Файл: Органы нотариального сообщества: федеральная нотариальная палата, нотариальная палата субъектов РФ (Понятие нотариата в Российской Федерации ).pdf
Добавлен: 30.03.2023
Просмотров: 163
Скачиваний: 2
Развитие договорных отношений, усложнение порядка заключения договоров нашли свое отражение в положениях Судебника Ивана III (1497 год) и Ивана IV (1550 год), содержащих сведения о существовании специальных лиц, составляющих и оформляющих сделки. В числе таковых судебник 1550 года определяет пятенщика, целовальника и дьяка. Такой состав лиц требовался не всегда, а лишь при заключении сделки о приобретении лошади: пятенщик был призван «пятнить» (то есть клеймить животное), а целовальникам и дьякам надлежало записать в специальных книгах образцы такого клеймения.
XVI век стал периодом формирования организационной основы нотариата – специальной группы составителей письменных актов, упоминаемых в исторических источниках, таких как писчики, площадные писчики, площадные дьячки и др. Позже эта группа стала единым сословием так называемых «площадных подьячих». Наиболее ранним упоминанием о существовании таких подьячих стали записи судебного разбирательства 1546 года. Новое сословие представляло собой корпорацию профессиональных писцов, участвующих в оформлении гражданских сделок в интересах лиц, обращавшихся за составлением документов. Не состоя на государственной службе, площадные подьячие жалования не получали, а вознаграждением за их работу становилась оплата обращавшихся к ним лиц (так называемая «писчее» или «магарыч»).
Становление и развитие института площадных подьячих происходило под номинальным контролем государства, а формирование первых нотариальных органов и процедура совершения нотариальных действий определялись в отдельных указах царя. Организационной формой названного института стали артели со взаимной круговой порукой, контролируемые старостами.
Со второй половины XVI века в Московском государстве особое место в «нотариальной» системе страны стали занимать подьячие Ивановской площади. Пройдя строгий отбор в число этих подьячих (челобитная на имя царя и поручительное письмо от выборного старосты рассматривались на высшем уровне), претендент начинал осуществлять свою деятельность под общим надзором специального органа и непосредственным контролем выборного старосты. В качестве главной цели надзора за лицами, удостоверяющими акты, было определено пресечение фактов подлогов и недоимок пошлин[16].
Наряду с артелью подьячих Ивановской площади в Москве в указанный период существовали и другие «большие и мелкие площади». Основным критерием, отличающим эти объединения, являлась широта полномочий: одни площадные организации (например, Ивановская площадь) обладали правом совершения актов по всем возможным сделкам, а другие (например, площадь при Посольском приказе) обладали правом оформления весьма ограниченного круга сделок[17].
По мнению ряда современных исследователей, сословие площадных подьячих представляет собой квазинотариальное учреждение, «зародыш того органа публичной деятельности», превратившийся впоследствии в форму нотариата[18]. При этом, как отмечают ученые, в названном процессе ведущая роль принадлежала православной церкви. Именно в ее ведении находились практически все семейные дела, в том числе вопросы наследования, опеки, утверждения духовных грамот и пр. Церковь имела соответствующий аппарат, в который входили владычные и тысяцкие наместники, а при епископе находились священники и дьяконы, в обязанности которых включалось делопроизводство, хранение книг и грамот.
Рассматривая вопрос о причинах возникновения квазинотариальных учреждений в эпоху русского средневековья, ученые сходятся во мнении о том, что низкий уровень грамотности и повышение спроса на юридические услуги предопределили возникновение зачаточных нотариальных функций, сосредоточенных в руках дьяков и подьячих как наиболее образованных людей[19].
Второй период эволюции российского нотариата ограничен хронологическими рамками 1649-1866 годов. Начальная дата этого периода связана с принятием Соборного уложения царя Алексея Михайловича. Соборное уложение 1649 года внесло принципиальные изменения в общий ход развития истории российского нотариата. Согласно нормам этого документа заключение сделок подвергалось особому регламентированию: теперь сделки могли быть совершены только при участии площадных подьячих с последующим составлением ими справки, регистрации на ее основании в поместном приказе и «прикладыванием» государственной печати в Печатном приказе. «На дому» возможно было составление лишь нескольких видов договоров: духовные завещания, о займе денег и хлеба, а также «сговорные свадебные записи».
Соборное уложение не предусматривало создание специального нотариального органа. Вместе с тем оно закрепляло разделение функций органов, совершающих сделку, и органов, ее регистрирующих.
Второй этап эволюции российского нотариата включал и преобразования конца XVII века. В это время Петром I был предпринят ряд мер по установлению строгих форм актов, закрепляющих различные сделки. Так, Указом от 9 декабря 1699 года предписывалось, что процедура составления документов, сопровождающих заключение сделки, не может быть начата без предварительного уведомления приказных судей. Особым условием становилось наличие свидетелей при оформлении договоренности.
В последующих указах царя (1701, 1705 годы) наблюдалась попытка государственной власти дальнейшего регламентирования порядка записи крепостей или крепостных актов, то есть любых сделок, внесенных в книгу крепостных дел, аналог современного нотариального удостоверения, либо регистрация прав собственности в Русском царстве и в Российской империи до 1866 года. Законодательно крепостные акты были оформлены в Соборном уложении 1649 года. В начале XVIII века все акты о сделках с недвижимостью в России делились на несколько видов, отличающихся особыми правилами записи и внесения в приказы[20].
Наряду с отмечаемым процессом формализации документооборота в нотариальной деятельности по инициативе Петра I была начата деятельность по огосударствлению порядка совершения «крепостных дел» и иных актов. Уже в 1699 году полномочия площадных подьячих были переданы в Поместный приказ столицы. Однако почти сразу стало очевидно, что упразднение института площадных подьячих – мера преждевременная: низкий уровень профессионализма приказных подьячих породил волокиту, несоответствие записи и оформления крепостей установленным правилам, взяточничество и пр. Для ликвидации нежелательных последствий реформы деятельность площадных подьячих, переименованных в «подьячие крепостных дел», была восстановлена и регулировалась именным указом царя от 1701 года «Об обряде совершения всякого рода крепостных актов». Этим же указом полномочия подьячих крепостных дел были переданы в ведение Оружейной палаты, несколькими годами позже, в 1706 году, – в ведение Московской ратуши, а с 1719 года – Юстиц-коллегии с подчиняющейся ей Крепостной конторой.
С 1720 года, то есть времени утверждения Генерального регламента, в российском праве появился термин «нотариус». В Регламенте 1720 года нотариус предстает не в современном понимании, а скорее как чиновник канцелярского профиля. Термин имел латинское происхождение, что объяснялось использованием в качестве образца для реформируемой российской административной системы западно-европейской традиции.
Через несколько лет (в 1724 году) нотариусы приобрели некоторые функции, относящиеся непосредственно к сфере нотариальной деятельности. Учредив институт «публичного нотариуса», власть передала ему право письменного составления договоров между купцами и шкиперами при отправлении кораблей за пределы государства.
Последующее развитие российского нотариата в рамках условно обозначенного второго периода характеризуется расширением полномочий нотариусов в регулировании правоотношений, связанных с вексельным правом: согласно нормам Вексельного устава 1729 года, нотариусы записывали протесты в неплатеже векселей и заверяли исправления в их текстах.
В период правления Екатерины II Юстиц-коллегия была ликвидирована, и «нотариальное делопроизводство» перешло в ведение уездных судов и палат гражданских судов. При них учреждались «крепостные отделения», состоящие из «крепостных писцов и надсмотрщиков».
Оформление акта, составленного крепостными писцами, предполагало несколько обязательных этапов: внесение акта в так называемую «докладную книгу», рассмотрение судебным присутствием условий сделки (или письменного завещания) и соответствия ее оформления предъявляемым требованиям, наложение судьей специальной резолюции «Совершить по закону» и передача акта надсмотрщику. Последним этапом оформления акта становилось дословное копирование надсмотрщиком текст акта в «крепостную книгу».
В конце XVIII века документальное сопровождение торговых сделок и посредничества передается в руки частных маклеров и нотариусов, которые спустя пятьдесят лет (в 1831 году) были заменены Александром I особыми биржевыми нотариусами и маклерами.
Свод законов Российской империи, составленный в годы императорства Николая I, закрепил положения, по которому «крепостной порядок» регистрации актов определялся обязательным только для сделок об отчуждении недвижимой собственности и крепостных крестьян. Акты, касающихся иных вопросов, могли быть засвидетельствованы публичными нотариусами или биржевыми нотариусами и маклерами.
В целом, характеризуя второй этап в истории становления и развития российского нотариата, следует отметить, что в период с 1649 по 1866 годы происходит бессистемное формирование ранних нотариальных учреждений, создававшихся с целью регулирования различных правоотношений и осуществлявших свою деятельность под фактическим контролем государства[21].
14 апреля 1866 года императором Александром II было утверждено Временное положение о нотариальной части (далее – Положение). Этот документ положил начало новому периоду в истории становления нотариата в России, характеризующемуся наличием унифицированного акта и введением нотариальных учреждений. Нормами положения закреплялся особый статус нотариусов: утвержденные в должности нотариусы (в столицах, губернских и уездных городах, а в случае необходимости – и в уездах) являлись государственными служащими с присваиваемым им восьмым чином по должности. Однако признание в Положении нотариусов в качестве так называемых «свободных профессионалов», осуществляющих свою деятельность на коммерческой основе, лишало их права на получение жалованья и пенсий от государства.
Статьей 65 Положения четко определялись полномочия нотариусов: совершение актов; выдача выписок из актовых книг и копий актов; удостоверение актов, протестов и пр.; принятие на хранение документов от частных лиц. Нотариусам предоставлялось право совершать любые акты, за исключением «актов состояния, служебных и межевых, а также свидетельствовать документы».
Нотариус выполнял свои обязанности только в пределах одного нотариального округа, удостоверяя нотариальные документы печатью с изображением губернского герба (что означало удостоверение не от имени государства в целом, а той губернии, где нотариус осуществлял деятельность).
Принятым 14 апреля 1866 года документом предусматривались должности нотариусов и старших нотариусов, в правовом статусе которых имелись существенные различия.
Старшие нотариусы состояли на государственной службе и могли иметь помощников, по статусу приравненных к секретарям окружных судов. Существование приведенной нотариальной иерархии предполагало разделение компетенции. Так, «крепостная часть» (то есть право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество) ограничивала область ведения старших нотариусов, остальные же нотариальные действия предписывалось совершать младшими нотариусами.
Кроме организационных вопросов деятельности нотариусов в Российской империи, Положением устанавливались и правила нотариальных удостоверений: обязательное присутствие двух свидетелей при совершении нотариальных действий и трех свидетелей – при составлении купчих на недвижимое имущество[22].
В дореволюционной России институт нотариусов, помимо указанных выше категорий, включал особую группу нотариусов, деятельность которых регулировалась Торговым уставом, – биржевых. Обязанностью последних было удостоверение и совершение актов, заключаемых с участием иностранных подданных; опротестование заемных писем и векселей; перевод текстов верительных писем и других документов, созданных на иностранном языке или с частичным использованием такового; регистрация жалоб, подаваемых шкиперами на пребывающих в России иностранных купцов; хранение вверенных денег. Личная печать биржевого нотариуса содержала обязательное указание места работы (например, Санкт-Петербургская. Московская, Одесская, Архангельская биржи и др.), а также имя нотариуса на трех языках: английском, немецком и французском[23].
Временное положение о нотариальной части 1866 года в эволюции российского нотариата играет особую роль как документ, закрепляющий основы функционирования единого универсального института нотариата. Однако введение в действие норм Положения не решило всех проблем, связанных с организацией публичной деятельности независимых нотариусов. В связи с этим видный цивилист начала ХХ века профессор В.И. Синайский отмечал «ненадлежащее устройство нотариата»: отсутствие корпоративных начал, жесткий контроль суда над нотариусами, необоснованная иерархия старших и младших нотариусов, приоритет «специального знания» над необходимым общим правовым образованием[24].