Файл: Возмещение морального вреда (ПОНЯТИЕ И ОПРЕДЕЛЕНИЕ РАЗМЕРА КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА).pdf

Компенсировать моральный вред в РФ можно при негативных психических переживаниях, выражающихся в физических или нравственных страданиях потерпевшего, а также незаконных действиях причинителя вреда, выражающееся в нарушении законодательных норм РФ.^[23] В то же время нравственные страдания могут возникнуть абсолютно от разных правонарушений, но судом будут учитываться только те, которые имеют правовое основание. В Германии, нужно наличие таких оснований как страдания, причиненных умалением личных неимущественных правовых благ; противоправность действия причинителя вреда; наличие адекватной причинной связи между противоправным действием и наступившими последствиями, таких как страдания; вина причинителя вреда. Поэтому можно сделать вывод, что основания для компенсации морального вреда в России и Германии обязательны и совершенно идентичны.

Касательно судебной практики, большинство судебных решений по ст. 1079 ГК РФ связано с взысканием вреда, причиненного транспортным средством и иными механизмами. Она практически не применяется, когда предприятия, которые загрязняют среду наносят вред объектам природы и здоровью населения. Похожую установку можно заметить и в Германии, где право на компенсацию морального вреда, полученного в результате дорожно­транспортного происшествия появляется вне зависимости от гражданства лица, места жительства и места его лечения.

В сравнение с Россией в зарубежных странах уже набрана широкая практика применения правовых институтов, подобных российскому правовому институту компенсации морального вреда. В максимальной степени это относится к государствам с англосаксонской (прецедентной) системой права, применяющейся в Англии, США и ряде других государств (в основном, в бывших английских колониях). Будучи крупнейшей колониальной державой, Англия распространила принципы англосаксонской правовой системы во многие государства.

Чтобы разнообразный вред не считался слишком отдаленным, он должен быть прямым последствием происшествия либо предвидимым последствием, если даже возникает опосредованно. Примером может послужить случай со спасателем в дорожно–транспортном происшествии. Хотя психический вред, причиненный лицу, который явился на помощь потерпевшему, не прямое следствие аварии, вероятность появления спасателя признается предвидимым обстоятельством.

Английские суды применяют весьма жесткие критерии в отношении предвидимости причинения вреда.

Главным положением ответственности за нанесение психического вреда, это близость потерпевшего к происшествию. В ситуациях, когда психический вред причиняется одновременном с телесным вредом, такая близость предполагается и не входит в предмет доказывания при рассмотрении дела в суде. Психический вред при отсутствии физического вреда возникает, к примеру, в ситуации утраты близкого человека. При неосторожном причинении смерти близкому, психический вред не возмещается, если он выражается в «обыкновенном» горе от утраты, поскольку горе рассматривается как обычная человеческая реакция, а не как вред какого–либо рода.

Необходимо выделить проблемы касательно компенсации морального вреда за вред, причиненный источником повышенной опасности, и найти пути их разрешения:

– На сегодняшний день в законодательстве нет определения «источник повышенной опасности». В теории тоже не разработано их однообразное толкование. Это требует решения. Нехватка конкретного определения этого понятия в нормативно­правовых актах порождает трудности, которые связанны с правильным понимание, и это отражается на уровне защиты. Поэтому в ст.1079 ГК РФ предлагается закрепить определение данного понятия.

– Так же необходимы нормы, компенсирующие моральный вред не только потерпевшему, но и его близким родственникам, понесшим психические страдания в связи смерти, вреда здоровью или потери трудоспособности члена семьи.

– Поскольку, существуют затруднения в судебной практике при решении вопроса о размере компенсации, нужно закрепить минимальный размер компенсации морального вреда, за вред причиненный источником повышенной опасности, который составит не менее 100 МРОТ. Или закрепить тарифы, а быть может, и вывести формулу, определяющую размер исходя из страданий, которые должен перенести нормально реагирующий человек в тех или иных обстоятельствах.

Итак, моральный вред – понятие субъективное и индивидуальное. Размер компенсации морального вреда обусловлен многими факторами, которые вытекают из существа самого деликтного обязательства, поэтому законодатель оставляет решение подобной проблемы на усмотрение суда.^[24]

2.2. Возмещение морального вреда юридическому лицу

Согласно части 7 ст. 152 Гражданского кодекса РФ «правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица». Именно эта норма и есть «камень преткновения». Пока она не будет изменена, спор будет продолжаться, и консенсус не будет достигнут.

Существует две основные позиции в отношении этой проблемы.

Наиболее распространенная из них, конечно, не допускает ни единой возможности возмещения морального вреда юридическому лицу.

Так, по мнению некоторых юристов, правила, касающиеся компенсации морального вреда, не могут быть применены к защите деловой репутации юридического лица, поскольку это находилось бы в явном противоречии с понятием морального вреда, содержащимся в части 1 ст. 151 ГК РФ. Например, В.В. Витрянский считает, что «...сохранение практики судов общей юрисдикции по возмещению морального вреда в пользу юридических лиц, основанной на Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г., представляется недоразумением, вызванным сугубо формальным применением пункта 7 ст. 152 ГК РФ, предусматривающей, что правило о защите деловой репутации гражданина (включающее и возмещение морального вреда) соответственно применяется к защите деловой репутации юридического лица».^[25]

На взгляд О.А. Пешковой, юридическим лицам моральный вред компенсироваться не должен. В противном случае произойдет смешение двух самостоятельных элементов системы гражданского права: института компенсации морального вреда и института защиты чести, достоинства и деловой репутации, каждый из которых имеет собственный предмет и объект защиты.

Небезынтересна и точка зрения Конституционного Суда РФ по данному вопросу. В Определении от 4 декабря 2003 г. указано: именно соответственно природе юридического лица должна устанавливаться применимость к защите его деловой репутации того или иного предусмотренного законом способа защиты нарушенных гражданских прав. Указание в статье 151 ГК РФ на то, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные гражданину, свидетельствуют о том, что законодатель исходит из дифференцированного подхода к регулированию отношений по поводу компенсации морального вреда в зависимости от того, какому субъекту – гражданину, юридическому лицу, публичному образованию – причинен соответствующий вред. При этом законодатель также исходит из отсутствия идентификации граждан и юридических лиц и адекватно этому строит правовую регламентацию отношений по поводу компенсации морального вреда. Поскольку юридическая природа организаций как юридических лиц не предполагает претерпевания ими физических или нравственных страданий в результате распространения порочащих их деловую репутацию сведений, то компенсация морального вреда юридическому лицу противоречит самому существу данного способа защиты нарушенных гражданских прав.^[26]

Высший Арбитражный Суд РФ также придерживается мнения, что нельзя применять к юридическим лицам понятие морального вреда, соответственно, невозможно удовлетворять требования о его компенсации. Эта позиция нашла отражение в судебной практике.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Размер компенсации морального вреда определяется с учетом степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Поскольку юридическое лицо не может испытывать физических или нравственных страданий, ему невозможно причинить моральный вред.

Поэтому исходя из смысла статей 151 и 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право на компенсацию морального вреда предоставлено только физическому лицу.

В удовлетворении возмещения морального вреда отказано ввиду того, что истцом является юридическое лицо, не способное испытывать физические или нравственные страдания, которые подлежат компенсации в случае причинения морального вреда.

Юридические лица, согласно статьям 151 и 1099 ГК РФ, не имеют права на компенсацию морального вреда.

Суд указал, что крестьянское (фермерское) хозяйство «Остров», являясь юридическим лицом, не может испытывать нравственные и физические страдания, поэтому требование о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению.

С ныне действующим гражданским законодательством полностью согласуется и разъяснение содержащиеся в пункте 15 Постановления № 3 Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. В частности, там записано следующее: «...правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяется и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица. Компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 ст. 151 и пункте 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, и иные заслуживающие внимание обстоятельства...».

Таким образом, в разъяснении содержатся непримиримые противоречия. Даже если согласиться с тем, что моральный вред и, соответственно, компенсация в принципе возможны и в отношении юридического лица, то исчисление размера компенсации в соответствии с частью 2 ст. 151 ГК РФ может быть произведено исключительно исходя из степени физических и нравственных страданий лица, которому причинен вред. Нравственные, а тем более физические страдания может претерпевать лишь человек. И напротив, такого рода страдания, а с ними и само понятие морального вреда никак не могут быть совместимы с конструкцией юридического лица. В этом единодушны и многие цивилисты, такие как В.М. Жуйков, А. Боннер, Ю.К. Толстой, Н.С. Малеин, В.Т. Смирнов, В. Плотников и др.

А.Р. Ратинов предложил следующую аргументацию невозможности компенсации морального вреда: «Для правильного толкования статьи 152 ГК РФ и без ее законодательной корректировки возможность имеется, поскольку текст гласит, что «правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица». Слово «соответственно» в данном контексте означает применимость только тех положений нормы, которые соответствуют правовой природе юридического лица.

Неспособные испытывать физические и нравственные страдания юридические лица не могут и не должны рассчитывать на их компенсацию».^[27]

Данной аргументацией пользоваться можно, но нельзя рассчитывать, что она всегда будет выигрышной.

Обратимся к противоположной позиции рассматриваемой нами проблемы.

В статье 152 ГК РФ определен круг субъектов, имеющих право на компенсацию морального вреда. При этом правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица.

Оценочным критерием определения круга лиц, имеющих право на возмещение морального вреда, является причинение лицу «физических или нравственных страданий», а это означает отсутствие каких–либо ограничений по вопросу определения круга лиц, имеющих право на возмещение морального вреда, если нормативным актом не установлено иное. Затрагивая вопрос о круге лиц, имеющих право на возмещение морального вреда, П.Н. Гусаковский отмечает: «Ввиду того, что все вообще лица, которым причинен имущественный вред недозволенным деянием, имеют право на возмещение, последовательность требует, чтобы с установлением права за нравственный вред, право это точно так же было представлено всем тем лицам, которым каким бы то ни было недозволенным деянием причинены нравственные страдания».

Статьи 150 – 152 ГК РФ закрепили юридическое равенство граждан и юридических лиц на возмещение морального вреда и защиты деловой репутации. Вместе с тем при анализе содержания названных статей обнаруживается ограниченность права юридического лица на возмещение морального вреда. Он возмещается лишь в случае распространения сведений, порочащих деловую репутацию юридического лица. О каком же моральном вреде можно говорить при умалении чести и достоинства юридического лица? По моему мнению, речь идет об утрате деловой репутации, доброго имени и т.д., что может отрицательно сказаться на коммерческой или иной деятельности юридического лица.^[28]