Файл: ОБЩАЯ СОВМЕСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ СУПРУГОВ (бщественные отношения, возникающие по поводу общей совместной собственности супругов).pdf

При этом п. 1 ст. 42 СК РФ допускает включение в брачный договор любых условий, регулирующих имущественные отношения супругов, в то время, как п. 3 этой же статьи, запрещает включать в брачный договор «условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства». Однако, данное ограничение не может быть истолковано в том смысле, что оно исключает любую неэквивалентность в отношениях собственности между супругами.

О допустимости изменения брачным договором установленного законом порядка реализации права общей совместной собственности супругов прямо говорит О.И. Григорьева46, причем соображений об отсутствии такой возможности прямо не высказывает никто.

По всей видимости, причин, по которым следовало бы исключать возможность включения в брачный договор условий о порядке владения и пользования совместной собственностью супругов, не существует. Другой вопрос - целесообразность включения в него таких условий.

Совершенно очевидно, что брачным договором невозможно урегулировать все вопросы повседневного семейного быта: у юриспруденции просто нет необходимого инструментария для этого.

Однако в отношении владения и пользования дорогостоящими объектами имеет место несколько иная ситуация: по крайней мере, с позиций юридической техники, достаточно просто, например, ограничить или исключить пользование ими одним из супругов. Иногда это может быть действительно целесообразно, иногда нет. Но вполне возможно определить порядок пользования недвижимой вещью, например, квартирой.

По нашему мнению, предоставление, например, исключительного права пользования какой-то комнатой в общей квартире одному из супругов, само по себе не противоречит сущности брачных отношений.

Чрезвычайно интересным с точки зрения теории права представляется вопрос о возможности понуждения к исполнению условий брачного договора, регулирующих порядок владения и пользования общим имуществом, в судебном порядке.

На наш взгляд, принудительная реализация порядка пользования и владения общим имуществом, установленным брачным договором, с привлечением публичной власти, в отличие от самого его установления, противоречит сути семейных отношений.

Поэтому соответствующие нормы гражданского законодательства о понуждении к исполнению договорных обязательств применяться в этой области не могут.

В ряде случаев владение и пользование супругами принадлежащим имуществом затрагивает интересы третьих лиц.

В этом смысле небезынтересен, на наш взгляд, порядок реализации супругами прав, предоставляемых находящимися в их совместной собственности акциями.

Этот порядок (по логике вещей) должен быть подчинен общему режиму совместной собственности супругов, то есть права, предоставленные акциями должны реализовываться по обоюдному согласию любым из супругов.

Однако здесь сталкиваются интересы супругов и третьих лиц, внутренняя и внешняя сторона отношений супружеской собственности.

2.2. Распоряжение общей совместной собственностью супругов

Распоряжения имуществом состоит в возможности определения юридической судьбы имущества путем изменения его принадлежности, состояния или назначения (отчуждение по договору, передача по наследству, уничтожение и т.д.) и включает в себя возможность совершать сделки по поводу вещи, направленные как на передачу права собственности на вещь (купля-продажа, дарение), так и на обременение ее правами третьих лиц (залог, аренда).

Согласно п. 1 ст. 35 СК РФ распоряжение общим имуществом осуществляется по обоюдному согласию супругов. Эта норма также отражает равноправие супругов применительно к их общему имуществу и вместе с тем свидетельствует о построении правоотношений собственности супругов на началах эквивалентности. Кроме того, данная норма закрепила господствующее в литературе мнение: оба супруга в одинаковом объеме считаются собственниками всего общего имущества, но равенство прав супругов исключает произвольное, единоличное распоряжение всем имуществом одним из супругов. Конечно, интересы другого супруга, ущемленные сделкой, которую он сам не совершал, могут быть удовлетворены при разделе общего имущества, но компенсация возможна, только если у супругов сохранилось какое-то имущество, а его ведь может и не быть.

Правило установленное п. 1 ст. 35 СК РФ отражает общие принципы правового режима совместной собственности супругов, однако касается только «внутренней» стороны отношений собственности. Пункт 1 ст. 35 СК РФ в полной мере соответствует правилу п. 2 ст. 253 ГК РФ о распоряжении общим имуществом, находящимся в совместной собственности. В литературе в связи с этим, как правило утверждается, что СК РФ и ГК РФ закрепляют одни и те же общие нормы по вопросам распоряжения совместной собственностью, то есть устанавливают, что любая сделка по распоряжению общим имуществом должна быть совершена с согласия всех сособственников. В этом смысле с названными утверждениями нельзя не согласиться. Однако все-таки стоит обратить внимание на то, что СК РФ, строго говоря, не отвечает на вопрос о том, кто из супругов вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом. Ведь правило о распоряжении имуществом по общему согласию касается несколько иного: здесь не определяется субъект, совершающий сделку, а лишь устанавливаются условия ее совершения.

В принципе законодательство не дает оснований для сомнений в том, что право совершать сделки с общим имуществом принадлежит каждому супругу. Во-первых, существует принцип равноправия супругов, к которому мы уже неоднократно обращались. Во-вторых, п. 3 ст. 253 ГК РФ прямо закрепляет право каждого участника общей совместной собственности совершать сделки по распоряжению общим имуществом. Совершенно очевидно, что это предписание должно применяться и к отношениям супружеской собственности.

Но наиболее интересно то, что правило п. 3 ст. 253 ГК РФ сформулировано как диспозитивное. Установив, что право по распоряжению общим имуществом принадлежит каждому участнику совместной собственности, законодатель не исключает заключения соглашения между всеми сособственниками, устанавливающего иной вариант решения этого вопроса, в частности, лишение кого-либо из них права совершать сделки по распоряжению общим имуществом.

Большинство сделок с третьими лицами по распоряжению общим имуществом совершается не обоими супругами совместно, ведь это практически невозможно, а тем или иным из них в отдельности. Однако сделки, совершаемые одним из супругов в отношении имущества, подчиняющегося режиму совместной собственности, отличаются рядом особенностей. Здесь переплетаются интересы добросовестного контрагента, вступающего в сделку с одним из супругов, и интересы второго супруга, не участвующего в сделке непосредственно.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом предполагается, что он действует с согласия другого супруга (п. 2 ст. 35 СК РФ), иными словами, закон устанавливает презумпцию взаимного согласия супругов на распоряжение их общим имуществом. Такая презумпция признана необходимой в интересах устойчивости гражданского оборота, защиты интересов добросовестных контрагентов. Поскольку брак основан на взаимном доверии, общности супружеских интересов, нельзя каждый раз требовать от третьего лица, чтобы оно удостоверялось в наличии согласованности действий супругов, заключая сделку с одним из них. Неверно было бы заранее ставить под сомнение правомочность одного из супругов распоряжаться общим имуществом путем заключения дозволенных законом сделок и всякий раз требовать предъявления согласия (доверенности) другого супруга. Подобное требование не только поставило бы оборот в очень тяжелое положение, но и в большинстве случаев было бы практически неосуществимо. Вступая в договорные отношения с тем, кто состоит в браке, вполне естественно предполагать, что он согласовал свои действия со своим супругом, иными словами, исходить из того, что в распорядительной сделке одного супруга имеется волеизъявление другого супруга. Главная задача специального правового регулирования отношений общей собственности традиционно заключается в том, чтобы создать у третьих лиц видимость единства субъекта - носителя права общей собственности.

Конечно, презумпция согласия супруга на совершение сделки по распоряжению общим имуществом не всегда соответствует действительности и может быть опровергнута, ведь это не более чем предположение, и тогда возникает вопрос о признании такой сделки недействительной. В интересах стабильности гражданского оборота п. 2 ст. 35 СК РФ устанавливает, что сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии супруга на совершение данной сделки50. Следовательно, такая сделка является оспоримой. При этом невозможно полностью согласиться с утверждением В.В. Васькина, что такая сделка является оспоримой с правовыми последствиями, установленными ст. 174 ГК РФ для сделки, совершенной с превышением полномочий.

Разумеется, такая сделка является именно оспоримой, а не ничтожной, раз законом предусмотрено, что она недействительна в силу признания ее таковой судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ). И последствия ее недействительности такие же, как и последствия недействительности любой другой оспоримой сделки, в том числе сделки, недействительной по основаниям превышения полномочий. Но последствия недействительности сделки установлены ст. 167, а не ст. 174 ГК РФ. Статья 174 ГК РФ устанавливает лишь основание недействительности сделки. Основание это - не любое превышение полномочий, а лишь выход за пределы полномочий, ограниченных договором либо учредительными документами. Поэтому сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом, признается недействительной из-за отсутствия согласия другого супруга, если другая сторона в сделке знала или должна была знать о несогласии, не как совершенная с превышением полномочий, а как не соответствующая требованиям закона (ст. 168 ГК РФ), поскольку она не соответствует требованиям п. 1 ст. 35 СК РФ. Каждая из сторон по сделке должна возвратить другой все полученное в натуре, а в случае невозможности - возместить стоимость полученного в деньгах (ст. 167 ГК РФ). Согласно ст. 181 ГК РФ супруг, несогласный с совершением сделки, может предъявить иск о признании сделки недействительной в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о ее совершении без его согласия.

Как видно из нормы п. 2 ст. 35 СК РФ, сделка по распоряжению общим имуществом, совершенная без согласия не участвовавшего в ней супруга, может быть признана недействительной по его иску в случае недобросовестности контрагента супруга, совершившего сделку. Разумеется, в тех случаях, когда третьему лицу было известно или по всем обстоятельствам дела должно было быть известно о наличии брака и об отсутствии согласия другого супруга или даже о наличии его возражений против данной сделки, оно не может ссылаться на презумпцию согласия.

По нашему мнению, имущество, принадлежащее супругам на праве совместной собственности, не может быть подарено одним из них без согласия другого. Считаем необходимым внести соответствующие изменения в п. 2 ст. 35 СК РФ о неприменении презумпции согласия к безвозмездным сделкам и сделкам, явно выходящим за пределы нормально совершаемых в рамках ведения домашнего хозяйства, в зависимости от особенностей самих сделок и условий их совершения - по отчуждению всей домашней обстановки, по отчуждению дорогостоящих вещей по невысокой цене или в обмен на неравноценное имущество, по отчуждению одним супругом вещей, имеющих своим назначением обслуживание другого супруга, и т.д. Это позволит защитить интересы супруга, не участвующего в сделке непосредственно, от злоупотреблений со стороны другого супруга.

В случаях, когда сделку, совершенную одним из супругов без истинного согласия другого супруга, нельзя признать недействительной вследствие презумпции супружеского согласия и добросовестности контрагента, существует возможность возвратить отчужденное имущество в семью. Оба супруга обладают не только равными, но и полными правомочиями владения, пользования и распоряжения имуществом, входящим в их совместную собственность. Поэтому оба они и каждый из них в отдельности имеют право на истребование вещи и от добросовестного приобретателя по основаниям, предусмотренным ГК РФ. Такой вывод ни в коей мере не умаляет значения предполагаемого взаимного согласия супругов. Но это уже дело суда - разобраться в конкретных обстоятельствах того или иного дела и установить, кому следует отдать предпочтение - добросовестному приобретателю или супругу, интересы которого ущемлены.

Особые правила установлены в настоящее время п. 3 ст. 35 СК РФ для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке. На указанные сделки презумпция согласия не распространяется. Для совершения такой сделки необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Совершая удостоверение сделок с имуществом, нотариус проверяет принадлежность этого имущества на праве собственности или ином вещном праве, наличие сособственников; при удостоверении сделок, указанных в ст. 35 СК РФ, нотариусом проверяется наличие нотариально удостоверенного согласия другого супруга на совершение сделки.

Если в нотариально удостоверенном согласии супруга указаны какие- либо условия сделки, нотариус при удостоверении сделки проверяет, соблюдены ли эти условия. Если лицо не состоит в зарегистрированном браке, нотариусу представляется письменное заявление об этом данного лица. Но в том случае, когда одному супругу все же, несмотря на обязанность нотариуса следить за соблюдением требования о предварительном согласии другого супруга, удалось совершить указанную сделку без такого согласия, то указанная сделка признается судом недействительной по требованию супруга, чье нотариально удостоверенное согласие не было получено.