Файл: Договорное и законное представительств.pdf

Введение

Представительские отношения глубоко и гармонично проникли во все сферы общественной жизни. Они стали неотъемлемой частью торгового оборота, как одна из форм реализации товаров, работ и услуг, как способ обеспечения доступа предпринимателей на ранее не освоенные рынки и удержания уже освоенных позиций.

Немаловажную роль играет представитель и в обыденной жизни граждан. Потребность в представителе возникает не только тогда, когда сам представляемый не может лично осуществлять свои права и обязанности в силу закона (например, из-за отсутствия дееспособности) или конкретных обстоятельств (из-за болезни, занятости). Во многих случаях к услугам представителя прибегают, чтобы воспользоваться специальными знаниями представителя, сэкономить время и т. д.

Развитие представительства в современных условиях требует эффективного правового механизма, обеспечивающего четкость и полноту его регулирования. Вместе с тем, в действующем гражданском законодательстве о представительстве существуют определенные пробелы и противоречия, что усложняет его практическое применение. Кроме того, общее развитие цивилистической науки предопределяет необходимость в уточнении и систематизации имеющихся теоретических положений о представительстве.

Институт представительства привлек в свое время внимание В.К. Андреева, С.Н. Братуся, О.С. Иоффе, O.A. Красавчикова, E.JI. Невзгодиной, В.А. Рясенцева, К.И. Скловского.

В работах этих ученых представительство в гражданском праве получило глубокое и разностороннее освещение. В процессе разработки его проблем был обоснован ряд важных положений теории представительства в гражданском праве.

Объектом научного осмысления настоящей теоретической разработки являются отношения представительства в российском гражданском праве.

Предмет исследования составляет комплекс проблем правового регулирования отношений представительства, представленного нормативно-правовыми, правосубектными и индивидуальными правовыми формами его функционирования, положения догмы российской цивилистики о сущности представительства, а также практика применения норм гражданско-правового института представительства.

Целями данного исследования является обоснование ряда теоретических выводов, связанных с представительством как гражданским правоотношением, а также разработка научных рекомендаций по совершенствованию как нормотворческой, так и правоприменительной деятельности.

Для достижения указанных целей поставлены следующие задачи:

- выявить признаки и сформулировать определение представительства;

- показать сущность представительства в системе российского гражданского права;

- провести анализ изменения и прекращения правоотношений представительства;

- исследовать субъектный состав представительства;

- провести теоретический анализ добровольного и законного представительства как гражданского правоотношения;

Методологическую основу исследования составили общенаучные и частнонаучные методы познания: диалектический, формально-логический, исторический, структурно-функциональный, сравнительно-правовой.

Для достижения целей и задач исследования пришлось основываться на научных идеях и положениях, изложенных в работах: С.В Анохиной, А.М.Баранова, М.И. Брагинского, В.В. Витрянского, А.А.Кузьмишина, А.П. Сергеева, Е.А.Суханова, а также других ученых-цивилистов и специалистов в области теории права.

Нормативную базу исследования составили Конституция Российской Федерации, действующее гражданское законодательство, ведомственные нормативные акты.

1. Понятие и признак представительства по законодательству Российской Федерации

1.1 Понятие представительства

Представляется необходимым обратиться к анализу легальной дефиниции представительства, которая содержится в п. 1 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации^[1] (далее - ГК РФ). Согласно указанной норме под представительством понимается совершение сделки одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления. Сделка, совершаемая представителем на основании его полномочий, непосредственно создаёт, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Как видно из приведённого определения понятия представительства статья 182 ГК РФ содержит указание только на «сделки», которые может совершать представитель от имени представляемого. В связи с этим возникает вопрос; может ли представитель совершать кроме сделок иные юридические действия? Представляется, что представитель вправе совершать такие действия.

Так, пунктом 3 ст. 33 ГК РФ установлено право попечителя не только оказывать подопечным содействие в осуществлении ими своих прав, но и охранять их от злоупотреблений со стороны третьих лиц, т.е. совершать действия по самозащите прав, которые могут носить не фактический, а юридический характер, но не быть сделками. К таким действиям, в частности следует отнести обращение в органы местного самоуправления с требованием об отмене нормативного акта, препятствующего использованию дома, принадлежащего подопечному.

Кроме того, юридические действия, не являющиеся сделками, совершает законный представитель недееспособного или ограниченно дееспособного лица – владельца голосующих акций на общем собрании акционеров (ст. 57 ФЗ «Об акционерных обществах»^[2]).

Как показывает проведённый анализ действующего законодательства, предмет представительства несколько шире (за счёт «иных юридических действий»), чем это закрепленного п. I ст. 182 ГК РФ. Иными словами, под представительством необходимо понимать не только совершение представителем сделок, но также и иных юридических действий, в результате которых у представляемого возникают, изменяются и прекращаются права и обязанности. При этом представитель действует не от собственного имени, а от имени представляемого, с намерением осуществить для него такие юридические последствия, какие наступили бы, если бы представляемый сам действовал в целях удовлетворения своих интересов. Между действиями представителя и возникновением последствий для представляемого должна быть причинная связь, а эти последствия должны быть обусловлены интересами представляемого. Юридические действия совершаются представителем во имя или в интересе представляемого, который предварительным или последующим одобрением, или в силу закона присваивает себе этот результат. Целенаправленные действия представителя по удовлетворению интересов представляемого являются конститутивным признаком представительства.

Таким образом, в силу того, что наряду со сделками, представитель вправе совершать и иные правомерные юридические действия, которые влекут возникновение правовых последствий непосредственно для представляемого, абзац 1 пункта 1 ст. 182 ГК РФ необходимо изложить в следующей редакции:

«Сделки и иные юридические действия, совершенные одним лицом (представителем) от имени и в интересах другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акта уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создают, изменяют и прекращают права и обязанности представляемого».

1.2 Сущностные признаки представительства

Представительство характеризуется рядом сущностных признаков. Они выражаются в том, что, во-первых, представительство состоит в совершении сделок и иных правомерных юридических действий. Как установлено в законе, представитель обязуется совершить для представляемого одну или несколько сделок, а совершение сделок (ст. 153 ГК РФ) – это юридическое действие.

Подчеркнём, что фактические действия, например выбор дома для покупателя; погрузка, выгрузка товара; взвешивание груза; деятельность почтово-телеграфных учреждений по пересылке вещей и т.п., не требуют деятельности представителя, так как не влекут непосредственно юридических последствий.

С помощью представительства могут осуществляться сделки, предусмотренные законом, а также хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему (п. 1 ст. 8 ГК РФ).

Вместе с тем не допускается совершение через представителя сделок, которые по своему характеру могут быть совершены только лично, а также других сделок, указанных в законе. Так, в силу ст. 150 ГК РФ непередаваемы и неотчуждаемы, следовательно, и на основании сделок, совершаемых представителем, жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь, доброе имя и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.

Отмеченное приводит к выводу о том что представительство является исключительно юридической категорией.

Во-вторых, специфическим признаком представительства является то, что в рамках этого правоотношения осуществляется выступление одного лица от имени другого, т.е. сделки и иные юридические действия по отношению к третьим лицам совершаются одним лицом. В связи с этим можно согласиться с точкой зрения Н.О. Нерсесова, который отмечает, что «…свойства контрагента и юридического субъекта распределяются между двумя различными лицами: представителем и его принципалом^[3]. Первый заключает юридическую сделку, следовательно, является настоящим контрагентом, второй непосредственно приобретает из оной права и обязанности, следовательно, считается первоначальным и настоящим юридическим субъектом по такой сделке».

В-третьих, представитель совершает сделки или иные правомерные юридические действия с намерением создать для представляемого такие правовые последствия, какие наступили бы, если бы тот сам контралировал.

В-четвёртых, представитель должен иметь полномочие на совершение сделки или иного правомерного юридического действия,

И, наконец, в-пятых, полномочие, необходимое для существования представительства, должно опираться на правовое основание. Так, наиболее распространенным основанием представительства служит договор, связывающий представителя с представляемым. При этом в случаях, когда совершение юридически значимых действий входит в трудовые функции работника (имеются в виду юрисконсульты, экспедиторы и т.п.), основанием для выступления от имени работодателя может служить сам трудовой договор.

Далее следует отметить, что в юридической литературе до сих пор нет единства мнений и подходов относительно правовой сущности представительства. В связи с этим отметим, что концепции представительства базируются на двух основных подходах. Распространение получил подход, согласно которому представительство заключается в совершении сделок и иных юридических действий одним лицом в пределах полномочия от имени другого лица. В этом случае основу представительства составляет правоотношение между представляемым и третьим лицом, в отношении которого у представляемого возникли права и обязанности по заключенной представителем сделки или в результате иных юридических действий представителя. Между тем, правоотношение между представляемым и представителем рассматривается в свете данной позиции как предпосылка, а не составной элемент отношений представительства. Представители второго подхода обосновывают позицию, в соответствии с которой представительство отождествляется с деятельностью представителя.

Подчеркнём, что в литературе встречается и промежуточная точка зрения. Так, Е.Л. Невзгодина, выявляя правовую сущность представительства, приводит два его определения^[4]. Так, автор отмечает, что представительство может рассматриваться, с одной стороны, как «совершение сделок и иных юридических действий одним лицом – представителем в пределах полномочий от имени другого лица – представляемого, последствием которых является непосредственное возникновение, изменение или прекращение у представляемого гражданских прав и обязанностей». С другой стороны, представительство может трактоваться, как «правоотношение, в силу которого сделки или другие правомерные юридические действия, совершённые одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого), непосредственно создают, изменяют или прекращают для последнего гражданские права и обязанности». При этом Е.Л. Невзгодина отмечает, что эти два определения не противоречат друг другу: «в первом случае акцент делается на материальном содержании представительства, во втором на его юридической форме. Ошибочность же противопоставления деятельности правоотношению следует из того, что последнее есть не что иное, как правовая форма общественного отношения (деятельности). Иными словами, нет препятствий для того, чтобы рассматривать представительство как деятельность, но при этом нельзя игнорировать то обстоятельство, что представительство рассматривается при этом как осуществление правоотношения представительства».