Файл: Аудиторская деятельность как вид предпринимательства: общая характеристика (Общая характеристика аудиторской деятельности в Российской Федерации).pdf

В несколько менее выраженной форме тенденции, вытекающие из анализа рэнкинга аудиторских организаций, следуют и из итогов рэнкинга крупнейших аудиторских групп и сетей: их суммарная выручка в 2017 году составила 66,4 млрд рублей, снизившись за год на 1%. При этом совокупные доходы от консалтинга упали на 2%, тогда как от аудита, пусть и незначительно, на 0,8%, выросли. Среди консалтинговых практик наибольшая часть выручки в 2017 году пришлась на услуги финансового управления – 3,447 млрд рублей, или 19% от суммарной выручки участников рэнкинга. За год этот сектор вырос на 12%, прежде всего за счет спроса на аутсорсинг бухгалтерского учета. Услуги налогового и юридического консалтинга принесли участникам рэнкинга 2,636 млрд рублей (14% в общей структуре), за год уменьшившись на 2,6%. Еще 2,335 млрд рублей, или 9%, в 2017 году составили доходы от оценочной деятельности, сократившиеся за год почти на 18%. Традиционно значимая доля у услуг ИТ-консалтинга: 2,946 млрд рублей (16%) – уменьшение за год на 10%. [25].

Рынок аудиторских услуг находится на пороге значительных перемен – в Госдуме прошел первое чтение и готовится ко второму пакет поправок к Закону «Об аудиторской деятельности». Согласно им полномочия регулятора этого рынка от Минфина должны перейти к Банку России. Помимо этого, предполагается сузить круг компаний, подлежащих обязательному аудиту, ужесточить требования к входу на аудиторский рынок и к заверению отчетности банков и прочих поднадзорных ЦБ организаций, усложнить допуск аудиторов к подтверждению отчетности общественно значимых хозяйственных субъектов, изменить модель саморегулирования на финансовом рынке для повышения ответственности СРО. Результатом реформы должны стать уход мелких компаний, концентрация рынка и, как ожидается, снижение остроты такой застарелой проблемы, как демпинг. Рынок будет сильно меняться. Будет не аудит отчетности. Аудит будет мониторингом, так будет во всем мире, потому что отчетность, которую выпустили, через 5-6 месяцев после того, как все закончилось, и ее подтвердили, ни о чем не говорит. Она не говорит о финансовом, экономическом здоровье предприятия. Это все давно ушло вперед. [23 c. 35].

Демпинг существует, но нужно смотреть, в каком секторе он существует. В каких-то секторах демпинга не существует, например, в энергетике. Акции участников этого рынка котируются на биржах. Соответственно, они нанимают компании «Большой четверки» на МСФО. Конечно, аудит «Большой четверки» стоит значительно дороже. Когда российские компании выходят на конкурс с одной ценой, а компании «Большой четверки» с другой ценой, выигрывают компании «Большой четверки», хотя цена у них может быть в два-три раза выше, чем у российских компаний, имеющих достаточный опыт выполнения такой работы. Так что вопрос сложнее, чем просто существование демпинга на рынке. [24 c. 94].

Аудит вторичен, первична, конечно же, ответственность тех компаний, которые выпускают отчетность. Если эта ответственность нулевая, и стоимость риска равно нулю, то аудит как инструмент риск-менеджмента не может нормально работать, потому что он становится не нужен. Обсуждая реформу аудита, наверно, нужно обсуждать, будет ли реформа ответственности тех, кто подписывает финансовую отчетность, потому что эти два процесса связаны. Наверно, вопрос ответственности подписантов отчетности даже первичен с точки зрения анализа влияния всего происходящего на реформу аудиторской деятельности. [14 c. 98].

Если наша экономика по-прежнему будет находиться в таком, образно говоря, полуживом или полумертвом состоянии, когда практически нет столько среднего и малого бизнеса, сколько его должно быть в развитой стране, то, конечно, аудит тоже будет испытывать проблемы. Так что наши проблемы – это следствие проблем экономики в целом. Если экономика будет развиваться, то мы будем развиваться вместе с ней.

Каков ландшафт, который мы ожидаем увидеть через три года на аудиторском рынке? Количество игроков существенно сократится. Может быть, будет не 1,5 тыс., а чуть больше. Я убежден, что концентрация рынка и все тенденции по концентрации рынка будут иметь место. Реформа не аудита, а регулирования аудита, в том числе, направлена именно на это. Проведу аналогию с ритейлом. Есть крупные сетевые компании, которые доставляют продукты потребителю. Есть небольшие сетевые магазины в городе. Есть магазины у дома. Все они нужны потребителю.

Факторов [результативности реформы] много: факторы уменьшения количества субъектов аудита, увеличения количества инициативных заданий, которые компании будут инициировать сами, и в которых они будут выбирать тех аудиторов, тех исполнителей, готовых реализовывать их задачи за приемлемые деньги. Рост издержек аудитора и повышение возможной цены на аудит в связи с тем, что количество предложений будет меньше. Остается надеяться на то, что это приведет к позитивным сдвигам, и что аудитор действительно сможет выполнять свое общественное предназначение, о котором говорил Конституционный суд. Хотелось бы на это надеяться. Было бы обидно, если бы это не произошло. [25].

Найдите страну, где регулируется только аудиторская деятельность, без бухгалтерского учета. Назовите мне ее. Во всех более-менее развитых странах – и в Китае, и в Великобритании, и даже в Греции – две профессии регулируются в одном объеме, если так можно выразиться: и бухгалтера, и аудитора. Нет этого деления. Нас сначала отделили, срубили сук, на котором мы сидели (я имею в виду аудиторов) – сук бухгалтерского учета, отчетности, всех тех подходов, которые имели место, а потом нас начали регулировать. [9 c. 107].

Главным трендом развития рынка аудиторских услуг на среднесрочную перспективу будет усиление надзора за деятельностью аудиторских компаний в связи с продолжающейся волной отзывов банковских лицензий и выявлением фактов некачественного аудита. Поэтому в ближайшей перспективе ожидается ужесточение требований как к аудиторам, так и к субъектам аудита, которые уже не смогут уклоняться от проведения обязательного аудита. Мы можем ожидать введения репутационного и квалификационного ценза при проведении аудита финансовых организаций со стороны ЦБ РФ, а также представителей крупного бизнеса. Все это, скорее всего, приведет к существенному сокращению числа аудиторских компаний и усилению их интегрированности в группы. [9 c. 126].

Другим направлением усиления контроля аудиторов будет увеличение роли и ответственности СРО, которые также будут вынуждены ужесточить требования к участникам, что приведет к вытеснению мелких аудиторских фирм, повысит качество услуг и сможет остановить продолжающийся ценовой демпинг. [25].

Но и излишне высокие требования к аудиторам имеют обратную сторону: дороговизна привлечения и существующая нехватка высококвалифицированных специалистов повышает стоимость аудита, что может негативно отразиться на отрасли в целом.

В краткосрочной перспективе сохранится тенденция смены предпочтений при выборе аудитора в сторону российских компаний, что обусловлено сохраняющимися внешними санкциями и стимулированием импортозамещения на рынке аудиторских услуг. Поэтому, несмотря на ожидаемое сокращение доли обязательного аудита, отечественные компании смогут рассчитывать на прирост выручки в этом сегменте.

В этой связи наблюдается прирост доходов от аудита отчетности по МСФО, но существенно сокращается спрос на услуги трансформации отчетности по МСФО, что также является следствием ограничения доступа к зарубежным финансовым рынкам.

Заказчики стали более избирательны не только при выборе аудитора, но и при выборе услуг. Спрос на инициативный аудит сократился, но повысился спрос на аудит отдельных хозяйственных операций, например, аудит затрат, имущества, непрофильных активов. Цифровизация работы фискальных служб повысила спрос на налоговый аудит. [25].  

Какова динамика цен на услуги аудиторов?

В основе ценообразования аудиторских услуг, как всегда, лежат трудозатраты. Однако сохраняющийся ценовой демпинг вынуждает сокращать число высококвалифицированных специалистов, задействованных в процессе работы. Многие компании увеличивают численность специалистов, не имеющих высокой квалификации, так как на них распределяется большая часть работ. Конечно, это не может не сказаться на качестве аудита, поэтому компании, дорожащие своей репутацией, организуют внутренние системы повышения квалификации, и обязательно включают в состав рабочей группы опытного высококвалифицированного сотрудника. [25].

Другим способом оптимизации затрат аудиторских компаний является внедрение цифровых технологий обработки информации, позволяющих быстро выявить риски и несоответствия, что сокращает трудозатраты специалистов. [24].

Внешние факторы ценообразования также продолжают оказывать негативное влияние. Отсутствие ответственности за не проведение аудита и высокая конкуренция среди аудиторских компаний сохраняют ценовой демпинг, часто в ущерб качеству. Поэтому остается надеяться, что ужесточение надзора аудиторской деятельности сможет ограничить недобросовестную конкуренцию и сделает ценовой фактор не самым значимым при выборе аудитора.

Как скажется на рынке поправки в Налоговый кодекс, согласно которым налоговые органы получили доступ к аудиторской тайне?

Действительно, с 2019 года налоговые органы смогут запрашивать у аудитора информацию и документы, которые клиент не предоставил налоговому органу в ходе выездной налоговой проверки. Понятно, что аудитор не обязан хранить у себя копии всех проверяемых документов, поэтому от него может последовать лишь пояснение о факте проверки запрошенных документов, либо об их непопадании в выборку, что обяжет аудиторов еще более серьезно относиться к проверкам. Поэтому новые поправки будут служить дополнительным стимулом привлечения для аудита только квалифицированных специалистов, могущих реально помочь избежать подобных вопросов со стороны налоговых органов. Так как клиенты уже не смогут рассчитывать на поверхностный аудит «для галочки», то недобросовестные участники должны постепенно уйти с рынка аудиторских услуг. [24].

Однако дополнительная ответственность увеличивает риски аудиторов, что приведет к необходимости увеличения страховых сумм по договорам страхования профессиональной ответственности и к росту стоимости таких договоров.

С 1 января 2019 года вступает в силу Федеральный закон от 29.07.2018 № 231-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 231-ФЗ). Закон вносит изменения в ст. 82 НК РФ и вводит в Налоговый кодекс новую ст. 93.2 «Истребование документов (информации) у аудиторских организаций (индивидуальных аудиторов)».

Как сказано в пояснительной записке к соответствующему законопроекту, он разработан в целях реализации рекомендаций Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) по итогам первой фазы обзора законодательства РФ в рамках Глобального форума по транспарентности и обмену информацией для целей налогообложения. Однако сами положения указанных рекомендаций, а также обоснования, из которых бы вытекала необходимость наделения российских налоговых органов новым правом, в пояснительной записке к законопроекту не приводятся. Также не содержится в ней информации о том, как реализовано (и реализовано ли) соответствующее положение в других государствах, в частности санкционирован ли доступ налоговых органов к аудиторской тайне в государствах, входящих в ОЭСР.

Заключение

Реализация новых положений по аудиторской деятельности может привести к снижению востребованности аудиторских услуг и в первую очередь услуг, оказываемых мелкими и средними аудиторскими организациями. Например, велика вероятность того, что истребованная документация (информация) может быть представлена аудитором некорректно или содержать ошибочное суждение последнего, что может быть использовано налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля.

Кроме этого, было указано на такие возможные негативные последствия принятия законопроекта, как:

- ухудшение качества представляемой в налоговые органы налоговой отчетности вследствие сокращения использования услуг добровольного аудита и других сопутствующих услуг по повышению эффективности деятельности организаций;

- снижение полноты раскрываемой перед аудиторами информации (с возможностью ее сведения до уровня документов и информации, представляемой в рамках налогового контроля) и, как следствие, потеря ценности аудита для пользователей финансовой отчетности;

- снижение уровня доверия к отчетности российских публичных компаний и к заключениям аудиторов.

Одновременно отмечалось, что законодательством РФ о налогах и сборах налоговым органам уже предоставлен широкий механизм действий, обеспечивающий доступ налоговых органов к документам (информации) налогоплательщика, в том числе в рамках проводимых мероприятий налогового контроля. При этом за воспрепятствование в проведении указанных мероприятий предусмотрена налоговая и административная ответственность.

С приведенными опасениями можно только согласиться. Добавим, что законодатель в ст. 93.2 НК РФ использует формулировку «документы (информация)». Если под «документом» понимается зафиксированная на материальном носителе информация с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать, то понятие «информация» четко не определено, нет его и в НК РФ. Если под «информацией» понимать любые сведения независимо от формы их представления, то налоговики могут истребовать у аудиторов не только документы, предоставленные налогоплательщиками при аудиторской проверке, но и любую информацию, любые сведения, полученные при проведении данной проверки и имеющиеся у аудитора.

Остается открытым вопрос о том, где налоговики будут брать сведения о проведенных аудиторских проверках. Если сведения о результатах обязательного аудита подлежат внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц, то по добровольному аудиту подобного реестра нет. Поскольку далеко не все налогоплательщики подпадают под требование об обязательном аудите, не всегда налоговый орган будет располагать информацией о наличии у такого налогоплательщика договора с аудитором и о его предмете. Можно предположить, что этот вопрос будет урегулирован позднее.