Файл: анализ договорных конструкций.pdf

Юридическая модель опционного договора отлична от опциона на заключение договора. Как следует из п. 1 ст. 429.3 ГК РФ, опционный договор является уже состоявшейся основной сделкой с условием об опционе кредитора потребовать по ней исполнения. Иными словами, кредитор вправе в установленный опционным договором срок либо потребовать исполнения по сделке, т.е. запустить механизм ее исполнения, либо воздержаться от предъявления требований, что повлечет прекращение опционного договора.

Опционный договор предоставляет его сторонам большую юридическую связанность, чем опцион на заключение договора. Так, опционный договор является уже заключенным основным договором, где сторонами дополнительно урегулирован порядок его исполнения, в свою очередь, опцион на заключение договора, возможно, никогда и не породит отношений в рамках основного договора. При бездействии потенциального акцептанта по опциону на заключение договора отношения сторон в рамках основного договора даже не возникнут, в то время как молчание кредитора по опционному договору прекращает уже возникший основной договор.

Давая определение опционному договору, нельзя не соотнести его с договором, срок исполнения которого определен моментом востребования, что предусмотрено ст. 314 ГК РФ. На первый взгляд указанная норма (ст. 314 ГК РФ) позволяет сторонам и без заключения опционного договора урегулировать свои отношения тождественным образом, а именно согласовать, что должник будет обязан исполнить обязательство лишь по требованию кредитора. Конечно, договор до востребования не исключает риска досрочного исполнения должником своих обязательств, что диспозитивно закреплено для непредпринимательских отношений, вместе с тем для профессиональных участников гражданского оборота, где возможность досрочного исполнения ограничена, такое согласование сроков исполнения помогает обеспечить их интересы и без заключения опционного договора.

Однако Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации" ст. 314 ГК РФ изложена в новой редакции и дополнена положением о том, что при непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении обязательства должник вправе потребовать от кредитора принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства. Иначе говоря, должнику предоставлено право при пассивности своего контрагента исполнить принятые на себя обязательства и получить юридическую свободу.

---

При таких условиях гражданского оборота договор со сроком до востребования не способен создать регулирование, аналогичное опционному договору, поскольку в отличие от опционного договора позволяет должнику при длительном бездействии кредитора без его воли исполнить свое обязательство и обязать кредитора принять такое исполнение.

Опцион кредитора на право требовать исполнения по договору можно соотнести с введенным в ГК РФ понятием обусловленного исполнения обязательства. Согласно ст. 327.1 ГК РФ исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Но различия между ними схожи с уже рассмотренными отличиями опциона на заключение договора от сделки, совершенной под условием: действия кредитора, которые приводят к исполнению обязанностей должником по смыслу ст. 327.1 ГК РФ, выходят за рамки содержания этого договора, в то же время право лица, которое приобрело опцион требовать исполнения заключенного договора, входит в его существо.

При этом подобно опциону на заключение договора, где законодатель прямо установил возможность поставить право на акцепт оферты в зависимость от наступления определенных обстоятельств, в силу п. 1 ст. 429.3 ГК РФ опционным договором может быть предусмотрено, что требование по такому договору считается заявленным при наступлении определенных в договоре обстоятельств. Иными словами, обязанность исполнить договор возникает в результате не осуществления приобретателем опциона своего права, а наступления иных обстоятельств (ст. 327.1 ГК РФ).

Спорной является и природа опционного права в рамках опционного договора. Опционный договор до момента заявления опционного требования со стороны кредитора является срочным договором. Опционный договор действует и право выбора кредитора существует только в согласованный сторонами срок. По истечении этого срока опционный договор прекращает свое действие и, следовательно, утрачивается право выбора.

Воспользовавшись своим правом, кредитор инициирует возникновение основных отношений в рамках опционного договора, в случае его бездействия отношения сторон так и не трансформируются в основные отношения. То есть управомоченное лицо наделяется секундарным правом потребовать исполнения договора, в момент заявления которого у него возникает уже субъективное право требования в рамках основных правоотношений. До момента заявления требования другая сторона находится в состоянии связанности и ожидает принятия решения от управомоченного лица.

---

Так же, как в случае с опционом на заключение договора, на наш взгляд, недостаточно урегулирована форма опционного договора, как и требования о его регистрации, более того, положения об опционном договоре вообще не содержат специальных норм о форме.

Поскольку опционный договор, по нашему мнению, является уже состоявшимся договором, но с опционом требовать его исполнения, на него должны распространяться все правила об основном договоре. При заключении опционного договора стороны должны действовать так, как если бы они заключали аналогичный основной договор. Так, при заключении опционного договора аренды недвижимого имущества на срок не менее года договор должен представлять собой единый письменный документ и подлежать государственной регистрации.

Несомненно, такое утверждение нельзя назвать бесспорным. Сложившаяся судебная практика исходит из того, что регистрации подлежат только те договоры, регистрация которых прямо предусмотрена действующим законодательством, например договор аренды недвижимости не менее года регистрируется, однако аналогичный предварительный договор нет. Есть вероятность, что такой же режим будет распространяться на аналогичный опционный договор аренды.

Дополнительно возникает вопрос: будет ли оправданной государственная регистрация опционного договора аренды недвижимого имущества (на срок более года), учитывая, что при его регистрации имущество еще не будет передано во владение и пользование арендатора, т.е. не проявится вещный характер аренды, и у управомоченного лица возникнет лишь опционное право требовать передачи согласованной вещи? Принимая во внимание цель опционного договора, которая заключается в том, чтобы создать управомоченному по опциону лицу условия получить реальное исполнение в любой момент после своего заявления, соблюдение такого жесткого требования, как государственная регистрация договора, не должно стать для лица, предоставившего опцион, обременительным.

Полагая, что органы Росреестра будут отказывать в регистрации опционных договоров, de lege ferenda обязательность регистрации договоров в указанных случаях должна быть прямо закреплена. При этом de lege lata необходимо руководствоваться уже упомянутым п. 3 ст. 433 ГК РФ, из которого следует, что государственная регистрация не влияет на состоятельность отношений сторон заключенного договора, а только лишает их возможности противопоставить наличие их отношений третьим лицам.

Необходимо отметить, что включение в ГК РФ положений об опционных конструкциях должно оказать положительный эффект на развитие российской юриспруденции.

---

Законодательное закрепление понятия опциона на заключение договора и опционного договора позволило разрешить некоторые вопросы и внести определенность в сферу правоприменения, что предоставит сторонам опциона надлежащую защиту.

Однако есть и ноты определенной грусти в указанных словах. Как справедливо отметил Р.С. Бевзенко в одном из своих интервью, "...когда в законе очень подробно описывают все то, что и так было раньше не запрещено, это создает, может быть, у неискушенного читателя видимость нового подхода. Видимость того, что раньше это было нельзя, а теперь разрешили и, значит, теперь это можно.

Действительно, внедрения специальных норм об опционах в ГК РФ было бы можно избежать, если бы правоприменительная практика предоставляла реальную и действительную диспозитивность участникам гражданских правоотношений.

Однако в регулировании опционных конструкций усматриваются, на наш взгляд, некоторые упущения. В частности, недостаточно регламентирован механизм исполнения опциона на заключение договора, а именно вопрос о том, какие юридические факты являются достаточными для признания основного договора заключенным.

Представляется, что в целях соблюдения основной цели опциона на заключение договора (возможности потенциального акцептанта в любое время инициировать отношения в рамках основного договора) одного лишь уведомления (акцепта) должно быть достаточно для признания основного договора заключенным. Вместе с тем, исходя из действующего законодательства, такие выводы не могут быть применены к договорам, требующим составления единого документа или государственной регистрации.

Другой "российский опцион" - опционный договор - стал сюрпризом для юридического сообщества. Как минимум с уверенностью можно сказать о терминологической путанице между понятиями "опцион на заключение договора" и "опционный договор". Неразрешенным остался вопрос о форме опционного договора. Полагаем, что умолчание законодателя должно рассматриваться как указание на тот факт, что опционный договор, являясь основным договором с опционной оговоркой, должен заключаться в форме и подчиняться всем требованиям, предусмотренным для основного договора.
Остается надеяться, что сложности механизма исполнения опционов и наличие ряда неразрешенных вопросов не приведут к ограниченному использованию нововведенных конструкций

Исходя из вышесказанного можно сделать вывод о том, что принятие Федерального закона от 8 марта 2015 года № 42-ФЗ разъяснило множество неточных и размытых положений Гражданского кодекса РФ, касающихся договорных отношений. Вместе с тем, вводя новые виды договоров, такие как рамочный и опционный, законодатель не избежал определенных пробелов и неясностей. В отношении рамочного договора это, прежде всего асимметрия в правах сторон, что некоторые ученые считают нарушением принципа равенства. Также необходимо указать на то, что многие практики приравнивают рамочный договор к незаключенному, а значит, даже при наличии общего соглашения, если нет дополнительного, стороны остаются незащищенными и формально не связаны правоотношениями. Прямая норма, регулирующая этот вопрос, отсутствует, в таком случае необходимо применение закона по аналогии.

---

2. Особенности новых договорных конструкций

2.1. Новые специальные договорные конструкции в Гражданском кодексе Российской Федерации

Общепризнанно, что гражданско-правовой договор является уникальной формой установления хозяйственных связей между участниками экономического оборота и основанием возникновения их взаимных прав и обязанностей. Он наполняет эти связи конкретным содержанием, обеспечивает их практическую реализацию и ответственность за исполнение принятых обязательств.

В Гражданском кодексе Российской Федерации выделены особые (или специальные) договорные конструкции, которые не вписываются в традиционные классификации гражданско- правовых договоров: публичный договор (ст. 426 ГК РФ); договор присоединения (ст. 428 ГК РФ); предварительный договор (ст. 429 ГК РФ); договор в пользу третьего лица (ст. 430 ГК РФ). Этот уже привычный перечень типичных договорных конструкций дополнен несколькими новыми договорными формами.

Речь идет о рамочном договоре, соглашении о предоставлении опциона на заключение договора и абонентском договоре. Обособившиеся в части первой Гражданского кодекса РФ договорные конструкции роднит то обстоятельство, что они подлежат применению практически к любым типам (видам) договорных обязательств, которые обладают необходимым набором признаков, характерных для каждой такой специальной конструкции.

Как иногда указывается в литературе, эти конструкции представляют собой некую законодательную оболочку, которую может «примерить» на себя практически любой договор^[7].

На практике нередко участники гражданского оборота заключают соглашения, ориентированные на длительный срок исполнения и предусматривающие совершение сторонами повторяющихся или однотипных действий, в том числе оформляемых отдельными договорами. В связи с этим в виде самостоятельной договорной конструкции представлен рамочный договор. Несмотря на свою относительно недавнюю «прописку» в Гражданском кодексе РФ, рассматриваемая договорная конструкция давно и успешно используется в имущественном обороте.

---