Файл: Общая совместная собственность супругов(Юридическая характеристика общей совместной собственности супругов).pdf

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru века сервенты как подневольная рабочая сила стали занимать меньшую долю в общем числе работников. И значение института кабального рабства постепенно снижалось. В период с 1624-1625 годы было 507 сервентов на 1218 жителей -41,6%. А в 1683 году было 12000 сервентов - 16 % населения [3, с. 33].

Хотя еще в 1619 году голландское торговое судно доставило в Джеймстаун первую партию африканских невольников, на протяжении первой половины XVII века рабство не было распространено, оно было редким и аморфным явлением, и негры подвергались примерно той же степени эксплуатации, что и белые. Негры в качестве рабов до последней четверти XVIII столетия не были заметны в экономике колонии. Они становились чаще не рабами, а кабальными слугами. Короткая продолжительность жизни делала приобретение черных рабов экономически невыгодным [16, p. 29]. Часто плантаторы позволяли сервентам приобретать свою собственность, например, домашнюю птицу, свиней, рогатый скот, небольшие участки земли под огороды, где они могли выращивать продукцию на продажу и со временем приобретать свободу. Становясь свободными, они покупали необходимые инструменты, наделы земли и сами становились мелкими плантаторами. Колониальные законы в то время не запрещали межрасовые браки. Наиболее успешным человеком из среды бывших негритянских кабальных слуг был Антони Джонсон, которому принадлежала плантация в 250 акров и один раб. Когда белые соперники увели у него этого раба, Джонсон обратился в суд и выиграл дело [48, p. 142-144; 53, p. 211]. Но в последующие десятилетия плантаторы стали активно прибегать к использованию рабского труда и рабство уже принимало более жесткие формы.

В 1650 году в Виргинии всего было около трехсот рабов, это было только два процента населения, а в 1700 году их число составляло уже тринадцать тысяч, это 13 процентов населения. А в период с 1701 по 1709 годы было доставлено около шести тысяч невольников, что было больше, чем все количество рабов, завезенных в XVII веке. К 1750 году в колонии было 150 тысяч рабов, и это составляло 40 процентов населения. Конец XVII - начало

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru XVIII вв. - это эпоха бурного роста рабовладения, черные рабы вытесняли белых кабальных слуг. Рабский труд на плантациях был более дешевым. Небольшие хозяйства стали испытывать большие трудности [4, с. 127]. Джентри принимали более строгие законы, направленные как против рабов, так и против свободных негров. Например, в 1690 году было предписано наносить тридцать ударов плетью по спине раба, который угрожал белому или ударил его. Были запрещены браки между белыми и черными. Виргиния стала первой колонией, где были созданы законодательные кодексы в отношении рабов, за ней последовали и другие южные колонии [34, p. 37].

---

После 1691 года если плантатор пожелал бы дать свободу рабу, то он был обязан оплатить переезд последнего за пределы Виргинии, следовательно, такие случаи не могли быть частыми. Свободные негры утратили право на ношение оружия, право занимать должности, право нанимать белых слуг и голосовать, а наказания в случае совершенных преступлений для них стали более суровыми, чем для белых. Они не могли собираться в количестве более четырех человек, никто не мог покинуть плантацию и отправиться в путь без письменного разрешения хозяина. У них также сократились возможности выбора работы, создания семьи. Большей частью они попадали в состав батраков или домашних слуг. То была «свобода в оковах» [25, p. 304].

Отряды милиции стали патрулировать дороги для контроля за передвижением чернокожих. Суды стали строго наказывать хозяев, которые позволяли своим рабам появляться за пределами поместий без пропуска. Хозяева, кроме того, прибегали к более суровому режиму эксплуатации. Суббота стала рабочим днем, а некоторые работали даже в воскресенье. Рабочий день стал длиннее, и после его окончания у рабов становилось все меньше времени и сил, чтобы обрабатывать свои собственные участки. Они уже не могли продавать излишки, чтобы купить свою свободу. Рабы стали получать меньше еды, меньше медицинской помощи, их жилища становились все более убогими. В отличие от кабальных слуг, рабы не получали в качестве наказания дополнительные годы службы, рабство стало пожизненным

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru состоянием, а главным и регулярным наказанием стала плеть. Беглецы рисковали потерять свои пальцы или другие части тела в виде наказания в случае поимки [42, p. 105-135; 45]. Плантаторы, стремясь оправдать такое отношение к неграм, всячески дегуманизировали их, считая рабов более за скот, чем за людей. Такое брутальное отношение не смогло, тем, не менее, сломать волю рабов к свободе и сопротивлению. Крупных восстаний рабов в колониальный период не было, хотя и были отмечены попытки к бунту, заговоры и незначительные волнения в 1722, 1723, 1729, 1730, 1755 и 1767 годах [43, p. 586]. Формы неприятия рабства проявлялись в их отношении к труду. Рабы работали так медленно, насколько это было возможно, распространенной формой сопротивления был побег, несмотря на угрозы физической расправы [57, p. 32].

Когда рабство приняло черты социального института, Виргиния стала социально более стабильной колонией, которой более не угрожал бунт бедных белых, подобный тому, что произошел в 1676 году [19, p. 141-147; 29, p. 83-84; 37, p. 37-43; 40, p. 758; 42, p. 55-79]. Новое законодательство утверждало расовую солидарность белых. Плантаторы средней руки, богатые землевладельцы, даже бедные колонисты, несмотря на огромную разницу в уровне благосостояния, имели теперь одну общую идентичность - расовую. Теперь любой белый имел превосходство над черным [38, p. 386; 51, p. 141142]. Времена негров, подобных Энтони Джонсону, прошли. Темный цвет кожи прочно стал теперь связан со статусом бесправного раба. Бедные же колонисты из числа наиболее целеустремленных уходили на запад, на границу, где они расчищали лес под новые фермы. Менее амбициозные оставались на уже обжитых территориях, нанимаясь батраками и, подобно черным рабам, не испытывая особой заинтересованности в своем труде, минимизировали свои усилия при работе на хозяина. Уильям Берд жаловался, что сам факт существования черных рабов вызывал комплекс превосходства у белых и разрушал у них всякое трудолюбие, ибо те опасались, что упорно трудясь, они будут также презираемы, как и негры [24, p. 88-89].

---

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru

Фермеры средней руки были основной массой среднего класса, представители которого составляли значительную долю населения приграничных районов, продолжая непрерывное движение на Запад. В отношении формирования этой группы колонистов для нас является приемлемой позиция историка Томаса Джефферсона Уертенбейкера, который отмечал, что формирование основной прослойки свободного белого населения, именуемого йоменами, плантаторами или фермерами среднего состояния Виргинии проходило в несколько этапов. Первый этап - от начала колонизации 1607 года до 1660-х годов, когда из бедных иммигрантов и освободившихся кабальных слуг постепенно возник класс независимых землевладельцев. Второй этап - период подавления народных свобод в годы второй администрации Беркли. Налоговое бремя привело многих из них на грань разорения. Третий период - с 1676 по 1700 годы, незначительный период роста политического влияния, когда после восстания Бэкона представители среднего класса стремились сдерживать устремления правящей верхушки. Четвертый период - с 1700 года до начала революции, был характерен расслоением среднего класса [53, p. 144-145]. Часть среднего класса приобрела большее политическое влияние и богатство, тогда как многие семьи незначительно изменили свое положение, а другие стали намного беднее. Такое расслоение было результатом активного ввоза черных рабов в Виргинию. Те плантаторы, что изначально имели возможность покупать их, сразу же обретали преимущество над теми, кто полагался на свои силы или мог позволить приобрести небольшое число слуг или рабов [53, p. 207]. Период 1640-1660 гг. в среде современных историков экономики Чезепикского залива именуются «веком малых плантаторов», чему способствовал рост цен на табак и наличие свободной земли [52, p. 131].

Правящий класс в Виргинии вполне сложился к концу XVII столетия. Начиная с 1680 годов, обнаруживаются признаки появления так называемой креольской элиты, то есть политических лидеров, которые были рождены в Виргинии, и это уже во многом обуславливало их отличие от представителей

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru руководства колонии, назначенных в Лондоне [44, p. 90-95]. Формирование этой прослойки проходило с 1660-е по 1710-е годы. Тот общественный класс, который доминировал в экономической, социальной, политической и культурной жизни Виргинии колониального периода принято называть словом «джентри». Английская элита состояла из пэров, имевших аристократические титулы и членство в Палате лордов (в середине XVIII столетия таких знатных аристократов было только 190) и джентри, не имевших титулов и преобладавших в Палате общин. Их было около 20 тысяч [36, p. 561]. Термин «джентри» сначала применялся только по отношению к английским и ирландским представителям обеспеченных классов, но не принадлежащих к титулованным дворянским родам, обладавшим значительными поместьями и жившим на доходы, получаемые с них. Их земельная собственность обеспечивала им некоторое участие в политической жизни, а также известную праздность, свободу от физического труда. Джентри культивировали «родовитость», наполняя время досуга не только скачками и картами, но и занятиями наукой, музыкой, литературой, что и было знаками принадлежности к категории «джентльменов» [50].

---

По поводу социального происхождения «первых семей» хронист и историк Роберт Беверли писал в 1705 году: «Во время бунта в Англии несколько семей кавалеров со своим имуществом прибыли сюда, чтобы избежать тирании узурпатора, так же, как и необходимости признавать его титул. Но опять же, после реставрации, многие люди противоположной партии нашли здесь прибежище и укрылись от гнева короля. Последних, впрочем, было немного» [17, p. 232]. Хью Джонс в 1724 году вторил ему: «Достоверные сведения об обширных землях и благоприятном климате побудили некоторых состоятельных джентльменов из приличных семей поселиться вместе с семьями в этом новом раю. Некоторые поступили так из-за стремления к богатству, некоторые из-за религии, другие не могли жить где-либо еще, а кто-то не посмел или не захотел оставаться дома. Важным событием, принудившим их поселиться здесь, была Гражданская война в Англии. Губернатор сэр Уильям

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru Беркли был на стороне короля и дольше всех среди королевских доминионов, до последнего, противостоял узурпатору» [35, p. 23]. Х. Джонс признает происхождение многих представителей правящего класса колонии от аристократов-роялистов, но не подтверждает массового характера их исхода.

Сергей Бурин отмечал, элита колонии не могла удовлетворить своего тщеславия, и виргинское общество становилось все более иерархичным, доминирование правящей верхушки усилилось к концу XVII века. Богатство сосредотачивалось в узком кругу, а бедные в такой среде становились еще беднее. В период с 1680 по 1775 годы лишь немногие виргинцы сумели подняться над тем социальным статусом, в котором они были рождены [26, p. 383-384]. Правящий класс стал искусственно сдерживать социальную мобильность, повысив налоги, ограничив избирательное право. Кабальные слуги, видя, что их возможности стать независимыми фермерами снижаются, часто стали предпринимать попытки незаконного захвата участков в приграничных районах [1, p. 68].

Сложившуюся форму организации общества многие историки определяют как патриархию, при которой крупный плантатор мог рассматривать себя как главу и покровителя очень большого клана, в который были включены разные группы зависимых от него людей. Степень зависимости определялась уровнем материального достатка. Верхушку представляли крупные плантаторы, владевшие большим количеством рабов [42, p. 197-235]. В графстве Ланкастер примерно половина из трехсот белых мужчин обладала землей. Одна четверть из них владела примерно 100-200 акрами земли, две трети землевладельцев имели рабов, но только одна десятая часть имела десять или более рабов, два процента белого мужского населения обладали более чем двадцатью рабами, что на практике говорило о таком стандарте процветания, который обеспечивал статус джентльмена [33, p. 21].

---

Интересное свидетельство о существующей иерархии, явно проявившимся в типах жилищ, оставил Х. Джонс: «Дома, в которых проживают джентльмены, построены большей частью из хорошего кирпича, а некоторые из

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru хорошей древесины, удобные и просторные; простые плантаторы проживают в красивых жилищах из древесины, более аккуратных, чем дома фермеров в Англии. Из древесины также построены дома надсмотрщиков... негры проживают в маленьких лачугах числом по шесть человек в каждой под присмотром надсмотрщика.» [35, p. 36].

Политическое развитие колонии к последним десятилетиям XVII столетия привело к концентрации власти среди нескольких плантаторских семей, таких, как Бёрды, Картеры, Рэндольфы, Ли, Беверли, Мейсоны и др. Эта власть передавалась по наследству от отца к сыну вместе с поместьями, рабами и возможностью вести образ жизни джентльмена, то есть человека, свободного от необходимости зарабатывать средства к существованию тяжелым физическим трудом, пользующегося уважением и в местном церковном приходе, и в колониальной ассамблее [30, p. 61].

Общество колониальной Виргинии складывалось в ходе очень сложных испытаний на протяжении всего XVII столетия. Колонисты претерпевали голод и эпидемии. Недостаток женщин и высокий уровень смертности сказывался на демографической ситуации. Долгое время население колонии росло медленно и не за счет естественного прироста, а только благодаря непрерывному потоку иммигрантов. Происходил конфликт интересов коренных жителей и белых колонистов. Многие, включая белых кабальных слуг и африканских невольников, оказались в колонии против своей воли. У тех же, кто добровольно переселялся в Америку, независимо от сословной принадлежности, были схожие экономические мотивы, Новый Свет представлялся местом, где было больше возможностей в сравнении с Европой реализовать свой экономический потенциал. После бунта Бэкона виргинское общество постепенно стало приобретать стабильность, благодаря расовой солидарности белых, консолидации классов: эксплуатируемых черных рабов, кабальных слуг, независимых фермеров и немногочисленных ремесленников, представлявших средний класс и плантаторскую элиту. Демографическая ситуация улучшилась благодаря выравниванию соотношения мужского и

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2018. № 2. www.st-hum.ru женского населения, а также постепенной адаптации колонистов к климату Чезепикского залива. При этом фактор свободных земель на Западе при постоянном продвижении колонистов играл важную роль «своего рода отдушины», по выражению А.А. Фурсенко [13, с. 74] в сдерживании классовых конфликтов.

---