Добавлен: 27.05.2023
Просмотров: 306
Скачиваний: 2
– объект и предмет антикоррупционной деятельности во взаимодействии государственных институтов и институтов гражданского общества (общественные отношения в сфере принятия и реализации законодательных, управленческих, правоприменительных решений, заключающих в себе возможность коррупционных проявлений);
– принципы взаимодействия государственных институтов и институтов гражданского общества в антикоррупционной деятельности (объективность, беспристрастность, справедливость, неподкупность, ответственность);
– системную организацию антикоррупционной деятельности государственных институтов и институтов гражданского общества (федеральный, региональный, муниципальный, локальный уровни);
– этапы антикоррупционной деятельности государственных институтов и институтов гражданского общества (мотивировочный, информационный, аналитический, оценочный, результативный);
– критерии эффективности взаимодействия государства и институтов гражданского общества в сфере противодействия коррупции (обеспеченность, охрана и защита прав и свобод человека и гражданина, неподкупность должностных лиц, действенность общественного контроля, транспарентность деятельности органов власти и их должностных лиц, снижение уровня коррупции);
– итоговый результат антикоррупционной деятельности государственных институтов и институтов гражданского общества, его теоретическое и практическое применение.
Реализация механизма взаимодействия государства и гражданского общества в сфере противодействия коррупции в социальной практике будет способствовать развитию правосознания граждан, профессиональной этики, правовой культуры государственных и муниципальных служащих, совершенствованию законотворческой и правоприменительной деятельности.
Эффективность механизмов взаимодействия государства с гражданским обществом в сфере противодействия коррупции зависит от скоординированности действий следующих государственных и общественных институтов в сфере противодействия коррупции.
Прежде всего, это органы власти, задействованные в механизме взаимодействия с институтами гражданского общества и обеспечивающие реализацию выработанных на государственном уровне мер противодействия коррупции, а также учет общественного мнения по данным вопросам в законотворческой и правоприменительной деятельности.
При рассмотрении вопросов участия органов власти в антикоррупционной деятельности следует подчеркнуть важность разделения коррупции на децентрализованную (внешнюю) и централизованную (внутреннюю) [11, с. 448]. В первом случае незаконные сделки заключаются индивидуально между должностным и частным лицами. В рамках внутренней коррупции незаконные отношения возникают в рамках одной организации, при этом законопослушный гражданин, вступая в такое сообщество, вынужден участвовать в коррупционных отношениях, что усиливает их опасность. Борьба с внутренней коррупцией затруднена в силу замкнутости такого рода сообществ. Поэтому в первую очередь важно усиливать общественный контроль за внутренней коррупцией.
Для примера рассмотрим проблему неприкосновенности как фактор, способствующий при наличии ряда условий развитию внутренней коррупции. Институт неприкосновенности членов Совета Федерации, депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, общие подходы к его содержанию и механизму привлечения к ответственности указанных лиц закреплены в статье 98 Конституции Российской Федерации. Порядок получения согласия на лишение неприкосновенности регулируется Федеральным законом «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации». Возбуждение уголовного дела и иные особенности производства по уголовным делам установлены главой 52 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Конституционный Суд Российской Федерации РФ неоднократно давал толкование конституционных положений о парламентской неприкосновенности. Так, Конституционный Суд РФ указал, что парламентский иммунитет, закрепленный в статье 98 Конституции Российской Федерации, относится к одному из основных элементов статуса парламентария, являясь важнейшей правовой гарантией его деятельности. По своему содержанию это гарантия более высокого уровня по сравнению с общими конституционными гарантиями неприкосновенности личности.
Она не является личной привилегией, а имеет публично-правовой характер, призвана служить публичным интересам, обеспечивая повышенную охрану законом личности парламентария в силу осуществляемых им государственных функций, ограждая его от необоснованных преследований, способствуя беспрепятственной деятельности парламентария и тем самым и парламента, их самостоятельности и независимости.
Вместе с тем положение статьи 98 Конституции является определенным исключением из общей конституционной нормы о равенстве всех перед законом и судом, что обусловлено необходимостью конституционной защиты специального статуса парламентария.
Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что неприкосновенность парламентария не означает его освобождение от ответственности за совершенное правонарушение, в том числе уголовное или административное, если такое правонарушение совершено не в связи с осуществлением депутатской деятельности. Расширительное понимание неприкосновенности в таких случаях вело бы к искажению публично-правового характера парламентского иммунитета и его превращению в личную привилегию, что означало бы, с одной стороны, неправомерное изъятие из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом, а с другой – нарушение конституционных прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью.
Процедурный механизм принятия решений о привлечении членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы к уголовной ответственности предусмотрен в Регламентах палат. Таким образом, положение российского законодательства является достаточным для принятия решений о лишении прикосновенности парламентариев.
В рамках проблемы противодействия коррупции важно определить, в каком объеме нужен институт неприкосновенности. Есть позиция о том, что следует укреплять гарантии неприкосновенности парламентариев. Высказано и суждение о том, чтобы отказаться от института неприкосновенности.
Сторонники ограничения и сокращения института неприкосновенности, как правило, приводят в качестве аргумента необходимость борьбы с коррупцией.
Бесспорно, коррупция представляет угрозу национальной безопасности. Российская Федерация имеет ряд международных обязательств в этой области. Однако под эгидой борьбы с коррупцией не должны выхолащиваться те демократические ценности, которые закреплены в Конституции Российской Федерации. В связи с ратификацией Конвенции Организации Объединённых наций против коррупции от 31 октября 2003 года [1] и Конвенции об уголовной ответственности за коррупцию от 27 января 1999 года [2] и принятием Федерального закона «О противодействии коррупции» для выполнения международных обязательств был упрощен порядок возбуждения уголовного дела в отношении члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации. Речь шла о ликвидации необходимости предоставления в палату Федерального Собрания Российской Федерации экспертного заключения Коллегии трех судей Верховного Суда Российской Федерации. С одной стороны, это упрощает процедуру, но, с другой стороны, тем самым устраняется судебный контроль за законностью лишения неприкосновенности парламентария.
Представляется, что следует очень осторожно осуществлять меры по противодействию коррупции, просчитывая при этом последствия. Нельзя допустить, чтобы под угрозу уничтожения попали те или иные демократические ценности.
Институт неприкосновенности существует не для того, чтобы оградить парламентариев от уголовной ответственности, а для того, чтобы обеспечить свободу парламентской деятельности, обеспечить ее непрерывность. Важно гарантировать как свободу слова, так и физическую свободу парламентария от репрессивных незаконных действий правоохранительных органов, а также от любых незаконных способов воздействия в отношении парламентариев. Поэтому именно контроль институтов гражданского общества способен сохранить институт неприкосновенности и иные конституционные ценности в РФ в полной мере.
Следует осуществлять контроль институтов гражданского общества таким образом, чтобы все инициативы о снятии неприкосновенности были бы прозрачны и решались бы только на пленарном заседании палат Федерального Собрания Российской Федерации. Если процедура снятия неприкосновенности в настоящее время упростилась, то все запросы, все инициативы о снятии неприкосновенности, которые выдвинуты против парламентариев, должны рассматриваться на уровне пленарного заседания. Иначе нельзя исключить ситуацию, когда институт неприкосновенности может быть использован в качестве инструмента неформального незаконного воздействия на депутата и члена Совета Федерации. Это может стать коррупционным фактором. Поэтому даже при отрицательном заключении комиссии палаты Федерального Собрания РФ голосование и обсуждение вопроса о снятии неприкосновенности или дачи согласия на возбуждение уголовного дела должны быть вынесены на публичное обсуждение на одну из палат Федерального Собрания Российской Федерации.
Представляется, что по вопросу снятия неприкосновенности депутатов целесообразно голосовать по фракциям. При равном числе голосов решающий голос следует отдать той фракции, в отношении которой рассматривается вопрос о снятии неприкосновенности представителя этой фракции.
Итак, ответственность и позиция фракции должны быть существенными факторами в процессе снятия неприкосновенности депутата Государственной Думы. С одной стороны, мнение фракции должно быть решающим при голосовании о снятии неприкосновенности, а с другой – следует предусмотреть меры ответственности партийной фракции, если ее член совершает уголовное или административное правонарушение. В качестве мер ответственности можно предложить разные варианты. Например, если прекращаются полномочия депутата в силу снятия с него неприкосновенности, то следует передавать освободившуюся вакансию другой фракции.
Таким образом, институт неприкосновенности – это демократическая ценность. Несмотря на то что во многих странах сокращается институт неприкосновенности, его следует сохранить на данном этапе развития российской демократии. При этом важно усилить роль СМИ и иных институтов гражданского общества в процессе осуществления контроля за деятельностью парламентариев. Целесообразно также совершенствовать парламентские процедуры таким образом, чтобы, с одной стороны, парламентарий был защищен от незаконного воздействия, а с другой стороны, чтобы не допускать злоупотреблений правами со стороны депутатов и членов Совета Федерации.
Очевидно, что корень коррупции лежит не в области парламентской деятельности. Это не самая главная проблема, которую необходимо решить в процессе борьбы с коррупцией. Рассматривая коррупцию как системное явление, важно противодействовать ей по всем направлениям.
Средства массовой информации во взаимодействии с органами власти воспитывают граждан в духе уважения права, способствуют утверждению в массовом сознании демократических ценностей и понимания опасности коррупции. СМИ получают и распространяют информацию о фактах коррумпированности во всех сферах общественной жизни, осуществляя тем самым своеобразный контроль за деятельностью органов власти.
Общественные организации (ассоциации, объединения, фонды, союзы) во взаимодействии с органами власти могут осуществлять разработку и реализацию антикоррупционных программ; обеспечивать общественный контроль за законопроектами; проводить совместные мероприятия, направленные на выработку рекомендаций по борьбе с коррупцией; заниматься пропагандой, направленной на борьбу с коррупцией; проводить специальные антикоррупционные исследования (правовые, социологические, экономические и др.).
Профессиональные союзы и объединения призваны во взаимодействии с Министерством труда и социального развития Российской Федерации контролировать соблюдение законодательства в области занятости, в том числе в русле борьбы с коррупцией, представлять и защищать от коррупционного воздействия социально-трудовые права граждан; принимать участие в разработке государственных программ занятости.
Общественные движения, направленные на пропаганду нетерпимости коррупции, в том числе посредством проведения соответствующих санкционированных акций, митингов, демонстраций.
Органы общественной самодеятельности совместно с федеральными органами государственной власти и их территориальными подразделениями, органами власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления призваны решать различные социальные проблемы по месту жительства, учебы, работы граждан. При этом возможно осуществление общественного антикоррупционного контроля реализации актов государственных органов власти при решении локальных социальных задач.
Политические партии призваны формировать общественное антикоррупционное мнение; воспитывать граждан в духе нетерпимости к любым формам коррупционного проявления; участвовать в выработке антикоррупционных решений органов государственной власти и органов местного самоуправления; участвовать и контролировать проведение выборов и референдумов; через своих представителей разрабатывать и реализовывать в законодательстве правовую политику.