Файл: Теория и практика разделения властей (Возникновение и суть теории разделения властей ).pdf

Механизм парламентской ответственности Правительства описан в российской Конституции в общих чертах. Необходима его детализация в специальном законодательстве. Совершенно ясно, однако, что институт ответственности — обоюдоострое оружие. Его может использовать как Дума, отказывая в доверии правительству, так и исполнительная власть, угрожая прибегнуть к досрочным выборам.

Сильная исполнительная власть в России нужна. Но также нужен и механизм взаимных сдержек и противовесов. Многие называют исполнительную власть доминирующей в системе государственных органов. Но эта тенденция государственно-правового развития России прослеживается достаточно ясно. Также это отвечает общим тенденциям усиления исполнительной власти во всем мире.

К сожалению, все еще традиционно слабым местом остается в России судебная власть. Провозглашённые Конституцией принципы судоустройства и судопроизводства реализуются с трудом. Ощущается противодействие и давление со стороны других ветвей власти. Несмотря на провозглашенные правовые и социальные гарантии (несменяемость, неприкосновенность, независимость), судьи очень часто не могут полностью обеспечиваться из-за отсутствия технической и материальной базы^[28].

По Конституции РФ судебная власть является двухзвенной. Высшими судебными органами являются Верховный суд РФ и Конституционный Суд.

Верховный суд является высшим судебным органом по гражданским, уголовным, административным и иным делам, а также экономическим спорам (ст. 126)^[29].

Конституционный Суд призван осуществлять контроль за всеми государственными органами в РФ. О соответствии Конституции издаваемых нормативных актах, заключаемых международных договоров. Также Конституционный Суд решает споры между федеральными органами государственной власти России и органами государственной власти субъектов Российской Федерации (ст. 125)^[30].

Таким образом, принцип разделения властей в нынешней РФ признан, конституционно закреплен и в той либо иной мере используется для построения и функционирования государственных институтов. Формирование нормально функционирующего механизма сдержек и противовесов - одна из значимых проблем РФ. Особой чертой российской Конституции является то, что же Президент никоим образов не входит ни в одну из ветвей общегосударственной власти, он как бы стоит над ними, исполняя роль арбитра, гаранта обеспечения гармоничного функционирования и взаимодействия органов общегосударственной власти

Глава 3. Перспективы теории разделения властей

Теория разделения властей логически достаточно последовательна. Однако политический опыт свидетельствует, что она нигде не была воплощена в жизнь.

В одних странах равновесие властей было нарушено в пользу парламента, в других — в пользу правительства.

Предполагается, что парламент как непосредственный представитель народа — надежная гарантия того, что управлять в стране будет именно народ. Однако эмпирические исследования реального демократического процесса, проведенные в частности, И. Шумпетером, развеяли этот миф.

Прежде всего было показано, что не существует так называемой воли народа, которая правит государством и которая формируется в результате свободного волеизъявления рационально мыслящих граждан. Отдельные индивиды в своей массе — отнюдь не рационалисты и в сфере политики обнаруживают поразительное невежество. Они легко поддаются влиянию (особенно тотальному воздействию средств массовой информации, которое не было известно Шумпетеру, как оно известно нам), и потому их коллективная воля — результат манипуляции общественным мнением со стороны тех или иных политических сил.

Таким образом, воля народа не формируется им самим, а производится, она, по Шумпетеру, — не движущая сила политического процесса, а его продукт, и, добавили бы мы сегодня, средство достижения групповых целей тех или иных разномастных политических субъектов, если только им удается этим средством овладеть.

Реальным субъектом политики выступает не нация (народ), а политическая группа, профессионалы. Здесь Шумпетер примкнул к Максу Веберу, показавшему, что во всех демократических институтах практически все решения принимаются олигархически, то есть немногими.

От сказанного один шаг до напрашивающегося вывода: народ не управляет государством, а следовательно, и страной. Политический процесс — это борьба за голоса народа. Народ, избрав парламент, президента и т.п., практически устраняется из политической жизни. При таких условиях реальная власть принадлежит индивидам, а народ голосует лишь за борющихся за власть личностей-лидеров, определяя победителя в этой конкурентной борьбе.

Отсюда разочарование в демократии и даже пересмотр ее тpaктовок: теперь ее все реже определяют как способ реализации власти народа, но продолжают ценить как метод смены власти мирным, бескровным путем. Разделение властей в государстве также большего дать не может.

Разочарование в демократии вызвало к жизни доктрину, отрицающую возможность разделения властей в государстве, поскольку эта идея противоречит принципу суверенитета народа. Если только народ суверенен, то принадлежащая ему власть едина и не может делиться между отдельными государственными органами. Народ может только делегировать ее органу, который его непосредственно представляет и который обладает поэтому всей полнотой власти, — избранной народом ассамблее. Все прочие органы государства суть не «власти» в том смысле, в каком их понимали Монтескье, Кант и др., а лишь звенья в системе управления, которые выполняют исполнительские функции и действуют лишь постольку, поскольку уполномочены ассамблеей. «Принцип вертикальной делегации власти, естественно, приводит к особой форме правления — к правлению, для которого характерно прежде всего сосредоточение всех властей в руках ассамблеи, избранной на основе всеобщего избирательного права, — констатируют современные французские исследователи и полагают, что эта политическая форма более демократична, чем умеренные формы, основанные на принципе разделения властей».

Без дополнительных изысканий трудно сказать, какая из них демократичней. Однако общеизвестно, что представительный орган без каких бы то ни было нарушений правил демократической процедуры может избрать диктатора или стать диктатором сам, и потому принцип вертикальной делегации власти не в состоянии избавить нацию от опасности быть поглощенной тоталитарным режимом.

Все эти неудачные поиски приводят к выводу, что одного только государства как политической формы общества, как его ни совершенствуй, недостаточно для обеспечения свободы граждан. Поэтому в ходе естественно-исторического развития одновременно с государством появился другой социальный институт — право.

Таким образом, теория разделения властей, как показала мировая практика, одна не может гарантировать от узурпации власти одной из её ветвей. Ей обязательно должны содействовать другие государственные и негосударственные институты. Основоположники названной теории (Дж. Локк, Ш. Монтескье и др.) не могли учесть такой важный фактор, как политические партии, которые не обладали в то время огромным влиянием. В результате конституционные нормы, регулирующие взаимоотношения властей, превращаются в фикцию, так как происходит нивелирование всех механизмов, направленных на достижение возможного баланса между законодательной и исполнительной властями. Также некоторые исследователи считают, что власть должна не делиться на ветви, но быть единой и полностью контролироваться народом.

Заключение

Подводя итог изложенному в работе, можно сделать следующие выводы.

Источниками теории разделения властей в её нынешнем виде послужили воззрения античных философов, доработанные Дж. Локком, Ш. Монтескье, Гегелем, Кантом.

Принцип разделения властей имеет возможность быть присущ исключительно демократическому государству, - ни в рабовладельческом, ни в феодальном государстве он невыполним, так как непосредственно принцип предполагает присутствие экономически независимого собственника, - ключевого представителя общества, имеющего определенные общественно-политические права. Принцип разделения властей в его нынешнем прочтении включает два взаимозависимых элемента - попытка ограничения власти и законность, образующих единое целое. По-прежнему он нацелен на то, чтобы избежать абсолютизации одной власти, принятие авторитарного правления в мире. Следуя этому, ни одна из ветвей общегосударственной власти никак не обязана вторгаться в прерогативы остальной власти, а тем более, соединяться с иной властью. Это обеспечивается разными источниками образования ветвей власти, сроками полномочий и степенью защищенности властей друг от друга. Из этого следует, что взаимодействие всех ветвей единой государственной власти необходимо для нормального функционирования самого государства.

Принцип разделения властей широко применяется в современных государствах и считается одним из основных принципов правового государства, к построению которого стремятся все современные демократические государства. Принцип разделения властей совместим с основными мировыми правовыми системами: романо-германской и англо-саксонской. В России относительно позднее появление принципа разделения властей вызвано некоторым отставанием общественного развития России, которая проходила этапы общественного развития, как правило, на несколько веков позже западных государств. Также это связано с господством в новейшее время марксистско-ленинской идеологии, отрицавшей теорию разделения властей.

Принцип разделения властей в нынешней РФ признан, конституционно закреплен и в той либо иной мере используется для построения и функционирования государственных институтов. Формирование нормально функционирующего механизма сдержек и противовесов - одна из значимых проблем РФ. Особой чертой российской Конституции является то, что же Президент никоим образов не входит ни в одну из ветвей общегосударственной власти, он как бы стоит над ними, исполняя роль арбитра, гаранта обеспечения гармоничного функционирования и взаимодействия органов общегосударственной власти.

Теория разделения властей, как показала мировая практика, одна не может гарантировать от узурпации власти одной из её ветвей. Ей обязательно должны содействовать другие государственные и негосударственные институты. Основоположники названной теории (Дж. Локк, Ш. Монтескье и др.) не могли учесть такой важный фактор, как политические партии, которые не обладали в то время огромным влиянием. В результате конституционные нормы, регулирующие взаимоотношения властей, превращаются в фикцию, так как происходит нивелирование всех механизмов, направленных на достижение возможного баланса между законодательной и исполнительной властями. Также некоторые исследователи считают, что власть должна не делиться на ветви, но быть единой и полностью контролироваться народом.

Библиография

I. Нормативно-правовые акты

1. Конвенция Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров: заключена в г. Вене 11.04.1980 // Вестник ВАС РФ. — 1994. — № 1.
2. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993 // Собрание законодательства РФ. 2014. № 31. Ст. 4398.
3. Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 № 1-ФКЗ (ред. от 28.12.2016) «О Конституционном Суде Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1994. № 13. Ст. 1447.
4. Федеральный конституционный закон от 17.12.1997 № 2-ФКЗ (ред. от 28.12.2016) «О Правительстве Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1997. № 51. Ст. 5712.
5. Федеральный конституционный закон от 05.02.2014 № 3-ФКЗ (ред. от 15.02.2016) «О Верховном Суде Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2014. № 6. Ст. 550.
6. Конституция Соединенных Штатов Америки 1787 г. [Электронный ресурс]. — URL: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/cnstUS.htm (дата обращения: 16.04.2018).

II. Учебная и научная литература

1. Абесалашвили М.З., Эртель А.Г. Роль президента Российской Федерации в системе разделения властей / М.З. Абесалашвили, А.Г. Эртель // Право и практика. 2016. № 1. С. 10-15.
2. Антипов Е.И. Закрепление принципа разделения властей в законодательстве США / Е.И. Антипов // Апробация. 2015. № 12 (39). С. 76-77.
3. Антипов Е.И. Закрепление принципа разделения властей в российском законодательстве / Е.И. Антипов // Апробация. 2015. № 12 (39). С. 72-73.
4. Безруков А.В. Реформирование судебной власти в условиях разделения властей и обеспечения единства судебной системы России / А.В. Безруков // Конституционное и муниципальное право. 2015. № 2. С. 45-48.
5. Бялт В.С., Демидов А.В. Разделение властей в истории политико-правовой мысли России / В.С. Бялт, А.В. Демидов // Ленинградский юридический журнал. 2017. № 1 (47). С. 35-43.
6. Бялт В.С., Лойт Х.Х. Разделение властей как один из принципов правового государства / В.С. Бялт, Х.Х. Лойт // Сборники конференций НИЦ Социосфера. 2015. № 2. С. 55-59.
7. Грабенвартер К. Разделение властей и независимость конституционных судов / К. Грабенвартер // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2015. № 6 (55). С. 939-946.
8. Даниелян Д.Р. Концепция разделения властей - базис функциональной самодостаточности судебной власти и ее системы / Д.Р. Даниелян // Российский судья. 2015. № 2. С. 29-32.
9. Демидов А.В. Разделение властей как основной принцип правового государства / А.В. Демидов // Инновационная наука. 2016. № 1-3. С. 122-124.
10. Демидов А.В. Разделение властей как принцип построения и функционирования механизма государства / А.В. Демидов // Новая наука: От идеи к результату. 2016. № 10-3. С. 143-145.
11. Джуракулов Ф.Н. Гражданское общество в условиях эффективного разделения властей / Ф.Н. Джуракулов // Theoretical & Applied Science. 2015. № 12. С. 41-43.
12. Донских Н.И. Место и роль президента Российской Федерации в системе теории разделения властей: исторический анализ / Н.И. Донских // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. 2016. № 3-3. С. 29-31.
13. Дунямалыев Т.Б. Разделение властей в неопатримониальной системе современной России: этапы и особенности формирования / Т.Б. Дунямалыев // Общество: политика, экономика, право. 2016. № 5. С. 29-31.
14. Закирова Л.Р. Реализация принципа разделения властей в деятельности государственных органов России / Л.Р. Закирова // Законность и правопорядок в современном обществе. 2015. № 27. С. 70-75.
15. Коврякова Е.В. Адогматический характер теории разделения властей / Е.В. Коврякова // Lex Russica. 2015. № 5. С. 65-74.
16. Коновалова Л.Г. Разделение властей с четко обозначенными и реальными полномочиями парламента как признак парламентаризма / Л.Г. Коновалова // Российский юридический журнал. 2017. № 3 (114). С. 39-54.
17. Кравец И.А. Российский республиканизм и проблема разделения властей / И.А. Кравец // Право и политика. 2016. № 1. С. 28-39.
18. Мамишева З.А. Закрепление принципа разделения властей в Конституции США 1787 года / З.А. Мамишева // Современная научная мысль. 2016. № 1. С. 130-136.
19. Мандрыка Н.Н. Модели разделения властей в современных демократических государствах: вопросы терминологии и классификация / Н.Н. Мандрыка // Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. Юридические науки. 2015. Т. 1. № 2 (67). С. 78-81.
20. Матросов С.Н., Петров В.Р. Разделение властей в Российской Федерации: теория и практика / С.Н. Матросов, В.Р. Петров // Вестник Российского университета кооперации. 2017. № 2 (28). С. 123-125.
21. Папикян И.Г. Разделение властей: многообразие моделей и основные закономерности их реализации / И.Г. Папикян // Юридическая гносеология. 2016. № 3. С. 66-71.
22. Пархоменко А.Г., Шестаков А.Ф. Разделение властей в современной России: конституционная модель / А.Г. Пархоменко, А.Ф. Шестаков // Образование и право. 2017. № 1. С. 24-31.
23. Пахомов В.Г., Майорова М.С. Разделение властей - одно из главных принципов конституционализма / В.Г. Пахомов, М.С. Майорова // Nauka-Rastudent.ru. 2016. № 1. С. 25.
24. Петрив А.А., Тлябичев Ш.М. Разделение властей - ненужное заимствование или объективная необходимость? / А.А. Петрив, Ш.М. Тлябичев // Новая наука: Теоретический и практический взгляд. 2017. № 2-2. С. 139-142.
25. Пирова Р.Н. Доктрина разделения властей: история и современность / Р.Н. Пирова // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2015. № 6-1. С. 268-270.
26. Подтягина Л.Г. Принцип разделения властей: исторический аспект / Л.Г. Подтягина // Вестник научных конференций. 2015. № 1-2 (1). С. 127-128.
27. Прудников А.С., Швец В.М. История становления и развития судебной власти в концепции теории разделения властей / А.С. Прудников, В.М. Швец // Вестник Московского университета МВД России. 2016. № 1. С. 52-54.
28. Равочкин Н.Н. Идеи разделения властей в социальной философии: становление и рецепция / Н.Н. Равочкин // Евразийский юридический журнал. 2017. № 10 (113). С. 361-363.
29. Романенко В.Б. Методологические проблемы при анализе системы разделения властей / В.Б. Романенко // Международный журнал экспериментального образования. 2016. № 6-1. С. 76-77.
30. Упоров И.В. Трансформация принципа разделения властей и всеобщности избирательного права как признак угасания эпохи буржуазных государств / И.В. Упоров // Современная научная мысль. 2015. № 1. С. 129-137.
31. Черкашин Е.Ю. Становление и развитие идеи разделения властей / Е.Ю. Черкашин // Право и образование. 2015. № 4. С. 88-98.
32. Яценко И.С. Критические взгляды на разделение властей по Монтескье в польской правовой мысли межвоенного периода (1918-1939) / И.С. Яценко // Актуальные научные исследования в современном мире. 2016. № 10-3 (18). С. 145-149.