Файл: Пять наследников, несущих в себе печать древней силы и огромной ответственности.docx

Глава 33. Твоя молитва слышна

Юлиан глубоко вдохнул, словно решаясь. Гвен сразу поняла, что происходит. Ее тонкие пальцы на мгновение сжали его рукав, а потом отпустили. Старший собирался сделать то, о чем они договорились уже очень давно.— Круг не справляется со своей задачей, — твердым голосом произнес Юлиан. Он подошел к Идрису и опустился перед ним на колени. — Мы признаем вину и просим расторгнуть Договор. Пять семей недостойны оставаться хранителями дня Сопряжения. Идрис, на которого не отрываясь смотрел Барлоу, едва заметно улыбнулся.Близнецы стояли чуть в стороне, независимо скрестив руки на груди, словно отзеркаливая позу друг друга. Вероятно, им хотелось сказать или сделать какую-нибудь гадость, но прямой запрет Старшей Богини все же сдерживал их, заставляя держать норов в узде.— Я услышал вас, — неторопливо произнес Идрис. — Круг необходим и должен продолжить свое существование, но... — в чуждых радужных глазах Альва отразилось что-то, похожее на смешинки, — на мой взгляд, Старшим семьям смертельно скучно. Мне не под силу исправить человеческую природу, но я вполне могу подыскать Кругу достойное занятие. Отныне дар Первенца может проснуться в любом ребенке, в любом городе отсюда и до Северного моря. Скучать не придется, — неожиданно закончил он. — Найти и воспитать пять одаренных, замкнуть новый Круг... Вам и вашим потомкам будет чем заняться.Представители старших семей в замешательстве переваривали полученную информацию. — У вас ведь так принято?...— У вас ведь так принято? — поинтересовался Идрис. Кивнув, глава Круга крепко пожал протянутую руку и в тот же самый момент глаза его вспыхнули удивительным фиолетовым цветом.Идрис протянул руку Юлиану. Кривовато улыбнувшись, Барлоу скрепил новый Договор рукопожатием точно так же, как и двести лет назад.*** — Что вам нужно от моего сына?— Моего сына, — напомнил дух Огня.— Ну уж нет, — Валентин Фицджеральд Гатри-Эванс независимо скрестил руки на груди.— Ты полегче, — Мартин Вейсмонт дернул его за рукав, обеспокоенно поглядывая на Альва. — Ты хоть помнишь, с кем разговариваешь?— Был бы счастлив забыть, — огрызнулся предельно сдержанный и воспитанный Валентин.

---

— Твое желание защищать чужое дитя, делает тебе честь, смертный, — неожиданно сообщил Альв. — А что с женщиной, призвавшей меня? Я больше не ощущаю ее присутствие в этом мире.— Ванесса… умерла. В бою, как и положено защитнику дня Сопряжения, — неохотно ответил Валентин.— Милостивая Фрейя, владелица палат Сессрумнир, кошек и ожерелья Брисингов, богиня ванов, дочерь Ньёрда, сестра Фрейра, жена Ода, матерь Хносс позаботится о ней. Я вижу твою боль, смертный. И твою злость. Ответь мне, если чувства твои правдивы, по какой причине твоя женщина призвала на Брачное Ложе меня?— Она хотела защитить Круг. Потомки Старших семей сошли с пути, что был уготован им Богами. Они предали доверие Альвов и представляли угрозу даже для самих себя.— Ты не лжешь мне, смертный. Возрадуйся. Мое дитя не похоже на других — две стихии, заключенные в смертное тело, — торжественно произнес Альф. — Милостивый Фрейр, бог изобилия, сын Ньёрда, брат Фрейи, посылающий богатство, владыка Альфхейма, позволил мне забрать сына в свой мир. Величайшая честь для одной из пяти Старших семей.***Он уходил. Шаг за шагом Идрис приближался к полукруглому мосту, и когда он преодолел половину пути, Гвен не выдержала.— А что будет с Юлианом? — выкрикнула она ему в спину, подбегая к самой Воде.— А что он хочет? — голос Идриса звучал так, словно Альв стоит совсем рядом, хотя дух Воды даже не обернулся.Барлоу как-то неуверенно улыбнулся.— Я прожил восемь жизней, как кошка, девятую и последнюю я хочу провести с ней, — признался он, находя взглядом Гвен. В ее светлых глазах светилась надежда.— Милостивой Фрее, владелице палат Сессрумнир, кошек и ожерелья Брисингов, богине ванов, дочери Ньёрда, сестре Фрейра, жене Ода, матери Хносс, такое понравится, — согласился Идрис.Он продолжил медленно идти к мосту, ступая прямо по поверхности Воды.Близнецы шли чуть позади.Аттина окинула взглядом опустевший берег и водную гладь Этого Самого Озера и только сейчас сообразила, что видит всех, кроме Амира.***— Я не могу уйти с вами.Амир поднялся на стену незаметно, и теперь с подозрением разглядывал татуированную фигуру духа Огня.Альв повернул голову и глаза его полыхнули пламенем.— Твое место на Альфхейме, во дворце милостивого Фрейра, бога изобилия, сына Ньёрда, брата Фрейи, посылающего богатство владыки, не здесь.— Я не просил такого дара, — возразил Амир, — эта сила не делает меня счастливым.

---

— А что делает? Она?Амир обернулся.Запыхавшаяся Аттина держалась за остатки замковой стены, в попытке отдышаться. Слегка приотстав, из башни выбежал Райден, за ним — Гвен и Юлиан. Последней выскочила Джил, наспех одетая в мужскую рубашку, как в платье.— Что здесь происходит?! — воскликнула она.— Меня настойчиво приглашают на Альвхейм, — медленно ответил Амир, не сводя взгляда с духа Огня. — В гости к милостивому Фрейру.— И ты пойдешь?!— Нет.— Ты способен вписать свое имя в легенды Девяти миров. Впервы сын темного Альва, родившийся от потомка Пресветлого Альва, явил Девяти мирам возможность подобного союза.— Я хочу прожить обычную человеческую жизнь.— Ты пожалеешь, — сообщил дух Огня. — Пройдут годы, и ты начнешь сожалеть, что остался. — Только не говори, что он… этот… он и мама, — Джил стиснула кулаки, оказавшись не в силах закончить предложение.Альв скользнул по ней равнодушным взглядом.— Двое. Вот что держит тебя здесь. Я окажу тебе услугу. Они умрут быстро, и ты сможешь уйти. Печаль проходит. Через тысячу лет это уже не будет иметь никакого значения в сравнении с величием, что тебя ждет.— Не позволю, — в зрачках Амира полыхнуло пламя. — Ты их не тронешь.— Останови меня, — спокойно предложил дух Огня. — Сумеешь выжить, значит, ты достоин шанса, что тебе дарован.— Да он просто отец года, — хмыкнул Юлиан. — А я-то гадал, откуда у Старших семей такое наплевательское отношение к собственным детям. А это, оказывается, наследственное!Круг за его спиной подобрался. Сдаваться никто и не думал.— Идрис не такой… — тихо напомнила Аттина.— Идрис вернется на Альфхейм, лишенный сил, потерявший смысл своего существования. Не это ли демонстрирует, что он сделал неверный выбор? — поинтересовался дух Огня. Вокруг его фигуры ореолом расходилось пламя. Ему не надо было призывать Огонь, он и сам был им. — Мы, кажется, не поняли, — насмешливо встрял Райден. В моменты наивысшего напряжения у него всегда возникало желание общаться, — «отец года» хочет как лучше!— Ты не веришь своим словам, полукровка, — отметил Альв. Пламя вокруг него разрасталось. — Смеешь сомневаться в моих намерениях?

---

— Отвали от моего сына, свечка переросток! — внезапно влез в светскую беседу Валентин Гатри-Эванс. Подняв камень, он решительно швырнул его в Альва.Пламя вспыхнуло, превращая булыжник в ничто.— Щит! — выкрикнул Юлиан.Вода взмыла над стеной, укрывая их от Огня.— Силен, гад, — сквозь зубы процедил Барлоу. Под яростным натиском божества их защита истончалась с каждой секундой. — Валентин, ты вообще помнишь, кому именно хамишь?!— А это имеет значение? — Валентин пошатнулся и упал на колени. Пламя все же достало его. На коже, видной в прорехах тлеющей одежды, причудливыми цветами, распускались ожоги.— Отец! — взвизгнула Джил, бросаясь к нему.Амир коротко взглянул на них — и водную защиту оплела сеть из пламени.Аттина торопливо призвала дар, опускаясь на колени рядом с Валентином.— Ты серьезно это сделаешь?! — Джил гладила отца по волосам, словно не до конца осознавая, что именно делает. — Ты лишишься дара, если исцелишь человека!— А это имеет значение?... — эхом повторила Аттина. Вокруг ее пальцев заскользили тонкие искрящиеся ручейки.Мартин Вейсмонт оторвал взгляд от дочери и передвинулся поближе к Барлоу. Они уже успели немного сработаться в бою с Мирандой Коллингвуд. — Какие у нас шансы? — спросил у него Юлиан.— Лучше тебе не знать, — предельно честно ответил Мартин. На лице его вновь разошелся белый шрам, демонстрируя, что Видящий использует свой дар на пределе возможностей.Джил встала и решительно затянула потуже черно-белый хвост на затылке.— Я так просто не сдамся!Валентин, лежащий прямо на камнях, вздрогнул и застонал. До его затуманенного болью сознания постепенно доходил весь ужас, только что произошедшего с ним.Убедившись, что жизни его больше ничего не угрожает, Аттина подошла и положила ладони на руки Гвен и Райдена.В порыве внезапного вдохновения, случайно припомнив что-то подобное в книгах по целительству, она молила стихию смилостивиться всего лишь раз, оставить ей дар до тех пор, пока все не закончится, и близкие ее не будут в безопасности.И Вода откликнулась.Аттина восстанавливала магические силы Гвен и Райдена также, как прежде лечила повреждения тела. Юлиан и Амир неплохо держались сами.— Какой план?— Отступаем к лестнице! — крикнул Юлиан. — Сможем?Мартин кивнул.

---

Альв, плохо видный сквозь Воду и Огонь, продолжал неподвижно стоять на месте.Становилось все жарче.Защищающий их заслон исчезал на глазах. Щит рухнул, когда они уже стояли на пороге башни.— О нет…Джил, единственная, кто вообще еще не использовал Магию, вскинула руки, стараясь не думать, как смехотворно будут выглядеть ее попытки призвать Воду.Мощная волна хлынула бурным потоком, стремясь смести духа Огня со стены.Джил изумленно уставилась на свои руки. Круг казался обескураженным не меньше.Идрис шагнул на стену, между ними и духом Огня.Волна, что доставила его на стену, исчезла так же мгновенно, как и появилась.— Силой Договора между Пресветлыми Альвами и пятью Старшими семьями призываю тебя остановиться, — лицо Идриса было суровым, руки непреклонно скрещены на груди. — Иначе я буду вынужден напомнить тебе...Вместо ответа, дух Огня начал разрастаться, пламя обняло неподвижную фигуру Идриса и замерло, словно наткнувшись на стеклянную стену.Дух Воды медленно таял у них на глазах, но не позволил Огню продвинуться вперед даже на дюйм. Невидимая стена отделяла их от пламени, беснующегося по ту сторону.— Пресветлые Альвы всегда слишком много воображали на свой счет. Я буду рад увидеть, как один из них уползает прочь, наказанный собственной гордыней и беспечностью. Ты снова совершаешь ту же ошибку. Жертвуешь собой ради спасения тех, кто...— Каждая жизнь важна, — возразил Идрис. — Старшие Боги не просто так запретили вторгаться в Мидгард. Люди должны жить своей жизнью! Каждая судьба оставляет отпечаток на гобелене мироздания!— Не тронь его! Ты!...Круг, как по команде, обернулся к Озеру.Из глубины его вынырнул огромный зверь, рядом с которым водяная зверюшка Юлиана казалась карманной собачкой. На загривке, хищно пригнувшись, стояли юноша и девушка с длинными темными волосами.— Да у них точно какие-то комплексы, — уязвлено заметил Барлоу.— Маркус?! — изумилась Джил, наблюдая, как Альв прыгает к ней с баснословной высоты.— Да, вот как чувствовал, что придется задержаться, — огрызнулся юноша, приземляясь рядом с нечеловеческой грацией.Идрис все также сдерживал напор духа Огня, практически утратив человеческий облик. Теперь он куда больше напоминал себя прежнего: антропоморфную фигуру, сотканную из потоков Воды.

---