Файл: Общее понятие о гражданском праве (Общие положения о гражданском праве как отрасли права).pdf

По форме предписания правовые нормы подразделяются на императивные (предписывающие строго определенное поведение) и диспозитивные (которые применяются постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное). Многообразие и индивидуальность экономических потребностей в сочетании с дозволительной направленностью гражданско-правового регулирования требуют предоставления участникам гражданского оборота возможности самостоятельно выбирать пути и способы удовлетворения частных интересов. Это предполагает особую роль диспозитивных норм в регулятивном воздействии гражданского права на образующие его предмет общественные отношения. Большая часть норм, регулирующих договорные обязательства, предоставляет сторонам возможность исполнять права и обязанности в соответствии с индивидуальной моделью поведения, установленной ими на основе диспозитивных правил. Таким образом, по преобладающему способу оформления гражданско-правовых правил метод гражданского права отличается преимущественной диспозитивностью^[17].

Следует приветствовать укрепление диспозитивности в регулировании производственной и иной экономической деятельности в области сельского хозяйства. Новая редакция ст. 23 ГК РФ и новый подпараграф 3.1 § 2 гл. 4 ГК РФ, установленные Федеральным законом от 30 декабря 2012 года № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», предоставили гражданам по своему выбору создать либо договорное, либо правосубъектное (как корпоративное юридическое лицо) крестьянское фермерское хозяйство.

По характеру связи с индивидуальным регулированием в теории права различают абсолютно определенные нормы, которые не предусматривают возможность конкретизированного индивидуального регулирования общественных отношений, и относительно определенные нормы, которые предоставляют право правоприменительным органам решать дело с учетом конкретных обстоятельств^[18]. Эффективность правового регулирования гражданских правоотношений во многом зависит от полноты и степени определенности правовых норм, поскольку составляющие ядро предмета гражданского права эквивалентно-возмездные имущественные отношения юридически равных и автономных субъектов требуют стабильности в статике и заранее обозначенной правовой предсказуемости в динамике. В силу этого гражданское право не допускает, как правило, осуществления произвольного ситуационного регулятивного воздействия со стороны суда или других правоприменительных органов ни при отсутствии существующего императивного предписания или выбранного участниками регулируемых отношений собственного допустимого диспозитивной нормой варианта поведения, ни тем более вопреки таковым. В порядке исключения ситуационное регулирование можно обнаружить в гражданском праве, к примеру, при санации судом неправомерной, но совершенной к выгоде малолетнего сделки (п. 2 ст. 172 ГК РФ), при определении объема содержания, предоставляемого гражданину по договору пожизненного содержания с иждивением (п. 3 ст. 602 ГК РФ), или при уменьшении судом определенной в договоре неустойки, явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства (ст. 333 ГК РФ). Но это лишь частные проявления индивидуального регулирования, не формирующие направленность или качественную особенность всей цивилистической отрасли. Поэтому метод гражданского права под этим углом зрения можно в целом охарактеризовать как основанный на применении абсолютно определенных норм. Данная характеристика наиболее рельефно показывает отличие гражданско-правового метода от метода семейного права, в котором ситуационность регулирования претендует на главенствующую роль при определении методологической специфики отрасли^[19].

Существенное ослабление определенности гражданско-правового воздействия влечет внесение в ГК РФ в качестве основного начала гражданского права требования добросовестного поведения участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и исполнении обязанностей (п. 3 ст. 1 ГК РФ). Отсутствие достаточно ясных и развернутых законодательных установлений о понятии доброй совести и критериях недобросовестного поведения предполагает серьезное расширение границ судейского усмотрения. При этом подчинение поведения субъектов гражданских прав и обязанностей принципу добросовестности, обязывание их при реализации дозволенных или предписываемых действий всякий раз соотносить свою волю и реализуемые личные интересы с неочевидными для себя интересами контрагентов, третьих лиц и общества в целом могут являться средством произвольного вмешательства в частные дела, создать угрозу коммерческой уверенности участников договорных обязательств. Поэтому указанную норму как подрывающую одну из сущностных черт метода гражданского права не представляется возможным оценить однозначно положительно.

В то же время при выполнении указания Конституционного Суда РФ о приведении в соответствие с Конституцией РФ положений ГК РФ, позволявших лишать дееспособности граждан, страдающих душевными расстройствами, без учета степени нарушения психических функций, законодатель, не полагаясь на ситуационное правоприменение, принял новые, абсолютно определенные правила, дифференцирующие гражданско-правовые последствия болезненного душевного состояния граждан в зависимости от его конкретных проявлений (п. 2, 3 ст. 29, п. 2, 3 ст. 30 ГК РФ).

В общем виде социальное предназначение гражданского права состоит в обеспечении гармонии разнонаправленных, но равнозначимых частных интересов, что, с одной стороны, требует создания условий для реализации экономических и личных прав и свобод, а с другой — делает необходимым исключить или преодолеть возможные конфликты при пересечении интересов. Признание частных гражданско-правовых интересов равновесными, а значит, подлежащими равному уважению и защите отличает метод гражданского права от метода семейного права по основной задаче. Если семейное право исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи^[20].

Данная черта метода гражданского права наглядно проявляется в особенностях используемых в отрасли способов защиты субъективных прав. Все они предназначены не для наказания нарушителя, а для устранения понесенных правообладателем потерь. Поэтому основной мерой гражданско-правовой ответственности за нарушение имущественной сферы потерпевшего является возмещение убытков (ст. 15 ГК РФ), что указывает на преобладающий компенсационный (восстановительный) характер мер гражданско-правовой защиты.

В полном соответствии с гармонизирующим предназначением гражданско-правового воздействия на поведение участников гражданского оборота находится внесение в гл. 2 ГК РФ правила о праве граждан и юридических лиц на компенсацию ущерба, причиненного правомерными действиями государственных органов и органов местного самоуправления (ст. 16.1 ГК РФ). Оно дополняет существующий в гражданском праве арсенал мер защиты от имущественных и моральных потерь, применяемых независимо от виновности или правомерности нанесших их действий.

Естественным путем гармонизации столкнувшихся интересов равноправных участников гражданско-правовых отношений является обращение заинтересованного в защите правообладателя к третьему лицу, не связанному с конфликтующими сторонами и способному разрешить или помочь в разрешении спора. Поэтому в качестве общего правила установлен судебный порядок защиты нарушенных или оспоренных гражданских прав (п. 1 ст. 11 ГК РФ) ^[21].

Дополнительным приемом, обеспечивающим выполнение гармонизирующей функциональной направленности гражданско-правового воздействия на общественные отношения, является предоставление сторонам права прибегнуть для урегулирования конфликта к помощи медиаторов и других независимых посредников.

1.3. Система гражданского права

Гражданское право представляет собой не просто совокупность правил поведения, установленных или санкционированных государством для регулирования образующих его предмет общественных отношений, а систему правовых норм. О наличии системы принято говорить в тех случаях, когда совокупность однородных элементов находится в таких взаимосвязях и взаимозависимости, при которых их взаимоотношения приобретают характер взаимодействия для достижения определенного полезного эффекта. Применительно к гражданскому праву это означает, что составляющие его правовые нормы группируются по определенным признакам для обеспечения их правильного понимания и использования^[22].

Система отечественного гражданского права построена по пандектному принципу, согласно которому производится последовательное выделение из массы гражданско-правовых норм тех из них, которые содержат правила, являющиеся общими для всех, многих или неединичных отношений. Применение пандектных начал формирования системы гражданского права можно сравнить с математическим приемом «вынесения за скобки»^[23].

Прежде всего обособляются нормы, устанавливающие общие положения, которые распространяются на все входящие в предмет гражданского права отношения. В эту группу включаются нормы об основных началах гражданского законодательства, основаниях возникновения, осуществлении и защите гражданских прав, об участниках гражданско-правовых отношений, объектах гражданских прав, сроках и др. Затем происходит распределение остальных норм на крупные общности — подотрасли, призванные регулировать большие группы однородных отношений. Общепризнано выделение таких подотраслей гражданского права, как вещное право, обязательственное право, наследственное право, интеллектуальное право.

Внутри каждой подотрасли снова образуются совокупности общих норм, распространяющие свое действие на все входящие в предмет подотрасли отношения. Для вещного права это положения о владении и его защите; для обязательственного права — о понятии, основаниях возникновения, исполнении, обеспечении исполнения, изменении и прекращении обязательств и ответственности за их нарушение; для наследственного права — о понятии и основаниях наследования, времени и месте открытия наследства, недостойных наследниках, приобретении наследства; общие положения интеллектуального права представлены правилами о понятии и видах интеллектуальных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, их защите^[24].

Оставшиеся нормы подотраслей дифференцируются на менее крупные общности — институты, рассчитанные на регламентацию отношений, могущих быть отделенными от прочих по каким-либо признакам. В подотрасль вещного права отнесены институты права собственности и ограниченных вещных прав. В обязательственном праве существует наибольшее количество институтов: купля-продажа, мена, дарение, рента, аренда, подряд, возмездное оказание услуг, обязательства вследствие причинения вреда и неосновательного обогащения и др. В наследственном праве различают институты наследования по закону и по завещанию. В числе институтов интеллектуального права можно назвать авторское право, патентное право, право на средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ услуг и предприятий.

В наиболее крупных институтах также возможно выделение общих норм — правил, которым подчинены все входящие в предмет института отношения с последующим образованием субинститутов. Такое построение характерно, в частности, для институтов права собственности, купли-продажи, аренды и некоторых других. Например, в институте права собственности имеются общие положения об основаниях его возникновения и прекращения, пределах осуществления и защите, а также субинституты права общей собственности, права собственности на землю, жилые помещения^[25].

Исходным элементом (первичной ячейкой) построения системы отрасли гражданского права являются отдельные гражданско-правовые нормы. Последние системно группируются не только по предметно-отраслевому принципу (в субинституты, институты и подотрасли), но и комплексно, в зависимости от вида регулируемых отношений, специфики юридических фактов, особенностей целей и задач регулирования. В результате такого комплексного соединения норм выделяют особые гражданско-правовые конструкции, как-то: конструкция юридического лица, конструкция договора, конструкция источника повышенной опасности и др.

Знание системной дифференциации гражданско-правовых норм в практической деятельности облегчает их поиск, толкование и применение, позволяет свободнее ориентироваться в текстах нормативных актов^[26].

Особенности систематизации отечественного гражданского права на современном этапе хорошо просматриваются на примере реализации пандектного принципа в корпоративной сфере. В гл. 4 ГК РФ законодатель установил общие нормы, подлежащие применению ко всем корпоративным юридическим лицам (ст. 65.1., 65.2, 65.3. ГК РФ), в то же время предусмотрел специальное регулирование отношений в рамках групп корпораций (коммерческих и некоммерческих), их отдельных видов (например, хозяйственных товариществ и обществ) и разновидностей (полных товариществ и товариществ на вере, обществ с ограниченной ответственностью и акционерных обществ).

Появление такого рода общих положений с одновременной внутренней систематизацией оставшегося материала на институты и субинституты позволяет говорить о формировании в составе отрасли гражданского права особой функциональной подотрасли — корпоративного права^[27].

Подводя итог изложенному в главе, можно сделать следующие выводы.

Гражданское право как отрасль права — это система относительно однородных правовых норм, регулирующих определенными приемами на основе общих принципов и функций обособленную сферу общественных отношений.

Предмет гражданского права составляют общественные отношения, складывающиеся по поводу возникновения и осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), возникновения и исполнения договорных и иных обязательств, а также других имущественных и личных неимущественных отношений, основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников. Гражданским законодательством защищаются неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.