Файл: Одаренные дети: проблемы, поиски, пути воспитания и обучения (Кто такие «одаренные дети»?).pdf
Добавлен: 28.03.2023
Просмотров: 397
Скачиваний: 2
Стратегия обогащения
Стратегия обогащения в обучении выдающихся пo своим способностям детей появилась как прогрессивная альтернатива ускорению, которое начали практиковать несколько раньше. Передовые педагоги были озабочены развитием ребенка как целостной личности и поэтому считали, что обогащение, без установки на ускорение как на самоцель, дает ребенку возможность созревать эмоционально в среде сверстников, одновременно развивая своп интеллектуальные способности на соответствующем уровне. Такое представление об обогащении сохраняется у большинства современных специалистов.
Горизонтальное и «вертикальное» обогащение
В некоторых случаях обогащение дифференцируют на «горизонтальное» и «вертикальное». Вертикальное обогащение предполагает более быстрое продвижение к высшим познавательным уровням в области избранного предмета, и поэтому его иногда называют ускорением. Горизонтальное обогащение направлено на расширение изучаемой области знаний. Одаренный ребенок не продвигается быстрее, а получает дополнительный материал к традиционным курсам, большие возможности развития мышления, креативности, умении работать самостоятельно.
Стратегия обогащения включает несколько направлений: расширение кругозора, знаний об окружающем мире и самопознания, углубление этих знаний и развитие инструментария получения знаний.
Миникурсы, кружки, факультативы
Программы обогащения, ориентированные на дополнительный материал и более сложное содержание, направлены на увеличение знаний в конкретной области и на развитие умственных операций. Примерами таких программ являются учебные миникурсы но темам, проблемам или отдельным навыкам. Тематические миникурсы выводят учащихся за рамки стандартных учебных предметов, предлагая такие области знания, как антропология, мифология, голография.
Еще одна эффективная организационная форма — интенсивные зимние и летние программы, которые отличаются стилем, целями и методами обучения от традиционных занятий в школе. Биографические исследования, ретроспективные опросы показывают, что даже одноразовое участие в хорошо организованной такой программе может оказать сильнейшее влияние на последующую жизнь особо восприимчивого ребенка.
Летние и зимние программы имеют разнообразные цели, задачи, содержание, могут быть предназначены как для строго определенного возраста, так и для разновозрастной аудитории. Выделяется три типа таких программ.
Первый тип ориентирован на расширение кругозора. Сюда входят культурная программа (музеи, выставки, заповедники, исторические достопримечательности), знакомство с другими культурными традициями и образом жизни. Такого рода программы особенно важны для детей из сельской местности, но не помешают и учащимся из самых больших городов.
Второй тип программ нацелен на самопознание, на открытие в себе новых интересов, способностей и их граней. У одаренных детей довольно часто происходит раннее выделение сферы интересов и усиленное развитие только этого интереса и соответствующих способностей. В результате формируется ограниченный взгляд на самого себя. Другой вариант: если на протяжении учебного года идет интенсивная работа по какому-то одному направлению, то может возникнуть чувство неудовлетворенности, что какая-то из склонностей остается без применения. Наконец, может быть случай, когда предпочтения вообще еще не проявились. Летняя программа с набором разных по типу и содержанию занятий (компьютеры и танцы, экология и керамика, риторика и рисование) помогает лучше узнать себя, свои интересы, способности. Один из принципов такой программы — обязательные занятия по всем предметам на протяжении определенного времени, а затем возможность выбрать что-то для более глубокого изучения.
Нелегко быть одаренным
Еще до школы
Кому из родителей не хотелось бы, чтобы их ребенок оказался одаренным, вырос умным, способным?
Многие родители замечают у своих малышей незаурядные умственные достоинства: познавательные интересы, остроумие, прямо-таки взрослость некоторых их суждений. И при этом каждый раз отмечают ту самую повышенную умственную активность, о которой не раз шла речь выше. У всех детей имеются предпосылки быстро развивающихся способностей и творческая жилка, но все же большие индивидуальные различия в этом отношении несомненны.
Казалось бы, ребенку, опережающему сверстников по уровню интеллекта, блещущему умственными способностями, уготовано более счастливое, чем у других, детство, ему будет особенно легко учиться. В действительности же не так. У детей с ранним умственным расцветом возникают свои специфические сложности в семье и в школе, свои драмы возрастного развития.
Очень многое зависит от того, как поведут себя родители и другие старшие члены семьи, когда обнаружится необычность ребенка. Какой будет реакция на то, например, что он гораздо раньше других начинает говорить и очень быстро осваивает алфавит и самостоятельно начинает читать; или с легкостью схватывает представление о числах, правила арифметических действий, тянется к решению все более сложных примеров; или придумывает новые игры, что-нибудь изобретает; или одинаково быстро продвигается в самых разных направлениях, обнаруживая удивительный теми общего развития?
В отношении к незаурядным детям можно встретить две крайности. Одна — игнорировать, а то и подавлять необычно высокий уровень познавательной и творческой активности. Другая — искусственно ускорять развитие, предъявлять чрезмерные требования. Трудно сказать, какая из этих крайностей встречается чаще.
В школе
Дети интересующей нас категории, как и все другие, с не меньшим, а то и с большим, чем другие дошкольники, нетерпением ожидают поступления в школу, стремясь стать учениками. Но вскоре после начала занятий обнаруживается, что, увы, опасения были не напрасными, что необычайность умственных возможностей ребенка становится проблемой не только для семьи, но и для учителей. Трудности действительно возникают. Таких детей поджидают отнюдь не только радости учения, но и разочарования, и конфликты.
Именно им, наиболее любознательным, часто становится скучно в классе. Уже умеющим читать и считать, им приходится пребывать в безделье, пока другие осваивают азбуку и начальную арифметику. Конечно, очень многое зависит от того, как ведется преподавание.
Большинству учителей просто некогда заботиться об одаренном ребенке, а иногда им даже мешают ученики с поражающими познаниями, с не всегда понятной умственной активностью. Бывает и так, что педагог поначалу собирается давать явно выдающемуся ученику более сложные задания, уделять ему специальное внимание, но потом такие намерения (а то и обещания родителям) забываются, не выполняются.
Трудности могут начаться с того, что ребенок, опережающий сверстников, склонен постоянно привлекать к себе внимание. Стремительное выполнение заданий, готовность правильно ответить на вопрос учителя — для него желанная умственная игра, состязание, и он раньше других тянет руку, радостный, предвкушая одобрение. При этом ему мало того, что удается узнать и сделать на уроке. Можно, чтобы удовлетворить его познавательную потребность, давать ему решать задачи вперед, позволить приносить с собой книги, разрешить читать их на уроках. Но это через какое-то время надоедает и учителю, и другим ученикам, и ему самому.
Часто в начальных классах наиболее развитого ученика почти перестают спрашивать, как бы не замечая его готовности к ответу. Если он все же настойчиво пытается что-нибудь сказать пли спросить, учитель начинает упрекать его за то, что он «всегда тянет руку», что он «выскочка». В результате ребенок становится все менее активным на уроке, переключается на что-нибудь постороннее, но и при этом ему не миновать недовольства, а то и раздражения педагога: почему отвлекается, не интересуется ходом занятия, уж не слишком ли он о себе возомнил?
Наиболее способные дети нуждаются в нагрузке, которая была бы под стать их умственным силам, но наша средняя школа, кроме «средней» программы, чаще всего ничего им предложить не может.
У ребенка с ранним умственным расцветом возникают специфические трудности и во взаимоотношениях с соучениками. Нередко одноклассники, особенно к началу подросткового возраста, активно отторгают от себя такого ученика, дают ему обидные прозвища. Это приводит к тому, что одаренный ребенок начинает стремиться быть «как все» — избегает обнаруживать себя самым знающим или, тем более, самым старательным. Не только потому, что некоторые соученики агрессивны, но и потому, что ему самому хочется быть вместе с другими, в компаниях. Немало дополнительных переживаний выпадает на долю такого ребенка, если ему почему-либо не даются физкультура, занятия по труду. Слабости « в этом отношении могут быть и у других ребят, но у них они не привлекают к себе такого внимания, как у ученика, выделяющегося своим интеллектом. Его физическая неумелость, робость становятся поводом для насмешек, издевательств. Трения с соучениками бывают связаны и с предпочитаемыми играми: юные интеллектуалы тянутся к различным словесным играм, к шахматам в те годы, когда их сверстники увлекаются подвижными и азартными играми.
Чрезвычайно трудно оценить действительное значение проявляемых в детстве признаков одаренности. Достижения ребенка не являются прямым и достаточным показателем его будущего потенциала: нельзя закрывать глаза на то, что признаки одаренности, проявляемые в детские годы, и при самых благоприятных, казалось бы, условиях могут оказаться чем-то временным, преходящим.
Возрастное умственное развитие (разумеется, в социальной среде, под воздействием обучения и воспитания в самом широком значении этих слов) не означает просто увеличение, обогащение интеллекта ребенка (как если бы он был «устроен» так же, как и в годы зрелости, но только не достиг еще полной величины). С годами у ребенка происходит не одно лишь возрастание и усиление более ранних свойств, но и их преобразование, установление новых свойств.
Отношение к незаурядным детям должно учитывать и то обнадеживающее, и то разочаровывающее, что с ними связано. Ранние проявления необычных возможностей не могут оставлять равнодушными родителей, педагогов — ведь они могут указывать на ростки подлинной одаренности.
К сожалению, иногда слишком легко и поспешно, опираясь лишь на некоторые формальные показатели, относят ребенка к категории одаренных или, наоборот, исключают из этой категории. Нельзя забывать об условности этого термина, не следует слишком часто и категорично его применять.
Проблема одаренности представляет собой комплексную проблему, в которой пересекаются интересы разных научных дисциплин. Проблемы выявления, обучения и развития практически полностью ложатся на плечи педагогов. Работа педагога с одаренными детьми — это сложный и не прекращающийся процесс, во время которого формируется личность ребёнка. В работе с одаренными детьми важен личностный рост самих учителей и их педагогическая активность.
К способным детям с трудом применимы фронтальные методы обучения, рассчитанные на массовость. Обычной реакцией бывает эпатаж или обречённость. Этот ребёнок тонко чувствует свою особость, он подспудно требует дать ему крылья. Ему как воздух нужна нагрузка, без неё его способности просто не разовьются. К тому же самолюбие не позволяет ему быть «как все». Предпочтительная форма работы с такими детьми — индивидуальная. А если говорить об эффективной работе, то индивидуальная форма, пожалуй, окажется единственной. От этого не уйти. Даже в небольшой группе таких же продвинутых детей, ребёнок не всегда уживается, властно требуя внимания только к себе. При этом воспитательные увещевания не проходят до сердца, оставаясь на поверхностном уровне. Но помня о том, что имеешь дело не с обычными людьми, приходится учитывать эти особенности характера. Ведь ни Пушкин, ни Достоевский, ни Королёв, ни многие другие не обладали «золотым» характером, однако это не умаляет их заслуг ни перед Родиной, ни перед человечеством.
Итак, почему предпочтительной формой для работы с одарёнными детьми является индивидуальная. Начнём с того, что такой подход в наибольшей степени учитывает индивидуальные особенности ученика. Никакой другой подход не делает это с такой полнотой. Это первое. Второе — при таком подходе ученик имеет возможность сам определять темп и глубину усвоения материала. Более того, широта охвата материала тоже определяется им. Таким образом, в связке “учитель—ученик” учитель, как ни парадоксально, становится в какой-то степени ведомым. Не он уже определяет скорость обучения, и не он определяет, какую тему выбрать и как глубоко в неё влезть. Это всё делает сам ученик. Разумеется, подспудно. Он может не осознавать, и даже не догадываться об этом. А вот определение взаимодействия между учителем и учеником, естественно, остаётся за учителем. При этом при понижении “внешнего” статуса учителя — он ведь уже не ведущий — значительно возрастает “внутренний” статус учителя — теперь он должен обладать таким арсеналом знаний, чтобы удовлетворить любую потребность ученика и на любую глубину. Он должен предоставить ученику максимально возможный “сервис”. Можно ли сказать, что учитель оказывается в роли интеллектуальной прислуги по принципу “чего изволите”? Нет, конечно. Вся загвоздка в том, что продвинутый ученик, будучи личностью, — а все они, как правило, ярко выраженные личности, — прекрасно чувствуя, что ему нужно, не может это ясно понять, то есть не может перевести это на уровень сознания. Всё только на уровне предчувствования. Вот тут-то и необходима помощь учителя. Именно учитель должен понять, что нужно ученику, до чего он созрел, и что ему необходимо именно сейчас. Он это должен просто предугадать. Понятно, что требования к учителю при этом возрастают. Несмотря на трудности, работа эта, тем не менее, благодарная. Ибо знания, при таком подходе, вливаются в ученика легко, без трения, и именно столько, сколько он их может воспринять. Он ведь сам нуждается в этих знаниях, и может получить их быстро. А неспешное академичное течение программы ему может показаться скучным.