Добавлен: 01.04.2023
Просмотров: 226
Скачиваний: 1
Вывод о виновности Д., как правильно указал суд в приговоре, основан на показаниях перечисленных выше свидетелей, потерпевшей, подтвержденных письменными доказательствами, которые получены без нарушений уголовно-процессуального закона, влияющих на их допустимость.
Версия Д. о том, что Ч.Р. двигался с превышением скорости и нарушил п. 10.1 ПДД РФ, опровергается совокупностью исследованных судом доказательств, из которых следует, что нарушение скоростного режима водителем Ч.Р. допущено не было.
Ссылки в жалобах на то, что Ч.Р. и потерпевшая П.Ю. заинтересованы в исходе дела, не ставят под сомнение достоверность их показаний относительно обстоятельств ДТП, поскольку их показания согласуются со всеми доказательствами, исследованными судом, в том числе подтверждены показаниями свидетеля Н.С., являющегося посторонним лицом как потерпевшей, так и осужденному.
Также не могут свидетельствовать о противоправном поведении водителя Ч.Р. в момент ДТП 22 января 2016 года сведения о привлечении его к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения ранее, о чем указывают защитник и осужденный в жалобах.
Вопреки доводам апелляционных жалоб судом не приведены в приговоре показания К.Ю., в связи с чем оценивать их достоверность оснований не имеется.
Заключение эксперта N 3568/09-1,3569/09-1, подтвержденное им в суде, является полным, ясным, не содержит противоречий, экспертиза проведена компетентным лицом, заключение эксперта оформлено надлежащим образом, т.е. соответствует положениям ст. 204 УПК РФ.
Оснований к признанию показаний эксперта Д.С. недопустимым доказательством не имеется, его квалификация и объективность по делу не вызывают сомнений, фактических данных об обратном стороной защиты представлено не было.
Таким же образом, не имеется оснований сомневаться в объективности и полноте комиссионной судебно-медицинской экспертизы потерпевшей П.Ю., которая проведена 17 мая 2016 года.
Суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции, не усмотревшего оснований к назначению повторной автотехнической и судебно-медицинской экспертизы, верными.
Давая оценку заключению судебной трасолого-автотехнической экспертизы от 15 декабря 2016 года, суд пришел к правильному выводу об обоснованности выводов эксперта.
Ссылки на суждение специалиста Р.А., допрошенного судом, о недостоверности и неполноте заключения эксперта являются несостоятельными, были правильно оценены судом как не имеющие доказательственного значения, поскольку являются частным мнением специалиста.
Исходные данные об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, в том числе о его времени и месте, скорости столкнувшихся автомобилей в момент ДТП, состоянии проезжей части получены экспертами из постановления следователя, а также материалов уголовного дела, в том числе протокола осмотров места происшествия, схемы ДТП, показаний участников ДТП.
Оснований к истребованию дополнительных сведений о состоянии дорожной разметки и метеорологических условиях в момент ДТП судом обоснованно не усмотрено, в связи с чем доводы жалобы суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.
Оценка в жалобах состояния автомобиля "Пежо" после случившегося ДТП как свидетельствующего о плохом техническом состоянии колес автомобиля под управлением Ч.Р. ничем объективно не подтверждена по делу, является предположением защитника осужденного.
В то же время, вопреки доводам жалоб, судом учтено, что потерпевшая П.Ю. в момент ДТП не была пристегнута ремнем безопасности, однако данный вывод не опровергает выводы суда о виновности осужденного.
Таким образом, какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины Д. или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют.
Судом сделан правильный вывод об установлении виновности Д. в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, и верно квалифицированы его действия по ст. 264 ч. 1 УК РФ.
Судом правомерно указано о том, что Д. нарушены требования п. п. 8.1, 8.4, 9.4 Правил дорожного движения РФ, поскольку, совершая маневр перестроения в полосу движения автомобиля под управлением Ч.Р., двигавшегося в попутном направлении, он должен был соблюдать требования п. п. 8.1, 8.4 ПДД РФ, а именно подать сигнал световым указателем поворота, не создавать опасности для движения другим участникам дорожного движения, а также уступить дорогу автомобилю под управлением Ч.Р.
Именно у Д. имелась техническая возможность избежать ДТП при соблюдении Правил дорожного движения, тогда как водитель Ч.Р. таковой возможностью в связи с действиями Д. не располагал.
Ссылки в жалобах на отсутствие причинно следственной связи между нарушениями, допущенными Д., и причиненным потерпевшей П.Ю. тяжким вредом здоровью, опровергаются исследованными судом доказательствами, а также заключением судебно-медицинской экспертизы, в которой указан характер и локализация полученных потерпевшей повреждений.
Обоснованным суд апелляционной инстанции находит и вывод суда о нарушении водителем Д. п. 9.4 ПДД РФ, поскольку, как следует из протокола осмотра места происшествия, фототаблицы к нему и показаний свидетелей, поворот налево либо разворот в месте ДТП дорожной разметкой не предусмотрен, в связи с чем занимать крайнюю левую полосу грузовому автомобилю с разрешенной максимальной массой более 2,5 тонн для других целей не разрешено[31].
Административная ответственность представляет собой вид административного принуждения, который состоит в применении таких мер наказания, как предупреждение, лишение специальных прав, арест, административный штраф и др.
Так, постановлением судьи Выборгского городского суда Ленинградской области Мазурова Д.Н. от 20.10.2017 Л. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ и подвергнута наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 2 месяца.
В своей жалобе Л. просит вышеуказанное постановление отменить, производство по делу прекратить, так как не представлено доказательств, подтверждающих его вину в совершении вышеуказанного правонарушения.
Потерпевший Ю.Д. и его представитель З.М. извещены, но в судебное заседание не явились, доказательств уважительности причин неявки не представили, в силу чего дело в порядке ч. 3 ст. 25.2 КоАП РФ рассмотрено в их отсутствие.
Выслушав Л. и его защитника, которые жалобу поддержали, потерпевшую Ю.Н. и представителя потерпевшего Ю.Д. - З.А., которые полагали, что нет оснований для удовлетворения жалобы, исследовав материалы дела, и доводы жалобы, прихожу к следующему.
Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 19 час. 45 мин. по адресу: <адрес> водитель Л., управляя автомобилем <данные изъяты>, г.р.н. N, совершил наезд на гранитное ограждение въезда на участок по вышеуказанному адресу, принадлежащий Ю.Д., повредив его, после чего в нарушение п. п. 2.5, 2.6.1 ПДД РФ оставил место ДТП, участником которого являлась, таким образом, совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.
Вина Л. в совершении вышеуказанного правонарушения подтверждается: протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, справкой о ДТП, схемой места ДТП, показаниями потерпевших Ю.Д. и Ю.Н., выпиской из Росреестра по ЛО, другими доказательствами по делу, которым была дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.
При этом, суд учитывает, что в соответствии с положениями статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.
К объяснениям Л. и С. в ОВД и Л. в ходе судебного заседания судья Выборгского городского суда Ленинградской области обоснованно отнесся критически, так как указанные объяснения опровергаются показаниями потерпевших Ю.Д. и Ю.Н., которым нет оснований не доверять, так как последние до вышеуказанного ДТП с Л. знакомы не были, оснований для оговора не имеют, их показания корреспондируются между собой и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного заседания.
Протокол осмотра автомобиля <данные изъяты>, г.р.н. N, от 12.10.2017, в ходе которого выявлено, что вышеуказанный автомобиль повреждений не имеется, суд признает недопустимым доказательством, так как в ходе осмотра автомобиля понятые не присутствовали, более того осмотр проведен спустя значительный промежуток времени после ДТП.
Таким образом, вывод о наличии вины Л. в совершении вышеуказанного административного правонарушения, основан на доказательствах по делу и сделан в соответствии с требованиями ст. ст. 2.1 и 2.2 КоАП РФ.
Согласно ст. 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.
При таких обстоятельствах, с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий, иных заслуживающих внимания обстоятельств, прихожу к выводу о наличии оснований для прекращения производства по делу в связи с малозначительностью допущенного правонарушения, так как допущенное нарушение не повлекло существенного нарушения охраняемых общественных отношений[32].
Гражданско-правовая ответственность заключается в возмещении убытков, неустойке, штрафах, и проч.
Мерами дисциплинарной ответственности являются замечание, выговор, строгий выговор и проч.[33].
Так, суд отказал в удовлетворении требования к прокуратуре об обжаловании дисциплинарного взыскания, согласившись с мнением нижестоящего суда о том, что истец ненадлежащим образом осуществлял надзор за дополнительным расследованием уголовного дела, необходимых и достаточных мер прокурорского реагирования, предусмотренных законодательством, не предпринял, в связи с чем нарушения закона не были своевременно устранены. Ответчиком доказан факт наличия в действиях истца вмененного дисциплинарного проступка, в связи с чем у ответчика имелись необходимые правовые и фактические основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности. Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности ответчиком соблюдена, при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, ответчиком учтены (п. 1 ст. 41.7 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации")[34].
Суд отказал в удовлетворении иска к прокуратуре о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, согласившись с мнением нижестоящего суда о том, что истец без разрешения руководства покинул здание прокуратуры и отсутствовал на своем рабочем месте. Не отрицая факт отсутствия на рабочем месте в указанное время, истец пояснил, что его уход с работы был вызван оглашением в городском суде приговора в отношении его супруги, которая находилась на девятом месяце беременности. Он опасался за ее здоровье и должен был оказать ей поддержку. Об уходе он поставил в известность своего непосредственного руководителя, а получить разрешение от прокурора округа и его заместителя он не смог, поскольку руководители отсутствовали в прокуратуре. Вместе с тем доказательств того, что истец обязан был находиться в указанное время в здании городского суда, являлся участником судебного процесса, материалы дела не содержат. Доказательства, подтверждающие отсутствие возможности поставить в известность прокурора округа и его заместителя об уходе с рабочего места, истец суду также не представил. Суд обоснованно указал на наличие в действиях истца дисциплинарного проступка, поскольку он в нарушение установленных правил внутреннего трудового распорядка ушел из здания прокуратуры и отсутствовал на рабочем месте не менее часа (п. 2 ст. 40, ст. 41.7 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации")[35].