Файл: 10 kl PGP RB.doc

А в чём же интерес Украины?      Действительно, скатывание в «минус» во внешней торговле, на первый взгляд, не особо выгодно Украине как государству. Однако, как уже указывалось выше, в этой стране зачастую в конфликте государственных интересов и интересов определённых бизнес-групп побеждают последние. Кроме того, белорусское правительство достаточно неплохо научилось балансировать на конфликте интересов партнёров. Одна игра на оси Европа-Россия 2008-2010 гг. того  стоит. Поэтому, действуя в привычной среде, отечественные экономисты весьма успешно используют «перманентную войну» политико-финансовых кланов соседней страны. Другой аспект – исключительно финансовый и, возможно, заслуживающий отдельного рассмотрения. А именно «серые» схемы взаимной торговли. Для иллюстрации приведу сравнительную таблицу платёжных балансов Беларуси и Украины на основании данных Национальных банков обеих стран.

ГОД	БЕЛСТАТ (+НБ РБ)			У Украинский стат. Комитет (+ НБУ)			РАЗНИЦА (белорусские показатели - украинские
	экспорт	импорт	сальдо	экспорт	импорт	сальдо	экспорт	импорт	сальдо
2005	907800	893900	13900	939900	891100	48800	-32100	2800	-34900
2006	1234000	1223700	10300	1255100	1222700	32400	-21100	1000	-22100
2007	1469800	1534300	-64500	1445400	1561700	-116300	24400	-27400	51800
2008	2777900	2115100	662800	2809800	2105400	704400	-31900	9700	-41600
2009	1693100	1289400	403700	1692900	1259100	433800	200	30300	-30100
2010	2583100	1900600	682500	2567589	1899198	668390,6	15511,3	1401,9	14109,4

---

По идее, в случае взаимной торговли, платёжный баланс у двух органов статистики и национальных банков должен совпадать до нескольких тысяч долларов (возможная погрешность на разнице курсов – часть товаров продаётся за национальные валюты). Но, начиная с 2007 года размер «нестыковок» увеличивается до 40-42 млн. долларов ежегодно. Это – так называемые «серые»  схемы. И если объём подобных сделок в нефтяной отрасли сократился практически до нуля, то сохранение порядка «разницы расчётов» свидетельствует лишь только о росте «теневых схем» в других категориях товаров.       Тем не менее, можно констатировать, что Республика Беларусь в области экономического сотрудничества с Украиной достаточно цинично, но грамотно и эффективно использовала особенности украинской политики и экономики. Что, и нашло подтверждение в виде более чем полумиллиардной ежегодной прибыли.

Теперь о «братских странах». И, в частности, о таможенном союзе      Российская Федерация – один из основных торговых партнёров Республики Беларусь. Достаточно сказать, что экспорт в Россию от всего объёма внешней торговли Беларуси хоть и сокращается на протяжении последних лет, но всё равно не опускается ниже показателя  47%. Россия – монопольный поставщик природного газа и до недавнего времени нефтепродуктов. На долю минеральных продуктов (в первую очередь нефти и газа) приходится более 58% российского импорта. Причём за 2010 год этот показатель сократился на 6% (в 2009 – 65%)[17].      Более подробно информация дана в диаграмме 1 – структура экспорта и импорта товаров (отчёт Национального Банка Республики Беларусь) [18].      Стоит заметить, что Россия является одним из основных кредиторов Беларуси. А Российские инвестиции по своим объёмам достигают 70% от общего количества прямых иностранных инвестиций в белорусскую  экономику[19].       Тем не менее, выделить чисто экономические аспекты взаимодействия двух стран достаточно тяжело. Причина – активное участие Республики Беларусь в политических проектах и интеграционных процессах. Так, Беларусь и Россия создали так называемое «Союзное государство», взаимодействие в котором регулирует значительную часть, в том числе, и экономических вопросов. Аналогичная ситуация и с СНГ, и с  другими образованиями. В том числе, с так называемым «первым таможенном союзом», который в данный момент трансформировался в ЕврАзЭС (Еще в  1995 году руководители России, Беларуси, Казахстана, а чуть позже — Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана, подписали первый договор о создании Таможенного союза, который впоследствии трансформировался в ЕврАзЭС[20]).      Вся эта группа международных договоров достаточно полно регламентировала вопросы совместной торговли и, в том числе, таможенные режимы. Правда, не обходилось и без конфликтных ситуаций. Так, например, один из основных источников финансирования белорусской  экономики – переработка нефти. Начиная с 2001 года, Беларусь фактически не платила экспортные пошлины за поставляемую Россией нефть и, перерабатывая её, продавала нефтепродукты на рынках третьих стран. Упрощённый таможенный же режим между РФ и РБ действует, по крайней мере, с 2004 года.       Это позволяло Беларуси активно зарабатывать на функции страны - посредника как при экспорте, так и при импорте российских товаров. С другой стороны, данная ситуация на фоне благоприятных цен на нефть не особо беспокоила Кремль. «Покупка политической лояльности» - давний метод, применяемый ещё со времён Российской Империи. К слову, Минск также преуспел в развитии схемы «лозунги в обмен на нефть и деньги», выторговав для себя существенные скидки на углеводороды и получив относительно свободный выход для своих товаров на российский рынок.      Ситуация начала меняться в 2007 году, когда между Беларусью, Казахстаном и Россией были подписаны очередные соглашения о создании единой таможенной территории и формировании таможенного союза. Для Беларуси данный комплекс соглашений по началу воспринимался лишь как очередное подписание «интеграционных деклараций» с отдалённой перспективой реализации. Инициатор процесса – Российская Федерация, к слову, также не форсировала создание ТС. Причина банальна – взаимная торговля и без того достаточно неплохо регулировалась двусторонними договорами и соглашениями в рамках СНГ и ЕврАзЭС. А, учитывая «политизированность» торговли между РБ и РФ, для введения временных санкций применялись далеко не рыночные механизмы. Например, решение санитарных служб России о запретах импорта белорусских молочных продуктов, получившие название «молочные войны». Учитывая, что более 90% экспорта продуктов животноводства приходится как раз на Россию – это был чувствительный удар по белорусской экономике. Правительство РБ, в свою очередь, использовало тот же факт транзита.      Поэтому Таможенный союз имел все перспективы так и остаться соглашением на бумаге (как соглашения о единой валюте Беларуси и России 2001-2007 годов) или быть реализован через 5-10 лет. Имел бы, если бы не несколько факторов, которые можно условно разделить на внешние и внутренние (внутри бывшего СССР).

---

Внешние факторы:

• Мировой финансовый кризис, который достаточно сильно ударил, в том числе, и по российской экономике

• Активизация на этом фоне Китая в продвижении своих товаров на внешние рынки

• Уменьшение поступлений от экспорта углеводородов и попытка активного и самостоятельного выхода на внешние рынки таких стран - потенциальных экспортёров -  как Казахстан, Азербайджан и Туркменистан

• Активизация Беларусью, Казахстаном самостоятельных переговоров о вступлении в ВТО

Внутренние:

• Указанная выше активность стран, имеющих запасы нефти и газа на рынке стран-участниц СНГ. А также проработка вариантов экспорта через грузинскую территорию (что, впрочем, после войны августа 2008 г. стало нереальным). А также проработка Беларусью альтернативных путей доставки нефти в регион.

• Попытка выхода Беларуси из экономической сферы влияния РФ или, по крайней мере, уравновешивание российского капитала в экономике капиталом третьих стран (более подробно описано в «Русском вопросе» №3 за 2010 г.)

• Активизация Китая по выходу на рынки Беларуси и Казахстана и инвестирование в эти экономики, в том числе, с прицелом на дальнейший свободный выход на рынок Российской Федерации.

• Новая власть в Украине начала играть по апробированным Беларусью правилам «лозунги в обмен на нефть», и эта игра была выгодна Кремлю.

Реализация этих сценариев, как минимум, означала  бы ослабление влияния Российской Федерации на регионы Восточной Европы и Средней Азии. И , естественно, ухудшение  экономической ситуации внутри страны. Перед российским руководством встала довольно-таки сложная задача: в условиях нехватки финансовых ресурсов обеспечить расширение экономического и политического влияния на соседние страны. А также максимально воспрепятствовать Китаю в наращивании своего присутствия в экономиках постсоветских стран.       Задача мало выполнимая. Но как раз тут и вспомнили  соглашение  о таможенном союзе. И действительно, комплекс этих договоров в большей степени регулирует вопросы импорта из третьих стран и всего только повторяет положение других межгосударственных договоров в рамках СНГ, ЕврАзЭС, Союзного государства России и Беларуси. И именно по инициативе России проработка ТС приобрела динамику. Результат – уже на конец 2009 года были готовы и согласованы основные нормы взаимодействия государств внутри нового образования.       Как сообщает официальный сайт Таможенного Союза, целью его создания является «создание единой таможенной территории, в пределах которой не применяются таможенные пошлины и ограничения экономического характера, за исключением специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер»[21].       Согласно подписанным договорам решения, касающиеся таможенного союза, принимаются Комиссией Таможенного Союза, где Россия имеет 57%, а Беларусь и Казахстан по 21,5%[22]. При этом решения принимаются большинством в 2/3 голосов. То есть два государства - участника вполне могут вынудить третьего пойти на уступки. Исключение – попытки Беларуси и Казахстана солидарно выступить по той или иной позиции – суммы их голосов в 43% не хватит для принятия решения.       Учитывая только этот один пункт, Российская Федерация фактически усилила своё влияние на экономические процессы в Беларуси и Казахстане. Неудивительно, что следующими шагами в данном направлении стали проработка таможенных пошлин в отношении товаров из «третьих стран» и соглашения в области «определения страны происхождения товаров» и «меры нетарифного регулирования в отношении товаров третьих стран».       С учётом Таможенного Кодекса Таможенного союза и других договоров уже к концу 2010 года нормативная база союза была достаточно детально проработана. Вкратце принципы функционирования союза выглядят следующим образом:

---

1. На территории трёх стран действуют унифицированные таможенные и санитарные нормы в отношении большинства товаров

2. Товары по территории ТС перемещаются свободно без дополнительной таможенной очистки и/или оформления

3. В отношении товаров из третьих стран действует согласованный режим ввоза

4. Tаможенные пошлины, взимаемые при импорте/экспорте товаров, делятся между бюджетами государств, в соответствии с заключенными договорами (на сегодня Беларусь получает 4,7% от сумм таможенных пошлин)

5. Страны согласовывают режим определения страны происхождения товаров (в том числе это касается так называемой «досборки» или «отвёрточной сборки» товаров на территории ТС).

В результате Российская Федерация получила положительные результаты как минимум в нескольких областях. А именно:

• ВТО – в условиях неясности с процессом вступления России в эту организацию проблематичным выглядят и самостоятельные переговоры Беларуси и Казахстана в данной области: они самостоятельно не могут решить вопрос об изменении таможенного режима с той или иной страной-членом ВТО (43% голосов не хватает для принятия решения в рамках ТС).

• выход на внешние рынки нефти и нефтепродуктов – унификация пошлин и дополнительные соглашения в данной области делают практически невозможным самостоятельное (без учёта интересов РФ) принятие решений о торговле нефтепродуктами или сырой нефтью с третьими странами. Экспортные пошлины одинаковы для всех государств ТС.

• влияние Китая на рынок России и рынки стран СНГ. Соглашения о «происхождении товаров из третьих стран» делают практически невозможной «очистку» китайской продукции через «отверточную сборку» либо «приклеивание ярлыка «сделано в Беларуси/Казахстане». А создание полноценных производств – процесс долгосрочный и финансово ёмкий.

• увеличение влияния на Украину – согласованные правила внешней торговли делают практически невозможными попытки Украины получить более дешёвые энергоресурсы из того же Казахстана в обход России.

• увеличение зависимости белорусской  экономики от взаимной торговли с Российской Федерацией.

В чём же интерес Беларуси?       С одной стороны, упрощение таможенного оформления трёх стран в перспективе неизбежно приведёт к росту товарооборота. Однако это – вопрос 3-5 лет. Дополнительным плюсом для Беларуси может стать такой пункт как сборы за таможенное оформление, которые в отличие от таможенных пошлин идут в государственный бюджет страны, осуществляющей оформление.       Учитывая, что через Республику Беларусь идут значительные транспортные потоки в/из РФ (до 40% импорта и экспорта), на сборах бюджет страны может получать от $250 млн. до $455 млн. ежегодно.       С другой стороны, за счёт снижения таможенных пошлин на продукты животноводства и продукцию лёгкой промышленности, белорусские  товары будут вынуждены конкурировать на российском рынке с товарами третьих стран. Что, в принципе, может уменьшить прибыльность экспорта в РФ тех же молочных продуктов с 60%[23] до 40-45%.       Роста количества привлечённых иностранных инвестиций в страну также не стоит ожидать. По целому ряду экономических и политических факторов Россия и Казахстан находятся в значительно более выгодном положении.[24]       Таким образом, кардинальных изменений в экономической ситуации в Беларуси  после вступления в Таможенный Союз ждать не приходится. Потери на экспорте некоторых видов товаров в РФ и потери от пошлин на (подержанные) импортные автомобили компенсируются дополнительными доходами от таможенного оформления российских грузов.      А вот в политической плоскости Беларусь стала ещё более зависима от решений Кремля. Правда, после президентских выборов 2010 года и последовавших за этим событий, выбора у официального Минска, по большому счёту, не было.

---

Ответ: обеспеченность страны сырьем.

В принципе наш горнодобывающий комплекс обеспечивает по своим показателям внутренние потребности в руде. Мы экспортируем порядка 19 млн тонн железорудного сырья. Все связано со спецификой размещения горнодобывающих мощностей и металлургических. На Урале у нас сосредоточено порядка двух третьих металлургических мощностей, а на территории КМА (Курской магнитной аномалии) — две третьих горно-добвающих. В принципе все горнодобывающие предприятия входят в вертикально-интегрированные компании. Практически нет ни одного независимого ГОКа. Основные поставщики на внутренний рынок — Михаловский и Лебединский ГОКи.

Были проблемы у «Тулачермет» и у Магнитки. Магнитка традиционно брала 75-80% с Соколовско-Сарбайского предприятия, т. к. в Союзе они были построены друг под друга. Конечно, в свое время они должны были бы его приобретать. Для ММК увеличили производство Ковшорский,Оленегорский ГОКи. Они также получают сырье с Лебединского ГОКа.

Следует сказать, что с развитием китайского металлургического комплекса проявляется два фактора. С одной стороны, Китай выступает конкурентом для наших металлургов, они становятся экспортером металла. А для производителей железорудного сырья, Китай — это ранок сбыта. В этом году Китай импортирует порядка 250 млн тонн железной руды. Но у них в этом году только прирост выплавки стали составил 50 млн тонн, это сопоставимо с нашим годовым производством. Они, несомненно, сейчас определяют тенденцию развития мирового рынка.

У нас достаточно разведанных месторождений. У нас много месторождений со сложными гидрогеологическими условиями и глубоким залеганием сырья. Есть, например, Яковлевский рудник, который строится 30 лет. Он находится в сложных гидрогеологических условиях, там предусматривается расчистка экологического пространства. Но там богатые руды, с содержанием железа 67%. И мировых запасов там сосредоточено около 20% железных руд. Там десятки миллиардов тонн руды. Перспектива Яковлевского рудника — это производство металлизированных брикетов, как на Лебединском ГОКе. Но при этом сразу возникает такой вопрос, как получение газовых квот. Ежегодно составляется баланс газа по России, но он имеет только рекомендательный характер. А когда распределяются уже лимиты по области, то тут и возникают проблемы, поскольку производственные лимиты отпускаются на 50%, а остальное надо покупать на свободном рынке. То есть имеются про­блемы с энергообеспечением и долгосрочными тарифами. Конечно, надо и строить заводы в соответствии с энергетическими мощностями в регионе и предусматривать плавающие тарифы в зависимости от цены на металл. Короче, есть проблемы, требующие решения с РАО ЕЭС иГазпромом. Ведь металлургическое строительство достаточно длительное по времени и отсутствие долгосрочных энергетических и железнодорожных тарифов затрудняет получение кредитов и затрудняет само строительство или модернизацию.

---