Файл: Управление поведением в конфликтных ситуациях.pdf

Автор считает, что интроверты убеждены, что при появлении сложностей в общении должны меняться люди и их поведение. Интровертам проще пойти на компромисс, чтобы не нарушить внутренне равновесие. Обладая высоким уровнем рефлексии и неустойчивой самооценкой интроверты считают компромисс наиболее выгодной для себя стратегией решения конфликтной ситуации. ^[14]

Стратегия избегания, направленная на уход от решения конфликтной ситуации, наименее характерна для экстравертов, это объясняется тем, что экстраверсия имеет такие структурные компоненты как аффилиация, сила и достижение, поэтому затягивание конфликта или уход от него экстравертами рассматривается как неэффективная стратегия.

Интроверты предпочитают из- бегание, так как эта стратегия способна сохранить внутренний баланс, это безопасно для сохранения устойчивости внутреннего пространства.

Как отмечал К. Юнг, для них в целом свойственны установки избегания внешнего мира и связанного с ним деятельности. Амбиверты используют эту стратегию в связи с тем, что они рациональны и склонны ориентироваться по ситуации, при понимании, что не выгодно уходят от контакта путем избегания.

Приспособление как стратегия для того чтобы не допустить конфронтации. Считается, что подобную стратегию нередко выбирают люди с заниженной самооценкой.

Такая стратегия наиболее характерна для интровертов, так как им свойственно внешних событий через призму внутренних переживаний, эмоциональная сдержанность, фиксация на собственном внутреннем мире, что порождает нерешительность, закрытость.

Поэтому приспособиться за счет уступки своими интересами для них более простой и эффективный сценарий. Экстраверты также используют эту стратегию но чаще в ситуации когда конфликт не представляет особой важности, задачей является сохранение взаимодействия, позволить оппоненту одержать верх, таким об- разом, самоутвердившись. ^[15]

Таким образом, и экстраверты, и интроверты почти в равной степени используют данную стратегию, но при этом с различной внутренней мотивацией: если интроверты избегают конфликта для сохранения собственной самооценки и внутренней устойчивости (на фоне низкого уровня доверия к себе), то экстраверты для самоутверждения. Статистический анализ с применением Н–критерия Краскела-Уоллиса показал наличие достоверных различий только по стратегии соперничество, подтверждая, что экстраверты наиболее склонны к выбору данной стратегии, основанной на удовлетворении собственных интересов, в ущерб интересам другой стороны. ^[16]

---

Экстраверт намерен одержать верх в конфликте, психологическую базу для этого создает: высокая самооценка, высокий уровень доверия себе. Для определения статистической тенденции к выбору стратегии поведения в конфликте при экстраверсии, интроверсии и амбиверсии мы провели корреляционный анализ с применением ранговой корреляции Спирмена.

Как показал расчет коэффициента корреляции значимая связь стратегия соперничества с направленностью личности, чем более выражена данная стратегия у экстравертов и наименее у интровертов (r=0,767). Выявлена отрицательная значимая взаимосвязь между стратегией компромисса и направленностью (-0,457).

Так, данная стратегия наиболее связана с интроверсией и наименее с экстраверсией. Стратегия избегания (-0,395) в свою очередь наименее связана с экстраверсией и наиболее с интроверсией. Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы в отношении стратегий поведения в конфликте в зависимости от направленности личности. Показано, что стратегия соперничества в конфликтной ситуации используются преимущественно экстравертами. ^[17]

Интровертам свойственно использование пассивных стратегий, таких как избегание и приспособление, так же для данной группы испытуемых свойственно идти на компромисс в условиях конфликтного общения. На сотрудничество в конфликте более ориентированы амбивертированные личности. В целом, проведенное исследование подтвердило гипотезу о существовании специфики стратегии поведения в конфликтной ситуации: у экстравертов, интровертов и амбивертов. ^[18]

Основываясь на полученных данных можно говорить о том, что экстраверсия создает предпосылки для использования в конфликте стратегии основанной на конкуренции, а отличии от интроверсии, которая де- терминирует уход от прямого конфликта интересов и ориентацию на компромиссное решение ситуации.

ГЛАВА 2. УПРАВЛЕНИЕ КОНФЛИКТАМИТ В ОРГАНИЗАЦИИ

2.1. ВЗАИМОСВЯЗЬ ЭМОЦИЙ И ПОВЕДЕНИЯ ЛИЧНОСТИ В КОНФЛИКТНОЙ СИТУАЦИИ

---

В настоящий момент актуальной проблемой в социальной психологии остается поиск применения факторов, взаимосвязанных с поведением в конфликте. Н.И. Леонов анализируя проблемы поведения в конфликте, выделяет 3 фактора: личностно-деловой; социально-психологический; эмоциональный.

Отечественные и зарубежные исследователи считают, что интенсивно-эмоциональные переживания в конфликте, оказывают влияние как на восприятие конфликтной ситуации партнеров по взаимодействию, так и на предпочтение стратегий и способов взаимодействия в конфликте (Н.И. Леонов, А.Я. Анцупов, Н.В. Гришина, С.Л. Рубинштейн, Н.В. Куницына, Н.В. Молчанова).

В конфликтной ситуации предмет конфликта переживается особо эмоционально, и порой побуждает к агрессивному поведению участников (Д. Доллард, Н. Миллер), соответственно данный фактор становится препятствием к эффективному и конструктивному разрешению конфликтов. В связи с этим становится актуальным анализ взаимосвязи эмоций на тип реагирования в конфликте. ^[19]

Анализируя современные подходы исследователей в области конфликтов, большинством авторов подчеркивается взаимосвязь эмоций с конфликтом. Так, Леонов Н.И., подчеркивает, что осознание ситуации как конфликтной, всегда сопровождается эмоциональным окрашиванием, соответственно возникающие при этом эмоциональные состояния оказываются включенными в динамику любого конфликта, активно влияя на его течение исход.

По его мнению, механизм возникновения и влияния эмоциональных состояний участников конфликта на его развитие также является специфической проблемой социально-психологического анализа. ^[20]

А.Я. Анцупов и А.И. Шипилов указывают, что эмоции – это один из основных факторов, способствующих возникновению конфликтов. Они часто являются реакцией человека на заметное и значимое несовпадение реального хода развития событий с тем, на который он рассчитывал, если же возникшие ситуации не оправдывают ожиданий, что часто бывает, это вызывает у человека негативные эмоции, и приводит к ухудшению взаимоотношений.

Об этом же свидетельствует и А.Н. Лутошкин, который указывает на влияние фактора эмоций на интерпретацию людьми возникшей ситуации: «несоответствие (соответствие) эмоциональных реакций разных людей на одну и ту же ситуацию – это сигнал расхождения (совпадения) в установках, нормах ценностях. ^[21]

Зачастую именно такое расхождение в эмоциональных реакциях на определенную ситуацию и ведет к возникновению конфликта. Л.И. Никовская с Б.И. Степановым отмечают, что слишком высокая степень эмоциональной насыщенности затрудняет адекватное восприятие ситуации и противоположные стороны, рождая ложные образы и опасения, агрессивность и дегуманизируя восприятие оппонентов.

---

Анализируя взаимосвязь эмоционального фактора с поведением в конфликте, важно заострить внимание на том, каким образом эмоции ока- зывают влияние на образ конфликтной ситуации, и определяют, в конеч- ном счете, поведение участников.

В психологической литературе указывается на то, что эмоции являются следствием отражения непосредственного субъективного отношения к объектам действительности (А.Н. Леонтьев, Н.И. Леонов, С.Л. Рубинштейн, П.В. Симонов, Л.М. Аболин).

Подобное индивидуализированное отражение действительности, по словам Н.И. Шевандрина, осознается как «значение-для-меня».

Другими словами, при столкновении индивида с различными событиями и объектами реальности у него формируется субъективный образ, отражающий субъективную значимость происходящего. ^[22]

Именно сформированные образы участников конфликта определяют их интерпретацию конфликта, а также их поведенческие реакции. При этом, как подчеркивает М.М.Лебедева, находясь в состоянии конфликтных отношений, участники игнорируют тот факт, что негативные образы одной стороны влияют на образы другой, усиливая их враждебный характер.

При этом в ходе конфликта, его участники воспринимают и оценивают одни и те же события настолько различным образом, что их восприятие и оценки часто приобретают зеркальный, то есть диаметрально противоположный характер, с ярко выраженной отрицательной эмоциональной оценкой противоположной стороны. Этот феномен получил на- звание «зеркальных образов».

Более того, участники склонны усиливать имеющиеся различия и игнорировать наличие общих моментов. По определению С.Л.Рубинштейна, эмоции являются психическим отражением (переживанием) актуального состояния потребностей человека. ^[23]

Данное определение нашло свое отражение в исследовательской работе Н.В. Молчановой, в которой автор заключает, что эмоциональная оценка ситуации конфронтационного диалога приводит к тому, что субъект коммуникации концентрирует свое внимание на тех моментах реальности, которые важны и желанны для него, и менее внимателен к тому, что не отвечает требованиям актуальной на данный момент потребности.

Это означает, что эмоции способствуют опредмечиванию актуализированной потребности в виде индивидуально значимой модели ситуации, ее процесса и результата. Словам и действиям субъекта коммуникации приписывается измененный, личностно значимый смысл, т.е. возникает целостный образ, который является результатом переработки поступающей информации. ^[24]

---

Партнеры даже не пытаются проверить одинаковость понимания смысла ситуации или слов собеседника, слова и действия партнера оцениваются в соответствии с собственным представлением о том, что именно необходимо говорить и делать.

Таким образом, под влиянием эмоций у субъектов возникает индивидуальный ситуативный психический образ искаженной реальности, на основе которого возникают ответные поведенческие реакции.

Психический образ всегда является эмоционально окрашенным, в нем отражается удовольствие или неудовольствие от происходящих событий. Эмоция, как психический феномен, связывающий прошлое с настоящим и будущим, способствует тому, что возникает тенденция к непосредственной актуализации определенных представлений как ранее сформированных, так и предвосхищаемых. ^[25]

Эти представления в конечном итоге и определяют поведение человека в конкретной ситуации. Эмоции, являясь психическим отражением актуального состояния потребностей, при невозможности их удовлетворения вызывают также и определенное эмоциональное напряжение – фрустрацию, которая в свою очередь вызывает нарушение адекватности поведения, нередко проявляющейся в форме агрессии.

Подобные объяснения находят свои подтверждения во фрустрационной теории агрессии (Д. Долард, Н. Миллер).

Авторы данной теории рассматривали агрессию как реакцию на фрустрацию, полагая что в побуждении к агрессии решающее значение имеют три фактора:

1) степень ожидаемого субъектом удовлетворения от будущего достижения цели;

2) сила препятствия на пути достижения цели;

3) количество последовательных фрустраций.

Однако на современном этапе в ходе множества экспериментов было выяснено, что прямым следствием фрустрации является не собственно агрессия, а состояние особого психического напряжения, включающее целый комплекс негативных эмоций, а также атипичным поведением: регрессией, агрессией, активизацией других защитных механизмов, эмоционально-физиологической стрессовой реакцией. ^[26]

Совершенно очевидно, что подобные негативные переживания повышают потенциальную конфликтность индивида. Схожих мыслей и придерживался Ф.Е. Василюк, который, анализируя конфликт как критическую ситуацию, утверждал, что субъективно конфликт переживается как «невозможность», в которой оказалась жизнедеятельность субъекта.

«Невозможность же эта, в свою очередь определяется тем, какая жизненная необходимость оказывается парализованной в результате неспособности имеющихся у субъекта типов активности справиться с наличными внешними и внутренними условиями жизнедеятельности». ^[27]

---