ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 27.03.2019
Просмотров: 17186
Скачиваний: 2
311
ные националисты используют для очернения России и нагнетания антирус-
ской истерии.
Что же было на самом деле? Итак, осень 1708 года. Шведская армия из
Белой Руси начинает двигаться к гетманщине. Русская армия идет параллель-
но чуть восточнее, прикрывая дорогу вглубь государства. Царь Петр требует
от Мазепы идти на соединение с русским войском, но старый гетман тянет
время и придумывает всевозможные отговорки. Однако подозрений это не вы-
зывает, ведь Мазепу уже много раз обвиняли в измене, но он всякий раз
успешно оправдывался. Князь Меньшиков сам отправляется в Батурин к гет-
ману. Но за день до того Мазепа бежал из своей столицы, оставив в Батурине
гарнизон из четырех сердюцких полков: Чечелева, Покотилова, Денисова,
Максимова и казаков трех городовых полков: Миргородского, Прилуцкого и
Лубенского. Даже по самым скромным подсчетам, это - 2600 сердюков и при-
мерно 4000-4500 казаков. Кроме того, в крепости находилась батуринская го-
родская сотня, насчитывавшая до полутора тысяч воинов и артиллеристы.
Итого, Батурин обороняло, как минимум, 8000 профессиональных воинов и
неизвестное число мещан.
Батуринская крепость была одной из сильнейших в гетманщине и, соглас-
но исследованиям Сергея Павленко, занимала площадь около 15 гектаров.
Кроме того, помимо крепости, в городе был еще укрепленный замок-
резиденция Мазепы. Батуринская артиллерия насчитывала до 150 (по другим
данным 315) стволов.
Подойдя 31 октября к Батурину, князь Меньшиков обнаруживает, что
гарнизон его в город пускать не намерен. Только тут он узнает об измене гет-
мана. Князь отправляет гонца к Петру с вестью об измене Мазепы и вступает в
переговоры с мятежниками. Мазепинские сердюки тянут время, надеясь на
скорый подход Карла ХII, которого ждут со дня на день. Часто современные
авторы то ли по незнанью, то ли специально называют защитников Батурина
не сердюками, а казаками. Однако такая подмена понятий существенно меня-
ет дело. Сердюки не были казаками - ни запорожскими, ни реестровыми. Они
вообще не были жителями Малороссии. Это были наемники: поляки, бесараб-
цы, венгры и так далее. Они исполняли роль телохранителей Мазепы и были
преданы (насколько это возможно у наемников) лично ему. Конные сердюки
назывались «компанейцами». Местных селян и казаков принимать в сердюц-
кие полки было запрещено. Почему-то и возглавляли оборону Батурина казак
Чечель и немец Кенигсек. Сердюкам было абсолютно все равно, кому подчи-
няется Мазепа: шведскому королю или русскому царю. А вот казаков и кре-
стьян этот вопрос волновал. Поэтому они массово присоединялись к русским
войскам или самостоятельно атаковали шведские отряды. Соответственно, и
никакой необходимости в репрессиях против местного населения со стороны
царских войск не было. Так что не восставшие казаки оборонялись против
русских войск, а иноземные наемники. Согласитесь, это существенный нюанс.
312
Бывшие в Батурине казаки попытались сдать крепость, но сердюки пода-
вили недовольство, арестовав зачинщиков неповиновения. Прорусски настро-
енный прилуцкий полковник Иван Нос в наказание был прикован к пушке. По
приказу сердюцкого полковника Дмитрия Чечеля из города никого из жителей
не выпускали, тем самым превратив их в заложников.
В ночь с 31 октября на 1 ноября в крепость пробирается гонец от Мазепы,
который сообщает, что шведская армия уже идет на помощь Батурину. Обна-
деженные этим известием сердюки прервали переговоры с Меньшиковым и с
утра первого ноября начали обстреливать его отряд из пушек. Русские отсту-
пили, но от этого обстрела загорелись городские предместья. Обратим внима-
ние на этот факт. Значительная часть города была сожжена не русскими, а
сердюками Кенигсека еще до боя.
Устав уговаривать и зная о приближении войск Карла ХII, Меньшиков
принял решение штурмовать крепость. У него под началом было около 9000
драгун, 3000 пехотинцев и несколько сотен калмыков
132
.
Атака началась в ночь на 2 ноября после небольшой артподготовки. Рус-
ские войска наступали двумя колоннами. Первую, атакующую Конотопские
ворота, возглавлял генерал-майор Волконский. Вторую, которая должна была
ворваться в город со стороны реки Сейм, полковник Иван Анненков.
От речного берега в город вели два «взвода» - лощины, по которым дра-
гуны незаметно подошли к противнику. Потом они внезапно атаковали и про-
рвались в центр города. Очевидцы, видя появление солдат из лощины, могли
подумать, что они появились из-под земли. Впоследствии возникла легенда,
что атакующие проникли в город через подземный ход. Через два часа город
был взят почти без потерь среди солдат Меньшикова. То, что такая мощная
крепость с сильным гарнизоном и хорошей артиллерией пала так быстро, до-
казывает только одно: защитники не горели желанием биться до смерти, а
возможно, что часть гарнизона и вовсе помогала нападающим. Чтобы прийти
к такому выводу, достаточно сравнить мгновенно павшую защиту Батурина с
длительной обороной значительно более слабой Полтавы.
Во время штурма часть гарнизона и жителей бежала, часть попала в плен
и была уведена в русский лагерь. Как минимум 300 сердюков из числа тех, кто
сумел убежать, потом присоединились к шведам. Сумел бежать и их полков-
ник Чечель, но когда он добрался до своего кума, тот его выдал царским вой-
скам.
Взяв Батурин приступом, Мазепа спешно отходит, увозя артиллерию и
припасы, поскольку шведы были где-то на подходе. Все, что забрать с собой
не удалось, отступающая русская армия уничтожила. В качестве трофеев по-
бедителям достались гетманские знамена, три булавы и бунчук, который затем
переслали новому гетману. Так что действия Меньшикова не были каратель-
132
Обычно говорят о большей численности русского отряда, исходя из количества драгунских полков. Однако отряд
Меньшикова перед штурмом Батурина участвовал в тяжелом бою со шведами при Лесной и понес значительные по-
тери. Поэтому в строю было гораздо меньше людей, чем полагалось иметь по штату.
313
ной экспедицией! В Батурине были огромные запасы вооружения, фуража и
провианта, которые Мазепа намеревался передать Карлу ХII. Поэтому захват
Батурина и его складов был и для Карла, и для Петра вопросом жизни и смер-
ти.
Что же касается трактовки штурма Батурина как акта устрашения, то ни
Петр Первый, ни Меньшиков запугивать население Малороссии не собира-
лись, так как в этом не было необходимости. Казаки не поддержали Мазепу и
массово поддерживали русскую армию. Меньшиков 26 октября 1708 года пи-
сал Петру І: «...еще доношу вашей милости, что в здешней старшине, кроме
самых вышних, також и в подлом народе с нынешнего гетманского злого
учинку никакого худа ни в ком не видать. Но токмо ко мне изо всех здешних
ближних мест съезжаются сотники и прочие полчаня и приносят на него ж
в том нарекание, и многие просят меня со слезами, чтоб за них предстатель-
ствовать и не допустить бы их до погибели, ежели какой от него, гетмана,
будет над ними промысл, которых я всяким обнадеживанием увещеваю, а
особливо вашим в Украйну пришествием, из чего они, по-видимому, в великую
приходят радость».
Теперь рассмотрим вопрос о погибших при штурме. Все серьезные исто-
рики прошлого и современности сходятся на цифре от пяти до шести с поло-
виной тысяч убитых. Двадцать тысяч трупов – это выдумка пропагандистов
уже нашего времени. Вопрос в том, кто эти мертвецы: сердюки или мирные
жители? Мы помним, что в гарнизоне было больше 8 000 человек, а погибло
всего 6 000 человек. Соответственно, большая часть убитых – это именно во-
ины, и ни о каких массовых расправах над мир-
ным населением говорить не приходится.
Кстати, а сколько мирных жителей было в Ба-
турине
133
? Данных о 1708 годе нет, но известно,
что в 1654 году в городе жило 360 казаков и 275
мещан с семьями. Затем во время гетманства Зо-
лотаренко город серьезно пострадал от пожара. В
1666 году в городе было 395 мещанских дворов.
Вместе с казаками в это время в нем было около
3000 жителей. С 1669 года Батурин стал резиден-
цией гетмана. Перенесение сюда столицы принес-
ло городу еще сотню дворов. Принимая во внима-
ние естественный прирост населения, к моменту
разрушения города в Батурине могло жить до
7 000 человек, из которых до полутора тысяч че-
ловек - казаки.
Погибли ли они все, как это утверждают ма-
зепинские пропагандисты? Разумеется, нет, хотя,
133
Сведения специально беру из книги «Загибель Батурина 2 листопада 1708 р.»
ярого украинского националиста
Сергея Павленко, который, говоря о русских, не жалеет черной краски.
Офицер русского пехотного
полка времен Петра Первого.
314
конечно, в горячке ночного боя и некоторые мирные жители могли погибнуть
в общей неразберихе. 8 декабря 1708 года новый гетман Иван Скоропадский
издал универсал, где признавал, что при штурме замка его защитники были
перебиты, но уточнял: «Однако же, що о жѐнах и детях, о гвалтованю панен
и о ином, що написано во изменничьем универсале, то самая есть неправда...
Не тылко тые не имеючие в руках оружия, але большая часть з сердюков и з
городовых войсковых людей, в Батурине бывших, на потом пощажены и сво-
бодно в домы, по Указу Царского Пресветлого Величества, от князя, Его Ми-
лости, Меншикова, отпущены». То есть не только мирные жители не постра-
дали, но и часть взятых с оружием в руках казаков и сердюков были отпуще-
ны по домам.
Кстати, о домах. Вопреки «страшилкам», есть достаточно сведений о том,
что как минимум часть городских домов сохранилась, и в них вскоре всели-
лись вернувшиеся жители. 22 декабря 1708 года гетман Иван Скоропадский
выдал батуринскому атаману Данилу Харевскому универсал, разрешавший
жителям Батурина вновь селиться на старых местах. В результате, в 1726 году
в Батурине насчитывалось, как минимум, 411 дворов, в которых жили семьи,
уцелевшие после штурма.
Таким образом, все «страшилки» про трупы убиенных младенцев под но-
гами, посадки на кол и плоты с распятыми – это всего лишь пропаганда, не
подтверждаемая никакими известными фактами и опровергаемая множеством
достоверных свидетельств.
Наследники Мазепы
Бежавший с Карлом из-под Полтавы Мазепа успел прихватить с собой
войсковую казну. Всю или нет - неизвестно, но в Бендерах у него оставались,
как минимум, сундук и две бочки с золотыми дукатами, а также пара мешков
с прочими драгоценностями
134
. По любым меркам целое состояние. После
смерти бывшего гетмана на эти сокровища претендентами оказались племян-
ник покойного Андрей Войнаровский и генеральный писарь Филипп (Пылып)
Орлик, избранный новым гетманом. Первый доказывал, что деньги - личная
собственность Мазепы, а потому он как единственный наследник имеет на
них право. Орлик и стоявшая за его спиной беглая старшина утверждали, что
золото - это войсковая казна, а потому должно быть передано новому гетману.
Едва только испустил дух предатель, его бойкий племянник успел перетащить
деньги к себе. В поисках справедливости Орлик обратился к Карлу, который с
остатками своей гвардии также был в Бендерах. Шведский король стал арбит-
ром в споре и принял сторону Войнаровского, что было предсказуемо. Юноша
был полностью беззащитен, а потому по первому знаку «последнего викинга»
был готов поделиться с обанкротившимися шведами частью доставшихся ему
сокровищ.
134
Подробности этой истории можно узнать в книге О. Бузины «Воскрешение Малороссии». К., Арий, 2012, - 400 с.
315
Так и произошло. Как только Войнаровский получил сокровища, он «дал
в долг» королю 600 тысяч
135
талеров под 6% годовых. Взыскать долг Война-
ровский не сумел, так как был захвачен русскими агентами и отправился в
ссылку в Сибирь, где и скончался в 1740 году. Зато его жена Анна обратилась
к правительству Швеции с требованием вернуть долг с набежавшими процен-
тами. Требовала она своего долго и настойчиво. Уже успел погибнуть воин-
ственный король, а женщина все добивалась справедливости. Поскольку пе-
редача денег Карлу была оформлена юридически, то закон был на еѐ стороне,
и просто отмахнуться от претензий шведы не могли. Тем более что она по-
обещала, что если с ней не рассчитаются, она уступит долг какой-нибудь из
правящих семей Европы, которая сумеет взыскать долг. Шведы в ответ раско-
пали тот факт, что Анна вышла замуж за Войнаровского, уже будучи замуж-
ней, а, значит, этот брак незаконный и она не может быть наследницей. В кон-
це концов, часть денег шведы все-таки вернули, дав Анне Войнаровской в
придачу дом в Стокгольме и замок Тиннельсе у Малерского озера.
***
Филипп Степанович Орлик был сыном бедного чешского дворянина, по-
гибшего на польской службе. Король оплатил сироте обучение в виленском
иезуитском коллегиуме, а потом - в Киево-Могилянской академии. Свою ка-
рьеру он начал в гетманской администрации в 1698 году, был замечен Мазе-
пой и к 1706 году стал генеральным писарем Войска запорожского. Учитывая,
что Орлик был одним из очень немногих абсолютно штатских людей среди
казачьей старшины, то можно сделать вывод, что своей карьерой он был обя-
зан своему уму и покровительству гетмана. После измены и бегства Мазепы
Филипп Степанович последовал за ним в Бендеры, где новый иуда и отдал
(хотелось написать Богу, но, учитывая все, что мы знаем о Мазепе, скорее, это
был совсем не Господь) душу.
После смерти Мазепы на гетманскую булаву было несколько претенден-
тов, из которых самым ожидаемым был внезапно ставший богачом Андрей
Войнаровский. Однако юноша отказался от такой чести, после чего старшина
выдвинула кандидатуру Орлика. Войнаровский эту идею поддержал, а запо-
рожский кошевой получил 200 червонцев, чтобы его казаки проголосовали
как надо. Так Орлик стал «гетманом обоих берегов и Войска Запорожского».
Правда, гетманом в изгнании, так как на Украине уже был законно избранный
гетман Скоропадский, но зато бывшего писаря в качестве гетмана признали
шведский король и турецкий султан. Затем Войнаровский с мазепинскими
деньгами отправился в Европу, а Орлик принял командование над своим ма-
лочисленным войском.
Впрочем, в истории он остался не благодаря своему гетманству или воен-
ным победам. Как истинный бюрократ-крючкотворец он прославился благо-
135
По другим данным, 300 тысяч