Файл: Защита права собственности (Система гражданско-правовых средств защиты права собственности).pdf

По общему правилу, не подлежит возмещению вред, причиненный в состо­янии необходимой обороны, если при этом не были нарушены ее пределы. Следовательно, необходимой обороной признаются такие меры защиты прав, которые причиняют вред их нарушите­лю, но не влекут обязанности обороняющегося по его возмещению, поскольку признаются правомерными (допустимыми).

Условия, при которых действия обороняющегося могут быть признаны совершенными в состоянии необходимой обороны, одинаковы как для уголовного, так и для гражданского права. Они относятся к нападению и к защите. Для признания действий обороняющегося совершенными в состоянии необходимой обороны надо, чтобы нападение было действительным (реальным), налич­ным и противоправным. Действительность (реальность) нападе­ния означает, что нападение, как таковое, вообще имеет место. Оборона потому и называется обороной, что противодействует нападению. Поэтому если нет посягательства на чьи-либо пра­ва, то нет оснований говорить об обороне, а тем более о необходимой обороне. Факт нападения означает, что нападение уже началось либо налицо его непосредственная угроза.

Также одним из способов самозащиты гражданских прав являются действия управомоченного лица в условиях крайней необходимости [11].

Под действиями, совершенными в состоянии крайней необходимости, понимаются такие действия, которые предпринимаются лицом для устранения грозящей ему опасности при чрез­вычайных обстоятельствах, связанные с причинением вреда третьим лицам. Они допустимы, если устранить опасность иными средствами было невозможно, а причиненный вред менее значите­лен, чем вред предотвращенный.

Как и при необходимой обороне, действия в условиях крайней необходимости могут предприниматься не только как средство самозащиты прав и интересов управомоченного лица, но и для защиты интересов государства и общества, интересов других лиц.

В отличие от необходимой обороны при крайней необ­ходимости опасность для управомоченного лица возникает не из-за действий тех лиц, которым причиняется вред, а вслед­ствие стихийных бедствий, неисправности механизмов, особого состояния организма человека, например, вследствие болезни и т.п. Она может возникнуть и в результате преступного пове­дения другого лица, например, при причинении вреда имуществу граждан в ходе преследования преступника [7].

Особенность действий в состоянии крайней необходимости состоит в том, что в таких условиях лицо вынуждено ис­пользовать средства, связанные с причинением вреда. При этом в одних случаях причинение вреда может быть необходимой ме­рой предотвращения большей опасности, тогда как в других слу­чаях вред может быть лишь сопутствующим явлением, которое может наступить или не наступить. Если при необходимой обороне вред причиняется непосредственно нападающему, то действи­ями в условиях крайней необходимости причиняется вред треть­ему лицу. Поэтому в силу ст.1067 ГК РФ такой вред, по общему правилу, подлежит возмещению причинившим его лицом. Но поскольку действие в условиях крайней необходимости рассматри­вается законом как правомерное, хотя и вредоносное, учитывая обстоятельства, при которых был причинен такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освобо­дить от возмещения вреда полностью или частично как третье лицо, так и причинившего вред [18].

2.2. Признание оспоримой сделки недействительной

Действительность сделки зависит от действительности образующих ее элементов. Поэтому недействительные сделки могут быть сгруппированы в зависимости от того, какой из элементов сделки оказался дефектным. Так, можно подразделить недействительные сделки на сделки с пороками субъектного состава, сделки с пороками воли, сделки с пороками формы и сделки с пороками содержания [6].

Наряду с отдельными составами недействительных сделок, закон формулирует общую норму, сог­ласно которой недействительной является любая сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов (ст.168 ГК РФ).

Следуя буквальному толкованию ст.168 ГК РФ, необходимо признать, что ею охватывается и дефектность элементов, обра­зующих сделку. Таким образом, норма, сформулированная в ст.168 ГК РФ, фиксирует общее понятие недействительной сделки, однако при наличии специальной нормы, устанавливающей недей­ствительность сделки в зависимости от дефектности отдельных ее элементов, применению подлежит специальная норма.

Сделки с пороками в субъекте следует подразделить на две группы. Первая связана с недееспособностью граждан, а вторая - со специальной правоспособностью юридических лиц либо статусом их органов. Раздельный анализ сделок, совершенных гражданами и юридическими лицами, обусловлен характером совершаемых действий. Сделка как волевой акт требует наличия дееспособности у лица, ее совершающего. Поскольку дееспособ­ность юридического лица неразрывно связана с его правоспособностью, то составы недействительных сделок, основанных на полном или частичном отсутствии дееспособности, не могут быть применены к юридическим лицам. С другой стороны, при опреде­лении круга недействительных сделок с пороками в субъекте надлежит учитывать, что правоспособность юридических лиц, в отличие от правоспособности граждан, может быть не общей, а специальной [7].

Недействительность сделок, участниками которых яв­ляются граждане, основывается на тех же критериях, что и общие правила о возникновении дееспособности, а именно на таких критериях, как возраст и психическое отношение к со­вершаемым действиям. По этим критериям законом сформированы следующие составы недействительных сделок [9]:

• сделки, совершенные гражданином, признанным недееспособным (ст.171 ГК РФ);
• сделки, совершенные гражданином, ограниченным судом в дееспособности (ст.176 ГК РФ);
• сделки, совершенные несовершеннолетними в воз­расте до 14 лет (ст.172 ГК РФ);
• сделки, совершенные несовершеннолетними в возрасте старше 14 лет (ст.175 ГК РФ).

Сделки, совершенные гражданином, признанным законом недееспособным, а также малолетним, т.е. не достигшим 14 летнего возраста, являются недействительными с момента их заключения. Однако, закон предусматривает возможность приз­нания за этими сделками юридической силы, если сделка совершена к выгоде малолетнего или недееспособного гражданина. Для этого его законные представители - родители (усыновители) или опекуны должны предъявить в суде требование о признании совершенной их подопечным сделки действительной [9].

Сделки с пороками воли можно подразделить на сделки, совершенные без внутренней воли на совершение сделки и сделки, в которых внутренняя воля сформировалась неправильно.

Без внутренней воли совершаются сделки под влиянием насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной (ст.179 ГК РФ), а так же гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст.177 ГК РФ). Такие сделки признаются недействительными вследствие того, что воля самого лица на совершение сделки отсутствует, имеющее же место волеизъявле­ние отражает не волю участника сделки, а волю какого-либо иного лица, оказывающего воздействие на участника сделки [7].

Гражданский Кодекс РФ предусматривает возможность оспаривания сделок, совершённых под влиянием насилия [18]. Угроза - явление, отличное от насилия.

Что касается оспоримой сделки, совершенной под влиянием угрозы, то основанием для признания такой сделки недействительной служит то, что воля субъекта формируется несвободно. Угроза представляет собой воздействие на психику гражданина (органа юридического лица) с целью деформирования его воли посред­ством заявлений о причинении ему или его близким имущественного, физического или морального вреда в будущем, если он не совершит сделку [7].

Во-первых, она состоит только в психическом воздей­ствии, т.е. угроза - нереализованное в действительности намерение причинить какое-либо зло; во-вторых, угроза может состоять как в возможности совершения правомерных действий (наложение ареста на имущество, сообщение в правоохранитель­ные органы или в печать сведений о преступной деятельности и т.п.), так и в возможности совершения неправомерных действий (истязание, уничтожение личного имущества и т.п.) [7].

Однако, в литературе существует точка зрения о том, что нельзя признать сделку недействительной, если лицо вправе совершить угрозу. 68. При такой точке зрения можно оставить без защиты интересы тех лиц, которые заблуждались относительно своих действий, считая их преступными, когда они таковыми не являлись, а также тех, в отношении которых необоснованно возбуждено уголовное дело по подозрению в совершении корыстного преступления и т.д.

Единственным исключением является угроза правомерным действием, приводящим к тому же результату, что и сделка совершенная под влиянием угрозы [7].

Однако, не всякая угроза способна опорочить сделку, а лишь такая, которая объективно может воздействовать на участника сделки с целью понуждения его к ее заключению, т.е. существенная угроза. Для признания угрозы существенной обязательным условием является ее реальность, т.е. действительная возможность причинения значительного вреда участнику сделки либо его близким. Если угроза не существенна, то по этому основанию сделка не может признаваться недействитель­ной [18].

Оспоримая сделка, заключенная в результате злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой также может быть признана недействительной. Основанием для признания недействительной такой сделки служит то, что в результате умышленного сговора представителя с другой стороной возникает неблагоприятные последствия для представляемого. При этом не имеет значения тот факт, прес­ледовали ли обе стороны сговора или одна из сторон корыстные цели или же действовали исключительно в целях причинить зло представляемому [9].

Иск в суд о признании такой сделки недействительной может предъявить этот гражданин или иные лица, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения [17].

Недействительной может быть признана сделка, совершенная гражданином, который впоследствии был признан недееспособным, если будет доказано, что в момент совершения сделки он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими [4].

Признание такой сделки недействительной осуществляется по иску опекуна. Обязанность доказывания этого факта лежит на нем.

Оспоримость сделки, совершенной под влиянием обмана основывается на том, что участник умышленно введен другой стороной в заблуждение с целью совершения сделки. Обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, сопутствующим совершению сделки, включая мотивы, влияющие на формирование воли обманутого участника.

Для признания сделки недействительной по данному основанию безразлично, совершаются ли обманные действия в активной форме (сообщение ложных сведений) или же выражаются в бездействии (умышленное умолчание о фактах, знание которых может препятствовать совершению сделки). При доказанности обманных действий, заключающихся в умолчании о таких фактах, сделка может быть признана недействительной вследствие заблуждения, имеющего существенное значение. Разумеется, обман должен затрагивать существенные моменты формирования внутренней воли, т.е. такие, при достоверном представлении о которых сделка бы не состоялась.

В случае недействительности сделки стороны, по общему правилу, обязаны возвратить друг другу все полученное по сделке в натуре, а при невозможности этого - возместить стоимость полученного в деньгах. Такой взаимный возврат имущества называется двусторонней реституцией.

Оспоримой является сделка, совершенная субъектом вследствие стечения тяжелых обстоятельств (кабальная сделка).

Кабальные сделки, совершаемые вследствие стечения тяжелых обстоятельств, имеют порок воли, поскольку ее формирование протекает под воздействием таких обстоятельств, при которых практически исключается нормальное формирование воли, что побуждает заключать сделку на крайне невыгодных для себя условиях. В отличие от обмана обстоятельства, влияющие на формирование воли, возникают независимо от другого участника сделки, однако он осознает их наличие и пользуется этим для заключения выгодной для себя, но крайне невыгодной для контр­агента сделки. Кроме того, сам потерпевший от такой сделки, как правило, осознает ее кабальный характер, но волею обстоятельств он вынужден совершить эту сделку. Для определе­ния кабального характера заключаемой сделки следует устано­вить, что гражданин находится в состоянии крайней нужды, что его контрагент понимает это и использует в своих интересах, что условия явно невыгодны для одного из контрагентов. Невыгодность проявляется в несоразмерности уплачиваемой цены и реальной стоимости продаваемой вещи. Чтобы избежать этого, следует применять правило п.3 ст.424 ГК РФ: если будет установ­лено, что в момент совершения сделки при сравнимых обстоятельствах обычно взималась за аналогичную вещь более высокая цена, то можно предполагать невыгодность совершаемой сделки [6].