголовном процессе.

В современном уголовном процессе цивилизованного обще­ства проблема соотношения цели и средства решается на иных нравственных и правовых началах.

В этике отвергается принцип: "цель оправдывает средст­ва", мнение, что для достижения благих целей оправданны любые средства. На место этой антигуманной формулы выдвига­ются принципиальные положения о том, что цель определяет сред­ства, но не оправдывает их, что несоответствие цели применяе­мых для ее достижения средств искажает природу самой цели. Нравственно только то средство, которое необходимо и достаточ­но для достижения нравственной цели. Тезисы "цель определяет средства" и "средства определяют цель" взаимодополняются.

Цель, для достижения которой надо применять безнравст­венные средства,— безнравственная цель. Нравственно то сред­ство, которое необходимо и достаточно для достижения нравст­венной цели, которое не противоречит более высокой и высшей цели, не изменяет ее морального характера, пишет философ В. И. Бакштановский *.

При толковании положений действующего уголовно-процессуального закона (ст. 2 УПК) в процессуальной литературе обсуждался вопрос о соотношении целей уголовного процесса и его задач. Представляется, что нет достаточных оснований ка­ким-либо образом противопоставлять эти понятия, между ко­торыми нет резкого различия. В то же время можно считать, что цель — это то, к чему стремятся, чего хотят достигнуть, а задача — это то, что надо сделать для достижения цели *.

Цель уголовного процесса — это защита личности и обще­ства от преступных посягательств путем справедливого право­судия. Задачи же состоят в раскрытии преступлений, изобли­чении виновных, привлечении их к справедливой ответствен­ности, восстановлении нарушенных преступлением прав.

---

П. С. Элькинд, исследовав виды целей в уголовном процес­се, различала цели перспективные и ближайшие; цели всего уголовного процесса и отдельных стадий; цели всей уголовно-процессуальной деятельности и цели функциональные. Она выделяла цели официальные и неофициальные и отмечала, что "неофициальные цели могут быть результатом как безразлич­ного отношения субъекта к целям судопроизводства..., так и явно отрицательного отношения к таким целям" *.

Классификация целей в уголовном процессе представляет интерес с нравственных позиций. При этом для судебной этики особенно важно рассмотрение соотношения официальных це­лей, определяемых законом или из него выводимых, и неофициальных, то есть тех, которые определяют поведение субъек­тов уголовного процесса в реальной жизни в зависимости от мотивов, которыми те руководствуются на самом деле. Так, за­кон определяет компетенцию судьи, прокурора, следователя, органов дознания, обязанности экспертов, свидетелей и т. д. Но на практике приходится сталкиваться с преступлениями про­тив правосудия, сокрытием преступлений, прекращением уго­ловных дел по надуманным основаниям, уклонением от свидетельствования на следствии и в суде, фальсификацией доказа­тельств и т. п.

Цели же подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего вряд ли вообще можно отрегулировать законодательно. Мотивы, ко­торыми руководствуется каждый из них в каждом конкретном случае, никто заранее определить не может.

Что касается средств в уголовном процессе, то, по мнению П. С. Элькинд, они должны быть дозволены законом; быть этич­ными; быть подлинно научными; быть максимально эффектив­ными; быть экономичными.

Этичность, нравственность целей для работников суда и правоохранительных органов и соответственно избираемых ими средств для их достижения может быть обеспечена при опре­деленных условиях. К ним, в частности, относится научно обос­нованное, четкое формулирование целей в уголовном процессе. Отступление от этого требования влечет за собой негативные последствия. Так, характеристика суда как органа борьбы с преступностью, несущего якобы ответственность за состояние преступности, а не как органа правосудия, означает возложе­ние на суд обвинительных функций.

Требование обеспечить 100-процентное раскрытие всех со­вершенных преступлений, которое не удалось реализовать ни в одной стране, порождало сокрытие преступлений, фальсифи­кацию отчетности и криминальной статистики и другие нега­тивные последствия.

Законодательство и организационно-правовые меры долж­ны создавать условия для постановки только общественно по­лезных нравственных целей и использования соответствующих средств правоприменителями. Этому служат ограждение неза­висимости судей, работников правоохранительных органов, под­нятие престижа их профессии, создание благоприятных мате­риальных условий, отвечающих социальной роли и трудностям деятельности.

---

Правовое регулирование и организация практической дея­тельности должны создавать гарантии, стимулирующие совпадение официальных и неофициальных целей субъектов уголов­ного процесса. К примеру, критерии оценки деятельности след­ственного аппарата "по проценту раскрываемости", независимо от характера и сложности дела, уже сами по себе могут поро­дить такое несовпадение. Существовавшая до недавнего време­ни обязанность близких родственников обвиняемого под угро­зой уголовной ответственности выступать в роли свидетелей обвинения побуждала искать выход в даче неправдивых пока­заний.

Несовпадение официальных и неофициальных целей мо­жет быть обусловлено несовершенством законодательства, ко­гда сама норма закона противоречит представлениям о спра­ведливости, нравственных ценностях, отстает от требований жизни. В этих ситуациях правоприменителям приходится или применять закон формально, или прибегать к различным фор­мам обхода закона, а гражданам, чьи права и интересы так или иначе затрагивает уголовное дело, нарушать свои обязанности, определенные законом. Выход следует искать в максимальном учете нравственных требований при разработке правовых норм, в оперативном их изменении в соответствии с происходящими в обществе процессами, а также в широком внедрении суда присяжных с его правом поступать по справедливости.

Средства, применяемые субъектами уголовного процесса, должны соответствовать его целям, этическим нормам, быть законными. При этом, независимо от своих целей, никто из уча­ствующих в деле лиц не вправе прибегать к средствам, не раз­решенным законом. Что касается обвиняемого и подозреваемо­го, то от них нельзя требовать совпадения целей, к которым они стремятся, с официальными целями, которым подчинен уголов­ный процесс. Но аморальные средства, которые могут быть ими использованы, все равно останутся аморальными. Судья, следо­ватель, прокурор, защитник обязаны правильно определять цели своей деятельности, которые не должны противоречить закону и нравственности, и применять для их достижения лишь нрав­ственно дозволенные

17.Социальный характер моральных норм.

Как вид социальных норм моральные установления характеризуются общими родовыми признаками и являются правилами поведения, определяющими отношение человека к человеку. Если действия человека не касаются других людей, его поведение с социальной точки зрения безразлично. Поэтому не все ученые считают нормы нравственности явлением исключительно социальным.
Со времен Канта существует убеждение, что сфера нравственности охватывает сугубо внутренний мир человека, поэтому оценить поступок как нравственный или безнравственный можно лишь по отношению к лицу, которое его совершило. Человек как бы извлекает из себя нормы своего поведения, в себе, в глубине своей «души», дает оценку своим действиям. С данной точки зрения, человек, взятый отдельно, вне его отношений к другим людям, может руководствоваться нравственными правилами.
Существует и компромиссная позиция в оценке нравственного регулирования. Согласно ей нормы морали имеют двоякую природу: одни имеют в виду самого индивида, другие - отношение индивида к обществу. Отсюда деление этики на индивидуальную и социальную.
Наиболее распространенным и аргументированным является представление об абсолютно социальном характере норм морали и отсутствии в них какого-либо индивидуального фактора. Шершеневич, например, считал, что нравственность представляет не требования человека к самому себе, а требования общества к человеку. Не человек определяет, как он должен относиться к другим, а общество устанавливает, как один человек должен относиться к другому человеку. Не отдельный индивид оценивает свое поведение как хорошее или плохое, а общество. Оно может признать поступок нравственно хорошим, хотя он не хорош для индивида, и оно может считать поступок недостойным с нравственной стороны, хотя он вполне одобряем с индивидуальной точки зрения.
Существует точка зрения, что нравственные законы заложены в самой природе человека. Внешне они проявляются в зависимости от той или иной жизненной ситуации, в которой оказывается индивид. Другие же категорически утверждают, что нормы нравственности - это требования, обращенные к человеку извне.
Видимо, нет оснований проводить водораздел между индивидуальным и социальным характером нравственных требований, поскольку в них органически переплетаются элементы того и другого. Ясно одно, что любая социальная норма имеет общий характер, и в этом смысле она адресуется не к конкретному индивиду, а ко всем или к большой группе индивидов. Моральные нормы регулируют не «внутренний» мир человека, а отношения между людьми. Однако не следует упускать из виду индивидуальные аспекты нравственных требований. В конечном счете их реализация зависит от нравственной зрелости человека, прочности его моральных воззрений, социальной ориентированности его индивидуальных интересов. И здесь первостепенную роль играют такие индивидуализированные моральные категории, как совесть, долг, которые направляют поведение человека в русло социальной нравственности. Внутреннее убеждение индивида в нравственности или безнравственности своего поступка в значительной мере определяет и его социальную значимость.

---

Смотрите также файлы

• Отчет об обосновании закупки у ед.поставщика.docx

• культуролгия миф.docx

• Teply_Khleb_Paustovsky.docx

• Russky_yazyk_i_kultura_rechi.docx

• Otvety_k_ekzamenu_po_tamozhennomu_pravu.docx