Файл: Защита права собственности (Право собственности как основной вид вещных прав).pdf

Таким образом, внесение записи о праве собственности приобретателя в реестр по правовым последствиям не равнозначно передаче владения недвижимым имуществом. Если передача имущества свидетельствует об исполнении продавцом соответствующей обязанности, то представление всех необходимых для государственной регистрации документов обеспечивает уже переход права собственности к приобретателю, то есть надлежащее исполнение обязанности, предусмотренной в ст. 540 ГК РФ. О понимании законодателем владения как хозяйственного господства над недвижимым имуществом свидетельствует и сам тот факт, что, несмотря на формализацию исполнения, продавец недвижимости должен осуществить фактическую передачу впадения (п. 1 ст. 556). Обязанность продавца по передаче недвижимости считается исполненной только при наличии фактического состава, включающего в себя два юридических факта: физического (в виде вручения вещи покупателю) и формально-юридического (в виде подписания сторонами документа о передаче).

Изложенное позволяет утверждать, что владение недвижимым имуществом не сводится исключительно к юридической составляющей. Формальный характер исполнения обязательства по передаче недвижимости выражается в требовании составления и подписания сторонами документа, удостоверяющего передачу предмета сделки, - передаточного акта, а вот фактическое обладание объектом недвижимости (вопреки существующему в научной литературе представлению) не является фикцией.

Представляется, что российское гражданское право ранее не имело и на данный момент не имеет той национальной специфики, которая бы ограничивала сферу применения виндикации лишь движимыми вещами. Более того, такое нарушение права собственности, как лишение владения недвижимостью, и адекватный ему способ зашиты (виндикация) никогда не исключались в российском гражданском праве.

В публикациях, посвященных проблемам зашиты прав на недвижимость, мне встречались и другие аргументы против применения традиционных правовых средств в случае нарушения вещных прав на недвижимое имущество. По мнению ряда авторов, особенности правового режима недвижимых вещей, и, прежде всего, государственная регистрация вещных прав, препятствуют использованию виндикационного иска.

Схожий подход к решению вопроса о виндикации недвижимости можно обнаружить в проекте концепции развития законодательства о вещном праве: «надлежащий собственник (обладатель иного вещного права), который утратил владение объектом недвижимости, в случае государственной регистрации соответствующего вещного права на этот объект за другим лицом, должен оспорить зарегистрированное право (предъявить иск о признании своего права) в качестве обязательного условия для предъявления виндикационного иска. Названные требования должны быть предъявлены одновременно. Причём если нет оснований для удовлетворения виндикационного иска, (в том числе вследствие истечения срока исковой давности), то в удовлетворении иска о признании права должно быть отказано.

Прежде всего, нельзя согласиться с утверждением, что запись в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество (ЕГРП) является бесспорным доказательством наличия права собственности на объект недвижимости. Действительно, представление доказательств принадлежности вещи на праве собственности или ином вещном праве является, конечно, одним из условий удовлетворения иска об истребовании имущества из незаконного владения на основании ст. 301 ГК РФ^[46]. Виндикант же должен обладать доказательствами наличия у него права собственности. Однако придание акту государственной регистрации вещного права свойств самому по себе бесспорного доказательства не соответствует юридическому значению государственной регистрации и не следует из норм закона.

Норма п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» признаёт за актом государственной регистрации вещных прав доказательственное значение, одновременно допуская при этом возможность оспаривания зарегистрированного права в судебном порядке. Иными словами, наличие в реестре записи о праве собственности следует рассматривать как доказательство принадлежности объекта недвижимости лицу, на чьё имя сделана запись, но доказательство опровержимое, не бесспорное.

Следует также учитывать, что в любом судебном процессе представленные стороной доказательства могут быть оспорены другой стороной, а окончательную оценку им даёт только суд. Это правило действует и в процессе об истребовании недвижимой вещи из незаконного владения, если ответчик возражает против требований истца, ссылаясь на наличие записи в реестре. То истец вправе приводить доказательства, которые помогут опровергнуть принадлежность спорной вещи ответчику и подтвердят наличие у него права собственности. Таким образом, существование зарегистрированного права будет оспорено в соответствии с законом о регистрации, а презумпция принадлежности недвижимости лицу, указанному в реестре в качестве собственника будет опровергнута.

Итак, с точки зрения доказывания, виндикационный процесс ничем не отличается от процесса о признании права собственности. Если же истец не сможет обосновать заявленное требование о принадлежности ему спорной вещи, то он проиграет спор^[47].

Различие заключается лишь в том, что констатация в судебном решении наличия/отсутствия права у истца на спорный объект завершает процесс о признании права собственности, тогда как в процессе об истребовании вещи подтверждение факта принадлежности вещи истцу выступает одним из главных условий для восстановления утраченного владения. Нет никаких процессуальных препятствий для выяснения вопроса о принадлежности спорной недвижимости в рамках виндикационного процесса.

Почему же тогда собственник, лишённый владения объектом недвижимости, право на который зарегистрировано за другим лицом, должен одновременно заявить два требования? Ещё одно объяснение этому можно обнаружить в интервью одного из разработчиков проекта концепции развития законодательства о вещном праве, комментируя общие направления совершенствования законодательства о вещных правах.

До недавнего времени защита добросовестного приобретателя, основанная на ст. 302 ГК РФ, достаточно просто обходилась путём предъявления иска о признании права. Затем в практике Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ по конкретным делам наметилась некая тенденция: если ты не владеешь спорной вещью, то с иском о признании права ты сможешь пойти только в том случае, если ещё одновременно заявишь об истребовании в своё собственное владение. Этот подход направлен на предотвращение таких случаев, когда лицо, считающее себя собственником, заявляет к владельцу иск не о виндикации, а о признании права. Таким образом, предъявление виндикационного требования совместно с иском о признании права рассматривается именно как средство решения проблемы применения ненадлежащего способа защиты - иска о признании права собственности на недвижимость вместо иска об её истребовании по правилам ст. 302 ГК. В таком качестве, видимо, воспринимают конструкцию «виндикация плюс требование о признании права» авторы проекта Концепции развития законодательства о вещном праве^[48].

Выработанный судами и поддержанный в данном проекте подход к соотношению названных способов защиты представляется мне неудачным по следующим соображениям. Объявляя о наличии не соответствующей закону правоприменительной практики, разработчики проекта почему-то не пытаются определить саму причину её возникновения. Между тем причина очевидна, это - отсутствие нормативной определенности в решении вопроса об основании и условиях применения такого способа зашиты, как иск о признании права собственности. Внесение соответствующих изменений в главу 20 ГК позволило бы достичь необходимого единообразия в применении норм о защите вещных прав, решить проблему в рамках существующих процессуальных правил. При отсутствие условий для применения иска о признании, суд отказывает в удовлетворении требования истца в связи с использованием ненадлежащего способа защиты.

Могу привести ещё одно возражение против воплощённого в рассматриваемом мною проекте подхода.

Обязательное сопровождение виндикации ещё и иском о признании права собственности вступает в противоречие с таким принципом, как диспозитивность. Являясь основополагающим началом регулирования частноправовых отношений, диспозитивность в сфере защиты означает возможность субъектов гражданского права самим выбирать форму и способ защиты, в наибольшей степени соответствующие их интересам, с учётом особенностей субъективного права и характера нарушения. Ограничение права потерпевшего на выбор средств защиты слишком радикальная мера, требующая более серьезного обоснования, чем необходимость противодействовать негативной правоприменительной практике.

Итак, можно утверждать, что виндикация в современном гражданском праве - самостоятельный способ защиты вещных прав, который обеспечивает восстановление владения как движимыми вещами, так и недвижимым имуществом. Положительное решение суда по иску о возврате недвижимости из незаконного владения не дополняет решение по иску о признании права, а является самостоятельным основанием для восстановления фактического владения и регистрации права собственности истца.

Заключение

Право собственности - производное из всех иных ограниченных вещных прав и, вне всякого сомнения, наиболее важное из них.

Право собственности - это вещное право, которое даёт лицу наиболее полное господство над вещью, в том числе путём владения, пользования и распоряжения ею, а также совершения любых действий, которые не запрещены законом и не нарушают прав и охраняемых законом интересов других лиц. Определение права собственности в концепции развития гражданского законодательства раскрывается более широко, чем в действующем ГК РФ. Концепция развития гражданского законодательства предлагает включать в содержание этого права не только всем известные правомочия владения, пользования и распоряжения, но и указание на предоставленную собственнику возможность осуществлять полное господство над своей вещью и совершать в отношении неё любые действия, которые не запрещены законом и не нарушают прав и законных интересов третьих лиц.

Юридическая и экономическая ценность имущественных прав проявляется в оборотоспособности их объектов. Под ней понимается не только возможность свободного отчуждения имущества, но и допустимый законом переход данных объектов и ограниченных вещных прав от одного правообладателя к другому.

Способы защиты субъективных вещных прав включают механизмы, которые правообладатель самостоятельно выбрал из предусмотренных гражданским законодательством, для того, чтобы достичь желаемого результата, связанного с субъективным правом на вещь.

Выбор универсального способа защиты права собственности ограничивается установленным законом перечнем, а выбор специального способа - перечнем способов защиты субъективных вещных прав.

Возможность получения защиты вещного права возникает в суде только при нарушении либо же при оспаривании такого права третьими лицами.

Возможность применения зашиты вещного права связана с защищаемым правом и не может существовать самостоятельно от него, поэтому является следствием наличия такого права и его нарушения или оспаривания.

Виндикация в современном гражданском праве это - самостоятельный способ защиты вещных прав, обеспечивающий восстановление владения как движимым, так и недвижимым имуществом. Положительное решение суда по иску о возврате недвижимости из незаконного владения не дополняет решение по иску о признании права, а является самостоятельным основанием для восстановления фактического владения и регистрации права собственности истца.

Список литературы

Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. // Российская газета от 25 декабря 1993 г. — № 237. с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30 декабря 2008 г. № 6–ФКЗ, от 30 декабря 2008 г. № 7–ФКЗ, от 05 февраля 2014 г. № 2–ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11–ФКЗ

Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 г. № 51-ФЗ / / Российская газета — № 238—239 — 1994 —С 43.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. № 95–ФЗ // Вестник ВАС РФ. Специальное приложение. — 2002. —№ 8.

Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации (одобрена 7 октября 2009 г. Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства) // Вестник ВАС РФ. — 2009. —№ 11.

Проект федерального закона № 47538–6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СПС Консультант Плюс.

Андреев Ю.Н. Собственность и право собственности: цивилистические аспекты: монография. Ю.Н. Андреев. — М.: — Норма. — Инфра-М. 2013.