Добавлен: 18.05.2023
Просмотров: 243
Скачиваний: 3
Такого рода негативные моменты, вызванные указанным «шумом», нашли отражение не только в сфере повседневной жизнедеятельности человека в современном обществе, но и в деятельности оперативных подразделений ОВД. Как показывает анализ практики, ярким примером в данном случае может послужить процесс раскрытия серийных преступлений, совершённых «Иркутским педофилом» гр. «М», который в ходе своей преступной деятельности в период с 2008 г. по 2012 г. совершил 21 преступление сексуального характера в отношении малолетних девочек. Данный преступник действовал по одной и той же схеме, заманивая доверчивых детей в подъезды многоквартирных домов под предлогом помощи в поисках щенка или котёнка, где и совершал насильственные действия сексуального характера. При этом преступник выбирал различные места совершения преступлений, не ограничиваясь лишь территорией г. Иркутска; вёл обычный, ничем не приметный образ жизни, работал на авторынке продавцом подержанных автомобилей, по месту жительства характеризовался как примерный семьянин, к уголовной и административной ответственности не привлекался, вёл здоровый образ жизни; не курил, не злоупотреблял спиртным. Подобные положительно характеризующие сведения преступника существенно затруднили процесс его установления и привлечения к уголовной ответственности.
Однако, тем не менее, в ходе раскрытия указанный преступлений сотрудниками оперативных подразделений ОВД была получена оперативно значимая информация, которая к какой-то мере способствовала процессу идентификации личности подозреваемого, к которой, прежде всего, следует отнести: словесный портрет подозреваемого; биологические следы; видеозаписи, изъятые в районах совершения преступлений и др.
С целью получения сведений о личности подозреваемого, по согласованию со следственным управлением Следственного комитета России по Иркутской области, через СМИ и социальные сети портрет подозреваемого и его видеоизображение систематически опубликовались практически на всех региональных телеканалах, в печатных и электронных изданиях, в местах массового пребывания граждан, общественном транспорте, социальных объектах и др. Более того, в по согласованию с МВД России было объявлено денежное вознаграждение за информацию, способствующую раскрытию указанных преступлений, и выделены на эти цели средства в размере 500 тыс. руб.
Данная информация также была доведена до населения, определён номер телефона, по которому граждане могли сообщать информацию, сформированы специальные группы в каждом территориальном подразделении для её проверки. Тем не менее, как показал анализ практики, несмотря на принятые меры, оперативно значимой информации в ОВД не поступило.
Важно отметить, что если до объявления вознаграждения в течение суток поступали лишь единичные обращения, требующие проверки по данному преступлению, то после обозначения соответствующей суммы, количество обращений увеличилось в разы. Информация от населения в данном случае носила, как правило, предположительный характер по принципу «сосед», «коллега по работе похож» и др. В некоторых случаях в обращениях граждан усматривался корыстный мотив: «похож на бывшего зятя, мужа», «на лицо, с которым имеются длительные неприязненные отношения» и др. При этом полученная информация тщательно проверялась как оперативным, так и следственным путём, где, в частности, было проведено более 1500 геномных экспертиз и др. Однако, несмотря на принятые меры, информация, полученная от граждан, не позволила установить лицо, причастное к совершению указанных преступлений.
Анализ полученных сведений позволил предположить, что усилия предпринимаемые правоохранительными органами по доведению необходимой информации до населения не достаточны ввиду так называемого фактора «информационного шума». Иными словами — жители г. Иркутска воспринимали полученную информацию, не вдаваясь в детали, не анализируя полученные сведения, как и все, что поступает по информационным каналам — на уровне рекламы или «фона». Исключения составляли случаи, когда это касалось непосредственно самого потребителя информации. В лучшем случае реакция на сведения, полученные из СМИ, ограничивалась обсуждением в социальных сетях на тему «куда смотрит полиция» или «как страшно жить» и др.
Исходя из данного предположения, сотрудниками оперативных подразделений ОВД было принято решение довести информацию о подозреваемом до жителей г. Иркутска путём непосредственного общения с гражданами. Для решения данной задачи территория г. Иркутска была условно разбита на сектора; созданы оперативные группы из числа сотрудников ОВД, волонтёров, дружинников, сотрудников частных охранных организаций, сотрудников управляющих компаний, ТСЖ, ТОСов и др.; размножены портреты подозреваемого и подготовлены опросные листы. Оперативным группам была поставлена задача по доведению информации о подозреваемом в закреплённом секторе посредством непосредственного общения с проживающими в нём гражданами. Особое внимание при осуществлении данных мероприятий обращалось на конфиденциальность при информировании правоохранительных органов, а также размер и гарантии получения вознаграждения.
В результате подобных действий, по истечении двух суток с момента начала проведения указанных мероприятий, от одного из жителей г. Иркутска по указанному в ориентировке номеру телефона была получена информация о личности преступника. В ходе проверки полученной информации подозреваемый был установлен и задержан, а лицу, представившему данную информацию в соответствии с действующими в то время нормативными документами, было выплачено денежное вознаграждение.
Обращает на себя внимание тот факт, что гражданин, сообщивший сведения о подозреваемом, ранее неоднократно в СМИ видел, слышал и читал о разыскиваемом, был осведомлён о вознаграждении, но не обращал на это внимание до тех пор, пока с ним лично не пообщались сотрудники правоохранительных органов. При этом гражданин, сообщивший сведения о подозреваемом, не стал сообщать немедленно в правоохранительные органы сведения о личности предполагаемого подозреваемого. Он перепроверил свои предположения через просмотр видеоизображения преступника, размещённого по инициативе ГУ МВД России по Иркутской области на сайте одного из СМИ, после чего принял решение сообщить в ОВД имеющуюся оперативно значимую информацию.
Таким образом, можно констатировать, что меры, предпринятые правоохранительными органами Иркутской области для преодоления эффекта от так называемого «информационного шума», позволили довести необходимые сведения до населения, получить обратную реакцию, и как следствие — раскрыть серию особо тяжких преступлений.
Приведённый анализ работы следственных и оперативных подразделений свидетельствует о том, что успех в их деятельности по раскрытию и расследованию преступления, наряду с другими факторами, в определённой мере зависит от своевременного и эффективного использования методик преодоления негативных последствий информационной перегруженности общества.
Подводя итог, отметим, что в современных условиях важно учитывать фактор так называемого «информационного шума» в деятельности правоохранительных органов при взаимодействии с населением в ходе решения задач оперативно-розыскной деятельности. Разумеется, подобная практика нуждается в дальнейшем научном осмыслении с последующей апробацией научнообоснованных предложений и рекомендаций. При этом полагаем, что перечень обозначенных недостатков и проблемных вопросов в обозначенной сфере общественных отношений не носит исчерпывающего характера, однако допускаем, что частичная реализация предложенных мер окажет положительное влияние на процесс противодействия преступности в целом.
ГЛАВА 3. ПРОБЛЕМНЫЕ АСПЕКТЫ РАСШИРЕНИЯ ЗАДАЧ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ
Современное понимание оперативнорозыскной деятельности связано с представлением о ней как научно организованной и объективно необходимой системе мер по борьбе с преступностью. В силу её преимущественно негласного характера этот вид государственной деятельности традиционно является предметом не только пристального внимания, но и дискуссий относительно допустимости её средств и методов, нравственной состоятельности.
Последние законодательные новеллы кардинальным образом изменили представление о сущности оперативно-розыскной деятельности, расширили пределы её использования не только в уголовных, но и административных, арбитражных, налоговых, трудовых (кадровых) правоотношениях, когда по результатам оперативно-розыскной деятельности принимаются различные решения, имеющие серьезные правовые последствия.
В соответствии с внесенными в ч. 3 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно -розыскной деятельности»1 изменениями результаты
оперативно-розыскной деятельности могут направляться в налоговые органы для осуществления контроля и надзора за соблюдением законодательства о налогах и сборах; обеспечения интересов государства в делах о банкротстве; в сфере государственной регистрации юридических лиц.
Тем самым оперативно -розыскная деятельность вышла за рамки уголовной политики. Это послужило основанием для доктринальных 1 Об оперативно-розыскной деятельности: Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1995. № 33, ст. 3349.
изысканий и разработки проблематики расширения направлений её использования, что в конечном итоге опровергает тезис о том, что оперативно - розыскная деятельность - средство исключительно борьбы с преступностью. Среди ученых, исследующих расширительно оперативнорозыскную деятельность, нужно выделить профессора А.Ю. Шумилова, указывающего, что добывать, оценивать, анализировать оперативно - розыскную информацию следует гораздо шире, а результаты оперативно-розыскной деятельности направлять не только в уголовный процесс, но и в гражданский, арбитражный процессы и т.п.[17].
Констатируя сегодняшний этап развития оперативно-розыскного права как значимый, В.А. Гусев говорит об оперативно -розыскном (а не исключительно уголовно-процессуальном) аспекте допустимости использования результатов оперативно-розыскной деятельности в производстве по делам об административных правонарушениях в области налогов и сборов[18] [19].
Таким образом, взгляды ряда ученых на содержание задач современной оперативнорозыскной деятельности во многом выходят за пределы противодействия преступности. С одной стороны, по мнению данной группы исследователей, современная оперативно-розыскная деятельность - это конгломерат прежней административной оперативно-проверочной работы, контрразведывательной деятельности и политического сыска, а с другой - правовое средство предоставления результатов в уголовный, гражданский и арбитражный процессы.
Попытаемся разобраться, насколько эта тенденция целесообразна в развитии, поскольку в действующем законодательстве не обосновывается её легитимность и объективная необходимость выделения её дополнительных направлений, выходящих за пределы решения задач оперативно - розыскной деятельности. Кроме того, она не отвечает обозначенным в ст. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» задачам. Какие же основания имеются для этого, и есть ли необходимость в самостоятельном правовом регулировании данного направления?
В Российской Федерации оперативно - розыскная деятельность является деятельностью государственных органов и осуществляется «в целях защиты, жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств». Из нормативных положений Федерального закона «Об оперативно - розыскной деятельности» следует, что оперативнорозыскная деятельность направлена на специфический объект. Это - преступление и все, что с ним связано, предшествует ему или сопутствует. Отсюда следует, что деятельность государственных органов по предотвращению и раскрытию преступлений не может ориентироваться на решение задач, не связанных с выявлением, предупреждением, пресечением и раскрытием преступлений.
Процесс осуществления оперативнорозыскной деятельности неизбежно затрагивает права и свободы личности, независимо от того, преследуются ли её интересы при проведении оперативно-розыскных мероприятий, носят ли эти мероприятия нейтральный характер или же они направлены на изобличение этого лица в совершении преступления.