Файл: Индивидуальное предпринимательство.pdf

Учитывая, что опыт регулирования процесса несостоятельности для граждан и разрешения различных правовых проблем в данной области в нашем государстве пока еще не является обширным, представляет значительный научный интерес опыт регулирования зарубежных стран. В настоящей работе мы обращаемся к актуальному законодательству Франции, которое также характерно постепенным развитием регулирования проблемных вопросов несостоятельности гражданина и индивидуального предпринимателя, на предмет исследования диапазона правовых возможностей для индивидуального предпринимателя, «находящегося в затруднительном положении», и сравнения с российскими реалиями^[56].

Итак, по российскому законодательству изменился перечень актуальных для индивидуального предпринимателя процедур банкротства. Если раньше, за отсутствием специального правового регулирования для гражданина, индивидуальный предприниматель признавался банкротом в процедуре конкурсного производства, как и юридическое лицо, то в настоящий момент для него действует специальная процедура реализации имущества (ст. 213.24 Закона), актуальная для любого физического лица. Единственной же восстановительной процедурой, согласно статье 213.2 Закона о банкротстве, является реструктуризация долгов гражданина. Суд не может, минуя данную процедуру, сразу же объявить должника банкротом.

Однако последнее возможно, если ни должником, ни кредиторами не будет представлен финансовому управляющему план реструктуризации или же если этот план будет отклонен судом. Реструктуризация долгов как процедура банкротства предполагает постепенное погашение долгов перед кредиторами посредством произведения выплат в течение максимум трех лет. По итогам реструктуризации проводится собрание кредиторов, на основании ходатайства которого суд выносит решение либо о завершении реструктуризации, либо об отмене реструктуризации и признании должника банкротом^[57]. Также Закон предусматривает возможность заключения мирового соглашения, что актуально для любой категории должников, как для физических, так и для юридических лиц. Ситуация в рамках процесса банкротства по российскому законодательству имеет, несомненно, значительные отличия. Если применительно к банкротству юридических лиц (принимая во внимание единство процедуры во Франции) на самой ранней стадии (в процедуре наблюдения) характерно самостоятельное управление предприятием за установленными законом ограничениями, то для физического лица (включая индивидуального предпринимателя) такой процедуры в настоящее время не существует. В рамках единственной восстановительной процедуры - реструктуризации долгов гражданина - значительная часть полномочий по управлению имуществом должника переходит к финансовому управляющему, участие которого в деле является обязательным (ст. 213.9 Закона о банкротстве). Следует отметить, что характер выбранной модели регулирования несостоятельности гражданина в целом по-разному оценивается учеными с точки зрения квалификации его в качестве продолжниковского и социально ориентированного^[58] или же не нацеленного на реальное оказание помощи гражданам, оказавшимся в затруднительном положении, а ориентированного в первую очередь на коммерческие интересы кредитных организаций^[59].

Французское правовое регулирование известно, как направленное прежде всего на возможность восстановления для любого должника, что выражается в том числе в наличии «превентивных» процедур, направленных на урегулирование финансовой ситуации должника^[60]. В целом представителями французской правовой доктрины критикуется неразработанность свода правил в отношении регулирования затруднений именно индивидуального предпринимателя: законодательные приемы по оптимизации имущественного положения индивидуального предпринимателя в процессе банкротства авторы называют «ретушированием», по сути, косметическим ремонтом, позволяющим должнику-гражданину как-то удержаться в рамках жестких правил, ориентированных на юридических лиц, в то время как требуется два принципиально разных института.

К данной цели стремился и российский законодатель, и, разумеется, разработка института несостоятельности физического лица является более чем прогрессивным шагом в этом направлении, несмотря на все спорные вопросы, связанные с толкованием и применением ряда норм о банкротстве граждан. В свою очередь, и российские исследователи указывают на возможность усовершенствования действующей системы правового регулирования банкротства граждан путем сосредоточения всех особенностей банкротства индивидуальных предпринимателей в соответствующей главе Закона, посвященной непосредственно данной категории должников^[61].

С данным утверждением следует согласиться, поскольку, во-первых, специальные нормы, устанавливающие правила для индивидуальных предпринимателей (например, касательно продажи имущества) приходится искать и за пределами параграфа 2 главы 10 Закона, что говорит о недостаточном уровне систематизации; во-вторых же, поскольку вряд ли вся специфика правового положения данной категории граждан при банкротстве исчерпывается столь небольшим количеством аспектов, достойных внимания законодателя^[62]. Ввиду того что в результате реформы направление правового регулирования в отношения индивидуальных предпринимателей сменилось в сторону в значительной части все же потребительского банкротства, статус индивидуального предпринимателя в процессе несостоятельности нуждается в более развернутом специальном регулировании^[63].

2.2. Проблемы, связанные с конкуренцией требований кредиторов, предъявленных к наследственному имуществу в случае смерти должника - индивидуального предпринимателя

Отсутствие в действующем российском законодательстве норм о банкротстве наследственной массы, вероятно, связано с тем, что банкротство граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя, все никак не станет возможным. Однако даже при отсутствии в нашем праве института банкротства гражданина, не осуществляющего предпринимательскую деятельность, вопросы банкротства наследственной массы давно стали актуальными^[64].

В пользу того чтобы возложить это бремя на имущество должника, имеются и формально-юридические, и политико-правовые доводы. Во-первых, согласно ст. 59 Закона о банкротстве все судебные расходы, в том числе расходы на уплату государственной пошлины, которая была отсрочена или рассрочена, а также расходы на выплату вознаграждения арбитражным управляющим в деле о банкротстве и оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражными управляющими для обеспечения исполнения своей деятельности, относятся на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди (п. 1 ст. 59).

И лишь в случае отсутствия у должника средств, достаточных для погашения этих расходов, заявитель обязан погасить указанные расходы в части, не погашенной за счет имущества должника (п. 3 ст. 59). Во-вторых, очевидно, что в момент предъявления требования о признании должника банкротом заявитель полагается на определенные сведения об имуществе должника; но вряд ли он просчитывает возможность смерти должника и открытия наследства^[65].

Возлагать на заявителя риски компенсации судебных расходов, связанных с банкротством, в случае смерти должника - индивидуального предпринимателя означает еще больше усложнять положение заявителя, что вряд ли справедливо, учитывая, что заявитель и без того выступает кредитором по просроченному должником обязательству. Казалось бы, наследник достаточно защищен правилом об ограничении ответственности. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (ст. 1175 ГК РФ).

Также и в судебной практике подчеркивается, что «...стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом» (п. 61 Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании»). Кроме того, благоприятно влияет на защиту имущественных интересов наследника правило о том, что «расходы на охрану наследства и управление им... возмещаются за счет наследства в пределах его стоимости» (ст. 1174 ГК РФ).

Если наследственное имущество отсутствует полностью, то ответственность наследников исключается. Так, в Определении ВС РФ от 18.03.2014 № 14-КГ13-12 был сделан вывод о том, что, «поскольку отсутствовало имущество, за счет которого наследники могли нести ответственность по долгам наследодателя, долг наследодателя не мог быть переведен на ее наследников»^[66].

Однако если имущество имеется, но его недостаточно для того, чтобы удовлетворить требования всех кредиторов, то в ситуации смерти наследодателя - индивидуального предпринимателя должник может столкнуться с проблемой конкуренции требований. На вопрос о том, в какой последовательности удовлетворять требования кредиторов при недостаточности наследства для исполнения всех обязанностей наследодателя, наследник отвечает по своему усмотрению.

Очередность установлена лишь в отношении расходов на достойные похороны, расходов по управлению наследством и расходов на исполнение завещательных распоряжений (ст. 1174 ГК РФ^[67]), и это, безусловно, обоснованно, но недостаточно в ситуации преемства в предпринимательских правах и обязанностях.

Проблему конкуренции требований кредиторов позволила бы решить ст. 111 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», однако это решение применимо лишь в отношении «взыскателей, предъявивших на день распределения соответствующей денежной суммы исполнительные документы». Если же требования конкурирующих кредиторов не подтверждены вступившими в силу судебными решениями, то исполнение получат кредиторы, которые раньше всех обратятся к наследникам (вне зависимости от того, к какой категории эти кредиторы относятся), либо те кредиторы, чьи доводы наследникам покажутся наиболее убедительными. Кроме того, при получении копии решения арбитражного суда о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства судебный пристав-исполнитель оканчивает исполнительное производство (ч. 4 ст. 96 Федерального закона «Об исполнительном производстве»); исполнительные документы в течение трех дней направляются конкурсному управляющему^[68].

Современная судебная практика пока не позволяет наблюдать споры между кредиторами по поводу недостаточного для удовлетворения взыскания всех кредиторов наследства. Однако уже имеются дела, в которых «опоздавшие» кредиторы сталкиваются с тем, что наследственная масса исчерпана, а ответственность наследников ограниченна. К этому следует добавить вероятность добросовестных ошибок наследника, которому зачастую недостает специальных знаний для оценки требований кредиторов наследодателя.

Здесь уместно вспомнить, что в случае вхождения в состав наследства имущества, требующего «не только охраны, но и управления» (ст. 1173 ГК РФ), управление имуществом уже не доверяют наследнику (непрофессионалу), но привлекают к управлению доверительного управляющего.

Учредителями доверительного управления наследственным имуществом, в том числе в случаях, когда к наследованию призываются несовершеннолетние и недееспособные граждане, может выступать только нотариус либо исполнитель завещания. Если душеприказчик не назначен, единственным, кто вправе выбрать кандидатуру доверительного управляющего, является нотариус^[69].

Но обладает ли нотариус достаточной информацией, для того чтобы надлежащим образом выбрать доверительного управляющего? Кроме того, доверительный управляющий, с которым договор заключил нотариус, в силу ст. ст. 1026 и 1173 ГК РФ обязан будет действовать в интересах выгодоприобретателя, т.е. наследника. Кредиторы не вправе напрямую требовать отчет у доверительного управляющего в отношении распределения наследственной массы, стоимости наследственной массы и пределов ответственности наследника. Даже для того чтобы достоверно узнать о пределах ответственности наследников, кредиторам придется обращаться в суд с иском о взыскании долга, что повлечет за собой увеличение судейской нагрузки. Таким образом, для обеспечения баланса интересов наследников и кредиторов необходимо возвращать в российское гражданское право институт банкротства наследственной массы. Конечно, идеально, чтобы институт банкротства наследственной массы был введен законодательно; но даже в ситуации пробела в законодательстве судебная практика могла бы многое сделать для обеспечения баланса интересов кредиторов и наследников. Продолжением развития этого института может быть регламентация деятельности конкурсного управляющего, который даже в отсутствие должника способен осуществить процедуры конкурсного производства и пропорционально удовлетворить требования кредиторов конкурсной массы.

Представляется, что такое продолжение конкурсного производства независимо от смерти должника способно защитить интересы не только кредиторов наследства, но и самих наследников, которые будут освобождены от необходимости оплачивать оценку имущества и вести нелегкие переговоры в отношении долгов наследодателя.

Наконец, продолжение конкурсного производства, открытого в отношении должника-наследодателя, способно защитить интерес экономически наименее защищенных кредиторов, а именно потерпевших, перед которыми должник отвечал за вред, причиненный жизни и здоровью, а также работников должника.