Файл: Оперативно-розыскная деятельность: гласно и негласно (основы проведения оперативно-розыскной деятельности).pdf

Осуществление гласного обследования в принудительной форме правоохранительными органами означает ограничение того или иного конституционного права личности, т.е. правомерное сужение сферы ее действительной свободы [23, с. 4], в связи с чем вполне естественно возникает вопрос об основаниях и пределах такого ограничения в процессе ОРД. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом (выделено нами - Авт.) только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Соответственно, правовое регулирование, направленное на ограничение прав и свобод граждан, допустимо лишь федеральным законом, но не подзаконным нормативным актом ведомственного уровня, к числу которых относится рассматриваемая Инструкция. Закон же об ОРД закрепляет в ст. 15 лишь право на гласное проведение ОРМ, но не предусматривает возможности принудительной реализации этого права. Отсюда не могут не возникнуть определённые сомнения в конституционности данной Инструкции в той части, в которой она без прямого законодательного дозволения допускает применение принуждения при проведении гласного обследования.

Как отмечалось учёными-процессуалиста- ми, применение принуждения должно отвечать

ряду обязательных требований, включающих в себя: основанность принудительных мер на прямом указании закона; доказанность наличия соответствующих оснований; применение принуждения в установленных законом процессуальных формах; минимальность и действительная необходимость ограничения прав и свобод личности и др. [24, с. 235]. В связи с этим, если признать объективную потребность в использовании мер государственного принуждения при проведении ОРМ, в т.ч. гласного обследования, необходимо разработать детальную процедуру осуществления таких принудительных мер и закрепить её в законе, без чего такие меры применяться не могут [6, с. 238-240].

Так, к примеру, ст. 182 УПК РФ, регламентирующая порядок проведения обыска, прямо закрепляющая полномочие на вскрытие любых помещений, если владелец отказывается добровольно их открыть, в то же время не даёт права на повреждение имущества, не вызываемое необходимостью (п. 6); запрещая лицам, присутствующим в месте, где производится обыск, покидать его, а также общаться друг с другом или иными лицами до окончания обыска (п. 8), предусматривает возможность присутствия при производстве обыска защитника, а также адвоката того лица, в помещении которого производится обыск (п. 11); закрепляя обязанность следователя до начала обыска предложить добровольно выдать подлежащие изъятию предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела (п. 5), обязывает его принимать меры к тому, чтобы не были оглашены выявленные в ходе обыска обстоятельства частной жизни лица, в помещении которого был произведен обыск, его личная и (или) семейная тайна (п. 7). Закон же об ОРД аналогичных обязанностей и ограничений для должностных лиц, проводящих обследование, не предусматривает, тем самым неограниченно расширяет усмотрение должностных лиц при реализации полномочий на гласное осуществление ОРМ.

---

Вышеизложенное позволяет заключить, что существующее правовое регулирование гласного обследования, не предусматривающее оснований, условий и порядка применения принуждения в ходе его осуществления, не создаёт необходимых законодательных предпосылок для обеспечения принципа соблюдения прав и свобод человека и гражданина в ОРД. В этих условиях для признания допустимости принудительного гласного обследования его правовая регламентация требует совершенствования как на законодательном, так и на подзаконном уровне.

2.2. Негласные средства оперативно-розыскной деятельности и проблемы их применения

Рассекречивание процедурной стороны ОРМ, по нашему мнению, не повлияет негативно на их эффективность. Напротив, знание процессуальных требований всеми участниками снимет множество спорных вопросов о законности или незаконности тех или иных действий. Тем более, что когда-

то тайные аспекты организации и тактики оперативно-розыскной деятельности в настоящее время стали «секретом Полишинеля» благодаря все более широкому вовлечению их результатов в доказывание по уголовным делам.

По нашему глубокому убеждению, законодатель уже начал объединение уголовно-процессуального и оперативно-розыскного законодательства, когда включил в УПК РФ такие следственные действия, как контроль и запись переговоров (ст. 186 УПК РФ); наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка (ст. 185 УПК РФ); получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (ст. 186.1 УПК РФ). Данный шаг, хоть и был политически мотивирован, положил начало интеграции рассматриваемых видов деятельности. Приведенные следственные действия принято соотносить со схожими оперативно-розыскными мероприятиями - прослушивание телефонных переговоров; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; наведение справок. Имеются ли реальные различия между названными следственными действиями и оперативно-розыскными мероприятиями? Полагаем, что нет. Техническая сторона получения информации и в том, и в другом случае абсолютна идентична. Проведение как ОРМ, так и следственных действий осуществляют сотрудники оперативно-розыскных органов. Роль следователя сводиться лишь к получению судебного разрешения на их проведение, а так же в приобщении их результатов к материалам уголовного дела. Такой порядок, по нашему мнению, лишь незначительно отличается от использования в расследование результатов соответствующих оперативно-розыскных мероприятий, представляемых сотрудником оперативно-розыскного органа следователю.

---

Еще одним доводом в пользу интеграции рассматриваемых видов деятельности является, на наш взгляд, многолетняя успешная практика использования результатов негласных следственных действий в доказывании по уголовным делам полицейскими органами зарубежных государств.

Анализ процедуры производства предварительного расследования в странах Западной Европы, предпринятый нами ранее, позволяет сделать вывод, что досудебная стадия уголовного судопроизводства характеризуется производством неотложных действий, направленных на установление лица, совершившего преступление, а также иных обстоятельств, с последующей передачей всех материалов прокурору. При этом отсутствует какое- либо разделения на следственные и розыскные действия. Подобная специфика, на наш взгляд, обусловлена наличием «свободного доказывания», которое не связано процессуальной формой и не регулируется законом. Такой порядок характерен, в частности, для уголовного судопроизводства Австрии, Франции, Нидерландов и ряда других государств Западной Европы [6, с. 41-43].

Похожим образом разрешается этот вопрос и в США, где сотрудники полицейских органов наделены одновременно и оперативно-розыскными, и следственными полномочиями. При этом действия сотрудников полиции, ограничивающие конституционные права граждан возможны с разрешения суда. соблюдение прав и свобод граждан, закрепленных Конституцией США или Конституцией отдельного штата, пожалуй, единственное ограничение при выборе средств и методов осуществления досудебного производства полицией США. существенной отличительной чертой расследования, осуществляемого полицейскими органами США, является отсутствие необходимости в соблюдении процессуальной формы и обязательности составления процессуальных документов. Фиксация хода и результатов следственных действий осуществляется полицейским в записной книжке и итоговом отчете о расследовании уголовного дела, выступающих официальными документами, но при этом не являющихся источником доказательств в понимании отечественного уголовного процесса. не является таковым и протокол, возможность составления которого в процессе расследования преступления предусматривается законами некоторых штатов США. названные документы могут быть использованы полицейским в процессе дачи им показаний по поводу расследования конкретного преступления и носят вспомогательный характер [6, с. 47-51].

По пути закрепления в УПК негласных следственных (розыскных) действий пошли и некоторые государства - бывшие республики советского союза. Первой это сделала Украина в 2012 г. В этой связи В.Ф. Луговик отметил: «регламентация негласных следственных действий по новому УПК Украины стала проявлением новой правовой идеологии и нового подхода к восприятию результатов негласной деятельности по борьбе с преступностью» [7, с. 29]. Позже примеру Украины последовали Казахстан и Киргизия. При этом произошло смешение элементов «советского уголовного процесса» с западным. на наш взгляд, разработчики указанных изменений не учли существенных различий, имеющихся в подходах к доказыванию в разных процессуальных традициях. Кроме того, после появления негласных следственных (розыскных) действий продолжают существовать и соответствующие оперативно-розыскные мероприятия, как самостоятельный вид правоохранительной деятельности. Полагаем, что такой путь интеграции оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности не лишен недостатков. Однако, следует признать, что необходимость такой интеграции объективно назрела и в отечественном уголовном судопроизводстве.

---

Заключение

Мы установили, что Средства ОРД - это материально-технические, информационно-аналитические, финансовые и иные предусмотренные федеральным законом возможности, обеспечивающие нормальное функционирование ОРД и (или) позволяющие повысить ее эффективность.

Средства ОРД как элемент содержания ОРД, как предметы материального мира, применяемые для достижения целей и решения задач оперативно-розыскной деятельности, включая оперативную и специальную технику, транспорт и иные средства, документы оперативного прикрытия, информационные системы, вещества, вооружение, животных и т.п.

По нашему мнению это, позволит привести действующий Закон в соответствие с теорией оперативно-розыскной науки, которая на основе практики конкретизирует и трансформирует научные положения и выводы в правовые нормы, обязательные для исполнения субъектами оперативно-розыскной деятельности.

Средства ОРД можно определить и как предметы материального мира (орудия, инструменты, деньги и др.), применяемые оперативниками для достижения целей и решения задач ОРД. Ими выступают оперативно- технические, специальные технические, транспортные и иные средства, документы оперативного прикрытия, информационные системы, вещества, вооружение, животные и т.п. А также научно-технические достижения стали основой создания широкою спектра технических средств, которые успешно используются в сфере ОРД для решения оперативно-розыскных задач. Специфика осуществления ОРМ предопределяет использование данных средств преимущественно в негласной форме в целях сохранения в тайне самого факта их применения, а также полученных с их помощью результатов.

Список использованной литературы

1. Анищик, О. ЕСПЧ: нарушение ст. 8 Конвенции санкционированным судом ОРМ [Электронный ресурс] // Сайт «Европейский суд по правам человека». - 2014. - 18 сент. - URL: http:// europeancourt.ru/2014/09/18/16780/

2. Архив Конституционного Суда РФ. - Дело № 9544/15-01/13.

3. Бакланов, Л. А. Гласное обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств в оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел: монография.

- Тюмень: Тюменский институт повышения квалификации сотрудников МВД России, 2015. - 126 с.

4. Бакланов, Л. А., Панюшин, Д. Б. Проведение гласного обследования жилища без согласия его собственников // Вестник Волгоградской академии МВД России. - 2018. - № 2 (45). - С. 78-84.

---

5. Барихин, А. Б. Большой юридический энциклопедический словарь. - М.: Книжный мир, 2004. - 720 с.

6. Булатов, Б. Б. Государственное принуждение в уголовном судопроизводстве: монография. - Омск: Омская академия МВД России, 2003. - 320 с.

7. Вагин, О. А., Исиченко, А.П. Постатейный комментарий к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» со словарем законодательных терминов. - М.: Экзамен, 2006. - 479 с.

8. Важенин, В.В., Баженов, С. В., Сафронов, А. А. Гласное обследование: подготовка, проведение, использование результатов // Общество и право. - 2014. - № 3 (49). - С. 183-189.

9. Джурук, Д. С., Томилина, А. С. Проблемы изъятия документов, предметов, материалов и сообщений при проведении обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств / Современность в творчестве начинающего исследователя: сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции молодых учёных. 2017. - Иркутск: ВосточноСибирский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации, 2017. - С. 109-113.

10. Дубоносов, Е. С. Основы оперативно-розыскной деятельности: курс лекций / под ред. Г.К. Синилова. - М.: Книжный мир, 2002. - 184 с.

11. Железняк, Н.С. О недостатках проекта инструкции о порядке проведения сотрудниками ОВД гласного оперативно-розыскного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» // Оперативник (сыщик). - 2010. - № 3 (24). - С. 24-29.

12. Захарцев, С. И. Оперативно-розыскные мероприятия: общие положения. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. - 259 с.

13. Захарцев, С., Молчанов, П., Рохлин, В. Законность проведения оперативно-розыскных мероприятий // Законность. - 2003. - № 9. - С. 33-35.

14. Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 9 января 2013 г. № 45-О12-77 [Электронный ресурс] // Сайт «Банк судебных решений». - Режим допуска: http://www. vsrf.ru/stor_pdf.php? id=526866

15. Комлев, В. М. О проводимых полицией гласных оперативно-розыскных мероприятиях // Российский следователь. - 2011. - № 19. - С. 20-22.

16. Комментарий к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» / отв. ред. A.Ю. Шумилов. - М.: Вердикт-1 М, 1997. - 208 с.

17. Комментарий к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» / отв. ред. B.С. Овчинский; вступ. ст. В.Д. Зорькина; 2-е изд., доп. и перераб. - М.: Норма, 2014. -606 с.

18. Кузнецов, Е. В. Специфика правового регулирования принуждения в оперативно-розыскной деятельности: материалы научно-теоретической конференции «Уголовно-правовая, уголовно-процессуальная политика и современные проблемы борьбы с преступностью», 21-22 мая 2015 г., Ростов-на-Дону.

---