Файл: «Предмет, метод предпринимательского права и принципы предпринимательского права» ..pdf

Еще один принцип, тесно связанный с добросовестностью – ра­зумность определяется путем создания деперсонализированного образа среднестатистического субъекта пра­ва, способного осознавать и предвидеть свое поведение не хуже среднего челове­ка. И соответственно, неразумность действий проявляется в нелогичном, неадек­ватном поведении при определенных обстоятельствах^[26].

Принципы добросовестности и разумности имеют достаточно большое значение для частного права, в частности, предпринимательского права, гражданского права. Это подтверждается положениями, закрепленными в ГК РФ. Так, в п.5 ст.10 ГК РФ закреплено, что добро­совестность участников гражданских правоотношений и разумность их дей­ствий предполагаются (презумпция разумности и добросовестности).

Свое развитие понятие добросовестности получает и в других нормативных правовых актах. Так, в Феде­ральном законе от 26 июля 2006 года «О защите конкуренции» раскрываются случаи недобросовестной конкуренции, за ко­торые предусмотрено наказание. Другими словами в законе понятие добросовестности раскрывается через противоположное понятие недобросовестности.

Под недобросовестностью понимается приобретение лучшего положения по сравнению с другими участниками оборота продукции, путем причинения вреда конкурентам с ис­пользованием незаконных и амораль­ных способов^[27].

Стоит отметить и то, что в предпринимательском праве, указанные принципы недобросовестности и ра­зумности регулируют не только отношения, основанные на равенстве сто­рон, но и отношения, основанные на подчинении участников, взаимно доб­росовестном выполнении обязанностей, возложенных на них нормативно-­правовыми актами.

2. Свобода экономической деятельности. Конституционный принцип свободы экономиче­ской, в том числе предпринимательской, деятель­ности, закрепленный в ст. ст. 8 и 34 Конституции РФ, обеспечивает су­ществование и развитие рыночных отношений в стране. В этой связи, не случайно Н.С. Бондарь, анализируя он­тологию Конституции РФ, выделяет универсаль­ное значение для динамики конституционного развития трех категорий: «власть — свобода — собственность»^[28].

В Конституции РФ закреплено, что «каждый имеет право на свободное использо­вание своих способностей и имущества для пред­принимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности» (п. 1 ст. 34 Конститу­ции РФ). Данный принцип предпринимательского права, указанный в Конституции РФ, корреспондирует с признаком «самостоя­тельности» предпринимательской деятельности и имущественной ответственности по предпринимательским обязательствам, возникающим в процессе ведения такой деятельности.

---

Единственным ограничением экономиче­ской свободы становится запрет на незаконное осуществление предпринимательской деятель­ности. Уголовным законом РФ устанавливается ответственность за указанные противоправные деяния (ст. 171 и 289 УК РФ).

Очевидно, что при этом суть огра­ничения свободы предпринимательской деятельности заклю­чается не в лишении права ее осуществления, а связано лишь с требованиями легитимации и со­блюдения публичных процедур, в результате ко­торых приобретается легитимный статус участ­ника (субъекта) экономической деятельности и правоспособность.

3. Свобода конкуренции и ограничение монополий. Экономические отношения будут развиваться при обеспечении их правовыми средствами так называемой, «здоровой» конкуренции. Такая конкуренция предполагает состязательность хозяйствующих субъектов, при которой каждый стремиться эффективно и полно реали­зовывать свою продукцию посредством повышения качества товара, снижения цены, увели­чения потребительских свойств товара, гаран­тийных сроков обслуживания и сроков службы товара, иными экономическими факторами.

Перед каждым государством в части внутрен­ней экономической политики стоит задача обе­спечения конкурентной среды на рынке. В зарубежной истории встречаются акты, закрепляющие жесткие последствия нарушения правил конку­ренции. Так, антитрестовский закон Шермана – Закон США, был направлен на защиту торговли и коммерции от незаконных ограничений и монопо­лий (1890 г.). Этот нормативный акт стал одним из первых исторических актов, позволивших запрещать монополии и сни­мать ограничения свободы конкуренции. Данным актом была закреплена уголовная ответственность за трестовый сговор на рынке.

Достижение указанных целей обеспечивается ст. ст. 8 и 34 Конституции РФ. Эти статьи поддер­живают конкуренцию и не допускают эко­номической деятельности, которая направленна на монополизацию рынка.

Однако, как известно, моно­полии существуют и всегда будут существовать в определенных сферах экономики. Например, это естественные монополии (РЖД, транспорти­ровка нефти по трубным магистралям и т.д.) и легальные государственные монополии (про­изводство военного оружия, печать денежных банкнот и монет и др.). Для этого государство соз­дает правовые механизмы регулирования таких монополий и контролирует исполнение требо­ваний в целях недопущения нарушения законо­дательства и прав третьих лиц.

Как уже отмечалось, согласно ст. 10 ГК РФ запрещено злоупотре­бление правом, в том числе в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доми­нирующим положением на рынке. По этому поводу К.Ю. Тотьев замечает, что «конкуренция является не столько правовым, сколько экономическим понятием, ко­торое не может быть (несмотря на упоминание о хозяйствующих субъектах в п. 7 ст. 4 Закона «О за­щите конкуренции») привязано к статусным харак­теристикам субъектов экономической активно­сти». Законодателю в целях эффективности при­менения данной нормы приходится привязать «субъектов злоупотребления доминирующим положением к формальному статусу предприни­мателя (в широком смысле слова)»^[29]. В этом случае налицо видна глу­бина проблемы соотношения права и экономики, содержание терминов и подходов, которые тес­ным образом переплетаются. Поэтому необходимо и учитывать принципы предпринимательского права.

---

Высший Арбитражный Суд РФ^[30] применительно к охране промышленной соб­ственности обращает внимание на ст. 10 bis Конвенции по охране промышленной собствен­ности, в силу которой актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промыш­ленных и торговых делах. Подлежат запрету все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов, промышленной или торговой деятельности конкурента, а также лож­ные утверждения при осуществлении коммер­ческой деятельности предприятия.

4. Плюрализм и равная защита всех форм собственности. Распад Советского Союза у мно­гих ассоциируется с изменением имущественной основы экономики, фундамент которой ранее со­ставляла государственная собственность, а затем стало возможным использование частного капи­тала в экономической деятельности. В Конститу­ции РФ закреплено много норм, направленных на обеспечение и охрану частной собственности и устанавливающих множественность форм собственности в целом (ст. ст. 8, 9, 34 и 35).

Обеспечение многообразия форм собствен­ности является основой капиталистической мо­дели экономики, важную роль в которой имеют частная собственность на средства произ­водства и свобода конкуренции. Хозяйственную инициативу субъекта предпри­нимательства может обеспечить собственный капитал, необходимый для ведения предпри­нимательской и иной экономической деятель­ности. ГК РФ в ст. 2 продолжает идею заложенного в ст. 8, 9, 34 и 35 Конституции РФ признака имущественной основы предпринима­тельства, без которого невозможно осуществле­ние экономической деятельности.

Конституционный Суд РФ, оценивая конститу­ционное право граждан на свободное использо­вание своих способностей и имущества, обратил внимание на то, что в основе корпоративного предпринимательства (или корпоративной фор­мы хозяйствующего субъекта) лежит возможность граждан самостоятельно определять сферу дея­тельности, стратегию бизнеса и состав коллектив­ного предпринимательства – бизнес-партнеров^[31].

5. Единое экономическое пространство. Экономическое пространство страны определя­ется территориальными границами Российской Федерации. В соответствии со ст. 8 Конституции РФ в России гарантируются единство экономическо­го пространства, свободное перемещение това­ров, услуг и финансовых средств. Товары, услуги и финансовые средства свободно перемещают­ся на всей территории РФ (п. 5 ст. 1 ГК РФ). От­сутствие экономико-территориальных барьеров между субъектами РФ является фундаментом создания экономической целостности и сувере­нитета России и обязательным условием разви­тия предпринимательства.

---

Легального толкования «единого экономиче­ского пространства» в законодательстве нет. Ис­пользуя аналогию, можно процитировать поло­жение ст. 2 Договора о Евразийском экономиче­ском союзе (2014 г.), согласно которому под «единым экономическим пространством» понимается пространство, состоящее из территорий государств-членов, на котором функционируют сходные (сопостави­мые) и однотипные механизмы регулирования экономики, основанные на рыночных прин­ципах и применении гармонизированных или унифицированных правовых норм, и существует единая инфраструктура.

Перенося евразийский подход на российское экономическое пространство, можно выделить два определяющих признака: единые основы регулирования рынка и целостность элементов инфраструктуры, система которых обеспечивает функционирование такого рынка.

Российское законодательство насквозь про­низано принципом, направленным на обеспече­ние единого экономического пространства. Так, согласно п. 4 ст. 3 НК РФ, не допускается устанав­ливать налоги и сборы, нарушающие единое эко­номическое пространство России и, в частности, прямо или косвенно ограничивающие свобод­ное перемещение в пределах территории России товаров (работ, услуг) или финансовых средств, либо иначе ограничивать или создавать препят­ствия не запрещенной законом экономической деятельности физических лиц и организаций^[32].

Единственно, в силу абз. 2 п. 5 ст. 1 ГК РФ, огра­ничения перемещения товаров и услуг могут вво­диться в соответствии с федеральными законами, если это необходимо для обеспечения безопас­ности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (например, установление Роспотребнадзором ограничения либо запрета на реализацию молочных продук­тов из района, где были выявлены эпизоотии у животных либо нарушения требований санитар­но-эпидемиологических норм).

Не является нарушением принципа единого экономического пространства существование в России особых экономических зон и зон терри­ториального развития^[33]. Данные территории РФ (территории субъектов федерации) создают допол­нительные благоприятные условия для осуществле­ния экономической деятельности, включая меры государственной поддержки и экономического сти­мулирования, в целях развития экономики региона. Скажем, это является балансированием инвестици­онного климата в стране с учетом особенности эко­номической карты России.

---

6. Сочетание частноправовых и публично-пра­вовых начал предпринимательства. Данный прин­цип предпринимательского права является для от­расли уникальным и определяющим для отграни­чения от других отраслей российского права (граж­данского, административного, трудового и т.д.).

Роль предпринимательского права в России за­метно стала возрастать при выборе руководством страны курса на развитие экономики. Особенно в кризисных ситуациях стало заметно действие норм предпринимательского права (мировой фи­нансово-экономический кризис 2008 г., лесные пожары в России 2005 г., экономический кризис в России 1998 г., авария на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 г., авария на шахте «Ульяновская» в Кемеров­ской области в 2007 г. и другие примеры).

Одному из представителей «третьей» научной школы хозяйственного (предприни­мательского) права — академику В.В. Лаптеву — удалось наглядно подчеркнуть современное со­стояние реального сектора экономики с позиции роли предпринимательского права в управлении и регулировании экономических, в том числе пред­принимательских, отношений^[34].

Стабильность развития экономических отношений, которые в условиях конституционной свободы осуществле­ния предпринимательской деятельности нередко отождествляются исключительно с правом (а не обязанностью), возможна только посредством установления правовых «рамок» поведения участ­ников рынка.

Сочетание диалектических подходов (частных и публичных) в экономических отношениях под­черкивается теорией конвергенции, предложен­ной Н.М. Коршуновым, содержание которой сви­детельствует о смешении двух подходов в единую уникальную норму права, которую нельзя отнести исключительно к частной или публичной сферам^[35].

Экономические отношения не основаны только на частном интересе (диспозитивном методе) и не выстраиваются по принципу власти -подчинения (императивного метода), а основаны на балансе и единстве сочетания частноправовых и публично- правовых начал регулирования предприниматель­ства. При этом одновременно учитываются интере­сы государства, общества в целом и самих предпри­нимателей. Например, по указанию руководства страны российский военно-промышленный ком­плекс по ряду направлений перепрофилируется и становится социально ориентированным.

7. Государственное регулирование пред­принимательства. В условиях смешанной эко­номики предпринимательские отношения приобретают качественно новый характер. Со­стязательность (конкуренция) хозяйствующих субъектов проявляется во всех направлениях экономической деятельности (в производстве, распределении и продаже продукции). Декла­рируется государственная поддержка малого и среднего бизнеса. При таких обстоятельствах очевидна необходимость регулирования эконо­мической деятельности для обеспечения и за­щиты интересов всех участников рынка^[36].

---